Франкл виктор смысл жизни: писатели и не только о том, что читают почему

Содержание

почему современному миру нужна логотерапия Виктора Франкла — Нож

Еще в 1946 году в своей книге «Человек в поисках смысла» Виктор Франкл описал чувство отчаяния, так хорошо знакомое современному человеку. Австрийский психоаналитик, переживший холокост, рассказал, что многие его пациенты жаловались на «непреодолимое ощущение полной бессмысленности жизни».

Беды нашего века — от разного рода зависимостей до веры в псевдонаучные теории — свалились на наши головы не случайно.

Как говорит Франкл, «аномальная реакция на аномальную ситуацию — это нормальное поведение». Наша сегодняшняя ситуация не менее аномальна, чем в 1940-е годы: биосфера планеты стремительно разрушается, и следующее поколение людей, по мнению ученых, может стать последним.

Вот почему в эти беспокойные времена стоит обратиться к книге Франкла.

Психотерапевт в концлагере: опыт выживания

Франкл до того, как его отправили в Аушвиц, а затем в Дахау, был уже состоявшимся психотерапевтом, представлявшим так называемое третье направление венской школы психоанализа. Он не разделял взглядов Зигмунда Фрейда и Альфреда Адлера и отверг как теорию первого о «воле к удовольствию», так и о «воле к власти» — второго.

«Поиск смысла жизни, — писал он, — это основная мотивация человеческой жизни, а вовсе не „вторичная рационализация“ (сознательное объяснение) инстинктивных побуждений».

Франкл утверждал ценность литературы, живописи, религии и прочих культурных явлений, ставящих во главу угла смысл и помогающих нам найти цель в жизни. Согласно разработанному им терапевтическому методу, который он назвал логотерапией, «стремление найти смысл жизни — это основная мотивационная сила человека».

Франкл верил, что человек способен пережить самые разные лишения; но если его жизнь лишена смысла, то он обречен.
Читайте также

Счастье — не в гедонизме. Почему ученые советуют перестать гнаться за удовольствиями

До Аушвица Виктор Франкл был главой неврологического отделения Ротшильдской больницы. В Аушвице он стал «номером 119104». Концлагерь был нулевой точкой смысла. Франклу удалось тайно пронести с собой рукопись книги, но он потерял ее и был вынужден восстанавливать по памяти.

Он использовал свои знания для оказания психологической помощи другим заключенным и видел в этом цель жизни. Выводы, к которым он пришел в ходе этих бесед, легли в основу его гуманистической психологии.

Духовная свобода вопреки концу света: в чем искать смысл?

Одним из самых главных был вывод о том, что «заключенный, который потерял веру в будущее, обречен». Франкл вспоминал, что в концлагере самоубийства были повсеместным явлением и лучшие шансы на выживание были не у самых сильных или самых здоровых заключенных, а у тех, кто, несмотря на страдания, смог обрести смысл существования. Некоторым узникам удавалось «найти прибежище от окружающего кошмара в богатой внутренней жизни и духовной свободе». Это помогало им переносить лагерную жизнь.

Франкл часто вел воображаемые беседы со своей женой Тилли (которая, как он позже узнал, умерла в другом концлагере) или читал лекции перед воображаемой аудиторией о психологии концлагеря — теме, которой он посвятит всю последующую жизнь.

В «Человеке в поисках смысла» он написал, что «человек может сохранить остатки духовной свободы и независимости мышления даже в условиях крайнего психического и физического напряжения».

Книга отразила дух своего времени и стала бестселлером послевоенной эпохи. Она была переведена на более чем 20 языков, разошлась 12-миллионным тиражом. Многие университетские факультеты и больничные отделения решили положить гуманистическую психологию и логотерапию в основу своей работы, несмотря на то, что те зачастую напоминают скорее светскую разновидность раввинизма, чем психоанализ.

«Человек в поисках смысла» состоит из двух частей. Первая, похожая на произведения Эли Визеля и Примо Леви, — это воспоминания Франкла о холокосте. Вторая часть посвящена теории логотерапии. Здесь Франкл утверждает, что человек может найти смысл жизни в «переживании добра, истины и красоты, природы и культуры; или — последнее по порядку, но не по значению — во встрече с другим уникальным человеком, с самой его уникальностью, иными словами — в любви», не вопреки концу света, а из-за него.

Критика: чрезмерный оптимизм и виктимблейминг

Книгу не раз критиковали за поверхностность и называли образцом позитивной нью-эйдж-культуры. Но такая оценка не совсем справедлива. «Трагический оптимизм» Франкла неуместно отождествлять с наивной позитивностью Полианны из одноименного романа Элинор Портер. «Со времени Освенцима мы знаем, на что человек способен. И со времени Хиросимы мы знаем, что поставлено на карту», — пишет он.

Некоторые критики упрекают Франкла в виктимблейминге. Американский ученый Лоуренс Лангер в 1982 году даже назвал «Человека в поисках смысла» ужасной книгой.

По его мнению, Франкл сводит вопрос выживания к позитивному настрою и порочит память миллионов жертв. В этой критике есть доля справедливости. Однако Франкл не упрекает тех, кто утратил смысл. Логотерапия — это не этический, а стратегический подход к переживанию трагедии.

Ошибочно возлагать вину за ощущение бессмысленности жизни на страдающего человека. Заключенные не несут ответственности за существование концлагерей, точно так же, как родившийся в бедности человек не виноват в том, что он беден, а любой из нас (если вы, конечно, не глава нефтедобывающей компании) не виноват в разрушении экосистемы.

Логотерапия не означает принятие статуса-кво: борьба за улучшение политических, материальных, социальных, культурных и экономических условий никогда не должна прекращаться. Логотерапия предлагает нечто иное — шанс найти смысл в ситуации, когда человек не в силах что-либо изменить.

В предисловии к изданию 2006 года раввин Гарольд Кушнер написал: «Внешние силы могут отобрать всё, что у вас есть, кроме одного — выбора, как реагировать на сложившиеся обстоятельства».

Логотерапия требует от пациентов искать личный смысл и помнить, что «жизнь ежедневно и ежечасно задает вопросы, ставит задачи».

Современность больна: нам нужна логотерапия

«Я осознал величайший из секретов, которыми могут поделиться поэзия, мысль и вера: спасение человека происходит через любовь и в любви», — пишет Франкл.

В нашу жестокую, ограниченную и малодушную эпоху трудно найти примеры человеколюбия. Наши жестокость, ограниченность и малодушие — это реакция на приближающийся конец.

«Каждому веку присущ свой коллективный невроз, и каждому веку необходима своя психотерапия, чтобы с ним справиться», — говорит Франкл. Мы измождены, тревожны, озлоблены и растеряны из-за краха личных судеб, сетей взаимоотношений и общин, из-за разрушения промышленности, демократии и экосистемы нашей планеты. Неудивительно, что мы страдаем коллективным неврозом.

И тем не менее гуманистическая психология почему-то не в почете в наше время. Вместо нее у нас есть модные нынче социобиология и нейробиология с панглоссианским оптимизмом Стивена Пинкера и банальностями Джордана Питерсона.

Читайте также

Психотерапия для новых правых. Как Джордану Питерсону удалось стать главным политическим мыслителем Северной Америки


В одном из самых запоминающихся фрагментов книги Франкл рассказывает, как однажды, когда заключенные, до смерти усталые после целого дня работы, отдыхали на полу барака, «вбежал товарищ и позвал выйти посмотреть на великолепный закат». Несмотря на скорее научный стиль изложения, здесь Франкл дает волю своему чувству трансцендентного:

«Стоя снаружи, мы смотрели на пылающие на западе тучи и на небо, полное облаков, непрерывно меняющих свой цвет и форму, от голубовато-стального до кроваво-красного. Наши жалкие серые землянки резко контрастировали со всем этим богатством, а лужи на мокрой земле щедро отражали пылающее небо. После нескольких минут растроганного молчания один заключенный сказал другому: „Каким прекрасным мог бы быть этот мир!“»

Логотерапия не обещает, что в жизни будет больше закатов; это — наша личная и коллективная ответственность.

Зато логотерапия обещает восторг при виде заката, даже если этот закат будет для нас последним; она напоминает, что можно найти смысл, красоту, благодать даже в аду. А остальное зависит от нас.

История одной победы. Виктор Франкл и смысл жизни в концлагере

2 cентября 1942 года, Берлин. Виктора Франкла, всемирно известного психиатра арестовывают вместе со всей его семьей: беременной молодой женой, престарелыми родителями – и отправляют в концентрационный лагерь Терезиенштадт, откуда Виктора позже переводят в Аушвиц, а затем в Дахау.

f1Франкл никогда не был крепким человеком, и знакомые полагали, что он не переживет концлагерь. На месте его разлучили с семьей. У него отобрали все личные вещи, начиная с одежды, заканчивая обручальным кольцом и рукописью книги, над которой он работал. Его обрили налысо и отправили на санобработку. Единственная мысль, которая его утешала в этот момент — из кранов все-таки текла вода, а не сочился газ.

“Счастье – это когда худшее обошло стороной”, – написал Франкл в 1946 г., в книге “Психолог в концлагере”.

Опыт подсказывал Виктору: чтобы выжить, нужно знать, зачем тебе жить. Еще когда он учился в школе, один из его учителей как-то заявил: «Жизнь — это всего лишь химический процесс». Юноша подпрыгнул за партой и спросил: «Господин учитель, если это так, то в чем тогда смысл жизни?» Вокруг этого вопроса построилась научная карьера Франкла. Он изучал депрессию и суицид, и еще учась в Венском университете, создал группу поддержки студентов, склонных к самоубийству. С 1933 по 1937 гг. Виктор возглавлял отделение по предотвращению самоубийств одной из венских клиник. Пациентками Франкла стало свыше 30 тыс. женщин, подверженных риску самоубийства. С приходом к власти нацистов в 1938 г. еврею Франклу запретили лечить арийских пациентов. Тогда он занялся частной практикой и рисковал своей жизнью и карьерой, составляя ложные медицинские заключения для душевнобольных, которых, в противном случае, убили бы согласно нацистской программе эвтаназии. Виктор и его семья были обречены. f3Когда угроза нацизма стала очевидной, Франкл подал документы на американскую визу и получил ее в 1941 г. В это время евреев уже отправляли в лагеря, начав с пожилых людей. Франкл понимал, что скоро доберутся и до его родителей, у которых нет возможности уехать. Перед ним стоял выбор: сбежать или остаться с близкими и поддерживать их до последнего. Однажды, когда он вернулся домой, раздумывая над своим решением, отец показал ему камень, который он подобрал на месте недавно разрушенной синагоги по соседству. Этот кусочек откололся от плиты, на которой были выгравированы заповеди Ветхого завета, причем именно та из них, что предписывает почитать отца и мать. Франкл решил: это знак, и остался с родными.

“…на свете есть две «расы» людей, только две! — люди порядочные и люди непорядочные. Обе эти «расы» распространены повсюду, и ни одна человеческая группа не состоит исключительно из порядочных или исключительно из непорядочных; в этом смысле ни одна группа не обладает «расовой чистотой!»

У кого есть “Зачем”, тот выдержит почти любое “Как”

В лагере Франкл организовал группу психологической помощи вновь прибывающим заключенным. Конечно, эта работа была тайной. Франкл работал вместе с психиатрами и социальными работниками со всей Центральной Европы. Когда кто-нибудь в лагере выражал суицидальные мысли или пытался действительно покончить с собой, доктору тут же сообщали об этом.

“Я видел смысл своей жизни в том, чтобы помогать другим увидеть смысл в своей жизни”.

Повышенное внимание уделялось тем, кому угрожала особая опасность: эпилептикам, психопатам, «асоциальным личностям», а кроме того, всем пожилым и немощным. Врачи пытались избавить этих людей от душевного опустошения. Люди часто задавали Франклу один и тот же вопрос: «Имеют ли смысл эти страдания, эта смерть?». И если бы он ответил “Нет“, они бы лишились воли к жизни. f2В лагере Франкл с особой ясностью убедился: люди, находившие в своей жизни какое-то значение, лучше переносили голод, болезни, пытки, даже если физически они были слабее тех, кто махнул на себя рукой. Для кого-то смыслом стал шанс снова увидеть маленькую дочь, оставшуюся в другой стране. Для другого смысл заключался в том, чтобы закончить цикл книг, которые он писал. Нашедшие смысл побеждали обстоятельства.

“…в концлагере можно отнять у человека все, кроме последнего — человеческой свободы, свободы отнестись к обстоятельствам или так, или иначе”

Источники смысла

Дух. Франкл убедился, что люди с более развитым внутренним миром имеют больше шансов выжить. Это люди, которые способны, замерзая, порадоваться чистоте и красоте снега, заметить великолепие заката или капли дождя на листьях деревьев. Это люди, которые могут занимать свой мозг, мысленно составляя речи, вспоминая прочитанные книги или воображая свою жизнь после освобождения. Это также и те, кто имеет твердые религиозные убеждения.

“В конце концов, Богу, если он есть, важнее, хороший ли Вы человек, чем то, верите Вы в него или нет”.

Любовь. Те, кто искренне любит своего мужа или свою жену, получают в тяжелые времена дополнительный источник силы. Речь идет не о сексуальных фантазиях, такие чувства практически отмирают, когда человек голодает и изнурительно трудится. Силы придают воспоминания о чертах любимого лица, о голосах любимых, обо всех пережитых вместе прекрасных мгновениях. Они укрепляют волю, даже если тебе не известно, жив или мертв любимый человек. Франкл сам постоянно думал о жене и родителях, которые, увы, не пережили заключение.

“Человек, осознавший свою ответственность перед другим человеком или перед делом, именно на него возложенным, никогда не откажется от жизни. Он знает, зачем существует, и поэтому найдет в себе силы вытерпеть почти любое “как”.

Выбор. Это единственное, что нельзя отнять у человека. Свобода выбора отношения к событиям не означает, что человеку полезно воображать себе солнце в дождливый день. Но он может в минуты слабости верить в свою силу, может искать в тоске повод для радости, а в отчаянии – надежду. f4Поведение человека не диктуется полностью и исключительно ни обстоятельствами, ни наследственностью.

“Так что же такое человек? Это существо, которое всегда решает, кто он. Это существо, которое изобрело газовые камеры. Но это и существо, которое шло в эти камеры, гордо выпрямившись, с молитвой на устах”.

Юмор. Еще одно оружие души в борьбе за самосохранение. Именно юмор как ничто другое способен создать для человека некую дистанцию между ним самим и его ситуацией, поставить его над ситуацией.

“И тогда явилось нечто неожиданное: черный юмор. Мы ведь поняли, что нам уже нечего терять, кроме этого смешного голого тела. Еще под душем мы стали обмениваться шутливыми замечаниями, чтобы подбодрить друг друга и прежде всего себя”.

После трех лет, проведенных в концлагерях, Франкл вернулся в Вену. В 1945 г. он закончил свою всемирно известную книгу «Сказать жизни „ДА“. Психолог в концлагере». Он создал метод “логотерапии” – разновидность психоанализа, основанная на анализе смыслов существования человека. Он дожил до 1997 года и опубликовал более 32 книг, многие из которых переведены на русский язык. Мы их вам от души рекомендуем. Оппонент Франкла, Фрейд, предпочитал копаться в “подвале” человеческой психики. Франкл поднялся к ее вершинам. Идеи доктора Франкла могли бы показаться идеалистичными, оторванными от реальности, если бы не подкреплялись опытом настолько суровым, насколько это возможно.

Любовь и самоотверженность были и остаются истинными человеческими ценностями.

Не забудь поделиться статьей:

Хотите получать одну интересную непрочитанную статью в день?

Что такое смысл жизни человека? Поиск смысла жизни

Право на смысл

«Если человек задумался о смысле жизни, значит он серьёзно болен» – сказал Зигмунд Фрейд.
И он же, резюмируя свой путь на склоне лет, как-то грустно добавил: «В своих исследованиях грандиозного здания человеческой психики я остановился в подвале».
Не удовлетворившись «скитаниями по подвалу», Виктор Франкл создал собственное направление экзистенциального анализа,
положенное в основу нового направления психотерапии –
логотерапии.

Виктор Эмиль Франкл – основатель логотерапии Виктор Эмиль Франкл (1905-1997)

Я видел смысл своей жизни в том, чтобы помогать увидеть этот смысл другим. © Виктор Франкл

Будучи австрийцем по происхождению, Франкл располагал уникальной возможностью обучаться у основателей ведущих
классических направлений психоанализа Фрейда и Адлера, но рано заявил о своем несогласии с их краеугольными концепциями. И в
возрасте 22 лет был исключен из Общества индивидуальной психологии Адлера.
В противоположность концепции Фрейда, единственным путём
к душевному, психическому здоровью Франкл считал осознание человеком осмысленности своей жизни.
А утрату этого смысла – напрямую связал с основной причиной не только болезней, но и главных человеческих бед.

В 1942 году Франкл попадает в свой первый концлагерь.
За годы войны ему предстояло сменить 4 немецких лагеря.
Сменить, выжить и дожить до 92 лет, оставив современникам и потомкам богатейшее интеллектуальное и духовное наследие.
В нечеловеческих условиях, где люди никогда не знали, проснутся ли утром и доживут ли до вечера, доктор Франкл продолжал
практиковать. Каждый раз он убеждался в правоте и состоятельности основополагающего принципа логотерапии:

В самой тяжёлой ситуации шансы выжить и остаться человеком имеет только тот, кто сохранил веру в смысл своей жизни.

Результаты лагерной практики и сделанные им выводы легли в основу: книги Франкла «Сказать жизни «Да»!»[2], отнесенную Национальной библиотекой конгресса США к десятку книг, оказавших на жизнь и
представления людей о ней самое сильное влияние; и монументального труда – «Человек в поисках смысла» [1],
разошедшегося тиражом свыше 12 миллионов экземпляров.

Индивидуальный смысл жизни

Ответьте себе на вопрос: «Почему вас не посещают мысли о самоубийстве?», и вы определитесь со смыслом своего бытия.

Виктор Франкл уверен: в жизни любого человека присутствует некий сверхсмысл, но постичь его ему не дано, как
отдельной ветви дерева не дано постичь конечного смысла существования дерева.
Уверенность в существовании этого смысла делает человека более жизнеспособным, а его жизнь – оправданной и значимой,
поскольку наделяет высшей логикой любую жизненную драму.
Смысл не только ведёт человека по тропинкам жизни, но и поддерживает в самых трудных ситуациях, помогая отыскивать скрытые
ресурсы воли и психики, необходимые для нахождения выхода.

Человек – «животное общественное», и в каждом живет древний инстинкт стадности.
Но все мы имеем задачу, лежащую за пределами ограничений социума.
Возможности для развития личности предоставляет сообщество, но и оно же опирается на отдельные личности.
По убеждению Франкла, сообщество прекращается там, где отрицается индивидуальность.
Тогда оно ничем не отличается от стада и толпы. В то время как социум, ориентированный на отдельные
личности, можно сравнить с чудесным мозаичным рисунком.
В первом случае каждый из булыжников легко заменяется другим, во втором – каждый отдельный элемент мозаики по своему уникален.
Поэтому, если выпадет один – менять придётся весь рисунок.
Потерю одной личности сообщество рассматривает как невосполнимое, а толпа подавляет любую индивидуальность в
пользу равенства.

Живя в социуме, человек, как нечто завершённое в самом себе, не может признаваться составляющим элементом любой системы
высшего порядка, поскольку это означало бы для него потерю достоинства.
Человек живёт в соответствии с принципом: «Быть – значит отличаться».
И Франкл пытается уберечь нас от стремления стать совершенными.
Если бы это было возможно, то любого из нас было бы легко заменить на кого-то другого.
Существование человека как личности предполагает его полную непохожесть на других, наделяя нашу жизнь индивидуальным
смыслом.

Человеку, обладающему ценностями, легче принимать решения в типичных ситуациях.
В случае, если он реализует лишь ценности, предлагаемые обществом — необходимость в принятии решений и ответственности полностью
нивелируется. Человек превращается в верблюда, «несущего ценности».
За избавление от ответственности и необходимости думать человек расплачивается свободой принимать решения в соответствии со
своими уникальными убеждениями.

То, что делает нас несовершенными – делает нас незаменимыми и неповторимыми, ведь каждый из нас несовершенен по-своему.

Сливаясь с толпой, человек может попрощаться с одним из своих важнейших качеств – способностью брать ответственность. Как отметил Франкл, когда кто-нибудь признаёт и ведёт себя «частичкой высшего целого», он привыкает к умиротворяющему
и комфортному состоянию отсутствия ответственности.
И очень скоро социальные нормы и комфорт этого состояния полностью вытесняют личную ответственность – главную привилегию,
дающую человеку право считать себя таковым.

Совесть – инструмент к поиску смысла жизни

Универсального путеводителя по дорогам, ведущим в «страну смысла» – нет, как нет идеального человека и универсального смысла.
Так, например, ошибочным следует считать распространённое утверждение, что человечество живёт только лишь для воспроизводства
себе подобных.
Если бы это было так, то жизнь женщины, не способной иметь детей, теряла бы всякий смысл. А смысл каждого
существующего поколения заключался бы в слепой передаче потомкам «пакета нерешённых проблем» – по меткому выражению психологов,
в «перебрасывании горячей картошки».

Каждый из нас стремится к счастью своим путем, используя для этой цели разные средства.
Человек вкладывает в понятие счастья свой смысл – здоровье, семья, творчество, отношения, успешная карьера, душевное
благополучие, любовь, возможность отдавать или самосовершенствование.
Достигать своих целей в состоянии счастья – значит проживать жизнь осмысленно.
И наоборот, жизнь, утратившая всякий смысл, превращается в существование, где место счастью отсутствует по определению.

Как сказал А. Эйнштейн: «Человек, который признает свою жизнь лишённой смысла – не только несчастлив, но и едва пригоден
для жизни».
Обычное состояние человека – напряжение между тем, что «я есмь» и тем, кем мне следует стать; между бытием и смыслом, идеалом и
реальностью. Но впереди бытия у человека мыслящего всегда идёт смысл.
Именно смысл выстраивает и направляет весь ход событий, упорядочивает время нашей жизни.

Поскольку каждый из нас уникален, то смысл для каждого относителен.
Но Франкл не акцентирует внимание на относительности, а смещает акцент на его уникальности.
И задача терапевта не в том, чтобы навязать пациенту своё понимание смысла – а помочь ему отыскать его собственное.
Еврейский мудрец Гиллель говорил: «Если не я сделаю это – то кто это сделает?
И если я не сделаю это немедленно – то когда же мне это сделать? Если я сделаю это для самого себя – то кем буду я?».

У любой ситуации имеется свой смысл, который далеко не всегда совпадает с общественными идеалами.
И ситуации, смысл которых не был нами обнаружен и понят – будут повторяться в разных интерпретациях вновь и вновь.
Человеку, решающему временно укрыться от проблем, могут дать «отпуск
без содержания». Вариантов его провождения не много: за стаканом (бутылкой) спиртного по вечерам; сексуальные связи без разбора, или наркотические зависимости; просто плеванием в потолок.
Но рано или поздно жизнь предъявит свой счёт, а ресурсов на то, чтобы погасить его – окажеться слишком мало или вообще не будет.

Если человек, забыв о смысле и цели своего существования, полностью сосредоточил внимание на средствах её достижения – расплатой
за бегство от себя станет состояние, которое психологи назвали «неврозом выходного дня». Проще говоря – ощущение щемящей
пустоты собственной жизни.

Универсальным инструментом, помогающим человеку определиться со смыслом своей жизни Франкл считает совесть.
Поскольку наша совесть – продукт интуиции, то ей свойственны творческие возможности.
Смысл уникальный сегодня – может стать универсальным завтра.
К примеру, когда-то запрет «не убей» мог быть не более, чем продуктом свободной фантазии каннибала.
Сегодня – в этот тезис вложен общечеловеческий универсальный смысл.

Отсутствие смысла – экзистенциальный вакуум

Духовные традиции рушатся.
Но, открывая перед человеком новые возможности науки и цифровых технологий, цивилизация не спешит создавать и предлагать
другие, по крайней мере столь же эффективные духовные парадигмы.
Результат такой тенденции – экзистенциальный вакуум, проявляющий себя как полное отсутствие всякого смысла существования.

Поэтому, как писал Франкл, в числе главных задач, которые должны стоять перед образованием и каждым человеком – развитие
способностей человека брать ответственность и принимать независимые решения.
Когда десять заповедей перестают восприниматься как безусловный запрет, человек должен научиться следовать
десяти тысячам заповедей, которые заключают в себе смысл каждой уникальной ситуации.
И здесь окончательное решение всегда остается за ним.
Задают вектор – разум и совесть, но и они склонны ошибаться. Принимая окончательное решение, всегда
лучше полагаться на совесть, действуя по принципам: «Если не знаешь как поступить, поступай благородно» или «Делай, что
должно – и будь, что будет».

Три способа наполнить жизнь смыслом

У человека, по мнению Франкла, есть три способа сделать свою жизнь осмысленной:

  1. Путем включения в нее аспекта творчества или совершения поступков.
  2. Путем переживания чего-либо, связанного с социумом, или переживаний по поводу кого-либо, кто имеет значение.
  3. Путем переживания страданий в случае, если пути 1 и 2 оказываются недоступны.

Таким образом, самые естественные пути сделать жизнь осмысленной – реализовать свои творческие способности или обрести
общество любимого человека.
Если же мы оказались в ситуации, когда эти пути недоступны в связи со сложностью жизненного периода, смысл всегда можно
отыскать в том страдании и вынужденных ограничениях, которые нам суждено испытывать.

Отличный пример из книги Виктора Франкла: «Человек в поисках смысла»:

У одного из его пациентов, по совпадению, практикующего врача, год назад скончалась любимая супруга, с которой он прожил не
одно десятилетие. Шло время, но боль потери не утихала, а напротив, становилась все острее.

На приёме Франкл спросил пациента:
— Скажите, вы не пробовали поразмыслить над тем, что пришлось бы перенести вашей жене, если
бы вы умерли раньше неё?

— Это совершенно немыслимо – воскликнул он, задумавшись на секунду, – уверен, моя жена прибывала бы в отчаянии.

— Теперь вы действительно поняли, что сумели уберечь её от этих переживаний, ведь ей не пришлось пережить то, что сейчас
испытываете вы в связи с ее уходом.

Первый раз за время приёма на лице пациента появилось подобие осмысленной улыбки.
Он молча встал, пожал руку Франклу и твёрдым шагом покинул кабинет.

Пациент испытал глубочайший инсайт, и буквально за один миг его жизнь и статус «Homo patiens» (человек страдающий) обрели
совершенно новое значение.
При этом, подчёркивает Франкл, для коренного перелома в сознании и представлениях о своём положении не были задействованы
никакие терапевтические и психотерапевтические методы.
Оказалось, достаточно изменить отношение человека к своей непростой ситуации, к своему страданию.
Судьба в данном случае распорядилась отказаться от возможности реализации смысла жизни через аспект любви, но оставила
возможность адаптироваться и отыскать смысл в новых, более жёстких условиях и иных ценностях.

Эвтаназия

Эвтаназия — практика прекращения жизни человека, страдающего неизлечимым заболеванием, испытывающего невыносимые страдания.

Франкл всегда активно осуждал эвтаназию, будучи уверенным, что миссия врача – делать всё, от него зависящее для того, чтобы
помогать тяжело больному человеку реализовать своё право и стремление жить.
В равной мере он осуждал и самоубийц, которых сравнивал с несдержанными шахматистами, которые вместо поиска решения задачи
= отыскания смысла ситуации – просто смахивают фигуры с доски.
Он полагает: и в первом и во втором случае если бы судьба распорядилась окончить путешествие человека в этом мире, она нашла
бы множество эффективных способов довести дело до конца.

Жизнь и всё, что в ней происходит – всегда обретает особый смысл в том случае, если это что-то даётся с трудом.
И если решение ответственной задачи или окончание миссии, по мнению человека – крайне важно и находится в прямой зависимости
от его выживания, то он непременно будет бороться. Сделает всё возможное, чтобы переломить ситуацию.
И не врачу здесь принимать на себя роль вершителя судеб, поскольку вероятность субъективного = ошибочного решения всегда
присутствует.

Прогресс не стоит на месте. То, что казалось чудом вчера – завтра станет повседневной медицинской практикой.
Идеи, технологии помогают спасать пациентов, которых официальная медицина ещё совсем недавно признавала безнадёжными
«овощами» и «приговаривала» к эвтаназии.
Поэтому главная задача врача, уверен Франкл – научить пациента благоговеть перед жизнью и наполнить свои дни смыслом. А не
лишать его жизни и остатка надежды, принудительно отключая от аппарата жизнеобеспечения.

Как сказал Фридрих Ницше: «Если человеку есть Зачем жить, он вынесет любое Как».

ВИКТОР ФРАНКЛ: ЖИЗНЬ РАДИ ПОИСКА СМЫСЛА ЖИЗНИ

Известные звуковики

Я видел смысл своей жизни в том,
чтобы помогать другим увидеть смысл в жизни

Виктор Франкл

На протяжении всей истории человечества всегда находились люди, озабоченные поиском смысла жизни. Каких только гипотез не выдвигалось в ответ на вопрос: «Зачем живет человек?». Одним из интереснейших исследователей смысла жизни был австрийский психиатр, психолог и невролог Виктор Эмиль Франкл (годы жизни 1905 – 1997). Его метод психологической помощи называется логотерапия (экзистенциальный анализ), который стал базой для основания Третьей Венской школы психотерапии.

Виктор Франкл

Виктор Франкл. Страницы биографии

Виктор Франкл родился в Вене, в еврейской семье гражданских служащих и с юности проявлял живой интерес к психологии. Его дипломная работа в гимназии была посвящена психологии философского мышления. После окончания гимназии Виктор учился на медицинском факультете Венского университета по специальности невролог и психиатр. Особенно его притягивала психология депрессий и самоубийств. В ранние годы его привлекли идеи Зигмунда Фрейда (с которым он даже состоял в переписке) и Альфреда Адлера, но впоследствии им была создана собственная школа.

Еще в 20-е годы он предложил термин «логотерапия», а впоследствии равноценно использовалось и название его метода«экзистенциальный анализ». Слово «логос» Виктор Франкл понимал не только как «слово», а метод логотерапии не просто как «лечение словом». Греческая основа слова «логос» подразумевает, что слово – это не просто вербальный акт, а квинтэссенция идеи, смысла. Собственно, это и есть сам смысл. Такое понимание «слова» проясняло для него значение евангельского: «В начале было слово…»

Франкл работал в области клинической психиатрии и в 1930 году получил степень доктора медицины. Именно в это время была заложена основа экзистенциального анализа.

Его работа с пациентами велась в русле психологической помощи пациентам, склонным к депрессиям и суициду. Так, он создал специальную программу поддержки студентов в напряженный период получения аттестатов. Во время его работы с этой программой среди венских студентов не было отмечено ни одного случая суицида.

В 1933 году он провел интереснейшее исследование так называемого «невроза безработицы» (термин В.Ф.), который является актуальной проблемой и на сегодняшний день. В 1933-37 годах Виктор Франкл возглавлял в одной из Венских клиник отделение по предотвращению самоубийств, где его пациентками были около 30 тысяч женщин, склонных к суициду.

Есть мнение, что именно Виктор Франкл – автор термина «воскресный невроз». Это подавленное состояние, пустота, апатия, скука, которые люди часто испытывают в конце недели. Франкл считал, что это состояние происходит из экзистенциального вакуума, когда человек чувствует потерю цели и смысла деятельности.

Его интереснейшая исследовательская работа была прервана Второй Мировой войной. 25 сентября 1942 года Франкл вместе с семьей был депортирован в концлагерь Терезиенштадт (причиной стало его еврейское происхождение), где ему было поручено организовать психологическую помощь вновь прибывающим узникам концлагеря. Этой деятельности он посвятил все время пребывания в лагере вместе с другими психиатрами и социальными работниками из Центральной Европы. Служба, которую он создал втайне от СС, имела задачу преодоления шока на начальном этапе жизни в лагере.

В центре его внимания были наиболее незащищенные от психологического стресса люди: психопаты, асоциальные личности, эпилептики, а также пожилые и больные люди. Была организована служба информации, которая при обнаружении у заключенных суицидальных мыслей или попыток покончить с собой, сразу же сообщала об этом доктору Франклу. Так что группа психологической помощи активно предотвращала самоубийства.

Суть терапии, которую Виктор Франкл проводил в лагере, была в обращении к смыслу жизни. Человек, находящийся в экстремальных условиях между жизнью и смертью, должен был ответить на вопрос: «В чем смысл его жизни, а также смысл страдания и смерти?» Люди задавали тревожный вопрос: «Переживем ли мы лагерь?» И второй вопрос, который звучал так: «Имеют ли смысл эти страдания, эта смерть?» Если на первый вопрос они отвечали отрицательно, то все дальнейшие страдания и попытки пережить лагерные ужасы теряли всякий смысл. «Нет» в ответ на второй вопрос лишало смысла само выживание.

Виктор Франкл стремился к тому, чтобы объективный взгляд на то, что происходит в лагере, помог людям выжить. Внутренняя сила заключенного восстанавливалась, когда отыскивалась некая цель в будущем.Слова Ницше «Если есть «Зачем» жить, можно вынести почти любое «Как» стали девизом его успешной терапии. Тот, кто не видел смысла и цели своей жизни, терял точку опоры и практически всегда погибал.

Почти чудом (но чудом закономерным) оказалось то, что сам доктор Франкл вышел из лагеря несломленный духом, сохранив себя, свою личность. Из его семьи выжили только он и его сестра. В лагере он смог проверить на практике свою теорию смысла жизни. И вряд ли какая-либо еще теория была столь дорого оплачена. Плодом его усилий стала книга «Психолог в концлагере», которая увидела свет после войны.

Суть логотерапии Виктора Франкла

В одном из писем к своей ученице и поклоннице Марии Бонапарт Зигмунд Фрейд обронил ставшую впоследствии известной фразу:«Если человек задумался о смысле жизни, значит, он серьезно болен». Понимать ее можно двояко. На мой взгляд, гораздо ближе к реальности такое ее понимание: проблемы и неурядицы заставляют человека задуматься о том, зачем он пришел в эту жизни, заняться переоценкой ценностей.

Виктор Франкл пошел дальше. Он назвал поиск смысла жизни путем к психическому здоровью, а потерю этого смысла причиной множества жизненных бед человека. Его самая известная книга называется именно так: «Человек в поисках смысла».

Фрейд говорил о стремлении человека к удовольствию как движущей силе жизни. Франкл выдвинул идею воли к смыслу. Он предположил, что у человека есть врожденное желание придать своей жизни как можно больше смысла, проявить как можно больше ценностей. Именно это желание является наиболее духовным в человеке, тем, что отличает нас от животного, ведь животное не обременяет себя вопросами смысла.

Однако в психотерапии в то время стремление к смыслу рассматривалось как невротический комплекс, человеческая слабость. Следовательно, по мнению доктора Франкла, игнорировалась духовная сторона человека, а значит, шансов у такой психотерапии не было. Ведь отсутствие смысла жизни является сильнейшим стрессом для человека. Кризис бессмысленности жизни Виктор Франкл назвал экзистенциальным неврозом.

О системном раскрытии исследований Виктора Франкла читайте в продолжении.

Автор: Марина Голомолзина



Просмотров:
170

Поделитесь этим с другими:

Виктор Франкл — Сказать жизни «ДА!» Психолог в концлагере.

?

LiveJournal

  • Find more

    • Communities
    • RSS Reader
  • Shop
  • iOS & Android
  • Help

Login

  • Login
  • CREATE BLOG

    Join

  • English

    (en)

    • English (en)
    • Русский (ru)
    • Українська (uk)
    • Français (fr)
    • Português (pt)
    • español (es)
    • Deutsch (de)
    • Italiano (it)
    • Беларуская (be)

О смысле смерти в нашей жизни. Виктор Франкл

Сознательность и ответственность — два основополагающих качества человека —
вот то, что заставляет его остро ощущать и осознавать конечность своего
бытия. И это ощущение придает, а не лишает человеческую жизнь смысла —
уверен Виктор Франкл. Ответственность человека — следствие уникальности его
личности и чем более уникален человек и ситуация, в которой он оказывается в
каждый конкретный момент жизни, тем большую ответственность он может взять
на себя. Именно уникальность человеческой личности, считает Виктор Франкл
следует считать основной составляющей смысла человеческой жизни.

Смерть — лучший повод для поиска смысла жизни

«Несчастье современного человека велико: ему не хватает главного – смысла
жизни»
И.А. Ильин

Для того, чтобы понять эту простую, но часто ускользающую от нас истину,
попробуем ответить на вопрос, который задавал себе сам Виктор Франкл: может
ли тот факт, что человек смертен лишить жизнь смысла? Ведь не секрет, что
многие из нас рассуждают так: раз жизнь все равно конечна, какой смысл
чего-то достигать и к чему-то стремиться? — Смысл наших целей и наших
достижений, рассуждают фаталисты, полностью нивелируется смертью. Но это
глубочайшее заблуждение, считает Франкл…

Смысл изначально заложен в жизни каждого из нас, но этого смысла не было
бы, будь мы бессмертны.

Тогда время не имело бы для нас никакого значения, как и задачи дня
грядущего, решение которых можно было бы откладывать на неопределенное
будущее.

Тогда о какой личной ответственности перед социумом или самим собой мы
могли бы говорить!

Зачем что-то осознавать, отмечает Франкл, если все происходящее уже и так
осознанно и предопределено за нас, а ответственность за нашу деятельность
или бездеятельность отсутствует по определению? Именно так привыкают
рассуждать многие фаталисты, перешедшие со временем в разряд невротиков,
забывая о том, что перед лицом смерти — абсолютного предела человеческих
возможностей, следует максимально заполнить свою жизнь и отведенное время
полезными свершениями. Только тогда сумма реализованных возможностей в
финальный момент действительно наполнит жизнь смыслом и значением.

Мы можем утверждать: человек, уразумевший для себя смысл жизни, может
понять и смысл смерти. Принцип абсолютной ценности и осмысленности
человеческой жизни, разъясненный Франклом в его труде «Человек в поисках
смысла» тесно связывает понятия ответственности и исторического характера
бытия — истока этой ответственности. Так для того, чтобы осознать личную
ответственность, логотерапевт может предложить пациенту представить
ситуацию, в которой на закате жизни он пролистывает странички своих
мемуаров. В текущий момент времени ему следует допустить, что он находится
на страничке, соответствующей этому моменту жизни и располагает волшебной
властью самому определять, чем заполнить страницы следующей главы. Такая
техника позволит человеку представить, что он в состоянии избежать
повторения ошибок в своих следующих, финальных главах своей книги бытия.

Тем, кто сомневается в осмысленности своего существования и жизни вообще,
экзистенциальный анализ Франкла рекомендует подходить к любой ситуации так,
будто живешь во второй раз и в прошлой жизни уже совершал ошибку, подобную
той, которую намереваешься совершить сейчас снова. Рассуждая так, человек
способен прочувствовать исторический характер своего бытия, всю глубину и
меру ответственности, которую он несет в любой момент своей жизни. Он
почувствует, что только от него зависит, во что превратится его
существование уже в ближайший час, следующий день, месяц и год.

Принцип необратимости и конечности существования

Понимание человеком принципа необратимости и конечности существования,
широко используемого в практической логотерапии наделяет его жизнь смыслом.
Человек, уяснивший этот важнейший принцип берет ответственность за свою
жизнь и делает свой первый, но самый главный шаг к обретению смысла
существования, а будучи больным — первый шаг к физическому и психическому
выздоровлению. Но работает и обратное: человек, утративший смысл перестает
оправдывать свое предназначение и заболевает без особо радужных перспектив
на выздоровление, сокращая тем самым дистанцию до своего персонального
финиша.

Согласно данным исследований, такие распространенные болезни, как рак,
инсульт, инфаркт чаще всего наблюдаются у больных, не видящих себя в своем
будущем и отрицающих смысл жизни. И консультация логотерапевта, а не
онколога или кардиолога порой совершает чудеса и «разворачивает» такого
больного «лицом к его смыслу», а затем и к устойчивой ремиссии (remission —
возвращение миссии = смысла).

Франкл любил сравнивать жизнь человека с радиоактивным элементом с
ограниченным периодом полураспада. За отпущенное время атомы полностью
распадаются и вещество необратимо трансформируется в энергию. В своей
конечной точке заготовочный материал — атомы вещества полностью переходят в
«чистую форму».

В точке «старта» жизнь словно свернута в клубок, представляя собой
некоторый начальный нетронутый материал. По мере того, как с годами клубок
разматывается, материала становится все меньше и меньше. Со временем
материал превращается в «одежду» из накопленных нами поступков, переживаний,
опыта. Если ни поступков, ни переживаний, ни опыта мы не получили, то
«материал» разбазарен безвозвратно — он растрачен на тряпье.

Еще одна из точных аналогий Франкла — сравнение человека со скульптором,
ваяющим свою жизнь, как статую из камня. Мыслить, чувствовать и действовать
в жизни следует направленно и осмысленно — так, как это делает скульптор,
который видит свою работу в бесформенной глыбе с того момента, когда она
разместилась в центре его мастерской. То, сколько времени отпущено каждому
из нас мы не знаем, поэтому торопить жизнь не следует, но и простаивать не
стоит. И не столь важно, что на финише мы не успеем завершить свою работу,
намного важнее качество того, что мы успеем сделать.

Жизнь имеет смысл, вне зависимости от того воспроизводит она себя или нет,
окажется длинной или короткой. Из материала, данному человеку судьбой он
реализует ценности творчества, ценности переживания или ценности отношений.
Как и скульптор в аналогии Франкла, мы не знаем, сколько времени нам
отпущено на то, чтобы окончить начатое, не сообщается нам и конечный срок
окончания работ. Возможно требование прекратить работу прозвучит в ближайшую
минуту. Поэтому единственный выход для человека, увлеченного реализацией
своих ценностей — использовать отведенное ему время максимально эффективно.
Ценность уже проделанной работы не умаляется и в том случае, если отпущенный
срок подходит раньше момента, когда цель реализована.

Длительность жизни — замечает Франкл — не определяет меры ее ценности и
осмысленности, и судить о ценности биографии человека на основании
количества страниц в ущерб содержанию повести было бы ошибкой. Жизнь героя,
даже прерванная в юном возрасте оказывается более осмысленной и
содержательной, чем молочно-кефирное существование какого-нибудь
тупицы-долгожителя.

Смерть — часть сделки, которую мы заключаем с жизнью

Рано или поздно каждый из нас сознательно или неосознанно сталкивается с
понятием конечности бытия, когда смерть начинает восприниматься как «часть
сделки, некогда заключенной нами с жизнью». Тогда мы ищем ответ на вопрос:
жизнь осмысленна и сохраняет смысл вне зависимости от ее продолжительности и
повторяемости в потомках, либо смысл у жизни отсутствует по определению и не
появится даже живи мы хоть 200 лет и воспроизведи хоть сотню «себе
подобных»? Вот как отвечает на этот вопрос Виктор Франкл:

Если бы наше осознание, что жизнь конечна лишало бы ее всякого смысла, то
нам было бы абсолютно все равно, когда наступит смерть — сегодня, завтра или
через несколько лет. Тогда мы признали бы, что время, когда все завершиться
не столь существенно… Но мы с этим категорически не согласны — подавляющее
большинство все же стремиться оказаться в числе долгожителей. Но, тем не
менее, заключает Франкл, говоря о продолжительности и продолжении жизни:
«Огонь факела имеет смысл, даже если он угас, а вот проводить бесконечно
длинную вселенскую эстафету, передавая из рук в руки потухший факел,
бессмысленно». Жизнь человека утверждает себя не путем воспроизводства себе
подобных, а в процессе осмысленной реализации ценностей в других
небиологических сферах — эстетической, этической, интеллектуальной,
духовной, творческой, etc.

Жизнь и смерть неотделимы друг от друга. Ограничивая жизнь во времени
смерть создает возможность осмыслить свое существование, правильнее
упорядочить отпущенное время. Этот факт особенно остро осознают люди,
заболевшие тяжелыми заболеваниями, оценивающие оставшееся время «по
специальному тарифу».

Как известно, эволюционирование одноклеточных организмов в многоклеточные
означает для первых утрату бессмертия. Это не что иное, как замена
универсальности на специфичность. Так например только дифференцинированные
клетки глазной сетчатки способны выполнить те функции, с которыми не
справятся никакие другие. Принцип «разделения труда» в данном случае лишил
клетку свойственной ей универсальности и автономии, наделив «взамен» ее
специфичностью и незаменимостью в пределах организма. Тогда смысл
существования и сама смерть специфической клетки этого типа оправданы
настолько, насколько они оправданы в общей структуре организма и процессами,
в нем протекающими.

Аналогично клетке, осмысленность жизни человека — следствие уникальности
его личности. Разумеется, мы ведем речь не об отпечатках пальцев и длине
носа. Человек — нечто завершенное в себе, его слоган «быть, значит
отличаться». Поэтому любая попытка искусственно ввести человека в систему
высшего порядка будет означать для него потерю чувства достоинства. Блестяще
иллюстрирует эту мысль Виктора Франкла феномен толпы, лишенной
ответственности и осознаваемости своих действий и руководимой понятием
«коллективной вины». Полная противоположность этому явлению — личная
человеческая ответственность — следствие неповторимости каждого индивида. И
многие из нас сегодня об этом забывают или попросту не хотят знать.

Все мы отлично знаем, как люди любят снять с себя ответственность,
переложив ее на свою судьбу. Такая позиция по жизни может быть возведена в
абсолют. Именно так ведут себя невротики — фаталисты: вспоминая свои прошлые
ошибки и неудачи они заодно валят на судьбу все свои будущие вероятные
ошибки. Как писал Виктор Франкл: ошибки прошлого — лучший материал для
формирования более совершенного будущего, в котором этих ошибок уже не
будет.

Свобода выбора оставляет за человеком право решать — выбрать логику
фаталиста и со временем стать невротиком, приблизив час расплаты, или
творчески использовать опыт прошлого и формировать лучшее будущее,
увеличивая шансы на долгую, здоровую, счастливую и осмысленную жизнь. Выбор
в пользу фатализма уподобляет нас пьянице, который на уговоры бросить пить
отвечал:

— Да, как-то поздновато уже.

— Но ведь оставить порок никогда не поздно — убеждают его.

— А…, ну тогда я оставлю, но как-нибудь потом — ставит он жирную точку.

Это показательный пример того, как искусно порой люди бегут от свободы
собственной воли, собственной уникальности и ответственности, оправдывая
свои мысли и поступки слабоволием и всемогуществом судьбы.

Смысл человеческой жизни можно оценить, только подводя итог, в момент
смерти. Ведь нет ничего более определенного, чем она. Поэтому, если мы
попытаемся размотать клубок жизни начиная с ее конца, то обнаружим, что
именно пренебрежение фактом конечности человеческой жизни сделало нашу жизнь
пустой и бессмысленной. Мы согласимся, что жизнь человека, не учитывающего
ее конечность пуста и иллюзорна, а ценности, которыми он наполняет ее
преимущественно мимолетны и обманчивы, потому что игнорируется важнейший
этап жизни — смерть.

Чего бояться, ведь все уже произошло?

Смерть — последний звонок, сигналящий о том, что пора подводить итоги —
пришло время собирать камни. «О каких камнях идет речь — что за бред? О
каком смысле жизни вы тут нам втираете?» — Возразят некоторые… — «Не проще
ли оставить эту доисторическую галиматью и заняться полноценным развитием
левого полушария. Тогда и такие естественные вопросы, как жизнь и смерть
сами по себе утратят значение. Хорошо отлаженная машина может работать без
ремонта и приносить пользу обществу десятилетиями, а когда выйдет из строя —
ее можно заменить почти такой же, но новой и более совершенной…. Подумайте
сами! Постоянное состязание между чувствами, эмоциями, моральными догмами и
здравым смыслом, чувствами и логикой — не это ли причина всех проблем
человека? Не проще ли решить вопрос раз и навсегда, сказать себе
«Хватит!» — отключить чувственную и эмоциональную сферу, жить
логикой и питать ее актуальной информацией». Так действительно думают и
живут многие, так они воспитывают своих детей, но можно ли этот продукт
цивилизации отнести к роду Homo Sapiens, идентифицировать в соответствии с
их природным началом, утверждать, что они еще живы?

Мы боимся смерти тела, но ведь значительно страшнее смерть души, когда
человека больше нечем удивить, а будущее для него так же туманно, как и
прошлое и настоящее. Посмотрите вокруг, — как насчет выпить чашечку кофе или
лечь в постель с биороботом? И никакого упрощения здесь нет. Напротив, в
этом собственно и заключается смысл и целесообразность. Почему бы не стать
программой, действия которой прогнозируемы и легко контролируемы? Это очень
комфортно, поскольку полностью снимает ответственность, а с ней все вопросы
о смысле жизни и смерти.

С каждым днем все больше людей сознательно в зародыше убивают в себе самое
ценное — то, что отличает их от себе подобных, выстраиваясь в очередь за
искусственными ценностями цивилизации, оттиснутыми под копирку. Адепты
технологий безоговорочно доверяют им свое будущее и самое себя. Их
индивидуальность и неповторимость становятся атавизмом социума, который, в
целях дальнейшего развития, вынужден отказаться от этих тормозящих прогресс
«дорогостоящих пережитков», предоставив взамен гигабайты информации,
искусственный интеллект, удобную возможность быть как все и забыть о личной
ответственности, средства для постижения виртуальной, «более совершенной»
реальности.

Проблема обостряется, поскольку, продолжая свое существование как
биологическая единица и отключив «параметр» любви и морали, человек вовсе не
собирается отказываться от чувственных удовольствий. Он создает подобие
семьи, рождает себе подобных и без труда и сожаления вписывает их в
свободную ячейку социальной матрицы.

Мы страшимся биологической смерти, но сколько из нас, достигнув средних лет
сегодня еще может похвастаться тем, что еще считает себя полноценной
живой личностью
— способен чувствовать, переживать за близких, строить смелые планы на
будущее, задумывать глобальные цели, ощущать осмысленность своего
существования, радоваться весеннему дождю, закату и шуму прибоя? Таких
остается все меньше — на смену приходят мутанты, и это есть следствие
экзистенциального вакуума
— полного обесценивания человеческих ценностей и утраты смысла о которых
предупреждал Виктор Эмиль Франкл.

Кажущаяся простота решения философского вопроса о смысле жизни и смерти
обманчива. Платой за уверенность в том, что человека уже давно пора
усовершенствовать становятся многочисленные психосоматические расстройства и
заболевания, лечение которых невозможно даже самыми современными средствами.
Природа бескомпромиссна, пытаясь «обмануть» смерть, человек лишь приближает
ее. И напротив, излечение тела наступает достаточно быстро, когда
человек пересматривает приоритеты,
возвращает природе ее естественное право
законодателя, прикрывает ящик Пандоры и обращается к себе, как духовной
Личности, отличной от любой другой на этой планете.

Источник: Франкл Виктор «Человек в поисках смысла»

Поделитесь

https://goal-life.com/page/kniga/viktor-frankl/o-smysle-smerti, 3395402358 whatsappwhatsapp

0

telegramtelegram

0

Ещё почитать:


смысл жизни человека, книги (Сказать жизни да), концлагерь, логотерапия, биография

Однажды Виктора Франка попросили выразить в одном предложении смысл его собственной жизни. Он написал ответ на бумаге и попросил своих учеников угадать, что в ней. Через несколько минут один студент удивил Франкла, ответив: «Смысл вашей жизни — помочь другим найти смысл их жизни». «Именно так— сказал Франкл, —именно это я написал».

виктор франкл

Жизнь Виктора Франкла длилась почти весь двадцатый век, с момента его рождения в 1905 году до его смерти в 1997 году. Решение стать врачом он принял в возрасте трех лет. В своих автобиографических размышлениях он вспоминал, что в юности несколько минут думал о смысле жизни. Особенно о значении наступающего дня.

В шестнадцать лет Франк посетил семинар по философии. Преподаватель, проникшись глубиной мыслей Франкла, пригласил его прочитать лекцию о смысле жизни. Франкл сообщил собравшимся, что «мы сами должны отвечать на вопросы, которые задает жизнь, и мы можем ответить только, взяв на себя ответственность за свою жизнь». Это убеждение стало краеугольным камнем всей профессиональной жизни Виктора Франкла.

Он шутил, что в отличие от «глубинной психологии» Фрейда, которая подчеркивает углубление в прошлое человека, его бессознательные инстинкты и желания, он практиковал психологию будущего, которая фокусируется на сознательных решениях и действия. Его целью было спровоцировать людей на понимание того, что они должны использовать свои способности для достижения своих собственных целей.

Психолог в концлагере

25 сентября 1942 г. Виктор Франкл, его родители и его молодая жена были помещены в концлагерь «Терезиенштадт». Именно там Франкла встретился с доктором Карлом Флейшманом, у которого были планы по организации психологической помощи заключённым, особенно вновь прибывшим. Он поручил создание такой организации Франклу, как практикующему психиатру. Вместе с врачами, социальными работниками из Центральной Европы во время всего своего пребывания в лагере он оказывал медицинскую помощь заключенным втайне от СС. Задачей организации стала помощь по преодолению шока и поддержки в начале пребывания людей в лагере.

«Я помню, что было, возможно, самым тяжелым опытом в лагере. Вероятность выживания в лагере была меньше, чем один из двадцати восьми.  Было невозможно сохранить рукопись моей первой книги, которую я спрятал в пальто, когда прибыл в Освенцим. Таким образом, мне пришлось пережить потерю своего интеллектуального творения. Я задался вопросом, не будет ли в таком случае моя жизнь лишена всякого смысла».

До войны он понимал, что поиск смысла жизни является ключом к благополучию и психическому состоянию человека. Попав в заключение, он хотел понять, имеет ли смысл его собственная жизнь. Выживание в тех условиях было совместным результатом воли к жизни, инстинкта самосохранения, некоторых щедрых актов человеческой порядочности и, конечно, это также зависело от слепой удачи, прихоти охранников, выбора кому доверять. Однако для преодоления лишений и деградации личности в лагере требовалось нечто большее.

Надежда на будущее

Франкл постоянно опирался на уникальные человеческие способности, такие как врожденный оптимизм, юмор, психологическая отрешенность, короткие моменты одиночества, внутренняя свобода и жесткая решимость не сдаваться и не совершать самоубийство.

Он понял, что должен попытаться жить для будущего, и черпал силы из мыслей о своей любимой жене и глубокого желания дописать начатую книгу по логотерапии. Он находил смысл в проблесках красоты в искусстве и природе. Самое главное, он понял, что бы ни случилось, у него есть свобода в том, как реагировать на страдания. В первую очередь, на собственные.

Он рассказывает о заключенных, которые отказались от борьбы, потому что потеряли всякую надежду на будущее и неизбежно умерли первыми. Они умирали не столько из-за недостатка пищи или лекарств, сколько из-за отсутствия надежды, из-за чего-то, ради чего можно было жить.

Работая в лагерной больнице, Франкл заметил, что уровень смертности вырос в течение недели между Рождеством и Новым годом в 1944 году. Он объяснил это тем, что некоторые заключенные надеялись на освобождение до Рождества. С приближением конца года стало ясно, что их положение не изменилось, они потеряли мужество и надежду. Это, в свою очередь, повлияло на их силу сопротивления и способность выживать.

А у выживших заключенных, которые нашли способ терпеть, всегда была большая цель, которая давала им надежду на будущее. Для некоторых это был ребенок, который был в родной далекой стране и ожидал их освобождения. Для кого-то это был супруг или член семьи. Для других— незаконченная задача или творческая работа, которая требовала их уникального вклада.

Логотерапия

У Франкла и его товарищей по плену отняли все. Их семьи, друзья, работа, здоровье, имущество, даже их имена и волосы на их телах; но была одна вещь, которая действительно оставалась их собственной. Это то, что философы-стоики называют нашим внутренним дискурсом или руководящим принципом. А именно, мы можем выбирать, как реагировать на любые мысли, эмоции или обстоятельства.

Независимо от того, с чем мы сталкиваемся в жизни, у нас всегда есть внутренняя свобода определять свое отношение и оставаться верными своему характеру и долгу.

Франкл ссылался на слова Ницше: «Тот, у кого есть причина, ради которой стоит жить, может вытерпеть почти все». Именно это стало основой логотерапии — желание и способность человека сделать жизнь осмысленной, придать ей такую ценность, отнять которую не в силах никто.

Через несколько месяцев после освобождения из концентрационного лагеря в нацистской Германии в 1945 году Виктор Франкл написал книгу. Ему было сорок лет. До войны он работал успешным психологом в Вене. Он написал рукопись за девять дней. Хотя в книге рассказывается о непостижимых ужасах и страданиях, которые он перенес, будучи заключенным в Освенциме, Дахау и других лагерях, основная цель текста — исследовать источник его воли к выживанию. Книга под названием «Человек в поисках смысла жизни» была продана тиражом более 10 миллионов экземпляров на 24 языках.

Три способа найти смысл жизни

Франкл утверждает, что в жизни можно найти смысл тремя способами.

  1. Совершать работу, творить, создавать ценности.
  2. Испытывать чувства, проживать события.
  3. Менять отношение к неизбежным страданиям.

Первый способ вполне очевиден.

Второй и третий требуют дальнейшей проработки. Второй способ найти смысл — значит, пережить что-то такое, как добро, истина и красота, прочувствовать культуру и природу, или, что не менее важно, пережить другого человека в его уникальности, любить его. Мы можем найти смысл в жизни, даже столкнувшись с безнадежной ситуацией, которую нельзя изменить.

Франкл сделал вывод, что нет общего для всех ответа о смысле жизни. Каждый должен решить это для себя. Мы находим наш собственный уникальный смысл, основанный на наших обстоятельствах, наших отношениях и нашем опыте. Жизнь, по существу, проверяет нас, и ответ раскрывается в том, как мы реагируем.

Поэтому смысл жизни не обнаруживается на какой-то вершине горы, а раскрывается каждое мгновение в нашем выборе действий и выполнения наших обязанностей.

Послевоенный период

27 апреля 1945 г. Франкл был освобождён из концлагеря. Из его семьи выжила только сестра, которая эмигрировала в Австралию.

В послевоенные годы Франкл опубликовал более тридцати книг, в том числе «Скажи жизни «Да»». Он также известен как основатель логотерапии. Он читал лекции и семинары по всему миру, получил двадцать девять почетных докторских степеней и множество наград, в том числе премию Оскара Пфистера от Американского общества психиатрии и номинацию на Нобелевскую премию мира.

Виктор Франкл о человеческих поисках смысла — Сбор мозга

Прославленный австрийский психиатр и переживший Холокост Виктор Франкл (26 марта 1905 г. — 2 сентября 1997 г.) остается наиболее известным своими незаменимыми психологическими мемуарами 1946 года. что ужасный опыт Освенцима научил его главной цели жизни: поиску смысла, который поддерживает тех, кто выжил.

Для Франкл смысл исходил из трех возможных источников: целеустремленная работа, любовь и смелость перед лицом трудностей.

При исследовании «интенсификации внутренней жизни», которая помогала заключенным оставаться в живых, он рассматривает трансцендентную силу любви:

Любовь выходит далеко за рамки физического лица любимого человека. Он находит свой самый глубокий смысл в его духовном существе, его внутреннем я. Присутствует он на самом деле или нет, жив он вообще или нет, это каким-то образом перестает иметь значение.

Франкл иллюстрирует это ярким примером того, как его чувства к жене, которая в конечном итоге была убита в лагере, придали ему смысл:

Работали в окопе. Рассвет вокруг нас был серым; серым было небо над головой; серый снег в бледном свете зари; серые лохмотья, в которые были одеты мои товарищи по заключению, и серые их лица. Я снова молча разговаривал с женой, или, возможно, я изо всех сил пытался найти причину моих страданий, моего медленного умирания.В последнем яростном протесте против безнадежности неминуемой смерти я почувствовал, как мой дух проникает сквозь окутывающий мрак. Я чувствовал, что он выходит за пределы этого безнадежного, бессмысленного мира, и откуда-то я услышал победное «да» в ответ на мой вопрос о существовании конечной цели. В этот момент свет зажегся в далеком фермерском доме, который стоял на горизонте, словно нарисованный там, посреди жалкой серости восходящего утра в Баварии. «Et lux in tenebris lucet» — и свет во тьме светит.Я часами стоял, рубя ледяную землю. Мимо прошел охранник, оскорбив меня, и я снова пообщался с любимой. Все больше и больше я чувствовал, что она здесь, что она со мной; У меня было ощущение, что я могу прикоснуться к ней, протянуть руку и схватить ее. Ощущение было очень сильным: она была там. Затем, в этот самый момент, птица тихо слетела и села прямо передо мной на кучу земли, которую я выкопал из канавы, и пристально посмотрела на меня.

Юмора, «еще одно оружие души в борьбе за самосохранение», — пишет Франкл:

Хорошо известно, что юмор, больше, чем что-либо еще в человеческом облике, может позволить себе отстраненность и способность подняться над любой ситуацией, даже хотя бы на несколько секунд.… Попытка развить чувство юмора и смотреть на вещи в юмористическом свете — это своего рода трюк, которому научились при овладении искусством жизни. Тем не менее, можно практиковать искусство жизни даже в концентрационном лагере, хотя страдания вездесущи.

Литография Лео Хааса, художника Холокоста, пережившего Терезиенштадт и Освенцим (общественное достояние)

После обсуждения общих психологических паттернов, которые разворачиваются в заключенных, Франкл осторожно оспаривает предположение, что человеческие существа неизменно формируются их обстоятельствами.Он пишет:

А что насчет свободы человека? Нет ли духовной свободы в отношении поведения и реакции на любое данное окружение? … Самое главное, доказывает ли реакция заключенных на необычный мир концлагеря, что человек не может избежать влияния своего окружения? Разве у человека нет выбора действий перед лицом таких обстоятельств?

Мы можем ответить на эти вопросы как из опыта, так и из принципа. Опыт лагерной жизни показывает, что у человека действительно есть выбор действия.… Человек может сохранить остаток духовной свободы, независимости разума даже в таких ужасных условиях психического и физического напряжения.

[…]

У человека можно отнять все, кроме одного: последней из человеческих свобод — выбирать свое отношение к любому данному стечению обстоятельств, выбирать свой собственный путь.

Во многом подобно тому, как это сделал Уильям Джеймс в своем трактате о привычках, Франкл помещает это понятие повседневного выбора в эпицентр человеческого опыта:

Каждый день, каждый час предлагалась возможность принять решение, решение, которое определяло, подчинитесь ли вы тем силам, которые угрожали лишить вас самого вас, вашей внутренней свободы; который определял, станете ли вы игрушкой обстоятельств, откажетесь от свободы и достоинства, чтобы принять форму типичного заключенного.

Подобно Генри Миллеру и Филиппу К. Дику, Франкл считает страдание неотъемлемой частью не только существования, но и осмысленной жизни:

Если в жизни вообще есть смысл, значит, в страдании должен быть смысл. Страдание — неискоренимая часть жизни, даже как судьба и смерть. Без страданий и смерти человеческая жизнь не может быть полной.

То, как человек принимает свою судьбу и все страдания, которые она влечет за собой, то, как он берет свой крест, дает ему широкие возможности — даже в самых трудных обстоятельствах — придать своей жизни более глубокий смысл.Он может оставаться храбрым, достойным и бескорыстным. Или же в ожесточенной борьбе за самосохранение он может забыть о своем человеческом достоинстве и стать не более чем животным. Здесь кроется шанс для мужчины использовать или отказаться от возможностей достижения моральных ценностей, которые ему может предоставить трудная ситуация. И это решает, достоин он своих страданий или нет. … Такие люди есть не только в концлагерях. Повсюду человек сталкивается с судьбой, с возможностью чего-то добиться своими собственными страданиями.

Работая психиатром с заключенными, Франкл обнаружил, что единственный наиболее важный фактор в культивировании своего рода «внутренней хватки», позволяющей мужчинам выжить, — это научить их удерживать в своих мыслях какую-то будущую цель. Он цитирует Ницше, который писал, что «Тот, у кого есть , почему , ради которого нужно жить, может выдержать почти любые , как », и предостерегает от обобщения:

Горе тому, кто не видел больше смысла в своей жизни, ни цели, ни цели, а значит, и смысла продолжать.Вскоре он потерялся. Типичный ответ, которым такой человек отвергал все обнадеживающие аргументы, был: «Мне больше нечего ожидать от жизни». Какой ответ на это можно дать?

Что действительно было необходимо, так это коренное изменение нашего отношения к жизни. Мы должны были изучить самих себя, и, более того, мы должны были научить отчаявшихся мужчин, что на самом деле имеет значение не то, что мы ожидаем от жизни, а то, что жизнь ожидает от нас . Нам нужно было перестать спрашивать о смысле жизни и вместо этого думать о себе как о тех, кого жизнь спрашивает — ежедневно и ежечасно.Наш ответ должен состоять не в разговоре и размышлении, а в правильных действиях и правильном поведении. В конечном итоге жизнь означает принятие на себя ответственности за поиск правильного ответа на свои проблемы и выполнение задач, которые она постоянно ставит перед каждым человеком.

Эти задачи и, следовательно, смысл жизни различаются от человека к человеку и от момента к моменту. Таким образом, невозможно определить смысл жизни в общих чертах. На вопросы о смысле жизни никогда нельзя ответить широкими утверждениями.«Жизнь» означает не что-то неопределенное, а что-то очень реальное и конкретное, так же как жизненные задачи также очень реальны и конкретны. Они формируют человеческую судьбу, которая индивидуальна для каждого человека. Ни один человек и никакая судьба не могут сравниться ни с одним другим человеком, ни с какой другой судьбой. Никакая ситуация не повторяется, и каждая ситуация требует разной реакции. Иногда ситуация, в которой оказывается человек, может потребовать от него действий. В других случаях для него более выгодно использовать возможность для созерцания и реализовывать активы таким образом.Иногда от человека требуется просто принять судьбу, нести свой крест. Каждая ситуация отличается своей уникальностью, и всегда есть только один правильный ответ на проблему, которую ставит данная ситуация.

Литография Лео Хааса, художника Холокоста, пережившего Терезиенштадт и Освенцим (общественное достояние)

Рассматривая человеческую способность к добру и злу и условия, которые вызывают непристойность у порядочных людей, Франкл пишет:

Человеческую доброту можно найти во всех группах, даже в тех, которые в целом было бы легко осудить.Границы между группами пересекались, и мы не должны пытаться упростить ситуацию, говоря, что эти люди были ангелами, а те были дьяволами.

[…]

Из всего этого мы можем узнать, что есть две расы людей в этом мире, но только эти две — «раса» порядочных людей и «раса» непристойных людей. Оба встречаются повсюду; они проникают во все группы общества. Ни одна группа не состоит полностью из порядочных или неприличных людей. В этом смысле ни одна группа не принадлежит к «чистой расе» — и поэтому иногда среди охранников лагеря можно найти достойного парня.

Жизнь в концентрационном лагере вскрыла человеческую душу и обнажила ее глубины. Разве удивительно, что в этих глубинах мы снова обнаружили только человеческие качества, которые по самой своей природе были смесью добра и зла? Пропасть, отделяющая добро от зла, пронизывает всех людей, проникает в самые глубины и становится очевидной даже на дне пропасти, открытой концлагерем.

Вторая половина книги представляет особый стиль экзистенциального анализа Франкла, который он назвал «логотерапией» — методом исцеления души путем развития способности обрести осмысленную жизнь:

В конечном счете, человек не должен спрашивать, в чем смысл его жизни, а должен признать, что спрашивают он .Одним словом, каждого человека спрашивает жизнь; и он может ответить жизни только , отвечая за своей собственной жизни; на жизнь он может ответить, только будучи ответственным. Таким образом, логотерапия видит в ответственности самую суть человеческого существования.

Этот акцент на ответственности отражен в категорическом императиве логотерапии, который гласит: «Живите так, как если бы вы уже жили во второй раз и как если бы вы поступили в первый раз так же неправильно, как вы собираетесь действовать сейчас!»

Франкл вносит свой вклад в самые богатые в истории определения любви:

Любовь — единственный способ постичь другого человека в глубине его личности.Никто не может полностью осознать саму сущность другого человека, если не полюбит его. Благодаря своей любви он получает возможность видеть основные черты и особенности любимого человека; и даже более того, он видит в нем то, что потенциально возможно, что еще не актуализировано, но еще должно быть актуализировано. Более того, своей любовью любящий человек позволяет любимому человеку реализовать эти возможности. Давая ему понять, кем он может быть и кем он должен стать, он реализует эти возможности.

Франкл писал книгу в течение девяти дней подряд с первоначальным намерением опубликовать ее анонимно, но по настоянию своих друзей он добавил свое имя в последнюю минуту. Во введении к изданию 1992 года, размышляя о миллионах копий, проданных за полвека с момента первоначальной публикации, Франкл делает острый мета-комментарий по поводу того, что недавно повторил Джордж Сондерс, отметив:

Во-первых, я вовсе не вижу в статусе бестселлера моей книги достижение и достижение с моей стороны, а, скорее, выражение страданий нашего времени: если сотни тысяч людей потянутся за книгой, которая Заголовок обещает решить вопрос о смысле жизни, это должен быть вопрос, который горит им под ногтями.… Сначала, однако, он был написан с абсолютной уверенностью, что как анонимный опус он никогда не сможет заслужить литературную славу своего автора.

В том же введении он делится вечным советом об успехе, который часто дает своим ученикам:

Не стремитесь к успеху — чем больше вы нацеливаетесь на него и делаете его мишенью, тем больше вы его пропустите. К успеху, как и к счастью, нельзя стремиться; это должно произойти, и это происходит только как непреднамеренный побочный эффект преданности делу более великой, чем он сам, или как побочный продукт подчинения другому человеку.Счастье должно случиться, и то же самое относится к успеху: вы должны позволить этому случиться, не заботясь о нем. Я хочу, чтобы вы прислушивались к тому, что вам велит сделать ваша совесть, и продолжали выполнять ее, насколько вам известно. Тогда вы доживете до того, чтобы увидеть, что в долгосрочной перспективе — я говорю, в долгосрочной перспективе — успех последует за вами именно потому, что вы забыли о нем думать.

(Хью МакЛауд, как известно, выразил то же мнение, когда написал, что : «Лучший способ получить одобрение — не нуждаться в нем.”)

Если бы когда-либо существовал универсальный список для чтения жизненно-важных вещей, Man’s Search for Meaning , без тени сомнения, был бы в нем.

,

35 Цитаты Виктора Франкла о смысле жизни, любви и страдания

«Любовь — единственный разумный и удовлетворительный ответ на проблему человеческого существования». — Эрих Фромм

Когда мы интуитивно осознаем авторитет или истину чужих мудрых слов, мы можем сказать, что инстинктивно судим их по трем причинам.

Во-первых, обоснованность своего опыта. Нам нужно знать, что они не понаслышке знакомы с пиками и спадами жизни, что они не были защищены ни от крайне хороших, ни от плохих сторон человеческой натуры.Мы также учитываем контекст, в котором выражаются их идеи, и пытаемся оценить, актуальны ли они для нас.

Во-вторых, посмотрим на их мотивы. Что они выиграют от мудрости, которой они делятся? Есть денежный стимул? Есть ли у них сильная культурная или эмпирическая предвзятость в пользу той точки зрения, которую они разделяют?

Наконец, мы рассмотрим их историю и связь со страданием. Страдание — это та общая нить, которая связывает воедино любые поиски смысла и, как следствие, мудрость.Само по себе стремление к универсальной реакции на напряжение человеческого существования.

Когда мы рассматриваем эти три критерия, Виктор Франкл — тот человек, который умеет отмечать все флажки.

Австрийский психотерапевт Франкл был изобретателем логотерапии, метода экзистенциального анализа, в котором смысл и страдание стали краеугольным камнем, на основе которого можно было оценивать и лечить многие психологические дисфункции.

Идеи

Франкла можно резюмировать в трех пунктах:

  1. Наша основная мотивация — это желание найти смысл в жизни
  2. Смысл можно найти в любых обстоятельствах, когда мы отдаемся чему-то большему, чем мы сами, будь то причина или другой человек
  3. У нас всегда есть свобода найти смысл, даже перед лицом неизменных страданий

Однако психоаналитические взгляды Франкла не были просто теорией.Фактически, они были практичными во всех смыслах, так как в 1944 году он был отправлен в нацистский концлагерь Освенцим и вынужден исследовать свои убеждения до их сути.

Сочетание удачи и воли позволило ему пережить этот опыт, и он продолжил писать свою основополагающую работу «Человек в поисках смысла» , которая была продана тиражом более 10 миллионов экземпляров и переведена на 24 языка.

Когда мы смотрим на его жизнь в контексте идея Франкла возникает из веского опыта, его мотивы чисто — он изначально намеревался издать книгу анонимно — и его отношения с страдающими неоспоримо.С этой целью мудрость, которую он предлагает, выходит за рамки его времени, а его книги невероятно ценны.

Я НАСТОЯТЕЛЬНО рекомендую вам просмотреть это короткое видео, прежде чем читать цитаты, это даст вам более полное представление о контексте, в котором возникли его глубокие слова!

Итак, без лишних слов, вот 35 цитат Виктора Франкла о смысле жизни, любви, страдании и сострадании. Сюда входят отрывки из его книг «Поиск смысла человека» , «Исключительный поиск смысла человека » и «Доктор и душа» .

Виктор Франкл Цитаты о значении

«В конце концов, человек не должен спрашивать, в чем смысл его жизни, но должен признать, что спрашивают именно его. Одним словом, каждого человека спрашивает жизнь; и он может ответить жизни, только отвечая за свою собственную жизнь; на жизнь он может ответить, только будучи ответственным ».

«Те, у кого есть« зачем »жить, могут смириться практически с любым« как »».

«Жизнь никогда не бывает невыносимой из-за обстоятельств, а только из-за отсутствия смысла и цели.”

«На самом деле не имело значения, чего мы ожидали от li

.

Человек в поисках смысла Виктор Э. Франкл

Я впервые прочитал эту книгу в старшем классе средней школы. Годом ранее я поехал в Германию на весенние каникулы с некоторыми одноклассниками. Во время поездки мы провели день в бывшем концлагере времен Второй мировой войны в Дахау. Как и следовало ожидать, этот визит произвел на меня сильнейшее впечатление. Я, конечно, читал и знал о зверствах, которые происходили при нацистском режиме, но на самом деле увидеть газовые камеры лично — это очень тревожный опыт.Возможно, по этой причине книга Франкла повлияла на меня даже сильнее, чем могла бы в противном случае.

Книга разделена на две части. В первом разделе подробно рассказывается об ужасающих переживаниях Франкла в качестве узника нацистского концлагеря. Франкл, бывший психиатр, также описывает свои наблюдения за другими заключенными и то, что, по его мнению, было основным способом, с помощью которого люди пытались справиться с непреодолимыми препятствиями, с которыми они сталкивались. Он обнаружил, что те, кто мог найти смысл или цель в своих страданиях, были теми, кто, по-видимому, лучше находил в себе силы продолжать.Насколько я помню, Франкл лично нашел свою цель в надежде когда-нибудь снова увидеть свою жену — надежда, которая была достаточно сильной, чтобы помочь ему пережить ежедневные ужасы, с которыми он сталкивался.

Вторая половина этой книги посвящена терапии, которую он разработал на основе поиска смысла, которую он называет логотерапией. Основная предпосылка заключается в том, что те, кто может найти смысл в своих страданиях, лучше справляются с тем, что в противном случае было бы слишком тяжело вынести. Как специалист в области психологии, я нашел этот раздел таким же увлекательным, как и первый.

Я прочитал эту книгу по крайней мере три раза, и это одна из немногих книг, которые, я могу сказать, действительно изменили мою жизнь. Я всегда благодарен за то, что у меня есть мудрость этой книги, к которой можно обратиться в случае необходимости.

Несколько лет назад, в очень молодом возрасте (мне было 20 лет), я заболел болезнью, из-за которой я был прикован к постели и едва мог говорить громче шепота. Сейчас мне 36, я все еще прикован к постели и веду ту же битву. Это напоминание Франкла о необходимости найти смысл и цель в страданиях (которые я нашел в любви моего жениха и в надежде на выздоровление) помогло мне пережить каждый трудный день.Как говорит нам Франкл, «у человека можно отнять все, кроме одного: последней из человеческих свобод — выбирать свое отношение к любому данному стечению обстоятельств, выбирать свой собственный путь».

Я очень рекомендую эту книгу !!

.

Три источника смысла Франкла

Пояснения> Значение
> Три источника смысла Франкла

Любовь | работай
| Страдание | Так
что

Виктор Франкл написал знаменитую книгу « Человек в поисках смысла », в которой
он выделил три основных источника, с помощью которых люди находят смысл жизни. Он
сказал:

‘Человек, осознающий ответственность, которую он несет
к человеку, который с любовью ждет его, или к незавершенной работе,
никогда не сможет выбросить свою жизнь.Он знает «почему» своего существования,
и выдержит почти любое «как» ».

Тем более примечательно, что вдохновение Франкла пришло из
пережить нацистский концлагерь.

Любовь

Любовь — самая сильная связь между людьми
и приведет к чудесному вдохновению и великой жертве. Многие из великих
произведения искусства были вдохновлены любовью, в том числе более общей любовью, такой как
природа или Бог.

Сам Франкл использовал свою любовь к жене для поддержания своего духа, а также
заметили, как другие заключенные использовали свою связь с другими, чтобы оставаться позитивным
перед лицом крайне негативных обстоятельств.

Работа

Без работы люди легко впадают в бесцельное существование. Работа обеспечивает
как краткосрочные, так и долгосрочные цели, и их выполнение может привести к
глубокое удовлетворение и чувство ценности.

У Франкла была конфискована рукопись его книги. Он использовал это
как стимул переписать книгу, используя каждый найденный клочок бумаги.

Страдание

Страдание как источник смысла любопытно и понятно, когда
это видно в свете боли, ведущей к просветлению.Есть более чем
одна религия в мире, основанная на страданиях своего пророка. Ключ
эффект состоит в том, что с потерей внешней свободы мы часто обращаемся внутрь и находим
смысл в местах, куда не может дойти внешняя жестокость. В манере
Стоики, мы также можем переосмыслить страдание как нашу «задачу» «нести крест». и
обретение чувства достижения, просто выживая.

Опыт концентрационного лагеря Франкла, несомненно, был чреват
невероятные страдания, и замечательно, что он смог найти смысл.Он сделал
обратите внимание, что именно неизбежные страдания привели к значению, таким образом устраняя
самобичевание или другие лишения. Франкл процитировал Достоевского: «Есть только
одного я боюсь: не быть достойным своих страданий ».

Найдите смысл в своих отношениях и работе, а когда вы упадете, найдите
смысл там.

Помогите другим в беде найти смысл, и они будут вечно благодарны.

См. Также

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.