Бехтерева наталья петровна о боге: Ответы Натальи Бехтеревой — выдающегося нейрофизиолога на жизненные вопросы. «Помоги себе сам» — ее мнение | Красота в движении

Содержание

Наталья Бехтерева о Боге | Блогер iLITE на сайте SPLETNIK.RU 8 января 2018

Судьба

 Наталья Бехтерева родилась в Ленинграде 7 июля 1924 года в интеллигентной семье. Она была внучкой великого ученого академика Владимира Бехтерева (когда он умер, ей было 4 года). Ее детство было тяжелым. После того, как отца-инженера расстреляли, как врага народа, а мать отправили в сталинские лагеря, девочка оказалась в детском доме. Медициной она всерьез заинтересовалась во время войны, когда в блокадном Ленинграде дежурила в госпиталях, ухаживая за ранеными.

 

О науке и религии 

Наука ни с какой точки зрения не является антагонистом вере. Если вы полистаете литературу, вы увидите, что религия никогда в истории не противопоставляла себя науке. Джордано Бруно, к примеру, вопреки принятой точке зрения, осуждали не за его учение, а совсем за иные вещи. Другой вопрос, что сама наука в какой-то момент начала противопоставлять себя религии. И это, с моей точки зрения, странно, потому что сегодняшнее ее состояние как раз убеждает в правдивости постулатов, изложенных, к примеру, в священном Писании. 

 

 

О вере в Бога

Вас интересует, как я пришла к вере. Этот момент не имел отношения ни к личности Ванги, ни к занятиям наукой. Так получилось, что после поездки к Ванге — это просто по времени совпало — я очень многое пережила. Я пережила предательство ближайших друзей, травлю в Институте экспериментальной медицины, который я тогда возглавляла и где объявила о своем решении уйти в новый Институт мозга, и самое страшное — смерть двух моих близких людей: мужа и его сына от первого брака. Они умерли очень трагически, почти одновременно: Алик покончил с собой, а муж не перенес его смерти и скончался в ту же ночь.

Вот тогда я очень изменилась. Пережитый лично опыт полностью выходил за рамки известного мне объяснения мира. К примеру, я никаким образом не могла найти объяснение тому, что муж, явившись мне после этого во сне, просил помочь в издании рукописи его книги, которую я не читала и о которой не узнала бы без его слов. Это был не первый подобный опыт в моей жизни (перед арестом отца в 1937 году я тоже видела сон, затем отразившийся в реальности), но здесь я впервые задумалась о происходящем всерьез. Разумеется, эта новая реальность пугала. Но мне тогда очень помог мой друг, священник, настоятель в Царском Селе отец Геннадий… Кстати, он мне настоятельно советовал меньше рассказывать о подобного рода переживаниях. Тогда я не очень к этому совету прислушалась и даже написала о произошедшем в книге — точно так же, как привыкла писать о любом другом своем наблюдении.

 

О феномене выхода души из тела

 Дело в том, что я не отношусь к тому типу ученых, которые утверждают: того, что я не могу измерить, попросту не существует. Между прочим, это слова одного уважаемомго мною коллеги. На которые я всегда возражаю: наука есть путь к звездам. Дорога в неведомое. Как, к примеру, в этом случае быть с документальными свидетельствами, на основе которых воссоздается история войн? Разве подтвержденные свидетельства об одном и том же событии не является поводом для анализа и серьезным документом? Я в данном случае не защищаю Евангелие, не нуждающееся в защите, — я в данном случае говорю о самой системе осмысления непонятных, неординарных вещей -таких, например, как многочисленные показания людей, видевших, слышавших окружающих в состоянии клинической смерти. Этот феномен подтверждается множеством больных, причем свидетельства поразительным образом совпадают при опросе пациентов разными лицами на разных концах земли. 

Множество женщин во время родов переживали это состояние — как бы временного выхода из тела и наблюдения за собой со стороны… 

Науке известно, что нарушение, тем более прекращение деятельности органов зрения и слуха обязательно приводит к нарушению, соответственно, зрения и слуха. Как же тогда при выходе из тела можно видеть и слышать? 

Предположим, что это некое состояние умирающего мозга. Но как тогда объяснить неизменность статистики: лишь 7-10% от общего числа переживших клиническую смерть помнят и могут рассказать о “феномене выхода из тела”… 

-А по-вашему, это есть доказательство постулата о том, что “много званных, но мало избранных”?

Я пока не готова дать на это ответ. У меня его просто нет. Но ученый должен прежде всего четко ставить перед собой вопросы. Не боясь. Сегодня очевидно: тело без души не живет. Но ведет ли биологическая смерть к смерти души — вот вопрос вопросов

 

О вещих снах

Как правило, сновидения не имеют отношения к будущему, поэтому к сонникам не стоит относиться всерьез. Но в моей жизни было несколько сновидений, которые оказались пророческими. Причем одно из них было невероятно пророческим, вплоть до деталей. Это был сон о смерти моей матери. Мама была жива-здорова, отдыхала на юге, незадолго до этого я получила от нее хорошее письмо. А во сне, причем я заснула днем, мне приснилось, что ко мне пришел почтальон с телеграммой, в которой сообщалось, что мама умерла. Я еду на похороны, встречаю там людей, которых я раньше никогда не видела, здороваюсь с ними, называю их по именам — это все во сне. Когда я проснулась и рассказала мужу свой сон, он сказали: «Неужели ты, специалист в области мозга, веришь снам?»

Короче говоря, несмотря на то, что я была твердо уверена в том, что мне надо лететь к маме, меня отговорили от этого. Вернее, я дала себя отговорить. Ну а дней через десять все произошло именно так, как это было в моем сне. Причем до мельчайших подробностей. Например, я уже давным-давно забыла слово сельсовет, оно мне просто никогда не было нужно. Во сне же я искала сельсовет, и наяву мне пришлось его искать — вот такая история. Это было лично со мной, но я не единственная. Есть немало других случаев пророческих сновидений и даже научных открытий во сне. Например, открытие Менделеевым периодической системы элементов.

Объяснить это нельзя. Лучше не мудрить и сказать прямо: так как это никаким из современных научных способов объяснению не подлежит, придется предположить, что будущее дано нам заранее, что оно уже существует. И мы можем, хотя бы во сне, войти в контакт то ли с высшим Разумом, то ли с Богом — с Кем-то, кто владеет знанием об этом будущем. С более определенными формулировками мне бы хотелось подождать, потому что успехи технологического направления науки о мозге так велики, что, может быть, откроется еще что-то такое, что позволит пролить свет и на эту проблему.

Наталья Бехтерева. Лабиринты мозга: wod_1958 — LiveJournal

«ТОЛЬКО прошу вас, — сказала она в начале разговора, — не делайте из меня ведьму или ясновидящую!» Собственно, я пришел не за этим. Мало кто из ныне живущих изучил человеческий мозг так досконально, как Наталья БЕХТЕРЕВА — нейрофизиолог с мировым именем, академик, почетный член десятков научных обществ. В течение 12 лет она является научным руководителем Института мозга человека в Санкт-Петербурге. В главе «Зазеркалье» книги «Магия мозга и лабиринты жизни», изданной к ее 75-летию, Бехтерева пишет, что считает своим долгом изучить необъяснимое. И изучает: по собственному утверждению, «не шарахается» от паранормальных явлений, связанных с мышлением.
Озарение — это жемчужина сознания — НАТАЛЬЯ Петровна, нобелевский лауреат физиолог Эклс утверждал, что мозг — это только рецептор, с помощью которого душа воспринимает мир. Вы согласны?
— Впервые я услышала речи Эклса на заседании ЮНЕСКО в 1984 году. И подумала: «Какая чушь!» Все это казалось дико. Понятие «душа» для меня тогда было за гранью науки. Но чем больше я изучала мозг, тем больше думала об этом. Мне хочется верить, что мозг — не только рецептор.
— Если не «рецептор» — то где что?
— Я думаю, мы сможем приблизиться к разгадке, когда изучим мозговой код мыслительной деятельности — то есть подсмотрим, что происходит в участках мозга, имеющих отношение к мышлению и творчеству. Тут пока для меня не все ясно. Мозг впитывает информацию, обрабатывает ее и принимает решения — это так. Но иногда человек получает готовую формулировку как бы из ниоткуда. Как правило, это происходит на ровном эмоциональном фоне: не слишком большая радость или печаль, но и не полное спокойствие. Какой-то оптимальный «уровень активного бодрствования». Дважды в жизни формулы теорий, которые затем оказывались очень жизнеспособны, приходили ко мне именно таким образом.
— Феномен озарения?

— О нем знают все, кто занят творчеством. И не только творчеством: эта еще мало изученная способность мозга часто играет решающую роль в любом деле. В новелле Стейнбека «Жемчужина» ловцы жемчуга говорят: для того чтобы найти крупный и чистый жемчуг, требуется особое состояние духа, сравнимое с творческим. На этот счет есть две гипотезы. Первая: в момент озарения мозг работает, как идеальный приемник. Но тогда нужно признать, что информация поступила извне — из космоса или из четвертого измерения. Это пока недоказуемо. А можно сказать, что мозг сам себе создал идеальные условия и «озарился».

Безумие в генах
— А ЧЕМ можно объяснить гениальность?
— Была идея создать в Москве НИИ для исследования мозга одаренных людей при их жизни. Но ни тогда, ни сейчас никаких отличий гения от обычного человека не нашли. Я лично думаю, что это особая биохимия мозга. Как для Пушкина, к примеру, было естественно «думать» рифмой. Это «аномалия», скорее всего, ненаследуемая. Говорят, что гений и безумство схожи. Безумство — тоже результат особой биохимии мозга. Прорыв в изучении этого феномена произойдет, скорее всего, в области генетики.
— Вы сами как думаете: озарение — это связь с космосом или процессы, которые происходят в мозге?
— Сейчас неподходящее время, чтобы ученые могли высказывать очень смелые мысли. Потому что в Академии наук есть комиссия по лженауке. И наш институт — как бы их «клиент». Они к нам очень внимательно присматриваются. Что касается озарения… Может ли это быть результатом работы мозга? Да, может. Только я не очень хорошо представляю себе как. Потому что уж больно красивы и совершенны формулировки, которые мы получаем как бы извне.
Моя сегодняшняя работа — изучение творчества, вдохновения, озарения, «прорыва» — когда идея возникает как бы из ниоткуда.
— Вы как-то сказали: «Вера, а не атеизм помогает науке…» Верующий ученый способен на большее, чем атеист?
— Я думаю, что да. В атеистах слишком много отрицания. А значит, и негативного отношения к жизни. К тому же религия — это в большой мере наша история. Один крупный ученый (не верующий и не атеист, а где-то между) подсчитал, что самым популярным человеком в истории человечества был Иисус Христос. Хотя бы по индексу цитирования. Библия — сама по себе превосходный материал для научного исследования. В ней, как и во многих других книгах, говорится о существующих, но еще не изученных явлениях.
Зрение без глаз
— В ИНСТИТУТЕ мозга человека занимаются изучением таких паранормальных явлений?
— Впрямую — нет. А если по пути наших работ сталкиваемся с действительно «странными» явлениями, мы их изучаем. Например, феномен альтернативного зрения. Это зрение без прямого использования глаз. Этот феномен нами серьезно проверен.
— Вы как-то сказали, что в мелочах мы свободны… А по большому счету?
Это сказала не я, а болгарская предсказательница Ванга, когда я была у нее в гостях. Большинство религий дает нам свободу выбора. Как и атеизм, кстати. Можно пойти налево или направо… Во что я верю? Живет человек, и жизнь как бы случайно, не заботясь о нем, чаще или реже ставит на его пути какие-то выигрышные для будущего вещи. Умный их видит, использует, реализует. А другой не реализует. И вот судьба у одного — одна, а у другого — другая. А по существу они находятся в одинаковом положении. Обоим жизнь что-то подкидывает. Важно вовремя «узреть».
— Это тоже феномен озарения?
— Может быть, но с натяжкой. Я часто чувствовала, когда мне что-то предлагала судьба, и потом использовала эти новые возможности. Но, к сожалению, иногда прозевывала. Нужно уметь видеть.
Вспомнить всё
ПОСЛЕ серии экспериментов над человеческим мозгом японские исследователи под руководством профессора Токийского университета Ясудзи Мияситы открыли механизм работы памяти. Оказалось, что человек ничего не забывает. Все, что мы когда-либо видели, слышали, ощущали, хранится, как в банке данных, в височных долях серого вещества и, теоретически, может быть вызвано снова. Скорость воспроизведения информации в ответственных за память участках коры мозга в несколько раз медленнее ее запоминания, и информационный поток как бы оседает в голове. То же самое задолго до японцев утверждала Наталья Бехтерева.
Показательны в этом смысле случаи, когда люди оказываются на грани жизни и смерти. Многие говорят, что в такие мгновения, а от начала «процесса» до его завершения проходят считаные секунды, в памяти как бы раскручивается кинолента — но только в обратную сторону. Человек видит свою жизнь до самого детства, часто вспоминая подробности, о которых давно забыл. По мнению российского нейрофизиолога, таким образом мозг в экстремальной ситуации ищет в жизненном опыте схожие моменты, чтобы найти единственно верное решение для спасения организма. Похоже даже, что при необходимости мозг ускоряет свое внутреннее «биологическое» время в поисках ответа. По мнению Бехтеревой, мозг не просто функционирует, как другие органы тела, а живет собственной жизнью.
Тем не менее человек не может по собственной прихоти вызывать из памяти абсолютно все, что с ним происходило. Чем мы старше, тем труднее это сделать. С годами память становится избирательной: старики хорошо помнят детство, но часто не могут сказать, что делали накануне. Когда тайны памяти будут раскрыты до конца, убеждены японцы, с такими болезнями, как склероз, будет покончено.
Наталья Бехтерева. Лабиринты мозга (часть 2): Читать чужие мысли опасно!
«НЕ БОЙТЕСЬ быть инакомыслящим, — сказала мне знаменитый российский нейрофизиолог Наталья Бехтерева. — Однажды я рассказала о своих воззрениях на возможности человеческого мозга коллегам по институту и ожидала, что скажут: «Вам нужно лечиться у психиатра». Но этого не произошло: они начали исследования в том же направлении».
Кому невыгодна телепатия — НАТАЛЬЯ Петровна, вам удалось «поймать» мысль с помощью аппаратуры? Много надежд возлагалось на имеющийся в распоряжении Института мозга человека позитронно-эмиссионный томограф…
— Мысль — увы, нет. Томограф не в состоянии тут ничего ни подтвердить, ни опровергнуть. Нужны другие методы и аппараты, они еще не разработаны. Сегодня мы можем судить о состоянии активных точек мозга. В мозгу при проведении специальных тестов активизируются определенные участки…
— Значит, мысль все-таки материальна?
— При чем здесь мысль? Можно сказать, что в этих участках происходит активная работа — например, творческая. А вот чтобы «увидеть» мысль, нужно хотя бы вытянуть из мозга сведения о динамике импульсной активности нейронов и расшифровать их. Пока что это неосуществимо. Да, определенные участки мозга имеют отношение к творчеству. Но что именно там происходит? Это загадка.
— Предположим, вы изучите все мыслительные процессы. А дальше?
— Ну, скажем… чтение мыслей.
— Вы считаете, телепатия существует? Почему мы не можем читать мысли друг друга?
— Обществу чтение мыслей невыгодно. Оно как бы «закрыто» от телепатии. Это инстинкт самосохранения. Если все люди научатся читать чужие мысли, жизнь в социуме прекратится. Если б этот феномен и существовал, со временем он должен был бы угаснуть.
Кто только не пытался заниматься телепатией! К нам в институт приходило множество таких «сумасшедших». Ничего не подтвердилось. Хотя известны поразительные совпадения — например, когда матери чувствовали на большом расстоянии, что с их детьми происходит что-то трагическое.
Я думаю, что эта связь формируется еще в утробе.

«Злой огонь»
— ВЫ знакомы с Кашпировским. Вы пишете, что в нем есть некий «злой огонь».
— Да, в нем есть что-то злое. Его метод — словесное воздействие и «внушение без слов». К сожалению, это происходило в том числе и во время унизительных для человеческого достоинства экспериментов на стадионах. Он высмеивает людей, с видимым наслаждением заставляет их прилюдно рыдать и заламывать руки. Он упивается безграничной властью. Так может поступать не врач-психотерапевт, а садист. У него невероятное стремление к продуцированию чудес. Его операции с обезболиванием на расстоянии — это же страшно…
— Вы упомянули о снах. Для вас они — не загадка?
— Наибольшей загадкой мне кажется сам факт того, что мы спим. Я думаю, что когда-то, когда наша планета обживалась, выгодно было спать в темное время суток. Так мы и делаем — по привычке. В мозгу огромное количество взаимозаменяемых элементов. Мог бы мозг устроиться так, чтобы не спать? Думаю, да. Например, у дельфинов спят по очереди левое и правое полушария. Говорят, что есть люди, которые вообще не спят.
— Чем можно объяснить «сны с продолжением»? Актриса Светлана Крючкова рассказывала, что ей из года в год снится один и тот же среднеазиатский город, в котором она никогда не была. Улочки, залитые солнцем, глиняные заборы, арыки…
— Ей там хорошо? Ну и слава богу. Вижу, что вам хочется притянуть сюда веру в реинкарнацию (переселение душ. — Авт.) — что она это видела в каких-то других жизнях. Но этот феномен не доказан наукой. Скорее всего, город снов сформировался под влиянием книг, кинофильмов, стал как бы постоянным местом мечты. Я думаю, что Светлану Крючкову тянет к чему-то еще не испытанному в жизни, но очень хорошему. Тут все более-менее ясно… А вот отчего мне квартиры снятся — совершенно не понимаю!
— Вещие сны, «сны в руку» — это получение информации извне, предвидение будущего, случайные совпадения?
— Сколько за жизнь человек видит снов? Бесконечное множество. Иногда — тысячи в год. А из них вещих получается ну один, два. Теория вероятности. Хотя жил и монах Авель, который предсказывал будущее царских семей, и Мишель Нострадамус, и другие пророки. Как к этому относиться? Я сама за две недели со всеми подробностями увидела во сне смерть моей матери.

Скальпелем по душе
Американский нейрофизиолог, доктор Брюс Миллер из Калифорнийского университета убежден, что душа — понятие философское, а ментальность и привычки человека можно как угодно менять при помощи хирургических инструментов. Недавно он исследовал мозг больных недугом, схожим с болезнью Альцгеймера. Оказалось, что, если болезнь поражала одну из височных долей — правую, поведение человека изменялось до неузнаваемости. «Многие верят, что жизненные принципы, выбор той или иной религии, способность любить — суть нашей бессмертной души. Однако это иллюзия, — говорит Миллер. — Все дело в анатомии: превратить примерного семьянина и прихожанина церкви в атеиста, грабителя и сексуального маньяка можно движением скальпеля».
По мнению Натальи Бехтеревой, подобные эксперименты над личностью человека, по меньшей мере, аморальны. Другое дело — научиться управлять творческими способностями. Когда ученые решат эту проблему, гениальность уже не будет столь редким феноменом, а человечество сделает качественный скачок в своем развитии.

Где находятся сознание и душа? Что происходит с человеком в момент клинической смерти? Почему женщины во время родов иногда видят происходящее с ними со стороны?
Наталья Бехтерева. Лабиринты мозга (часть 3). «Клиническая смерть — это не черная яма…»
ЧЕРНЫЙ тоннель, в конце которого виден свет, ощущение, что летишь по этой «трубе», а впереди ожидает что-то хорошее и очень важное, — так описывают свои видения во время клинической смерти многие из тех, кто ее пережил. Что происходит в это время с человеческим мозгом? Правда ли, что душа умирающего выходит из тела? Знаменитый нейрофизиолог Наталья БЕХТЕРЕВА изучает мозг уже полвека и наблюдала десятки возвращений «оттуда», работая в реанимации.

Взвесить душу
— НАТАЛЬЯ Петровна, где место души — в головном мозге, спинном, в сердце, в желудке?
— Это все будет гадание на кофейной гуще, кто бы вам ни ответил. Можно сказать — «во всем организме» или «вне организма, где-то рядом». Я думаю, этой субстанции не нужно места. Если она есть, то во всем теле. Что-то, пронизывающее весь организм, чему не мешают ни стены, ни двери, ни потолки. Душой, за неимением лучших формулировок, называют, например, и то, что будто бы выходит из тела, когда человек умирает.
— Сознание и душа — синонимы?
— Для меня — нет. Насчет сознания есть много формулировок, одна другой хуже. Годится и такая: «Осознание себя в окружающем мире». Когда человек приходит в чувство после обморока, первое, что он начинает понимать, — рядом есть что-то, кроме него самого. Хотя в бессознательном состоянии мозг тоже воспринимает информацию. Иногда больные, очнувшись, рассказывают о том, чего не могли видеть. А душа… что такое душа, я не знаю. Говорю вам, как есть. Пытались даже взвешивать душу. Какие-то очень небольшие граммы получаются. Я не очень верю в это. При умирании в теле человека происходит тысяча процессов. Может быть, оно просто худеет? Доказать, что это именно «душа отлетела», нельзя.
— Вы можете точно сказать, где находится наше сознание? В мозге?
— Сознание — феномен мозга, хотя и очень зависимый от состояния тела. Вы можете лишить человека сознания, пережав ему двумя пальцами шейную артерию, изменить кровоток, но это очень опасно. Это результат деятельности, я бы даже сказала — жизни мозга. Так точнее. Когда вы просыпаетесь, в ту же секунду приходите в сознание. «Оживает» сразу весь организм. Как будто одновременно включаются все лампочки.

Сон после смерти
— ЧТО в минуты клинической смерти происходит с мозгом и сознанием? Можете описать картину?
— Мне кажется, мозг умирает не тогда, когда в сосуды в течение шести минут не поступает кислород, а в момент, когда он наконец начинает поступать. Все продукты не очень совершенного обмена веществ «наваливаются» на мозг и добивают его. Я какое-то время работала в реанимации Военно-медицинской академии и наблюдала, как это происходит. Самый страшный период — когда врачи выводят человека из критического состояния и возвращают к жизни.
Некоторые случаи видений и «возвращений» после клинической смерти кажутся мне убедительными. Они бывают такие красивые! Об одном мне рассказал врач Андрей Гнездилов — он потом работал в хосписе. Однажды во время операции он наблюдал за больной, которая пережила клиническую смерть, а потом, очнувшись, рассказала необычный сон. Этот сон Гнездилову удалось подтвердить. Действительно, описанная женщиной ситуация происходила на большом расстоянии от операционной, и все детали совпали.
Но так бывает не всегда. Когда начался первый бум изучения феномена «жизни после смерти», на одном из заседаний президент Академии медицинских наук Блохин спросил академика Арутюнова, который дважды переживал клиническую смерть, что же он все-таки видел. Арутюнов ответил: «Всего-навсего — черную яму». Что же это такое? Он все видел, но забыл? Или на самом деле ничего не было? Что это — феномен умирающего мозга? Это ведь подходит только для клинической смерти. А что касается биологической — вот оттуда уж действительно никто не возвращался. Хотя у некоторых священнослужителей, в частности у Серафима Роуза, есть свидетельства и о таких возвращениях.
— Если вы не атеист и верите в существование души, значит, сами не испытываете страха перед смертью…
— Говорят, что страх ожидания смерти во много раз страшнее ее самой. У Джека Лондона есть рассказ про человека, который хотел украсть собачью упряжку. Собаки покусали его. Человек истек кровью и умер. А перед этим произнес: «Люди оболгали смерть». Страшна не смерть, а умирание.
— Певец Сергей Захаров рассказывал, что в момент собственной клинической смерти видел и слышал все, что происходило вокруг, как бы со стороны: действия и переговоры реанимационной бригады, как принесли дефибриллятор и даже батарейки от пульта управления телевизором в пыли за шкафом, которые он потерял накануне. После этого Захаров перестал бояться умереть.
— Мне трудно сказать, что именно он пережил. Может быть, это тоже результат деятельности умирающего мозга. Почему мы иногда видим окружающее как бы со стороны? Не исключено, что в экстремальные моменты в мозге включаются не только обычные механизмы видения, но и механизмы голографической природы. Например, при родах: по нашим исследованиям, у нескольких процентов рожениц тоже бывает состояние, как если бы «душа» выходит наружу. Рожающие женщины ощущают себя вне тела, наблюдая за происходящим со стороны. И в это время не чувствуют боли. Я не знаю, что это такое — краткая клиническая смерть или феномен, связанный с мозгом. Больше похоже на последнее.
Из тела — с помощью электрошока ШВЕЙЦАРСКИЙ профессор Олаф Бланк после наблюдений за состоянием своих пациентов в госпитале Женевского университета пришел к выводу: феномен, известный как «выход души из тела» во время клинической смерти, может быть вызван электростимуляцией мозга. В момент обработки током зоны мозга, ответственной за синтез зрительной информации, происходят нарушения восприятия, и больные испытывают чувство необыкновенной легкости, полета, душа как бы парит под потолком. В этот момент человек видит со стороны не только себя, но и то, что находится рядом.
В западных научных кругах появилось и такое предположение: сознание человека не связано с мозгом, а лишь использует серое вещество как приемник и передатчик мысленных сигналов, которые преобразуются в поступки и эмоции. Пока неясно, откуда в мозг поступают эти сигналы. Может, извне?
Владимир КОЖЕМЯКИН Фотоцентр «АиФ», рис. Игоря КИЙКО

Основания публикации — письма на сайт m300.narod.ru

Наталья Бехтерева ещё в 70-х годов доказала, что «колдуньи» существуют


9175

Наталья Бехтерева ещё в 70-х годов доказала, что «колдуньи» существуютНаталья Бехтерева ещё в 70-х годов доказала, что «колдуньи» существуют

Наталья Павловна Бехтерева в своих работах 70-х годов доказала, что «колдуньи” существуют. Это женщины, которые очень сильно отличаются от остальных. Если существуют колдуньи, значит, существует и колдовство. Существуют приворотные и отворотные зелья, представляющие собой комплекс биологически активных веществ особого рода». В совершенстве зная их свойства, ведьмы могли целенаправленно использовать их, чтобы моделировать поведение человека, управлять его чувствами и действиями.

Ведьмы и колдуньи отличаются от среднестатистической женщины своими физиологическими данными. У них иначе функционирует гормональная система: она гораздо активнее. А также у них иначе функционирует интеллект. Они более наблюдательны, а поэтому у них больше версий и вариантов для психологических действенных маневров.

Вокруг ведьмы существует так называемый проявленный ореол притяжения. Что это? Это густое облако гормонов, которые принято называть афродозиаками. Именно они создают повышенныйсексуальный призыв. Если у обычной женщины огромное значение имеет красота глаз, то у ведьм -притягательность взгляда, и эта притягательность выражена сильнее, чем у любой другой женщины. В старинных рассказах четко сказано, что повстречав ведьму, люди должны прикрывать глаза рукой, иначе можно легко попасть под ее влияние. На самом деле, не обязательно прикрывать глаза рукой, достаточно не смотреть ей в глаза или отвести взгляд в сторону. Но даже в этом случае высокий эмоциональный манипулятивный фон в речах ведьмы влияет на любого слушателя гипнотически. Ведьма владеет эмоциональной тембральностью голоса. Она знает, чем владеет, и умело использует.

Итак, глаза. Сегодня практически все понимают, что это открытый мозг, и через них идет основной поток информации, идет цветовое интеллектуально-импульсное и эмоционально-энергетическое излучение мозга, а также так называемая «теурическая энергия влияния». У ведьм свойства головного мозга отличаются от таковых у среднестатистической женщины.

Н.П.Бехтерева в своих работах аргументировано и четко показала, что у женщин, называемых ведьмами, определенные зоны головного мозга работают более активно. А значит психонно-липтонное поле вокруг такой женщины наиболее влиятельно, нежели вокруг остальных. Не зря средневековая инквизиция боялась и опасалась ведьм. Такая женщина разумна, мудра, она умеет излучать разные виды ментальной энергии, умеет манипулировать поведением людей, потому что наблюдательна и никогда не бывает обыденной.

Она всегда нова, она всегда разная. Она эмоционально пластична, она интеллектуально пластична. Она подвижна в своих привычках и отношениях с другими людьми. И поэтому она сексуально-притягательна для противоположного пола. Если среднестатистическая женщина законодательна в своих привычках, стабильна, и ее легко просчитать, предугадать, то женщина-ведьма практически не предугадываема, а интимные отношения с такой проходят на более высоких сексуальных энергиях, чем с обычной женщиной.

Если вспомнить, что средневековые монахи ежедневно изуверствовали и терзали собственную плоть, да еще были сексуально изголодавшимися, ведьмы для них являлись страшнее дьявольского искушения. Поэтому они судили и сжигали лучших представительниц человечества. Если учесть независимый характер, и легкий, интересующийся миром, тренированный интеллект, то конечно такие искусительницы были опасны для примитивного сознания средневековых обывателей. Поэтому их предавали казни, тем самым, расписываясь в своей слабости и недееспособности. Как говорится, «валили с больной головы на здоровую».

В наше время многие мужчины, так называемые тоталитарные властвующие самцы, а попросту женоненавистники, подхватили как знамя эти иезуитские принципы уничтожения женщины. Правда, сегодня они не могут сжечь женщину на костре или пытать в подвале, (хотя некоторые переступают грань дозволенного). Так вот, современные мужчины могут уничтожить женщину морально. И многие очень искушены в этих умениях, они тренируются в совершенстве не на тех, на ком должны были бы, потому что уничтожить себя морально женщина-ведьма не позволит.

В самом слово ведьма заключено понятие ведающая, значит, она знает как бороться с проявляющейся опасностью и агрессией со стороны других людей. Она может своевременно ускользнуть, она может заранее проманипулировать чужой агрессией для того, чтобы направить ее в сторону. Более того, обладая качествами исключительной женщины, эволюционно заложенные в ней природой, она не даст уничтожить свою личность мужчине- женоненавистнику, она свободолюбива и никогда не захочет находиться рядом с таким мужчиной. Только в том случае, если она сама выбирает мужчину по каким-то качествам, женщина-ведьма доверит ему свое спокойствие и будет жить долго, верно, с интересом, с энтузиазмом, всячески помогая своему партнеру в его карьерных и деловых достижениях.

Знания ведьмы своими корнями уходят в глубину веков, также как и их мировоззрение. Каждая цивилизация имела своих магов, колдунов, ясноведцев. Мы можем найти ссылки на них в разных древних документах различных древних цивилизаций. Сегодняшние современники, которые гордятся своими «передовыми » взглядами, зачастую относятся к колдовству, или к магии, или к приворотному искусству, как к фантазии, суеверию и выдумке. В претенциозных рукописях древних историков убежденных в отсталости культуры, наши предки выглядят варварами, невежественными и дикими.

Но истину невозможно утаить. В древнее время колдовство, магия и школа очарования, культ обавниц процветали.

Процветает женская магия и сегодня, потому что это не культура жизни, а ее эволюция. Приворотным искусством манипулирования и наведения гипнотабельных чар, владеют исключительные женщины, некоторые из них по рождению, значительно большее количество имеют это искусство как приобретенное.

Женщина может развить свои анатомические данные, улучшить физиологически гормональный баланс, интеллектуальные и психо-эмоциональные способности. Изначально в нас заложено многое, но многие из нас используют минимум из того, чем владеем. Способности к магии имеются у каждой третьей женщины, но у большинства они так и остаются нераскрытыми возможностями.

Для меня слово «ведьма» восхитительное понятие, оно означает ведающая мать , т.е. мудрая женщина с хорошими материнскими инстинктами, а значит, мудрая женщина для семьи. Мудрость включает не только ум, но и душу, чем и отличается от ума. Эти качества отпечатываются, и когда мозг с его огромными запасами информации погибает, душа остается. Не имеющая возраста мудрость нашей души продолжает жить.

Чем более мудра мать, тем более мудры дети, тем более карьерная и по деловому успешная жизнь супруга и отца ее детей, ведь во истину мудра поговорка: «выбирая жену, выбираешь судьбу».

Почувствовать ведические корни, свою сексуальную энергию, ранее не используемую, значит, перевоплотиться в совершенно новое качество, совершенно новую женщину. Каждый мужчина должен гордиться, если рядом с ним пробуждается такое новое качество женской души. Издревле, и сейчас в дисциплинах женского очарования одно из основных значений уделяется пластичности женского характера. Женщина, которая начинает менять пластику собственной личности, преодолевает множественные барьеры проблем в отношении с противоположным полом . И для данного года подобные занятия, наверное, станут обязательными для многих из нас. Дело в том, что в этом году энергии любви будет крайне мало, в планетарном пространстве богиня Леля – владеющая очарованием, красотой, любовным призывом, счастьем и радостью партнерских отношений- будет крайне мало находиться во взаимосвязи с человеческими телами, ее проникновение в энергии людей будет всего лишь 4 дня (обычно в другие годы энергия богини Лели владела человеческими телами от 20 до 27 дней).

А что такое любовь? Любовь- это наиболее магическая часть человеческой жизни, влюбиться все равно, что попасть под действие чьих-то чар, определенный вид транса, который меняет нашу жизнь, и заставляет чувствовать себя настолько хорошо, что вопреки здравому смыслу мы надеемся на вечность данного чувства. Когда мы влюблены, мы ощущаем великую космическую связь, не только теми, кого мы любим, но и со всеми людьми. Когда мы любим, наше сердце расширяется, и мы чувствуем, как наша любовь преодолевает земное тяготение, и достигает самых укромных уголков вселенной.

Любовь – это Нечто, чем мы обязательно хотим поделиться. И будучи влюбленными мы сердцем чувствуем, что любовь- главная сила во вселенной. Все, кто любит, всегда чародеи, всегда маги, всегда колдуны. Любовь – это самая лучшая и самая сильная магия, именно поэтому к магии ведьм обращались женщины, желавшие найти себе возлюбленного. Женщины с примитивным эмоциональным фоном не могут быть широки в своих любовных чувствах, ведьмы же, наоборот, всегда влюблены в жизнь, всегда влюблены в мир, а поэтому любви в них колоссальное, огромное, космическое количество.

Добавить комментарий

Академик Наталья Бехтерева (очень интересная заметка!)

Мой комментарий: Прочитал эту статью вот здесь.
Очень впечатлил рассказ этой женщины о своей жизни: как, не смотря ни на что, она продолжала жить и работать. И не просто механически «жить и работать» (в обывательском смысле этого слова), а ТВОРИТЬ. Творить науку, исследовать человеческий мозг. Также очень интересна в ее рассказе мистическая сторона: вещие сны, встреча с Вангой, и другие таинственные истории. С ортодоксально-церковной точки зрения они могут быть восприняты негативно, но мне, если честно, начхать: мы еще очень многого не знаем, и клеймить всё то, что мы не знаем, «дьявольщиной» — большое ханжество. Всё время вспоминаю, как в средневековой Англии сжигали на кострах кошек, потому что у них в темноте глаза светятся. Говорили, что кошки сотрудничают с дьяволом. давайте не будем уподобляться такому.
Однако, не буду больше докучать вам своими комментариями, и предлагаю ознакомиться и интереснейшей историей жизни знаменитого человека.

Наталья Петровна Бехтерева, выдающийся нейрофизиолог, академик РАН, всю свою жизнь посвятила исследованию мозга. Она побывала в зазеркалье науки и на весь мир заявила, что верит в вещие сны, альтернативную реальность и жизнь после смерти. Научное сообщество не одобряло такую точку зрения, обвиняло ее в лженауке, увлечение мистикой и паранормальными явлениями, однако ее личный опыт доказывал — что-то точно существует.

Именно Наталья Бехтерева явилась основоположником науки о мозге, разобралась в механизмах работы памяти, человеческого поведения и сознания. И при этом она не побоялась утверждать, что верит в Бога.

Осенний сон

— Я росла домашним ребенком, воспитывалась бонной, носила бархатные платьица, косички крендельками. Самое яркое впечатление детства — папа вечером садится за рояль, и мы с моей подружкой вальсируем под незабвенный «Осенний сон» до головокружения. Папа был красивый, талантливый, прекрасно пел, всегда безупречно одевался, и на службе, и дома. Он меня очень любил — просто так, безоговорочно. А направляла по жизни — мама.

Хорошо помню, как я, еще совсем маленькая, лет трех от роду, иду с ней за руку на прогулку. Я недавно узнала новое красивое слово «техникум» и говорю: «Вырасту и буду учиться в техникуме», а мама тут же строго поправляет «Какой техникум? Пойдешь в институт, тебе все легко дается. Только в институт, получишь высшее образование — и станешь ученой».

Я подросла и наизусть выучила историю моей прабабки, которая ввиду крайней семейной бедности решила из троих детей выучить только одного, Володьку, самого толкового. Из него вышел Владимир Михайлович Бехтерев (знаменитый русский психиатр и невропатолог, который поставил Сталину диагноз «паранойя» и через несколько дней после этого при загадочных обстоятельствах скончался. — Прим. автора). У меня тоже были младшие брат и сестра. А мама направляла в науку только меня, причем открытым текстом — «будешь ученой», и все. Значит, знала, о чем говорит!

Мое счастливое безмятежное детство рухнуло за одну ночь. Правда, перед этим был сон — один из четырех вещих снов, которые я видела в течение жизни. Снилось мне, что папа стоит в коридоре нашей квартиры, и вдруг пол у него под ногами поднимается, из-под половиц вырываются языки пламени, и он падает в огонь. На следующее утро его арестовали. Маму отправили в общем вагоне в лагерь. Меня и брата Андрея — в детский дом, потому что все родственники отвернулись от нас, как от зачумленных.

Kur tu teci, kur tu teci, gailit’ mans?

Нам с братом дважды повезло — во-первых, мы остались в Питере, а могли оказаться где-нибудь в Иваново, во-вторых — попали в хороший детдом, костяк которого составляли дети из Латвии и поразительный директор оттуда же — Аркадий Кельнер, вместе с которым мы по вечерам разучивали навсегда оставшуюся в памяти песенку про петушка.

И если мама впечатала в матрицу моей памяти цель жизни — получить образование, то Аркадий Исаевич научил меня добиваться цели, воспитал гордость и внушил чувство собственного достоинства — то, чего, казалось бы, в детдоме никогда не привить. Он буквально в лепешку расшибался, только бы у воспитанниц не было двух одинаковых платьев или пальтишек, вещей убогих, несущих на себе печать нищеты.

Однажды всем нашим девочкам выдали для работы в мастерских ярко-оранжевые платьица, и на следующий день мы дружно нацепили яркие обновки в школу — форму тогда еще не носили. Боже мой, как орал на нас за эту нетребовательную, примитивную одинаковость наш любимый директор, а особенно досталось мне — лучшая ученица школы посмела подать пример другим и вырядиться в «приютское», чтобы нас все жалели, все равно что клеймо «сиротинушек» на себе поставили. Я до сих пор оранжевый цвет, если это не апельсин, ненавижу.

Я веду очень обширную деловую переписку. И только четыре адреса из нескольких десятков принадлежат моим личным адресатам. Одна из них — Эрика Леонидовна Калниня, детдомовская подруга. Наши кровати стояли рядышком, и она пыталась научить меня аккуратно заправлять постель. Не вышло. Но сколько раз она меня спасала от нагоняя и опоздания на завтрак! Теперь я могу не убирать постель хоть неделю, чтобы в ней нежился мой любимый кот. А доброта Эрики осталась со мною навсегда — как светлый лучик из тех далеких дней.

Сверхпрограмма в действии

Я не думала, что должна исполнить материнский завет и получить высшее образование. Я вообще ни о чем не думала. Как пчела собирает воск, так и я действовала по впечатанной в сознание сверхпрограмме. В медицину я попала случайно. Летом сорок первого подала документы сразу в восемь вузов. Восьмого сентября сгорели ленинградские продовольственные склады, и перед угрозой блокады и голода все институты, кроме медицинского, эвакуировались. А я не хотела уезжать и осталась при медицинском. Поступали одновременно со мною семьсот человек, окончили институт — четверо. Остальных унесла война и голод.

Всю блокадную зиму, шесть раз в неделю, я шла через весь город в институт. Туда и обратно. В мороз и ветер. Видела, как на пятитонках увозят сложенные штабелями трупы. Вместе с остальными воспитанниками ходила на Неву за водой, а вечером — в единственный оставшийся в блокадном городе Театр музыкальной комедии, где легкомысленные песенки про любовь и юмористические куплеты пели синие от голода и холода артисты.

Наш любимый директор ушел добровольцем и погиб, а про нового, по фамилии Иванов, мне нечего сказать хорошего. Детдом весною по Ладоге вывезли на Большую землю. Нам добавили какие-то копейки на дополнительное питание, однако новый директор демонстративно отказался от денег «в пользу фронта», и мы продолжали голодать, а он — кормить свою немалую семью за наш счет. Кажется, до пятидесятых годов я не никак могла наесться досыта…

Умножая познание, умножаешь печали

В двадцать один год я окончила медицинский и поступила в аспирантуру — заинтересовалась тем, чего нам не преподавали, так как мозг и его деятельность в начале пятидесятых были не в фаворе — уж больно загадочны и мало материалистичны. А мне всегда хотелось заглянуть за грань, за предел, побывать там, где никто еще не был, хотелось понять, что делает человека — человеком.

В 1962 году мне предложили возглавить Отдел науки при Центральном комитете партии, а я так живо начала рассказывать партийным чинам, до чего интересным делом занимаюсь, что мне предложили создать базу для изучения процессов мышления при ленинградском Институте экспериментальной медицины.

Тогда мы изучали мозг примитивным методом — например, удаляли человеку опухоль и во время операции, чтобы случайно не задеть жизненно важные участки, сначала касались того или иного места электродами и все время с больным беседовали, просили рассказывать про свои ощущения. Замолчал, сбился, галлюцинации пошли — ага, не того района коснулись, обойдем. И таким образом выясняли, за что данный участочек отвечает. Боли пациент не чувствовал — в мозгу нет болевых рецепторов.

В те времена обычный электроэнцефалограф, который теперь есть чуть ли не в каждой поликлинике, считался чудом. А теперь позитронно-эмиссионный томограф, занимающий целое здание, показывает нам, как ведут себя отдельные нейроны, когда мы творим — например, мысленно сочиняем сказку — или «тупо» считаем от одного до ста.

Принято говорить, что у нас задействованы только 5—7 % мозговых клеток. Лично я на основе своих исследований склонна полагать, что у творчески мыслящего умного человек работают почти все 100 % — но не разом, а как огоньки елочной гирлянды — по очереди, группами, узорами. Между прочим, вы знаете, что у вас в мозгу постоянно действует детектор ошибок?

Он напоминает — «вы не выключили свет в ванной», обращает ваше внимание на неправильное выражение «синий лента» и предлагает другим отделам мозга его проанализировать, лента-то «синяя», но что кроется за ошибкой — ирония, незнание или небрежность чьей-то быстрой речи, выдающая волнение? Вы же человек, вам надо знать и понимать не один, а множество планов.

Оказывается, когда кто-то говорит «после всего пережитого я стал совсем другим», он совершенно прав — перестроилась вся работа его мозга, даже некоторые центры переместились. Мы видим, как люди мыслят, как вспыхивают огоньками отдельные активные клеточки, но еще не расшифровали код мышления и не в состоянии по картинке на экране прочитать, о чем вы думаете. Может быть, никогда и не расшифруем.

Более того, я допускаю, что мысль существует отдельно от мозга, а он только улавливает ее из пространства и считывает. Мы видим многое, что не в состоянии объяснить. Я встречалась с Вангой — она читала прошлое, видела будущее. По данным Болгарской академии наук, число ее сбывшихся предвидений — 80 %. Как у нее это получалось?

“Тетя Ванга”

Перед встречей с провидицей я хотела сосредоточиться и помолчать, но, как назло, мои болгарские коллеги-медики донимали меня ничего не значащими пустыми разговорами. В растрепанных чувствах, прервавшись на полуслове, я вошла через крохотные сени в комнату, где за столом сидела тетя Ванга.

Слепая, лицо асимметричное и все же бесконечно милое и чистое, как у ребенка. Она всех называла на “ты” и требовала, чтобы к ней обращались так же. А голос поначалу сердитый и пронзительный — не принесла я кусок сахара, который до встречи требовалось сутки носить при себе, чтобы он всю информацию впитал и передал Ванге. Я вручила ей подарок — красивый павловопосадский платок.

Она недовольно поморщилась: “Он же новый! Ничего о тебе не скажет! А что ты хочешь узнать?” Я объяснила, что хотела бы просто поговорить с нею “для науки”. Ванга пренебрежительно хмыкнула: “Для науки…”, но вдруг ее лицо приобрело ясное, заинтересованное выражение: «Вот твоя мать пришла, она здесь. Говорить хочет». А моя мама умерла в 1975 году, и я подумала, что сейчас «хитрая» Ванга от лица мамы начнет меня упрекать — почему это я могилку давно не навещала. Мне про подобные упреки рассказывали многие, побывавшие у Ванги.

Я решила ее опередить: «Она, наверное, на меня сердится?» — «Нет, не сердится, и при жизни тоже редко сердилась. Это все болезнь, все болезнь«, — Ванга в точности повторила мамины слова, которыми та извинялась за свою раздражительность, и вдобавок сильно затрясла руками и головой, изображая симптомы тяжелейшей маминой болезни под названием «паркинсонизм». «Вот такой у нее был дрожательный паралич, верно?» И у меня легкий холодок коснулся сердца — откуда она знает?..

Ванга передала мне две мамины просьбы — заказать у монахов в Загорске поминальную службу и поехать в Сибирь. Я удивилась — зачем Сибирь, почему? У меня там никого нет. «Не знаю, — сказала Ванга. — Мать сильно просит. А что это за место — Сибирь? Город? Село?»

Совершенно неожиданно, вернувшись в Ленинград, я получила приглашение в Сибирь на чтения, посвященные моему деду Бехтереву. Отказалась, занятая делами, о чем до сих пор очень жалею — чувствую, знаю, согласись я, и многое в моей жизни сложилось бы по-другому.

А еще Ванга сообщила, что мой отец не умер, а убит, и подсказала, где искать его могилу. И совсем уж поразила меня заявлением «Ты чего к замминистра ходишь, не твой он человек. Пообещает, но ничего не даст. Ходи к министру, это — твой человек«. Ну откуда ей было знать, по каким кабинетам власти ходит ее гостья из России? Догадаться о таком — невозможно. Жизнь показала, что и здесь Ванга не ошиблась.

И совсем невероятно в свете последующих страшных событий прозвучала фраза: «Что-то я очень плохо твоего мужа вижу, как в тумане. Где он? В Ленинграде? Плохо-плохо его различаю…»

Через несколько месяцев после этой встречи я потеряла мужа. Ванга рассказала про три смерти, случившиеся рядом со мною и сильно меня задевшие. И опять все так — с небольшим интервалом ушли из жизни моя мама, мать первой жены моего мужа и моя единственная близкая подруга.

«Ты, может, о себе беспокоишься? У тебя со здоровьем все в порядке. А сестра твоя все болеет. Да ты не огорчайся, и не умрет, все хворать будет«. Действительно, моя младшая сестра — инвалид первой группы, из тех, кто страдает, скрипит, да долго тянет. И она, и муж мой были от Ванги на одном расстоянии. Сестру Ванга видела, мужа — почти нет. Я не могу не верить в то, что слышала и наблюдала сама, даже тогда, когда этому нет объяснений. Ванга очень звала меня приехать еще раз. Может, и надо было…

Особые сны

Они виделись мне только под утро или днем, с полным ощущением того, что все происходит на самом деле. Просыпалась я всегда напряженная, взвинченная, нервная, с острой головной болью в области лба. В июле 1975 года я отправила маму в санаторий, под Краснодар. Получила ее письмо — бодрое, жизнерадостное, где она сообщала, что чувствует себя лучше и даже выходит в садик посидеть на солнышке, и очень обрадовалась. А через несколько дней снится мне сон — во сне я просыпаюсь, одеваюсь, слышу звонок в дверь, и почтальон приносит телеграмму: «Ваша мама умерла, приезжайте хоронить».

Прилетаю в село, узнаю людей, про которых мама писала, называю всех по именам. Мне говорят: «Надо идти в сельсовет». Просыпаюсь в отчаянии и слезах и хочу немедленно лететь в Краснодар. Муж и друзья успокаивают меня, снисходительно похлопывая по плечу: «Вы же ученая, мудрая женщина, вы мозг изучаете, да как можно верить снам, посмотрите, какое письмо хорошее, скоро ваша мама вернется!» И так они меня убедили, что я от своей затеи отказалась.

В августе получаю телеграмму: «Ваша мама умерла. Приезжайте хоронить», — все слово в слово написано. Приезжаю… узнаю на похоронах всех тех, о ком мама писала… иду в сельсовет за справкой о ее смерти. Да, я знала, как мама больна, тревожилась о ней, во сне моя тревога всплыла, приобрела отчетливую форму.

Но отчего я предвидела именно эту смерть, а не другие? Возможно, мама думала обо мне в последнюю минуту. Или душа ее в момент отделения от тела коснулась моего сознания. Ответить, почему возникают подобные сны, я пока не могу. Но прислушиваться к ним, наверное, надо.

Если бы я не знала, что некрасива, то сочла бы себя хорошенькой!

Огромную роль во всех моих «комплексах» сыграла мама. Мой ум она превозносила до небес, но что касается внешности и разных женских достоинств — о, тут шел другой разговор. Помню, как я танцую под папин аккомпанемент, а мама, склонив набок голову, говорит: «Все хорошо, но ножки — полноваты… полноваты ножки. Неплохи, но — полноваты«.И так придирчиво разбирала меня по частям, что сформировала стойкий комплекс уродины.

Дело доходило да абсурда — вы не поверите — в двадцать лет я могла часами рассматривать себя в зеркале и думать: «Право же, если бы я твердо не знала, что ужасно некрасива, то сочла бы себя хорошенькой!» Когда подружки хвалили мою внешность, я думала, как они ко мне хорошо относятся.

В первый раз я влюбилась в воспитанника нашего детского дома — обаятельного юношу нордического типа. Я никому об этом не рассказывала. Не знаю, почему мне сейчас это вспомнилось…

Наверное, потому, что очень легко, нежно и романтично все это было. Мне только исполнилось четырнадцать лет, моя некрасивость меня еще не тревожила, и мы вместе, держась в темноте за руки, смотрели в кинотеатре фильм «Песни о любви». Мне жаль нашу нынешнюю молодежь, которая проскакивает стадию первой влюбленности за несколько минут — как много они теряют!

Вот я через… ну сами представляете, сколько лет прошло, вспоминаю это чувство — здорово хорошо… А потом — уже зрелой женщиной, по страстной, сильной любви — я вышла замуж и все думала: «Ах, он говорит мне комплименты по доброте душевной, насколько же он меня любит, если я, такая страшненькая, кажусь ему красавицей«.

В 34 года я поехала в Англию, в Бристоль, на научную конференцию. И в кафе услышала, как за моей спиной меня обсуждают две буфетчицы: «Какая красивая эта русская, какие у нее замечательные ноги и эффектная фигура«. Они меня видели первый и последний раз в жизни и не догадывались, что я понимаю каждое слово. Я сразу бросилась к ближайшему зеркалу, посмотрела на свое отражение и тут же безоговорочно поверила: да, да, они правы, я же красавица!

На работу я всегда предпочитала принимать привлекательных женщин, которые идут в науку по требованию души, а не из внутренней ущербности и невостребованности. С удовольствием наблюдала, как они делают научную карьеру и расцветают.

Ночная тьма

Роковая закономерность моей жизни — чем ближе я подходила к какому-то эпохальному прорыву в своих исследованиях, тем сильнее меня преследовал и кружил жуткий хоровод горя, неприятностей и проблем.

Так, в конце шестидесятых, во время изучения «детектора ошибок», на нас написали отвратительную грязную анонимку. В 1989 году я наконец-то получила новейшую аппаратуру для исследований и вновь на какой-то день посмела подумать, что абсолютно счастлива, а потом…

В 1990 году умер от наркотиков мой тридцатисемилетний приемный сын Алик, и в ту же ночь я потеряла от инсульта мужа.

С 1989 года меня травили за желание открыть свой институт мозга и за стремление покинуть пост директора Научно-исследовательского института экспериментальной медицины. Я давно собиралась, как стукнет 65, все бросить и уйти в науку, чтобы не подписывать по три часа в день бумаги. Не поняли, взревновали, возмутились, особенно когда узнали, что во главе нового института — физик, мой второй сын Святослав Медведев. Расклеивали по городу листовки, где угрожали судьбой четы Чаушеску.

Предавали самые близкие друзья — я никогда не разделяла деловое и личное общение, все мои коллеги входили в мой дом, это теперь я крайне ограничила круг близких мне людей, а тогда только отмечала — ты и ты, неужели и ты — тоже?..

Что особенно больно — муж истово верил газетам и невероятно страдал, а мое нежелание оправдываться в некоей отсутствующей вине он воспринимал как косвенное ее доказательство и все время убеждал в необходимости ввязаться в полемику. Было очень тяжело видеть, как он переживает из-за меня, и еще больнее — чувствовать его плохо сокрытое недоверие. И слушать его советы: «Брось свое никому не нужное дело, и ты отдохнешь, как я это делаю«.

Мне казалось, что тяжелее этого периода, когда моя много лет лелеемая мечта вот-вот сбудется и все зависит только от меня, а силы — на исходе, предательство друзей подточило душу и поддержка близких больше всего похожа на подталкивание в спину по направлению к пропасти, хуже этого ничего и быть не может. Оказалось — может.

Не удержала

Сын Алик, доктор, красивый, умный, бесконечно любимый, трудный, позвонил ночью, сказал, что покончит с собою и хочет попрощаться перед смертью с отцом. Муж попросил меня поехать к нему. Мы уже один раз выхаживали Алика после тяжелейшего заражения крови, вытащили буквально чудом с того света. Чтобы не терять ни секунды, я сразу вызвала реанимацию и бросилась к сыну.

Перед закрытой дверью его квартиры застала растерянных врачей — на звонки изнутри никто не отзывался, и вдруг мне одной почудился сильный, как в анатомичке, трупный запах, которого не было и ни по каким логическим причинам быть не могло, и я поняла — все. Сына больше нет.

Когда принесли ключи и открыли дверь, Алик мертвый лежал на диване, с петлей на шее. Одно движение — и он мог спастись сам. Возможно, он затянул петлю, только когда услышал нашу возню за дверью. Может быть, рассчитывал и надеялся, что мы войдем и успеем его спасти. Его сердце остановилось всего несколько минут назад. Я взяла телефонную трубку и обо всем, как автомат, сообщила мужу. Мы с моей близкой подругой Р. В. вернулись домой.

И вновь только я одна у порога почувствовала все тот же леденящий душу трупный запах. Несколько секунд — и ощущение исчезло. Открыл муж, внешне — спокойный, выслушал, принес нам нарезанный арбуз, сказал, что идет спать. Под утро у него произошло кровоизлияние в мозг, и спасти его не удалось.

То, о чем можно было бы и умолчать

Шли месяцы. Я жила по инерции. Ездила в командировки, работала, но ощущение чьего-то присутствия в доме сохранялось. Странное гудение, похожее на шум волчка, шорох, скрип половиц. Я иду в ванную мыться. Слышу шаги. Они приближаются, потом — удаляются. Когда я выхожу минут через десять, Р. В. спрашивает, зачем мне ни с того ни с сего понадобилось выбираться из теплой ванны в коридор и почему я не отозвалась, когда она меня окликнула.

А вот еще: я стою у окна и вижу во дворе грустного человека с лицом моего покойного мужа. Может быть, мне показалось?.. Возвращаюсь в кухню и прошу Р. В. взглянуть, кто там стоит на улице, «вроде я уже его где-то видела». Она вбегает через минуту белая как мел: «Да это же Иван Васильевич! Он повернулся и к гаражам пошел, вы же знаете его особенную походку — ни с кем не спутаешь!»

Глубоким вечером я смотрю на большой, хорошо выполненный портрет мужа в спальне и наблюдаю, как медленно скатывается по полотну слеза из уголка нарисованного глаза — словно он огорчен, как часто бывало при жизни, моим поздним возвращением домой из гостей. Я безмолвно замерла у портрета, а моя тихо подошедшая подруга восклицает: «Да он плачет…» Потом слеза тает.

У меня есть много теоретических объяснений случившемуся, начиная от измененного состояния сознания, в котором мы обе, без сомнения, в те дни находились и котороепозволило нам перейти в иную плоскость бытия и видеть иные вещи, но гадать и комментировать вслух — нет, не хочу. Это — было, и все. Уверенность в реальности происходившего у меня полная.

Каждое загадочное явление как бы съедало часть моих и без того подточенных горем возможностей, мучили головные боли, внезапная сонливость, повышенное давление. Ну, хватит, — решила я и отправилась в больницу Четвертого управления. Здоровье мне вроде бы подлечили, но душа продолжала болеть. И тогда я обратилась к Богу. Бог, вера, отец Геннадий и мои близкие вернули меня к жизни, принесли утешение и покой. Дверь в Зазеркалье закрылась — на время, не навсегда.

Вы знаете, все еще будет!

Самый счастливый момент моей жизни? Мне многие не верят и недоуменно улыбаются, когда я об этом рассказываю, но я говорю чистую правду — подготовка доклада для открытия ХХХIII Международного конгресса физиологических наук и как апофеоз — выступление 30 июля 1997 года, которое прошло более чем блестяще.

Потом меня много снимали, но только один финн догадался и прислал фотографии с извинением — мол, я понимаю, что у вас есть и получше… Нет у меня ничего получше, все, наверное, так подумали, поэтому только одна его фотография теперь всегда стоит в кабинете как символ моего возвращения к себе после многолетнего, тяжкого, черного периода, когда я была не я, а моя тень.

Я выступала, читала лекции, занималась громадной организационной работой, но — не жила. Пока у меня не появилась очередная сверхзадача — доклад, который позволил оценить, сколько сделано в прошлом, и показал, что есть смысл в будущем. Я люблю своего сына, у меня прекрасная невестка и чудесная внучка, меня очаровал Нью-Йорк. Продолжает работать созданный нами Институт мозга.

Без сверхзадачи человеческое существование лишено смысла. Животные рождаются, дают жизнь новым поколениям, потом функция размножения угасает, и наступает смерть. А мы — мы не умираем, пока у нас есть цель — дождаться внуков и правнуков, написать книгу, увидеть мир, заглянуть в Зазеркалье… Старости не существует, и ничего не заканчивается, пока вы сами этого не захотите.

…Теперь в спальне нет печального портрета покойного мужа. Под одеялом на кровати нежится благородного облика золотоглазый рыжий кот. Под ногами бродят еще две кошки — очень старая и очень пушистая и ее толстая дочка средних лет. На стенах кабинета развешаны любимые пейзажи — Италия, все голубое, синее, много воздуха, неба и моря.

Нет настоящих вещей из прошлого, — Бог мой, какое прошлое, ведь ничего не сохранилось после репрессий, войны, эвакуации, — но есть овеществленные воспоминания о безмятежном детстве, тепле домашнего очага. Все невольно обставлено так, как было тогда. И на вопрос «Вы любите свою квартиру?» хозяйка тихо, с какой-то застенчивой улыбкой, отвечает: «Да. Очень…» Она переоделась по-домашнему — в роскошный «цыганистый» халат, ничуть не менее женственный, чем давешнее платье.

Мы смотрим старые фотографии в старом альбоме. Годы уносят все внешнее, и с возрастом душа человеческая постепенно освобождается от покровов и предстает в своем первозданном виде. Уже нет нужды нравиться, играть в какие-то игры. Можно быть самой собой, говорить что думаешь и как чувствуешь. Наконец понимаешь, что счастье — это то, чем можно прямо сегодня и сейчас поделиться с другими, нечто крошечное, хрупкое и ужасно важное — семга по четвергам, которой так любит лакомиться приходящая домработница. Отрез самой лучшей шерсти для дорогой подруги. Теплый автограф на подаренной книге. Или десять самых вкусных пирожных из французской кондитерской.

Мы бьемся с жизнью, думаем: вот получим премию, купим квартиру, машину, завоюем должность — то-то будем довольны! А запомнится навеки другое — как молодой и красивый папа играет на рояле старинный вальс «Осенний сон», а ты — кружишься, кружишься под музыку, словно лист на ветру…

Галина Зайцева

Зазеркалье Натальи Бехтеревой — Елена Хорватова — LiveJournal

Известный ученый, академик, глава Института мозга Наталия Бехтерева в своих книгах откровенно писала, что постепенно пришла к вере в Бога и признала некое не объяснимое современной наукой явление, которое она назвала Зазеркальем: «Я знаю, как опасно двинуться в это Зазеркалье. Я знаю, как спокойно оставаться на широкой дороге науки… Но кажется мне, что на Земле каждый, в меру своих сил, должен выполнить свой долг…» И внучка великого русского физиолога Владимира Бехтерева рассказала о личном опыте встречи… с потусторонним. Когда сын ее мужа от первого брака Алик покончил с собой, она, подъезжая к дверям квартиры покойного, явственно услышала его разговор с отцом, которого не могло быть.

Не выдержав смерти любимого сына, вскоре умер и муж. После этого Наталия Петровна не раз видела его, разговаривала с ним наяву — интересно, что при сем зачастую присутствовало третье лицо, ее помощница, которая в точности повторяла то, что видела и слышала сама Бехтерева.
Являлся ей покойный муж и во снах… В книге «Магия мозга и лабиринты жизни» академик Бехтерева описала несколько своих «странных снов», которые приходили к ней в переломные моменты жизни — накануне ареста и расстрела отца в конце 1930-х годов, или после смерти мужа, который не успел при жизни донести до нее свою волю…
В конце концов выяснилось, что покойный муж являлся к Наталии Петровне с определенной целью: просил ее внимательно прочесть и издать его незаконченную рукопись. Что она и сделала.

«Осень 1990 г. 25 сентября внезапно и трагически умер мой муж в связи с самоубийством его сына от первого брака. Я переживаю случившееся бесконечно тяжело, ставлю цветы перед большим портретом мужа (И.И.), подолгу говорю с ним. О чем? Не знаю. Засыпаю под утро. Во сне просыпаюсь. Иду вниз, к скамейке под окнами квартиры. Перед скамейкой стоит И.И., на скамейке лежит кипа листов с машинописным текстом, рядом кто-то, кого я не вижу, с ним разговаривает И.И. Я спрашиваю: «Что происходит, о чем разговор?» Он: «Подожди, не мешай сейчас». Идем по лестнице в квартиру. Я зову в комнаты, он идет в кухню, становится у окна. И.И. сердится: «Зачем ты меня здесь похоронила?» Я: «А где надо было?» – «Конечно, на Богословском, там все мои, убрали бы дерево, ну что тебе стоило! Рубль какой-то лишний!» (Задумчивое Серафимовское кладбище… Всегда захожу в его прелестную деревянную церковку. Привыкла к ее священникам – отцу Василию, отцу Николаю…) «Ну ладно, что ты отдала Жене (сын, оставшийся в живых)?» Я: «Дачу, „Волгу“». На дачу он машет нетерпеливо рукой, а на «Волгу»: «Молодец, это правильно». Я пытаюсь сказать, что еще отдано, – нетерпеливый взмах руки: не надо. Я спрашиваю: «Но как же ты пришел? Ты же умер?» – «Да, умер, очень надо было – отпустили». – «А что там, где ты?» – спрашиваю. «Ни-че-го». – «Но из ничего нельзя прийти». – «Узнаешь потом. Ты никогда для меня не имела времени, я тебе был не нужен». – «Как, я же тебя так люблю». Он: «А, я не о том, не было времени, обходилась сама, не просила. Теперь проводи, все поняла?» Проводила, разделась и легла в постель. Проснулась в ужасе, кинулась к портрету: «Скажи, зачем ты приходил?» Сутки промучилась, не могла понять причины прихода. В приход верила безоговорочно. На следующий день (воскресенье) утром – опять к портрету: «Я сейчас лягу, усну, как хочешь – приходи, объясни, я не поняла. Я очень прошу, требую: приходи, объясни». Засыпаю сразу. Снится обычный сон. Пустая трехкомнатная квартира. По ней ходит улыбающийся И.И. В руках у него листки с машинописным текстом. Обнимает меня ласково: «Ну что ты не поняла? Ты знаешь, рукопись не успел издать, ты не прочла, не было у тебя для меня времени. Постарайся!» И я проснулась.

Прочла рукопись, и после правок специалистов с помощью доброго, умного человека (Константина Абрековича Баршта) удалось издать ее. Хорошая вышла книга». (Н.П. Бехтерева. Магия мозга и лабиринты жизни)

«Анализу это не поддается, — говорила Бехтерева, — но уверенность в реальности феноменов у меня полная». Она полагала, что в так называемом состоянии измененного сознания наш мозг способен выходить как бы в иные измерения, за черту, куда наука пока переступить не может. Некоторые люди, обладающие парапсихологическими способностями, видимо, «общаются с Зазеркальем» и в обычном своем состоянии. По ее мнению, изречение одного английского ученого: «Все то, чего я не могу измерить, не существует», безнадежно устарело.

Не менее интересна запись Н.П. Бехтеревой о встрече и разговоре с Вангой, около имени которой теперь так много спекуляций. Рассказ об этом Наталья Петровна включила в главу, которую так и назвала «Зазеркалье»:

«Перед встречей с Вангой я очень хотела помолчать и сосредоточиться. Но, случайно или нет, мое окружение, приехавшие со мной медики, сделало все, чтобы это было невозможным. И я договаривала ответ на какой-то очередной вопрос, когда меня позвали к Ванге. Малюсенькие деревенские сени – ну, что-нибудь метра два на полтора. У окна стол. Против входа на стуле за этим столом сидит Ванга, «тетя Ванга», которая всех называет на «ты» и которую надо также называть на «ты». Она слепая, лицо перекошено, но по мере того, как на нее смотришь, лицо кажется все более и более привлекательным, чистым и милым, хотя она поначалу была уж никак мной не довольна. Не было у меня традиционного куска сахара, который я должна была сутки держать при себе до прихода к ней, – по убеждению Ванги, кусок сахара за сутки впитает в себя информацию о приходящем, а затем Ванга пальцами рук ее считывает. Традиционный подарок… Я подарила ей чудный павловопосадский платок в полиэтиленовом пакете. Ванга протянула руку за сахаром. «Нет у меня сахара, тетя Ванга…» Вынула из пакета платок: «Ах, да ты же совсем его не трогала» – и начала поглаживать полиэтиленовый пакет. «Ты зачем пришла? Что знать хочешь?» – «Ничего специального, – ответила я, – хотела познакомиться с тобой. Я исследую свойства мозга человека, и мне хотелось самой поговорить с тобой». – «Для науки, значит, ну да. Марию знаешь? Якова знаешь? Сергея?» – «Нет, тетя Ванга, не знаю».

Помолчала Ванга, откинулась на стуле, что-то недовольно пробормотала (кажется, о науке) и вдруг слегка отклонилась влево, лицо стало заинтересованным. «Вот сейчас твоя мать пришла. Она здесь. Хочет тебе что-то сказать. И ты ее можешь спросить».

Зная, что Ванга нередко говорит о недовольстве ушедших в иной мир родственников, о том, что они сердятся из-за невнимания детей к их могилам, я, ожидая того же ответа, сказала Ванге: «Мама, наверное, сердится на меня». (Мама умерла в 1975 г., я у Ванги была в 1989-м. Я после смерти мамы ездила пять лет подряд к ней на могилку.) Ванга послушала-послушала и вдруг говорит: «Нет. Она на тебя не сердится. Это все болезнь; она говорит: это все болезнь». (Кстати, мама при жизни часто именно так и говорила.) И далее – мне, одновременно показывая руками: «У нее же был вот такой паралич. – Руки Ванги имитируют дрожание. – Вот такой». – «Паркинсонизм, – комментирую я. – Да, да, правильно, паркинсонизм. Так и было, мама двенадцать лет болела тяжелейшим паркинсонизмом…»

«У матери к тебе две просьбы: сходи к монахам и закажи, чтобы ее поминали. К монахам». – «В Ленинграде, – спрашиваю я, – в Москве?» – «Да нет, к монахам». – «Загорск?» – «Да, да, Загорск. А вторая просьба – поезжай в Сибирь». – «Навсегда? Когда? Куда?» – «Куда тебе сказано, в Сибирь. Не навсегда. Когда? Сама поймешь, скоро… А что это – Сибирь? – Ванга смеется. – Город? Место?» – «Да никого у меня в Сибири нет. И зачем я туда поеду?» – говорю я. Ванга: «Не знаю. Мать просит».

Кстати, совершенно неожиданно по приезде в Ленинград я получила приглашение в Сибирь на чтения, посвященные моему деду – академику В.М. Бехтереву. И не поехала. И жалею об этом до сих пор. Значительно более поздняя поездка оказалась просто приятной: Байкал красив и с пологой и со скалистой стороны.

Может быть, если бы… Но кто может сейчас ответить на этот вопрос?!

А дальше Ванга начала меня спрашивать: «Где твой отец?» – «Не знаю», – не совсем правду ответила я. «Как же ты не знаешь, ведь это же было убивство, убивство! А где гроб? (Гроб – это могила.) Гроб его где?» – «Не знаю». – Здесь уже правда. – «Как же ты не знаешь, ты должна знать, ты постарайся – и будешь знать».

Ах, Ванга, Ванга, подумала я, ну кто же мне скажет, где лежат кости моего расстрелянного отца!

Сказали. Переспросила через другие каналы. Подтвердилось. Весьма вероятно, что вместе с такими же несчастными мой отец похоронен вблизи Ленинграда, в Левашово…

«А ты зачем ходишь к замминистра? Не твой это человек, пообещает – и ничего тебе не сделает, ходи к министру. Это – твой человек» (Ванга). Действительно, в последнее время я пробовала решать организационные, строительные и денежные вопросы с заместителем министра здравоохранения СССР. Ничего из этого не вышло. Позже я к нему, по крайней мере систематически, не обращалась. Трудна директорская должность, особенно директора вне Москвы. От этой непролазной бюрократии я уставала больше, чем от всего остального. Поэтому и решила избавиться от директорства к 65 годам. О чем объявила в 64 года вполне официально. Чем и развязала в институте яростную борьбу за власть. Но об этом – в другом месте.

Мне казалось, что о моих походах к замминистра тетушка Ванга уж никак не должна была знать. Догадалась случайно? Сейчас полагаю – догадаться об этом невозможно: мои приезды в Москву были в разное время.

Дальше: «Что-то я очень плохо вижу твоего мужа, как в тумане. Где он?» – «В Ленинграде». – «В Ленинграде… да… плохо, плохо его вижу». Несколько месяцев спустя мой муж умер в весьма трагической ситуации. Имели ли слова Ванги отношение к страшным моим личным событиям? Не знаю. Не думаю.

«А несколько лет тому назад рядом с тобой было три смерти». Я как-то не сообразила и сказала: «Да, дед, отец, мать». – «Ну что ты об отце и деде, те погибли много раньше. Трое – почти рядом». Правда, подумав, молча согласилась я, было так. Моя мать, жившая с нами, мать первой жены моего мужа и моя единственная, очень любимая мною подруга. С расстоянием между смертями около двух лет. Но почему вдруг об этом?! Хотя сейчас я бы ответила себе: а почему бы и нет? Ведь я не задала определенного вопроса Ванге, я просто хотела ее послушать. Да, смертей было три. И вдруг: «А ты, может быть, о себе беспокоишься? Так у тебя со здоровьем все в порядке. Вот сестра твоя не выздоровеет, так и будет болеть, не поправится никогда». Да, мне нездоровилось, а сестра моя лежала, уж не знаю который раз, в больнице. И сейчас она хворает, и все то же, то же, что и было. Моложе меня на девять лет, в 55 лет вышла на пенсию, теперь – инвалид первой группы. А что с ней? Трудно сказать. Язва голени – то есть, то нет. Хроническая язва голени. Нет сил. Замедленность движений. Не всегда может встать. В давние времена про таких говорили – сглазили. Сглазили – и что тут гадать докторам, тем более что ни лучшие, ни просто хорошие доктора помочь ей не могут. А была она в юности редкой красавицей: высокая, стройная, белокурая, зеленоглазая. Да недолго была. Уже к тридцати – тридцати пяти стала просто миловидной женщиной, а к пятидесяти поверить в прошлую красоту было уже невозможно. Очень любила ее мать, и она была дочерью, душевно близкой матери. И вот прошло десять лет после моего разговора с Вангой. Моя сестра, слава Богу, жива. Но она действительно не вылечилась. Ей – скажем так – не лучше. Всё то же. Но как об этом могла знать Ванга, «тетя Ванга»? Ведь то, что я ей сказала о болезни сестры, было очень невинно: «Немножко приболела, скоро поправится». – «Твоя сестра не поправится». Откуда ей это было известно? Не знаю. И мой муж, и сестра были от Ванги на одинаковом расстоянии. Откуда ясное видение событий, связанных с моей сестрой, и – «мужа твоего неясно вижу, как в тумане»? Не знаю.

Было и что-то еще. Вспомню – доскажу. Тогда, когда подобные встречи происходят, кажется, будешь помнить каждое слово всю жизнь. А потом и это, как, к счастью, и другое, постепенно бледнеет, как будто на прошлое ложится все менее прозрачная пелена, через которую все еще просвечивают факты и потихоньку бледнеют, выцветают краски, выцветают и эмоции. Как прекрасно, что эмоции могут выцветать! Как великолепно, что прячутся в сундуки истории великие и малые трагедии! И пусть с ними даже уйдут и прошлые радости. Это – цена! Я готова ее платить, хотя есть у большинства людей своего рода защита – берегут они память о радостях. И поэтому – «что прошло, то будет мило».

Лиц, претендующих на возможности видеть прошлое, настоящее и будущее, очень немало. В мои задачи не входит ни их оценка, ни сравнение, ни отделение «чистых» от «нечистых», истинных пророков от шарлатанов. Мне важно было повидаться с человеком, чьи особые свойства действительно прошли проверку и числом и временем, – мне неважно, сколько их, похожих или даже таких же. Пусть один, пусть тысяча. Мне важно было убедиться самой: да, такое бывает. И далеко не всё можно отвергнуть, как добытое «штатом осведомителей». (Н.П. Бехтерева. Магия мозга и лабиринты жизни)

О жизни Натальи Бехтеревой: http://eho-2013.livejournal.com/636156.html

СТРАННОЕ ЗАЗЕРКАЛЬЕ НАТАЛЬИ БЕХТЕРЕВОЙ И ВАНГИ: prajt — LiveJournal

Она заявила во всеуслышание, что верит в вещие сны, жизнь после смерти и альтернативное видение.

Это был вызов добропорядочному ученому сообществу. Академик – и вдруг такое? Ее клевали за «лженаучность», ставили в вину нездоровый интерес к мистике, но она стояла на своем – если «зазеркалье» существует, наука не имеет права его игнорировать. А о том, что оно существует, говорил ее собственный опыт.

***

[Дальше…]
«Чем дольше я занимаюсь наукой, тем больше укрепляюсь в мысли о божественном происхождении мира». Так говорила Наталья Бехтерева – великий русский нейрофизиолог с мировым именем, академик, почетный член десятков научных обществ. Она заставила 1400 граммов серого вещества, служащего людям инструментом познания окружающего мира, раскрыть большую часть своих тайн. В своих исследованиях ученый, по ее признанию, «не шарахалась и от паранормальных явлений, связанных с мышлением».

***

Наталия Бехтерева в своих книгах откровенно писала, что постепенно пришла к вере в Бога и признала некое не объяснимое современной наукой явление, которое она назвала Зазеркальем:

«Я знаю, как опасно двинуться в это Зазеркалье. Я знаю, как спокойно оставаться на широкой дороге науки… Но кажется мне, что на Земле каждый, в меру своих сил, должен выполнить свой долг…»

***


Наталья Бехтерева

Бехтереву называли «ясновидящей», посвященной в тайны «зазеркалья». Но она протестовала против такой оценки и все переводила в плоскость научного знания. Однажды академика спросили, а есть ли вообще различие в работе женского и мужского мозга? Она ответила, что есть, и подкрепила свои слова статистикой: мало женщин великих композиторов, великих художников, великих философов, да и великих ученых среди женщин не так уж много. Но ее собственный мозг явно отличался той «особой биохимией», которая, по ее теории, свойственна талантливым и гениальным людям. Возможно, именно «женское начало», особое чутье и воображение, свойственные женской душе, помогли ей достичь идеального баланса с той безупречной «мужской» логикой, которую она применяла в искусстве исследователя.

Она родилась в год смерти Ленина – в 1924-м. Спустя три года ушел из жизни ее знаменитый дед – Владимир Бехтерев. Психолог, психиатр, невропатолог (этот термин изобрел и ввел в медицинский обиход сам ученый) владел искусством гипноза. Опыты по передаче мыслей на расстоянии ставил совместно с известным российским дрессировщиком животных Дуровым. В одной из своих научных работ – «Тайна бессмертия» – Бехтерев сделал вывод: мысль материальна и является разновидностью всемирной энергии, стало быть, в соответствии с законом сохранения энергии исчезнуть не может. Это прозвучало в разгар Первой мировой войны, когда человеческая жизнь ничего не стоила, люди перестали понимать, за что погибают, если все решает пуля-дура. Бехтерев провозгласил: «Смерти нет, господа, это можно доказать!». Поверила в это и его внучка Наташа.

Всего вещих снов Наталье приснилось за жизнь четыре.
Первый – в 1937 году, об отце. Петру Бехтереву передался пытливый ум отца. Но профессию он избрал инженерную, занимался разработкой военной техники. Его часто премировали, и в доме царил, казалось, вечный праздник. И вдруг – страшный сон, вспоминает Бехтерева:

«Стоит папа в конце коридора, почему-то очень плохо одетый, в чем-то старом, летнем, как будто в парусиновых туфлях. А отец даже дома одевался хорошо, хотя и иначе, чем на работу. И вдруг пол начинает подниматься, именно с того конца, где стоял папа…. А под полом – огонь, языки пламени – по бокам коридора. Папе трудно устоять на ногах, он падает – и я с криком просыпаюсь».

На следующую ночь Наташа проснулась от шума: за папой пришли люди в форме – из госбезопасности. Домой отец больше не вернулся. Семье сообщили, что его осудили на 10 лет без права переписки. Они еще не знали, что это значит на самом деле. А вскоре забрали в лагерь и маму. Сказали – на пять лет, вышло восемь. Много позже Наталье показали приказ на арест, ее имя стояло рядом с маминым. Но ей было только 14 лет, и детскую колонию заменили детским домом.

От Наташи, ее брата и сестры – детей «врагов народа», отвернулись даже родственники. В детдоме вновь прибывавшие дети плакали перед сном, накрывшись одеялами с головой, – плакать вслух не разрешалось.

«И каждую ночь я засыпала с мыслью – завтра придут веселые папа с мамой, заберут нас с братом домой, и все снова будет хорошо. А мой добрый, талантливый и безвинный папа уже был расстрелян».

В детдоме перед Натальей открылось две дороги. Одна – после семилетки идти работать на кирпичный завод, там «исправляли сознание» детей «врагов народа». Вторая – во что бы то ни стало быть отличницей, лучшей из лучших. На кирпичный завод Наташа не хотела.

В детском доме она узнала, что началась Вторая мировая война. Его обитателей погрузили в вагоны, но эвакуировать не получилось, Ленинград уже попал в железное кольцо. Поезд покружил-покружил вокруг города, чудом успевая удирать из-под бомбежек, и вернулся туда, откуда выехал. В детдоме хоть как-то кормили, поэтому там было лучше, чем на воле, где голод и холод косили целые семьи. Впрочем, настрадались и детдомовцы. Прежний, любимый, директор ушел на войну и погиб, а на его место поставили другого, оказавшегося садистом. Перед каждой едой новый директор детдома выстраивал детей на линейке и требовал тщательно пережевывать пищу, пока она не превращалась в застывший комок. Наталья признавалась, что и лет через 10 после окончания войны никак не могла наесться досыта, мучил фантомный голод.

Несмотря на весь ужас блокадного существования, она умудрилась поступить в мединститут. Запомнила не так мороз той зимы, как ледяной ветер. Всякий раз, подходя к мосту, где от ветра не было спасения, хотела повернуть назад, забраться под одеяло и больше не выходить из дома. Но доходила до середины моста, а там становилось все равно – вперед идти столько же, сколько назад, поэтому шла вперед.

Окончание войны и расцвет радужных надежд на безоблачное счастье совпали для Натальи с большой любовью. Но человек, который внушил ей это чувство, как рассказали знакомые, по-прежнему любил другую, погибшую в начале войны. Наташа начала тяготиться отношениями с любимым. Ведь получалось, что он держит ее при себе в качестве замены. Она порывалась уйти, он не отпускал.

И тут помог второй вещий сон. В нем Наталья пошла в дом, где горевали о бывшей возлюбленной. И видит: виновница горя сидит, как ни в чем не бывало за столом и пьет чай. «С радостью обращаюсь к ней: «Здравствуйте, Татьяна (почему-то называю ее так), – вспоминала Бехтерева. Та, здороваясь, не встает. А дальше я узнаю, что она на девятом месяце беременности. Убегаю ужасно счастливая». После предвестия о папе то был второй вещий сон Натальи Петровны. И он также, как и первый, один в один реализовался в действительности.

Во времена Владимира Бехтерева ученые только подступались к тайнам мозга. Раньше о нем думали как о монолите, не поддающемся изучению. Или как о «божественном сосуде», посягать на изучение которого – святотатство. Подвиг ученых бехтеревского поколения состоял в том, что они сняли это табу.

Но время шло, и внучка Бехтерева уже работала с томографами и другими чудо-приборами. Понятно, что для этого потребовался иной уровень знаний и навыков. Наталья Петровна одной из первых увидела на экране мозг и восхитилась. «Допускаю, что некоторые более молодые сотрудники из нейрофизиологических лабораторий идут в институт как на обычную службу… А жаль, если это так… Удивление перед чудом природы – мозгом человека, постепенно познаваемым через все развивающуюся технологию, и озаряющие мозг ученого идеи – большая, стимулирующая радость в жизни», говорила Бехтерева.

Однажды на научную конференцию заглянула супруга руководителя СССР – «первая леди» Раиса Горбачева. Философ по образованию, она с большим интересом выслушала доклад Бехтеревой, потом подсела к ней в зале, они долго говорили. В результате в Ленинграде появился Институт мозга Академии наук, а при нем клиника. Бехтеревцы научились помогать людям в тех случаях, которые до них считались безнадежными, восстанавливали память, способность двигаться, говорить, читать. А Наталья, ставшая директором института, напишет, что осуществилось когда-то загаданное – о Замке ее Мечты.

Бехтеревой и ее сотрудникам удалось прорваться ко многим тайнам. Она написала более четырех сотен научных трудов, получила признание коллег с мировыми именами, стала орденоносцем и членом многих зарубежных академий. При этом ученым она была нетипичным ученым. И, например, гипотеза о том, что сверхсложный механизм интеллекта имеет инопланетное происхождение, была ей ближе, чем принятое утверждение о его земной эволюции.

Академику Бехтеревой снились вещие сны. Следующий сон был о маме, которую Наталья Петровна отправила с надежным сопровождением в южное село – отдохнуть, подышать чистым воздухом, поесть фруктов. Оттуда приходили письма, из которых дочь узнавала, что здоровье мамы удовлетворительно. Вдруг во сне почтальон принес телеграмму «Ваша мама умерла. Приезжайте хоронить».

Во сне же дочь помчалась на похороны, приехала, попала в окружение незнакомых людей, которых почему-то называла по именам. Проснулась в слезах и рассказала сон мужу. Он был скептичен: «Неужели ты, специалист в области мозга, веришь снам?». Тревога не отпускала ее, она хотела бежать на самолет, но и знакомые, которым она рассказала о сне, уговаривали не верить. Она устыдилась своей «ненаучности» и не поехала. А дней через 10 все произошло именно так, как это было во сне – причем до мельчайших подробностей.

Бехтерева не отмахивалась от возможности заглянуть в «зазеркалье», как она называла странные, необъяснимые явления, связанные, по ее мнению, с деятельностью мозга.

Побывав в Болгарии с научными лекциями, Наталья Петровна пожелала встретиться с известной прорицательницей Вангой.

Встреча началась конфузом: Бехтерева не принесла с собой кусочка сахара, который, как требовала ясновидящая от всех посетителей, нужно было сутки держать при себе.

Но Ванга ее простила. Вдруг сказала: «Вот сейчас твоя мать пришла. Она здесь. Хочет тебе что-то сказать. Она на тебя не сердится.

Вот как пишет об этой встрече с Вангой сама Наталья Бехтерева в своей книге «Магия мозга и лабиринты жизни».
Рассказ об этом Наталья Петровна включила в главу, которую так и назвала «Зазеркалье»:

-«Перед встречей с Вангой я очень хотела помолчать и сосредоточиться. Но, случайно или нет, мое окружение, приехавшие со мной медики, сделало все, чтобы это было невозможным. И я договаривала ответ на какой-то очередной вопрос, когда меня позвали к Ванге. Малюсенькие деревенские сени – ну, что-нибудь метра два на полтора. У окна стол.

Против входа на стуле за этим столом сидит Ванга, «тетя Ванга», которая всех называет на «ты» и которую надо также называть на «ты». Она слепая, лицо перекошено, но по мере того, как на нее смотришь, лицо кажется все более и более привлекательным, чистым и милым, хотя она поначалу была уж никак мной не довольна. Не было у меня традиционного куска сахара, который я должна была сутки держать при себе до прихода к ней, – по убеждению Ванги, кусок сахара за сутки впитает в себя информацию о приходящем, а затем Ванга пальцами рук ее считывает.

Традиционный подарок… Я подарила ей чудный павловопосадский платок в полиэтиленовом пакете. Ванга протянула руку за сахаром. «Нет у меня сахара, тетя Ванга…» Вынула из пакета платок: «Ах, да ты же совсем его не трогала» – и начала поглаживать полиэтиленовый пакет. «Ты зачем пришла? Что знать хочешь?» – «Ничего специального, – ответила я, – хотела познакомиться с тобой. Я исследую свойства мозга человека, и мне хотелось самой поговорить с тобой». – «Для науки, значит, ну да. Марию знаешь? Якова знаешь? Сергея?» – «Нет, тетя Ванга, не знаю».

Помолчала Ванга, откинулась на стуле, что-то недовольно пробормотала (кажется, о науке) и вдруг слегка отклонилась влево, лицо стало заинтересованным. «Вот сейчас твоя мать пришла. Она здесь. Хочет тебе что-то сказать. И ты ее можешь спросить».

Зная, что Ванга нередко говорит о недовольстве ушедших в иной мир родственников, о том, что они сердятся из-за невнимания детей к их могилам, я, ожидая того же ответа, сказала Ванге: «Мама, наверное, сердится на меня». (Мама умерла в 1975 г., я у Ванги была в 1989-м. Я после смерти мамы ездила пять лет подряд к ней на могилку.)

Ванга послушала-послушала и вдруг говорит: «Нет. Она на тебя не сердится. Это все болезнь; она говорит: это все болезнь». (Кстати, мама при жизни часто именно так и говорила.) И далее – мне, одновременно показывая руками: «У нее же был вот такой паралич. – Руки Ванги имитируют дрожание. – Вот такой». – «Паркинсонизм, – комментирую я. – Да, да, правильно, паркинсонизм. Так и было, мама двенадцать лет болела тяжелейшим паркинсонизмом…»

«У матери к тебе две просьбы: сходи к монахам и закажи, чтобы ее поминали. К монахам». – «В Ленинграде, – спрашиваю я, – в Москве?» – «Да нет, к монахам». – «Загорск?» – «Да, да, Загорск. А вторая просьба – поезжай в Сибирь». – «Навсегда? Когда? Куда?» – «Куда тебе сказано, в Сибирь. Не навсегда. Когда? Сама поймешь, скоро… А что это – Сибирь? – Ванга смеется. – Город? Место?» – «Да никого у меня в Сибири нет. И зачем я туда поеду?» – говорю я. Ванга: «Не знаю. Мать просит».

Кстати, совершенно неожиданно по приезде в Ленинград я получила приглашение в Сибирь на чтения, посвященные моему деду – академику В.М. Бехтереву. И не поехала. И жалею об этом до сих пор. Значительно более поздняя поездка оказалась просто приятной: Байкал красив и с пологой и со скалистой стороны.

Может быть, если бы… Но кто может сейчас ответить на этот вопрос?!

А дальше Ванга начала меня спрашивать: «Где твой отец?» – «Не знаю», – не совсем правду ответила я. «Как же ты не знаешь, ведь это же было убивство, убивство! А где гроб? (Гроб – это могила.) Гроб его где?» – «Не знаю». – Здесь уже правда. – «Как же ты не знаешь, ты должна знать, ты постарайся – и будешь знать».

Ах, Ванга, Ванга, подумала я, ну кто же мне скажет, где лежат кости моего расстрелянного отца!

Сказали. Переспросила через другие каналы. Подтвердилось. Весьма вероятно, что вместе с такими же несчастными мой отец похоронен вблизи Ленинграда, в Левашово…

«А ты зачем ходишь к замминистра? Не твой это человек, пообещает – и ничего тебе не сделает, ходи к министру. Это – твой человек» (Ванга). Действительно, в последнее время я пробовала решать организационные, строительные и денежные вопросы с заместителем министра здравоохранения СССР. Ничего из этого не вышло. Позже я к нему, по крайней мере систематически, не обращалась. Трудна директорская должность, особенно директора вне Москвы. От этой непролазной бюрократии я уставала больше, чем от всего остального. Поэтому и решила избавиться от директорства к 65 годам. О чем объявила в 64 года вполне официально. Чем и развязала в институте яростную борьбу за власть. Но об этом – в другом месте.

Мне казалось, что о моих походах к замминистра тетушка Ванга уж никак не должна была знать. Догадалась случайно? Сейчас полагаю – догадаться об этом невозможно: мои приезды в Москву были в разное время.

Дальше: «Что-то я очень плохо вижу твоего мужа, как в тумане. Где он?» – «В Ленинграде». – «В Ленинграде… да… плохо, плохо его вижу». Несколько месяцев спустя мой муж умер в весьма трагической ситуации. Имели ли слова Ванги отношение к страшным моим личным событиям? Не знаю. Не думаю.

«А несколько лет тому назад рядом с тобой было три смерти». Я как-то не сообразила и сказала: «Да, дед, отец, мать». – «Ну что ты об отце и деде, те погибли много раньше. Трое – почти рядом». Правда, подумав, молча согласилась я, было так. Моя мать, жившая с нами, мать первой жены моего мужа и моя единственная, очень любимая мною подруга.

С расстоянием между смертями около двух лет. Но почему вдруг об этом?! Хотя сейчас я бы ответила себе: а почему бы и нет? Ведь я не задала определенного вопроса Ванге, я просто хотела ее послушать. Да, смертей было три. И вдруг: «А ты, может быть, о себе беспокоишься? Так у тебя со здоровьем все в порядке. Вот сестра твоя не выздоровеет, так и будет болеть, не поправится никогда».

Да, мне нездоровилось, а сестра моя лежала, уж не знаю который раз, в больнице. И сейчас она хворает, и все то же, то же, что и было. Моложе меня на девять лет, в 55 лет вышла на пенсию, теперь – инвалид первой группы. А что с ней? Трудно сказать. Язва голени – то есть, то нет. Хроническая язва голени. Нет сил. Замедленность движений. Не всегда может встать.

В давние времена про таких говорили – сглазили. Сглазили – и что тут гадать докторам, тем более что ни лучшие, ни просто хорошие доктора помочь ей не могут. А была она в юности редкой красавицей: высокая, стройная, белокурая, зеленоглазая. Да недолго была. Уже к тридцати – тридцати пяти стала просто миловидной женщиной, а к пятидесяти поверить в прошлую красоту было уже невозможно. Очень любила ее мать, и она была дочерью, душевно близкой матери.

И вот прошло десять лет после моего разговора с Вангой. Моя сестра, слава Богу, жива. Но она действительно не вылечилась. Ей – скажем так – не лучше. Всё то же. Но как об этом могла знать Ванга, «тетя Ванга»? Ведь то, что я ей сказала о болезни сестры, было очень невинно: «Немножко приболела, скоро поправится». – «Твоя сестра не поправится». Откуда ей это было известно? Не знаю. И мой муж, и сестра были от Ванги на одинаковом расстоянии. Откуда ясное видение событий, связанных с моей сестрой, и – «мужа твоего неясно вижу, как в тумане»? Не знаю.

Было и что-то еще. Вспомню – доскажу. Тогда, когда подобные встречи происходят, кажется, будешь помнить каждое слово всю жизнь. А потом и это, как, к счастью, и другое, постепенно бледнеет, как будто на прошлое ложится все менее прозрачная пелена, через которую все еще просвечивают факты и потихоньку бледнеют, выцветают краски, выцветают и эмоции. Как прекрасно, что эмоции могут выцветать! Как великолепно, что прячутся в сундуки истории великие и малые трагедии! И пусть с ними даже уйдут и прошлые радости. Это – цена! Я готова ее платить, хотя есть у большинства людей своего рода защита – берегут они память о радостях. И поэтому – «что прошло, то будет мило».

***

Лиц, претендующих на возможности видеть прошлое, настоящее и будущее, очень немало. В мои задачи не входит ни их оценка, ни сравнение, ни отделение «чистых» от «нечистых», истинных пророков от шарлатанов. Мне важно было повидаться с человеком, чьи особые свойства действительно прошли проверку и числом и временем, – мне неважно, сколько их, похожих или даже таких же. Пусть один, пусть тысяча. Мне важно было убедиться самой: да, такое бывает. И далеко не всё можно отвергнуть, как добытое «штатом осведомителей». (Н.П. Бехтерева. Магия мозга и лабиринты жизни)

***

А еще в ту встречу Ванга сказала Наталье: «Что-то я очень плохо вижу твоего мужа, как в тумане». Видимо, понимать это надо было как «вижу что-то плохое». Вторым мужем Натальи Бехтеревой был Иван Каштелян. У него был сын от первого брака, Алик – по словам Бехтеревой, «бесконечно любимый и очень трудный. Красивый, способный врач, женатый, имевший сына. Но подсел на наркотики…». В тот день он позвонил попрощаться, сказав, что примет цианистый калий. Отца покинули силы, на квартиру к Алику поехала Наталья в сопровождении своей сотрудницы.

Бехтерева надеялась, что Алик в очередной раз пугает – он и раньше говорил о самоубийстве, но все обходилось. Она долго стучала, звонила кому-то, чтобы привезли ключи – но, войдя в в квартиру, нашла Алика в петле.
Когда Наталья с подругой вернулись домой, по виду спокойный Иван принес из кухни и поставил на стол нарезанный арбуз. Через полчаса муж почти спокойно сказал, что пойдет спать. Лег – и через четыре-пять часов пришлось вызывать врачей, но было поздно.

В те скорбные дни ей приснилось, что она встретилась с мужем под окнами их дома. Рядом на скамейке лежала кипа исписанных на машинке листов. Говорили долго о разном.

«Я спрашиваю: «Но как же ты пришел? Ты же умер?». – «Да, умер, очень надо было – отпустили». – «А что там, где ты?» – спрашиваю. «Ни-че-го». – «Но из ничего нельзя прийти». – «Узнаешь потом. Ты никогда для меня не имела времени, я тебе был не нужен». – «Как? Я же тебя так люблю». Он: «А я не о том, не было времени, обходилась сама, не просила. Теперь проводи, все поняла?».

Наталья проснулась в ужасе и поняла, что упустила что-то самое важное, то, для чего он приходил, для чего его отпустили. На следующий день перед сном взмолилась: «Приди объясни».
Он пришел: «Пустая трехкомнатная квартира. По ней ходит улыбающийся Иван. В руках у него листки с машинописным текстом. Обнимает ласково Наталью: «Ну что ты не поняла? Ты знаешь, рукопись не успел издать, ты не прочла, не было у тебя для меня времени. Постарайся!».

В книге «Магия мозга и лабиринты жизни» академик Бехтерева описала этот «странный сон».
В конце концов выяснилось, что покойный муж являлся к Наталии Петровне с определенной целью: просил ее внимательно прочесть и издать его незаконченную рукопись. Что она и сделала.

***

-«Осень 1990 г. 25 сентября внезапно и трагически умер мой муж в связи с самоубийством его сына от первого брака. Я переживаю случившееся бесконечно тяжело, ставлю цветы перед большим портретом мужа (И.И.), подолгу говорю с ним. О чем? Не знаю. Засыпаю под утро. Во сне просыпаюсь. Иду вниз, к скамейке под окнами квартиры. Перед скамейкой стоит И.И., на скамейке лежит кипа листов с машинописным текстом, рядом кто-то, кого я не вижу, с ним разговаривает И.И. Я спрашиваю: «Что происходит, о чем разговор?» Он: «Подожди, не мешай сейчас».

Идем по лестнице в квартиру. Я зову в комнаты, он идет в кухню, становится у окна. И.И. сердится: «Зачем ты меня здесь похоронила?» Я: «А где надо было?» – «Конечно, на Богословском, там все мои, убрали бы дерево, ну что тебе стоило! Рубль какой-то лишний!» (Задумчивое Серафимовское кладбище… Всегда захожу в его прелестную деревянную церковку. Привыкла к ее священникам – отцу Василию, отцу Николаю…) «Ну ладно, что ты отдала Жене (сын, оставшийся в живых)?» Я: «Дачу, „Волгу“».

На дачу он машет нетерпеливо рукой, а на «Волгу»: «Молодец, это правильно». Я пытаюсь сказать, что еще отдано, – нетерпеливый взмах руки: не надо. Я спрашиваю: «Но как же ты пришел? Ты же умер?» – «Да, умер, очень надо было – отпустили». – «А что там, где ты?» – спрашиваю. «Ни-че-го». – «Но из ничего нельзя прийти». – «Узнаешь потом. Ты никогда для меня не имела времени, я тебе был не нужен». – «Как, я же тебя так люблю». Он: «А, я не о том, не было времени, обходилась сама, не просила.

Теперь проводи, все поняла?» Проводила, разделась и легла в постель. Проснулась в ужасе, кинулась к портрету: «Скажи, зачем ты приходил?» Сутки промучилась, не могла понять причины прихода. В приход верила безоговорочно. На следующий день (воскресенье) утром – опять к портрету: «Я сейчас лягу, усну, как хочешь – приходи, объясни, я не поняла. Я очень прошу, требую: приходи, объясни». Засыпаю сразу. Снится обычный сон. Пустая трехкомнатная квартира. По ней ходит улыбающийся И.И. В руках у него листки с машинописным текстом. Обнимает меня ласково: «Ну что ты не поняла? Ты знаешь, рукопись не успел издать, ты не прочла, не было у тебя для меня времени. Постарайся!» И я проснулась.

***

О существовании этой рукописи Бехтерева просто не знала. Наталья перерыла бумаги мужа и нашла кипу исписанных на машинке листов. Прочла рукопись, и после правок специалистов с помощью доброго, умного человека (Константина Абрековича Баршта) удалось издать ее. Она была довольна: «Хорошая вышла книга». Так исполнился четвертый вещий сон.

Академик Бехтерева понимала, что, несмотря на значительные успехи ее любимой науки, ей не удалось предложить не то что теорию, но даже правдоподобную гипотезу того, как работает мозг. Например, установлено, что он обрабатывает полученную информацию на гигантской скорости, а существующая техника фиксирует слишком медленное взаимодействие нейронов. Значит, полагала она, мозг обладает пока не обнаруженными свойствами.

Подводя итоги наблюдений над собой, над своими снами и видениями, она писала: «Я знаю, как опасно двинуться в это «зазеркалье». Я знаю, как спокойно оставаться на широкой дороге науки, как повышается в этом случае «индекс цитирования» и как снижается опасность неприятностей – в виде разгромной, уничтожающей критики… Но кажется мне, что на земле каждый, в меру своих сил, должен выполнить свой долг».

И сейчас, если заходит речь о Наталье Бехтеревой, можно услышать: да, выдающийся ученый, бесспорно, только зачем ее занесло в мистику? Но дело в том, что когда обычные люди рассказывают о «странных» явлениях и предвидениях, им можно верить или не верить. Чаще им не верят, иногда правильно: шарлатаны очень любят порезвиться на поле малоизведанного. А вот «зазеркальным» опытом Бехтеревой трудно пренебречь – ее честность, человеческий и научный авторитет неоспоримы.

В последние годы Наталью особенно привлекал «феномен опыта после смерти». Эта последняя тайна открылась ей 22 июня 2008 года. А при жизни у нее была своя малая планета в Солнечной системе – «Бехтерева», подаренная Международным астрономическим союзом. Возможно, это кусочек ее Рая…

Источники:
http://7lostworlds.ru
eho-2013 http://eho-2013.livejournal.com/637844.html

Интервью c Натальей Бехтеревой

Интервью c Натальей Бехтеревой

ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Наталья Петровна Бехтерева более четверти века носит звание академика. В 1975 году она была избрана академиком Академии медицинских наук СССР (сейчас — Российская академия медицинских наук), в 1981 году — академиком Академии наук СССР (ныне — Российская академия наук). Автор фундаментальных трудов по физиологии, психической деятельности. Лауреат Государственной премии.

Внучка Владимира Михайловича Бехтерева, российского невролога, психиатра и психолога, основателя научной школы.

Интервью c Натальей Бехтеревой

Сокращенный вариант интервью журнала “Домовой” (N6 (43)июнь 2004 г.)

Мария Варденга

Наталья Петровна, сказала я, эта встреча нужна мне лично. У меня умер близкий друг он тоже был врач, онкоиммунолог. В последнюю встречу мы разговорились о вере. И он сказал: знаешь, чем дальше я занимаюсь наукой, тем больше укрепляюсь в мысли о божественном происхождении мира

Вы согласны, что боль преодолима только верой?

Я понимаю Вас…хотя не уверена в точности постановки вопроса. Наука ни с какой точки зрения не является антагонистом вере. Если вы полистаете литературу, вы увидите, что религия никогда в истории не противопоставляла себя науке. Джордано Бруно, к примеру, вопреки принятой точке зрения, осуждали не за его учение, а совсем за иные вещи. Другой вопрос, что сама наука в какой-то момент начала противопо

ставлять себя религии. И это, с моей точки зрения, странно, потому что сегодняшнее ее состояние как раз убеждает в правдивости постулатов, изложенных, к примеру, в священном Писании.

Но ваши собственные занятия наукой и такой тонкой материей, как человеческих мозг, имели какое-то отношение к приходу к Богу? Или это был совершенно независимый от профессиональной деятельности процесс?

Они имели отношение к привычному для меня способу анализа событий. Дело в том, что я не отношусь к тому типу ученых, которые утверждают: того, что я не могу измерить, попросту не существует. Между прочим, это слова одного уважаемомго мною коллеги. На которые я всегда возражаю: наука есть путь к звездам. Дорога в неведомое. Как, к примеру, в этом случае быть с документальными свидетельствами, на основе которых воссоздается история войн? Разве подтвержденные свидетельства об одном и том же событии не является поводом для анализа и серьезным документом? Я в данном случае не защищаю Евангелие, не нуждающееся в защите, — я в данном случае говорю о самой системе осмысления непонятных, неординарных вещей -таких, например, как многочисленные показания людей, видевших, слышавших окружающих в состоянии клинической смерти. Этот феномен подтверждается множеством больных, причем свидетельства поразительным образом совпадают при опросе пациентов разными лицами на разных концах земли.

Множество женщин во время родов переживали это состояние — как бы временного выхода из тела и наблюдения за собой со стороны…

Науке известно, что нарушение, тем более прекращение деятельности органов зрения и слуха обязательно приводит к нарушению, соответственно, зрения и слуха. Как же тогда при выходе из тела можно видеть и слышать?

Предположим, что это некое состояние умирающего мозга. Но как тогда объяснить неизменность статистики: лишь 7-10% от общего числа переживших клиническую смерть помнят и могут рассказать о “феномене выхода из тела”…

А по-вашему, это есть доказательство постулата о том, что “много званных, но мало избранных”?

Я пока не готова дать на это ответ. У меня его просто нет. Но ученый должен прежде всего четко ставить перед собой вопросы. Не боясь. Сегодня очевидно: тело без души не живет. Но ведет ли биологическая смерть к смерти души — вот вопрос вопросов. Я впервые поставила его перед собой в ходе встречи с Вангой…

Ваше желание изучать это явление после личной вссречи с Вангой претерпело какие-либо изменения?

Я честно рассказала Ванге об исследовательской цели своего приезда. Она, кстати, ничуть на это не обиделась. Но желания изучать ее после нашей встречи у меня лично не возникло.

Вы просто убедились в том, что существуют неисследованные сверхвозможности мозга? Или все-таки поставили для себя вопрос о существовании невидимой реальности?

Отвечу вам так. Несмотря на то что я посвятила всю жизнь исследованиям мозга человека, мне никогда в голову не приходило доказывать, что его строение убеждает в происхождении человека от млекопитающего. Просто до определенного момента эта проблема была вне сферы моих научных и человеческих интересов.

Вас интересует, как я пришла к вере. Этот момент не имел отношения ни к к личности Ванги, ни к занятиям наукой. Так получилось, что после поездки к Ванге — это просто по времени совпало — я очень многое пережила. Я пережила предательство ближайших друзей, травлю в Институте экспериментальной медицины, который я тогда возглявляла и где объявила о своем решении уйти в новый Институт мозга, и самое страшное — смерть двух моих близких людей: мужа и его сына от первого брака. Они умерли очень трагически, почти одновременно: Алик покончил с собой, а муж не перенес его смерти и скончался в ту же ночь. Вот тогда я очень изменилась.

Иными словами, только опыт страдания привел вас к какому-то новому пониманию действительности?

Пожалуй, это так. Но не само страдание, а то, что этот опыт полностью выходил за рамки известного мне объяснения мира. К примеру, я никаким оброазом не могла найти объяснение тому, что муж, явившись мне после этого во сне, просил помочь в издании рукописи его книги, которую я не читала и о которой не узнала бы без его слов. Это был не первый подобный опыт в моей жизни (перед арестом отца в 1937 году я тоже видела сон, затем отразившийся в реальности), но здесь я впервые задумалась о происходящем всерьез.

Разумеется, эта новая реальность пугала. Но мне тогда очень помог мой друг, священник, настоятель в Царском Селе отец Геннадий… Кстати, он мне настоятельно советовал меньше рассказывать о подобного рода переживаниях. Тогда я не очень к этому совету прислушалась и даже написала о произошедшем в книге — точно так же, как привыкла писать о любом другом своем наблюдении. Но со временем — мы же все меняемся! — я внимательнее стала относиться к этому совету.

Вы знаете, мое детсво пришлось на крайне антирелигиозный период. В те времена, к примеру, был очень популярен журнал “Безбождник”, в котором рассказывалось о том, как темная бабушка, порезав палец, завязывает его паутиной, а умный внучек в этих случаях мажет палец йодом. Как вы знаете, в паутине потом был обнаружен пенициллин…

И очень долгое время, даже когда я уже начала ездить за границу, я бывала в храмах, воспринимая их исключительно как произведение искусства. Мне они очень нравились именно с художественной точки зрения. Но я и представить себе не могда, что это когда-нибудь станет мне близко в другом смысле…

И как вы в этой связи понимаете евангельское изречение ”никто не уверует иначе, чем по воле Творца”?

Очевидно, что к вере нельзя прийти ни под чьим – то влиянием, ни по одному лишь эмоциональному порыву, ни тем более по причине логически выстроенных умозаключений. Lуховный путь человека — слишком тонкая материя. Никакие примеры здесь не уместны.

И как вы сегодня, с высоты всех полученных научных званий и наград, воспринимаете фразу “в начале было Слово”?

В начале всего лежит мысль. Мысль человека. Говорю об этом не в отрицание материальности мира и эволюционной теории, хотя лично мне ближе иной взгляд. Очевидно другое. Если есть мозг, то — как хотите — все действительно начинается со слова.

Слова Творца. Так?

Отвечу так. Общеизвестно, что творчество является высшим способом нервной деятельности. Создание видимого из невидимого – всегда великий акт, будь то сочинение музыки или стихов…

По-вашему, можно с этой позиции осмыслять процесс сотворения мира?

Весь вопрос в том, что ученый ни при каких обстоятельствах не имеет права отвергать факты на том основании, что они не впысываются в его мировоззрение. С моей точки зрения, в этом случае разумнее переосмыслить позиции.

[  Текущие статьи  |  Мнения о статье  |  Архив статей  |  Обсудить в форуме  ]

 

Наталья БЕХТЕРЕВА:

«

НЕ ЛЮБЛЮ, КОГДА ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ МОЗГ СРАВНИВАЮТ С КОМПЬЮТЕРОМ»

О нераскрытых тайнах головного мозга человека, о таинственной природе сновидений, о загадках человеческой памяти вы узнаете, прочитав интервью с научным руководителем Института мозга человека, академиком Натальей Петровной Бехтеревой.


— В народе говорят: «девичья память коротка», а на самом деле есть какие-то особенности у женской памяти?

— Механизмы памяти и у женщин, и у мужчин одинаковы. Они включают в себя приобретение, сохранение и извлечение информации. Невозможность извлечь информацию называют забыванием. А почему человек помнит об одном

и забывает о другом? Потому что наша память избирательна. Расскажу вам один случай, который произошел со мной. Я увидела у одного хорошо знакомого мне человека признаки серьезной болезни. Потом на какое-то время я потеряла его из виду и даже забыла о его существовании. Но меня все время преследовало смутное чувство, что произошло что-то тяжелое, страшное. А что именно, не могла вспомнить. Когда я встретила его снова, то сразу же вспомнила и то, что меня поразило две недели назад, и всю обстановку, в которой я увидела его тогда.
Что же произошло со мной? Кратковременное расстройство памяти? Но тридцать лет назад, а это было именно тогда, память меня не подводила. Очень редко подводит она меня и сейчас, и то лишь тогда, когда я нервничаю. А может быть, я забыла об этом, потому что мне хотелось об этом забыть?
Наша память работает по принципу саморегуляции: не нужно — забываю, с глаз долой — из сердца вон. В данном случае мы имеем дело с такой формой забывания, как подавление. Оно играет полезную защитную роль, не позволяя неприятным мыслям проникать в сознание. Произошел травмирующий меня инцидент и всякий раз, когда я пыталась извлечь его из памяти, вмешивался внутренний цензор и прекращал эту операцию. Подавление является самой простой формой забывания. Бывают и другие, более драматические случаи, например клиническая амнезия, при котором больной забывает целый кусок жизни.

— Есть ли специфичность расстройств памяти в наши дни?

— Сегодня многие люди испытывают продолжительный стресс, связанный, прежде всего с неуверенностью в завтрашнем дне, с национальными, мировоззренческими, политическими, экономическими, личными проблемами. А это нередко приводит к патологическим реакциям, которые могут развиваться в двух направлениях. Либо человек пребывает в перевозбужденном состоянии, на грани нервного срыва. Либо развивается другая крайность — состояние психического отупения в результате активности защитных механизмов организма, пытающегося противостоять эмоциональному стрессу.
Защитная реакция торможения часто проявляется в виде вялости, сонливости, и в том числе в виде нарушения процессов управления памятью. Не забывайте, что мы живем в пору постоянно возрастающего информационного потока. В памяти содержится так много информации, что главной проблемой становится обеспечение доступа к ней. Потому что наша память может удержать в каждый данный момент в активном состоянии только определенное количество материала.

— Какие рецепты улучшения памяти вы могли бы дать нашим читателям?

— Для того, чтобы память была лучше, ее надо упражнять. Точно также, как существуют упражнения для укрепления мышц рук, ног, спины, шеи, брюшного пресса, существуют и упражнения для укрепления памяти. Они очень простые, общедоступные, их можно делать в любой обстановке. Например, многие люди очень любят обзаводиться большим количеством блокнотов, персональных еженедельников, записных книжек. А почему бы не потренировать свою память, и не попытаться зазубрить наизусть все номера телефонов своих друзей и знакомых?
Ведь не случайно же раньше в школах детей заставляли зубрить очень многое наизусть. В том числе заучивать без всякой разговорной практики, так называемые, «мертвые языки», на которых люди уже давно не разговаривают. Зубрежка вообще была одним из методов обучения. Мы же ее всегда очень критиковали, и в конце концов ликвидировали. А вместе с ней выкинули на помойку хороший тренажер для памяти. Для тренировки памяти очень полезно заняться изучением какого-нибудь иностранного языка, заучивать ежедневно хотя бы по пять-десять новых слов. Или учить наизусть стихи — казалось бы, совершенно праздное занятие, но, поверьте моему опыту, это очень эффективное упражнение. Многие люди увлекаются разгадыванием кроссвордов — тоже неплохой метод для развития памяти и ассоциативного мышления.
Обязательно нужно пополнять свой словарный запас, больше читать. И не только газеты, хотя пресса сейчас у нас достаточно интересная и разнообразная, но и фантастику, и лирику, и специальную литературу — для того, чтобы получать, как можно больше информации. То есть, заставлять работать свой мозг. Вообще, чем больше разнообразной информации человек будет стараться запомнить, тем лучше у него будет с памятью. Поэтому не делайте больших перерывов в умственной работе.
Разумеется, мы не отказываемся от медикаментозного лечения, от применения фармакологических препаратов, типа, ноотропила, пирацетама, энцефабола, улучшающих деятельность мозга. Они, как правило, помогают и в детском, и в зрелом, и в преклонном возрасте — тогда, когда нарушается память, замедляются ассоциативные процессы в мозгу. Есть и другие способы укрепления памяти. Например, естественный отдых на природе. Очень благотворны лесные прогулки, потому что это не только другой состав воздуха, другие запахи, но это еще и принципиальная смена обстановки, которая сама по себе оказывает положительное воздействие на механизм нашей памяти.

— Мы часто говорим: «Ах, у меня голова разламывается, ох, я устал думать.» А в принципе может ли человеческий мозг устать?

— Знаете, что, в усталость мозга я не верю. А вот неблагоприятные дополнительные факторы могут влиять на самочувствие человека. Например, человек долгое время работал в душной комнате и несчастный мозг плохо снабжался кислородом, или человек неудобно сидел, отчего кровоснабжение мозга было недостаточное. Ему кажется, что он устал думать, но это не так. Просто работать нужно в хороших условиях.

— Вы считаете, что этот «компьютер», расположенный в нашей черепной коробке, обладает практически неисчерпаемыми возможностями?

— Да, только я не люблю, когда человеческий мозг сравнивают с компьютером. Действительно, он создан так, что я не могу себе даже представить,

какие требования жизни могли обусловить появление такого совершенного аппарата. Мозг может настолько многое, что этому не перестаешь удивляться.

— Если посмотреть на карту мозга, какая часть его изучена, а какая нет?

— Нельзя сказать, что какая-то часть мозга изучена, а какая-то нет. Весь мозг изучен, но только не очень хорошо изучен, еще очень много свойств мозга нам предстоит изучить. Что мы знаем о мозге, а чего не знаем? Мы знаем многое об организации движений. Мы знаем уже некоторые общие принципы организации мышления, эмоций. Не говоря уже о том, что достаточно хорошо изучена такая функция головного мозга, как руководство всей внутренней сферой организма. Но вот чего мы пока не знаем и даже не видим пути к тому, чтобы это узнать — можно ли когда-нибудь будет на основе объективных данных понять, о чем думает человек.

— Значит, поговорка «чужая душа — потемки» еще долго останется актуальной?

— Думаю, что да.. Мы сегодня можем зафиксировать, что делается в мозгу человека при применении какой-то пробы, но обратная задача гораздо сложнее. Скажем, подсоединить к человеку какие-то датчики, и, глядя на их показания, сказать: человек думает о том-то — это практически невозможно. Трудно сказать, достигнет ли этого наука когда-нибудь.

— Народные целители утверждают, что при лечении заболеваний можно добиться хороших результатов, воздействуя на подкорку головного мозга с помощью внушения. Как вы к этому относитесь?

— В общем так: те целители, которые могут вызывать к жизни собственные возможности человека, способны помочь. Если человеку, оказавшемуся в сложной ситуации, чуть-чуть помогли себя самого поднять, то ничего плохого в этом нет. Но есть, так называемые, целители, которые только говорят, что они влияют на человека, а на самом деле влияние этих целителей в кавычках приносит очень большой вред.
Скажем, первые сеансы Кашпировского вселили восторг и надежды в души людей, а последующие привели к отрицательны эффектам. Поэтому разрешать публичные сеансы надо с очень большой осторожностью. Мы, врачи, разделяем заболевания на два вида: с поражением органов и без патологии органов, но с поражением их функций. Врачи лечат, и вылечивают бесконечное количество больных. Целитель же, обладающий даром внушения в лучшем случае вылечивает одного из тысячи — того, у кого так называемое функциональное заболевание.

— Можно ли отличить настоящего целителя от шарлатана?

— Лучше вообще обходиться без них. Если это не удается, то надо сочетать лечение у такого целителя, воздействующего на волю пациента и его скрытые резервы, с лечением у обычного врача, который оперирует фармакологическими средствами или скальпелем. Только на целителей полагаться опасно — можно прозевать что-то серьезное и тогда будет поздно.

— Сегодня уже никого не удивляет пересадка человеческих органов — сердца, почек, печени. А пересадка человеческого мозга — возможно ли такое хотя бы гипотетически, в отдаленном будущем?

— Это очень-очень сложно. У нас делают пересадку эмбрионального мозга, но это делается для того, чтобы подправить нарушенную биохимию мозга, что и удается, когда операция походит удачно. Берутся эмбрионы на ранних стадиях развития и пересаживаются в мозг пациента с нарушением какой-то биохимической функции. Можно ли целиком заменить один мозг другим? Сомневаюсь. Дело в том, что от мозга отходит и к мозгу подходит бесчисленное количество нервов и сосудов. Очень трудно даже представить себе, что можно все эти связи мозга с организмом сначала прервать, а потом в точности восстановить. Даже если вы подошьете каждый нерв к тому, который был у реципиента, нужно будет много месяцев ждать, пока он приживется. На благополучный исход здесь не очень-то легко рассчитывать. Можно сказать, что теоретически это возможно, но практически — нет.

— Наталья Петровна, наших читателей интересует природа сновидений. Верить ли сонникам, которые, как многие полагают, способны предсказывать будущее?

— Как правило, сновидения не имеют отношения к будущему, поэтому к сонникам не стоит относиться всерьез. Но в моей жизни было несколько сновидений, которые оказались пророческими. Причем одно из них было невероятно пророческим, вплоть до деталей. Это был сон о смерти моей матери. Мама была жива-здорова, отдыхала на юге, незадолго до этого я получила от нее хорошее письмо. А во сне, причем я заснула днем, мне приснилось, что ко мне пришел почтальон с телеграммой, в которой сообщалось, что мама умерла. Я еду на похороны, встречаю там людей, которых я раньше никогда не видела, здороваюсь с ними, называю их по именам — это все во сне. Когда я проснулась и рассказала мужу свой сон, он сказали: «Неужели ты, специалист в области мозга, веришь снам?»
Короче говоря, несмотря на то, что я была твердо уверена в том, что мне надо лететь к маме, меня отговорили от этого. Вернее, я дала себя отговорить. Ну а дней через десять все произошло именно так, как это было в моем сне. Причем до мельчайших подробностей. Например, я уже давным-давно забыла слово сельсовет, оно мне просто никогда не было нужно. Во сне же я искала сельсовет, и наяву мне пришлось его искать — вот такая история. Это было лично со мной, но я не единственная. Есть немало других случаев пророческих сновидений и даже научных открытий во сне. Например, открытие Менделеевым периодической системы элементов.

— Как вы сами объясняете это?

— Вы знаете, объяснить это нельзя. Лучше не мудрить и сказать прямо: так как это никаким из современных научных способов объяснению не подлежит, придется предположить, что будущее дано нам заранее, что оно уже существует. И мы можем, хотя бы во сне, войти в контакт то ли с высшим Разумом, то ли с Богом — с Кем-то, кто владеет знанием об этом будущем. С более определенными формулировками мне бы хотелось подождать, потому что успехи технологического направления науки о мозге так велики, что может быть откроется еще что-то такое, что позволит пролить свет и на эту проблему.

— Раз уж вы сами заговорили о Боге, то не могу не спросить вас о том, как вы относитесь к религии?

— Я верю в Бога и имела случай лично убедиться в возможностях религии. Я никогда не была воинствующим атеистом, но вера эта пришла ко мне после того, как я испытала очень многое из того, что находится за пределами выносливости человека. И тогда то, что оказалось не под силу врачам — вывести меня из тяжелого состояния — было сделано буквально за десять секунд обычным священником.

— Что это было — тяжелая депрессия?

— Нет это была не депрессия, это было такое состояние, в котором я видела и слышала больше, чем положено видеть и слышать обычному человеку. Я видела странные вещи, слышала странные звуки, причем это не было галлюцинациями.

— К чему прислушиваться, если разум говорит одно, а сердце — другое?

— Сердце или разум? Я бы сформулировала эту проблему иначе: рациональный и интуитивный подход. Это все зависит от человека. Дело в том, что есть люди, которые интуитивно решают проблему очень хорошо. А потом другие, уже на основе объективных методов доказывают эти же положения, кирпичик за кирпичиком строят «здание», основываясь исключительно на разумных основаниях. Оба пути имеют право на существование. Единственное, что первый путь — это путь обреченный на потоки критики в его адрес, а второй путь наоборот практически безопасен. Но тем не менее я отношу себя к первому типу людей и, затевая что-нибудь в науке, я заранее знаю, что будет получено. И, как правило, это подтверждается впоследствии.

— Скажите, а умственные способности передаются по наследству, как это бывает с физическими признаками — ростом, цветом волос и глаз?

— Не так уж и много примеров наличия у родителей и детей одних и тех же выдающихся способностей: отец и сын Дюма, музыканты Штраусы, Дунаевские.

Кто-то из них бывает более талантливым, кто-то менее, но во всяком случае такие примеры есть. Однако нельзя утверждать, что у талантливого отца обязательно будет талантливый сын.

— Ваш великий дед, Владимир Михайлович Бехтерев изобрел микстуру обладающую замечательными лечебно-успокоительными свойствами. Но сегодня легче купить капли Биттнера, чем микстуру Бехтерева…

— Ну, капли Биттнера и Бехтерева совершенно разные, хотя и те и другие нужны и полезны для здоровья. В остальном вопрос не ко мне, я не занимаюсь распространением лекарственных средств.

— Почему один человек в сорок лет все забывает, а другой и в девяносто сохраняет ясную память?

— Видите ли, в процессе старения нас поджидают всякие неприятности в виде болезней, возрастных изменений. В том числе нередко возникают и проблемы с памятью. Почему у одних память сохраняется до глубокой старости, а у других — нет? Многое объясняется генетическими факторами, наследственной предрасположенностью — это во-первых. И во-вторых, конечно, условиями жизни. Например, один человек всю свою жизнь очень много курил, другой — злоупотреблял спиртными напитками, третий — неправильно питался, в результате чего организм не получал необходимых витаминов и микроэлементов.
К сожалению, очень многие люди не знают, как правильно принимать витамины. Бывает, что человек глотает большое количество витаминов и удивляется, почему это не помогает. А все дело в том, что он принимает их неправильно. Витамины нужно принимать только во время еды, и обязательно — вместе с микроэлементами. На упаковках хороших витаминов обычно печатают мелким шрифтом два списочка. Верхний — это собственно витамины, а нижний — это микроэлементы: цинк, железо, различные минеральные и органические вещества, которые необходимы человеческому организму.

— Когда нас, не дай Бог, скрутит радикулит или разболится зуб, то мы, не теряя времени, бежим к врачу. А если какие-то нелады с памятью, то мы обычно отмахивается: а, ладно, ерунда, потом вспомню…

— Действительно, мы очень халатно относимся к таким сигналам, которые посылает нам наш мозг. И совершенно, между прочим, напрасно. Забывчивость, провалы в памяти — это очень тревожный знак, на который следует обратить самое серьезное внимание. Я бы сказала, что каждый человек должен быть очень озабочен состоянием своей памяти, качеством своих мыслительных процессов. В этих вопросах не следует полагаться на самозащиту мозга. Да, у человеческого мозга много степеней защиты, но против нарушений памяти у него защиты нет. К сожалению. Наша память функционирует следующим образом: сначала в нее закладывается какая-то информация, а потом, когда вам нужно что-то вспомнить, вы считываете, извлекаете эту информацию из памяти. Так вот, все дело в том, что механизм считывания информации из памяти очень хрупкий, легкоранимый, он часто выходит из строя. Но память тренируется.

— Когда нужно начинать тренировать свою память?

— Этим нужно начинать заниматься, как только появятся первые сложности в процессе считывания информации из памяти. Не забывание, нет — ведь вы же не забыли, вы, в конце концов, вспоминаете то, что хотели вспомнить, но не сразу, с трудом. Это тревожный симптом. Нужно сразу же принять его во внимание и заняться своей памятью серьезно. Я уже сказала, что мозг можно тренировать, заставляя его выполнять разнообразную деятельность. И не обязательно, кстати сказать, умственную. Если человек занимается двигательной активностью, он тоже тренирует мозг, потому что все виды деятельности человека, так или иначе, связаны с мозгом.

Опыты, проведенные специалистами Института мозга человека РАН, подтвердили существование у homo sapiens альтернативного зрения


Наталья Бехтерева: мозг — самый загадочный объект во вселенной


В этом убеждена наш собеседник — научный руководитель Института мозга человека РАН академик Наталья Бехтерева. Ученый, заложивший основы фундаментальных исследований и создавший оригинальную научную школу в области физиологии здорового и больного мозга человека, рассказывает читателям газеты о том, как сегодня исследуется мозг человека. Надо изучить живой мозг человека, — считает Наталья Бехтерева. В последние десятилетия мы стараемся это делать щадящими методами (не внедряясь непосредственно в мозг, на основе новых технологий). На предыдущем этапе можно было проводить исследования, хотя бы частично, на животных. Сегодня этого недостаточно. Есть в таких исследованиях и загадки, которые наука пока объяснить не в силах — например, альтернативное видение. И здесь легче всего сказать: не может быть!

 

Наталья Бехтерева, нейрофизиолог с мировым именем, считает, что альтернативное зрение — это одна из сверхвозможностей мозга человека. Слабовидящие люди, освоившие этот метод, могут свободно ориентироваться в пространстве, заниматься спортом, читать. Особенно хороших результатов добиваются дети
(Фото: СЕРГЕЙ ТЯГИН)
Три года назад московский ученый Вячеслав Бронников начал учить слепых видеть. Он разработал оригинальную методику, позволяющую резко активизировать деятельность правого полушария мозга. В результате за десять дней занятий Бронников развивал у своих подопечных навыки так называемого прямого видения — слепые и слабовидящие люди оказывались способны получать информацию об окружающем мире без использования глаз. Дети с пороками зрения после специального обучения могли кататься на велосипедах, играть в шахматы, читать книги.

Слепой человек, как утверждают медики, видит перед собой пелену. Между тем Светлана Кононец, ведущий специалист Международной академии развития человека, занимающейся обучением людей по методу Бронникова, утверждает, что люди, овладевшие навыками альтернативного зрения, видят белое поле, а на нем — четкое изображение объектов, которые находятся перед ним. При этом человек может удержать это изображение в своем представлении столько времени, сколько ему нужно. Невероятно? Действительно, поверить в этот феномен было трудно, и многие сочли Бронникова ловким шарлатаном. Однако не все серьезные ученые с порога отвергли идею «прямого видения», или альтернативного зрения. Научный руководитель Института мозга человека РАН Наталья Бехтерева заинтересовалась опытами Бронникова. Особенно после того, как встретилась в своем кабинете с одной из его учениц, 26-летней Ларисой N, лишившейся зрения в 8-летнем возрасте. На Бехтеревой было подаренное сыном ярко-красное шерстяное мохеровое пончо. «Лариса, какого цвета моя одежда?» — спросила Бехтерева. «Красная, — спокойно ответила та. А потом добавила: — А может быть, синяя?» Под пончо у Бехтеревой было надето темно-синее платье. «Я не всегда могу четко определить цвет и форму, надо еще потренироваться», — заметила Лариса…

И вот в самом конце прошлого года в Институте мозга человека был проведен уникальный эксперимент. К исследованиям привлекли семерых подростков с нормальным зрением, предварительно прошедших подготовку по методу Вячеслава Бронникова. Участие в задуманном эксперименте зрячих людей позволяло сравнить работу мозга при нормальном зрении и альтернативном. Эксперимент проходил в комнате при обычном, естественном освещении. Лица испытуемых были закрыты черными масками из непрозрачной материи. Участникам требовалось прочесть текст из предложенной книги, брошюры, объявление. Все семь участников эксперимента легко читали в маске любой предъявленный текст, лишь иногда делая паузы на незнакомых словах. После этого испытуемым сообщили, что на экране компьютера будут появляться буквы, цифры или знаки, которые нужно назвать. Кроме этого, на экран выводились изображения различных предметов, о которых «незрячим» подросткам не было известно заранее. Однако испытуемые справились и с этим заданием. Участники эксперимента могли свободно передвигаться по комнате, обходя препятствия.

С целью дополнительной проверки результатов эксперимента директор Института мозга человека РАН Святослав Медведев провел специальный опыт. Для одной из испытуемых была изготовлена маска из термопласта — особо прочного материала, полностью исключающего возможность «подглядывания». Исследование показало, что даже с такой маской на лице человек был в состоянии видеть изображения на экране компьютера. Таким образом, проведенные опыты подтвердили наличие альтернативного видения.

В ходе исследований ученые измеряли различные физиологические параметры, электрическую активность мозга и пытались зафиксировать изменения в мозговых процессах, происходящие в ходе «прямого видения». С помощью электроэнцефалографа регистрация параметров мозга осуществлялась при «включенном» и «выключенном» альтернативном видении, при мысленном воспроизведении зрительных образов, при закрытых глазах, при открывании глаз. «Мозг человека, — рассказывает Наталья Бехтерева, — отгорожен от внешнего мира несколькими оболочками. Но мы научились регистрировать то, что происходит в мозге за всеми этими оболочками. А происходит вот что: при «прямом видении» информация совершенно явно поступает в мозг, минуя органы чувств. Возможно, что формирование альтернативного зрения достигается за счет прямой активации клеток мозга факторами внешней среды. Как это происходит — до сих пор не ясно».

«Когда мы снимали параметры при альтернативном видении и при обычном зрении, — продолжает Наталья Бехтерева, — то уловили следующую картину: сигнал, характерный для работы исследуемого явления, сохранялся у нескольких участников и при нормальном зрении. То есть человек смотрел так, как ему было удобнее». Кроме того, данные электроэнцефалограммы показали, что при «включении» «прямого видения» у испытуемых изменялась биоэлектрическая активность мозга, появлялся так называемый бета-ритм, который в норме едва просматривается. Бета-ритм традиционно считается показателем возбудительных процессов. Иными словами, мозг работал если не на пределе, то в усиленном режиме. В результате ученые сделали вывод, что сегодня уже уместно говорить не столько о феномене, сколько о методе альтернативного видения. Данные электроэнцефалограммы подтвердили перестройку мозга на иной режим работы. Мозг испытуемых использовал так называемые условно-патологические возбуждения. В ходе обычной работы зрения импульс от рецепторов глаза поступает в задние отделы полушарий мозга, а при «включении» альтернативного видения сигнал проходил нетрадиционным путем и приходил в центральную часть мозга, где и распылялся. Наталья Бехтерева полагает, что навыками «прямого видения» могут обладать люди, которые когда-либо были зрячими, а потом потеряли зрение. По ее мнению, в полушариях мозга сохраняются когда-либо увиденные образы, и импульс, поступающий извне, может их извлекать из многочисленных ячеек и восстанавливать — таким способом осуществляется сличение импульса и образа.

Однако единого мнения о природе «прямого видения» пока нет. Существует гипотеза, согласно которой оно осуществляется с помощью кожи. Прямых доказательств этому нет, но есть косвенные. При развитии организма кожа формируется из одной клетки с нервной системой. В обучении альтернативному видению важным этапом является формирование навыка по сопоставлению ощущений кожи с цветом и другими свойствами предметов. В природе известны случаи, когда живые существа (некоторые морские беспозвоночные, бабочки) «видят» всей поверхностью тела.

Ученые считают, что в процессе освоения альтернативного видения происходит переобучение мозга. «Мозг человека заранее готов ко всему, он живет как бы не в нашем веке, а в будущем, опережая сам себя, — говорит Наталья Бехтерева. — Что мы знаем на сегодня о тех условиях, тех принципах, на основе которых реализуются не только возможности, но и сверхвозможности мозга человека? Ответ простой: в обеспечении интеллектуальных сверхвозможностей важнейшую роль играет активация определенных, а вероятно, и многих мозговых структур. Сверхвозможности бывают исходные — талант, гений, при определенных условиях оптимального эмоционального режима или в экстремальных ситуациях они могут проявляться в форме озарения с изменением скорости времени. Но что самое важное, сверхвозможности могут формироваться при специальном обучении, а также в случае постановки сверхзадачи».

«Можно, по-видимому, допустить, — продолжает Наталья Бехтерева, — что в условиях сверхзадачи — формирования альтернативного зрения — результат достигается действительно за счет прямого видения, прямой активации клеток мозга факторами внешней среды. Однако сейчас это не более чем хрупкая гипотеза. А может быть, сами электрические волны мозга умеют «обыскивать» внешний мир? Типа «радиолокаций»? А может быть, всему этому есть другое объяснение? Надо думать! И изучать!»

<<<

Предыдущая заметка 

Оглавление

 

Игорь ЛОГВИНОВ

 

Сайт управляется системой uCoz

Наталья БЕХТЕРЕВА (род. 7 июля 1924 г.), советский физиолог

Наталья БЕХТЕРЕВА, физиолог. Лауреат Государственной премии 1985 г .; Медаль, U; Медаль, G; Медаль Болгарского союза научных работников. КПСС с 1959 г .; Австралийская академия наук; Кубинское физиологическое общество; Чехословацкое нейрохирургическое общество J.E. Purkyne, Hungarian Electrophysiologica! Общество; Академия наук СССР с 1981 г., АМН СССР 1975 г.

Задний план

БЕХТЕРЕВА Наталья родилась 7 июля 1924 года в Ленинграде.Дочь Петра Влади-Мировича Бехтерева и Зинаиды Васильевны Бехтеревой.

Образование

Ленинградский медицинский институт, член КПСС с 1959.

Карьера

заместитель директора) с 1962 г., директор с 1970 г. Корреспондент.

Членство

КПСС с 1959 г .; Австралийская академия наук.Кубинское физиологическое общество. Чехословацкое нейрохирургическое общество J.E. Purkyne, Hungarian Electrophysiologica! Общество.

Академия наук СССР с 1981 г., АМН СССР 1975 г.

Подключения

вышла замуж за Всеволофа Медведева за 1-го в 1948 г. (развелась в 1972 г.), за 2-го Ивана Каштеляна в 1973 г.

Отец:

Петр Влади-Мирович Бехтерев

Мать:

Зинаида Васильевна Бехтерева

Супруг:

Всеволоф Медведев

.

Петровна ▷ Русский перевод — Примеры использования Петровны в предложении на английском языке

петровна (100)

петровны (45)

петровне (10)

петровной (9)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.