Эволюция семьи и брака в первобытном обществе: Гипотезы об эволюции брака и семьи в истории первобытного общества — Студопедия

Гипотезы об эволюции брака и семьи в истории первобытного общества — Студопедия

Вопрос об эволюции брака и семьи довольно-таки сложен, т.к. нет точных данных на эту тему. Археология имеет дело главным образом с предметами материальной культуры, а возможности этнологии крайне ограничены, т.к. данные её моложе древнейшей истории человечества. Поэтому всё, что мы говорим на данную тему – предположения и домыслы.

Итак, есть три гипотетических формы древней семьи. Первая, это парная семья, состоящая из жены мужа и детей. Классическая семья.

В иных условиях разделения труда могут складываться другие семьи. Например, гаремная семья, т.е. многожёнство. Возникновение такого вида семьи могло быть связано с востребованностью женского труда, например, собирательства.

Наконец, третья форма древней семьи – полиандрия, многомужество, известное у некоторых народов Южной Азии. В условиях скотоводства в разделении труда основное значение имел мужской труд. Предполагается, что недостаток пищи побудил практику убийства новорождённых девочек, чтобы сократить количество голодных ртов. Число женщин уменьшалось – возникало многомужество.

СЕМЬЯ. Возникла одновременно с браком или чуть позже. Состоит из женщины, ее детей и охотника-мужчины. По Семенову, в одних случаях этим мужчиной оказывался брат женщины (большая материнская семья), в других – ейный мужик (парная семья). Сперва супруги были равноправны, с появлением частной собственности и изобретением новых технологий, требующих преимущественно мужского труда, равенство закончилось, и женщина стала играть подчиненную роль. Установление патриархата и моногамной семьи.



Понятия эндогамия и экзогамия введены в XIX веке Мак-Леннаном. Эндогамия обязательна в племени и необходима для поддержания стабильности его состава.

Сурово наказываются проступки. Внутри племени – брачные секции. И экзогамия (из разных секций), и эндогамия (при этом внутри племени).

В Австралии: Камбу – Мари, Ипаи – Куби. Если ты Камбу, то женишься только на Мари, а ваш сын будет Ипаи и женится на Куби etc. Но: половой индивидуализм противостоит корпорации, тяга к женщине неостановима! А эти секции внутри племени – предохраняют от кровосмесительства. Также обычай избегания.

Вестермарк – работы по проблемам экзогамии и запрета на инцест (кровосмесительные связи)

Морган — Согласно Моргану, семейно-брачные отношения проходят в своем развитии путь от промискуитета через групповой брак к моногамии, а последовательно сменявшими друг друга формами семьи были кровнородственная семья, пуналуальная (НЕСКОЛЬКО БАБ-СЕСТЕР с общими мужьями, гавайи ЕТС) семья, парная и моногамная семьи. Несмотря на то, что гипотезы Моргана о существовании кровно-родственный семьи и семьи пуналуа были опровергнуты, в целом его идеи о материнском роде и общей логике развития семьи стали общепризнанными.


Малиновский– функционалист, метод включенного наблюдения

Причины возникновения моногамной семьи и ее разновидности.

Причины. Венец развития брака по Моргану. В эпоху классообразования новые средства производства позволяли человеку бороться с трудностями и добывать пищу в одиночку => парная семья одерживает верх над общиной и превращается через две стадии большой семьи в моногамную (малую). Частная собственность получает приоритет над общинной. Моногамная семья основывается на частной собственности. Поскольку новые технологии и орудия требуют прежде всего мужского труда, окончательно утверждаются патрилокальность и патрилинейность. Власть мужа как частного собственника, вторичная роль жены (куча примеров из Хамураппи и др.).

Разновидности. Покупной брак. Брак похищением. Ортокузенный брак.

Эволюция форм брака и семьи в истории. — КиберПедия

Первобытные люди, как и их обезьяноподобные предки, активно включались в процесс размножения, подчиняясь инстинктам, вероятно, сразу же после достижения половой зрелости. Распространено мнение, что на начальном этапе развития первобытные люди группировались в небольшие (из 20-30 взрослых членов ) и малоустойчивые коллективы, называемые стадом или ордой, причем внутри каждого из таких стад бытовали неупорядоченные половые отношения, или промискуитет. Существует и другая точка зрения, согласно которой первобытное человеческое стадо унаследовало от предшествовавших ему объединений обезьян так называемую гаремную семью со свойственной ей регламентацией половой жизни.

История собственно человеческого общества приурочивается к стадии становления родового строя, появления коллективов, связанных происхождением от одного предка. Полагают, что из-за неустойчивости в то время брачных связей и трудности установления отцовства наибольшее распространение вначале получил счет родства по материнской линии (материнский род), который позже сменился патрилинейным родством (отцовским родом). Наряду с однолинейным счетом родства (только по матери или отцу) важным признаком рода был обычай экзогамии, т.е. запрещения брачно-половых связей между мужчинами и женщинами, являющимися членами одного рода. Происхождение этой регламентации половых связей полностью не выяснено; гипотеза о том, что оно было введено для избежания вредного последствия браков между родственниками (инбридинга) в настоящее время отклоняется как надуманная.

Вместе с появлением в первобытном обществе родовой организации возникает брак и семья — особые социальные институты, призванные регулировать отношения между полами, между родителями и детьми и т.д.

Первой формой брака обычно считается дуально-родовой групповой брак, при котором все мужчины одного рода являлись потенциальными мужьями всех жен другого рода. Как показали этнографические наблюдения над аборигенами Австралии и некоторыми другими отставшими в своём развитии родоплеменными общностями, такой брак чаще всего конкретно проявлялся в существовании парных семей — более или менее длительного, сравнительно легко заключаемого и легко расторжимого союза одного мужчины с одной женщиной, причем оба супруга сохраняли право на связь с «дополнительными» женами или мужьями, состоящими или не состоящими в парных семьях.

Парная семья, хотя и обладала некоторыми хозяйственными функциями, еще не являлась отдельной экономической ячейкой; муж и жена сохраняли тесные связи со своими родами, а иногда и оставались жить со своими сородичами, встречаясь друг с другом лишь для половых сношений (дети в этом случае обычно оставались в роду матери). В ходе дальнейшего развития общества групповой брак стал ограничиваться более узким кругом лиц, например только братьями основного мужа и сёстрами основной жены, а затем и вообще исчез, сохранившись лишь в некоторых, иногда искаженных пережиточных формах (известное, например, у некоторых народов право гостья на жену или дочь хозяина и т.п.).


Период разложения общинно-родового строя и становления классового общества, низшей социальной и хозяйственной ячейкой которого стала семья, ознаменовался изменением и форм брака. Парная семья сменяется более прочной моногамной семьёй. Возросшая хозяйственная роль мужчины — земледельца и скотовода — приводит к утверждению его главенства в семье (патриархат).

Прежде распространённый у многих народов матрилокальный или дислокальный брак почти полностью вытесняется патрилокальным, точнее, виролокалным (от латинского «vir» — муж). Мужчина обычно возмещает семье невесты её экономическую ценность выкупом; в раннеклассовом обществе получает некоторое распространение и традиция похищения будущей жены (умыкание). Начальной и широко распространённой формой моногамной семьи была большая семья, известная также как патриархальная семья и больше-семейная община. Она состояла обычно из 3-4 поколений ближайших родственников по отцу (например, одного или нескольких братьев с их детьми, внуками и правнуками), которые жили вместе и вели общее хозяйство; постепенно такая семья уступает место малой семье, обычно состоящей из брачной пары и их детей.

Укрепление патриархата, приобретение жены за выкуп привело к ухудшению общественного и семейного положения женщины. Жена должна была беспрекословно подчиняться мужу и всем старшим членам его семьи; если женщина хотела вернуться в родительский дом, то её родственники должны были отдать полученный за неё выкуп. Развод стал поэтому очень редким явлением; даже после смерти мужа женщина продолжала оставаться в как бы купившей её семье, а нередко и должна была вступить в брак с одним из братьев мужа (обычай левирата). Дети безоговорочно принадлежали отцу. Патриархальный порядок наследования требовал бесспорности факта отцовства, поэтому супружеская неверность семьи стала сурово наказываться, нередко смертью , в то время как муж продолжал пользоваться некоторой половой свободой. Новые формы брачно — семейных отношений освещались религией, закреплялись в законодательствах раннеклассовых государств.


 

Кроме моногамного брака, в раннеклассовом обществе получил распространение брак полигамный (точнее полигинный), когда мужчина состоял в брачно-половых отношениях с несколькими женщинами. Корни этой формы брака тянутся в родо-племенную эпоху. Такие браки допускались в подавляющем большинстве известных науке племенных обществ; считалось вполне естественным, что сильный воин или ловкий охотник имеет нескольких жен, которых он может содержать. Однако в период господства парной семьи такие браки вряд ли имели широкое распространение и, очевидно, представляли собой своего рода привилегию племенной верхушки. Полигамные браки относительно редки среди племён охотников и рыболовов; процент их повышается с переходом к земледелию и скотоводству и особенно значителен у племён, сочетавших земледелие со скотоводством.

В Северной Америке полигамные браки были распространены несколько больше, чем в Южной, однако ряд народов и в Северной Америке придерживались парной (позже моногамной) семьи. Сравнительно редкой была полигамия и у племенных обществ Азии, зато в Африке она встречалась очень часто и нередко принимала чудовищные формы: некоторые вожди крупных племенных союзов и правители раннеклассовых африканских государств имели по несколько сот жен; несколько десятков жен считалось довольно обычным явлением. Подсчитано, что в Африке полигамия встречалась у 86 % земледельческих и 76% скотоводческих народов, вне Африке — соответственно у 30 и 57% народов.

У многих народов полигамия сохранилась и при переходе к классовому обществу. В Древнем Египте и Вавилоне

она встречалась, правда, очень редко, но у древних евреев, как свидетельствует Библия, напротив, — довольно часто, хотя у них преобладали моногамные браки. В Индии многоженство было допущено еще в древности Риг-Ведой и, по-видимому, считалось обычным; еще в XIX в. Около 5% индусов жили в полигамном браке; примерно такое же распространение имело многоженство и у буддистов.

Христианство вначале не запрещало полигамию, еще в раннем средневековье некоторые короли и князья, в частности род Меровингов, имели по 2 жены. Однако впоследствии почти все церкви и секты резко осудили многоженство; лишь отдельные секты (анабаптисты и особенно мормоны), опираясь на Библию, проповедовали полигамию, но даже у мормонов в полигамном браке состояло лишь около 7% мужчин. По существу, единственной из мировых религий, последовательно поддерживающей полигамию, является ислам; Коран разрешил мусульманину иметь до 4 законных жен, не считая наложниц-рабынь, число которых у отдельных богатых мусульман измерялось десятками и даже сотнями. Впрочем, и среди мусульман полигамия, видимо, никогда не была господствующей формой брака.

Одной из причин полигамии является диспропорция полов — значительное численное преобладание женщин, связанное потерями мужчин в межплеменных и прочих войнах; иногда мужчины покорённого народа подвергались почти полному истреблению, а женщины становились женами и наложницами победителей. Характерно, что в Африке еще в середине XIX в. Среди большинства народов преобладали женщины; у баганда и некоторых других племён банту, а также в ряде районов Мадагаскара на каждого мужчину приходилось по 3-4 женщины. Сильная убыль мужчин иногда заставляла прибегать к полигамии и более развитые народы.

Показательно в этом отношении, что в 1650 г., вскоре после окончания Тридцатилетней войны, унёсшей многих мужчин, окружной совет Нюрнберга принял резолюцию, позволяющую мужчинам иметь по 2 жены. Важной причиной полигамии являлась бездетность первой жены, а у народов с патриархальными традициями — рождение ею только девочек. Так, у бахайя (Южная Африка) в случае бесплодия жены её семья должна была дать в жены младшую сестры или другую близкую родственницу первой жены, причем и первая жена обычно оставалась в хозяйстве мужа.

Немаловажную роль играло стремление мужчин увеличить удовольствие от половых сношений, особенно если первая жена была старше мужа или быстро старела от тяжелой работы, болезней и т.п. Большое, а часто и главное значение имели социально-экономические стимулы полигамии, так как у многих народов женщины выполняли основные трудоёмкие работы в поле и в домашнем хозяйстве, а число жен нередко являлось своего рода показателем социального положения или ранга мужчины.

Можно считать установленным, что полигамия оказывает в целом отрицательное влияние на репродуктивность из-за уменьшения частоты половых сношений; половая активность мужчины, имеющего несколько жен, обычно повышается, однако она не может возрастать пропорционально их числу. Следует также учесть, что полигамные браки сильнее распространены среди мужчин среднего и пожилого возраста, чем среди более активных в половом отношении молодых мужчин. Всё это усугубляется неравномерным вниманием мужа к своим женам; даже среди мусульман мужья часто уклоняются от предписанного исламом равного внимания к женам и проводят ночи преимущественно с одной, любимой женой. Ограничение брачно-половых отношений, в частности послеродовое воздержание, в полигамных браках, как правило, значительно длиннее, чем в моногамных. Всё это удлиняет интервал между очередными зачатиями.

Справедливости ради следует сказать и о некоторых положительных сторонах полигамии. Многоженство, особенно в случаях, когда за жену требуется выкуп, обычно по силам лишь состоятельным мужчинам, поэтому полигамные семьи обычно более Зажиточны, женщины в них меньше загружены работой, чем в моногамных (нередко первая жена сама просит, чтобы муж взял вторую жену), что благоприятно сказывается на их здоровье и может положительно влиять на репродуктивность. Иногда в полигамных браках частота половых сношений даже возрастает по сравнению с моногамными.

Третья форма брака — полиандрия (многомужество) — по сравнению с полигинией представляет собой гораздо более редкое явление. Известны случаи полиандрии у некоторых индейских племён Северной Америки, среди эскимосов и на Маркизских островах. Область сравнительно широкого бытования полиандрии — Тибет, Гималаи и некоторые районы Южной Индии. При полиандрии, все мужья являлись кровными братьями; если у женщины имелись сёстры, то они нередко становились также женами братьев; в этом случае полиандрия приобретала форму группового брака. В жилище женщина, как правило, имела отдельную спальню и посещалась мужьями в установленную ночь; дети обычно принадлежали старшему мужу-брату.

К причинам полиандрии следует отнести прежде всего нехватку женщин, обусловленную пренебрежительным отношением к девочкам, и связанной с этим их повышенной смертностью.

 

Влияние полиандрии на репродуктивность не изучено, но можно предположить, что оно скорее отрицательное, нежели положительное. Во всяком случае нет никаких данных о том, что в районах распространения полиандрии рождаемость выше.

25. Телегония: понятие, примеры.

Телего́ния — опровергнутая и устаревшая биологическая концепция[1], утверждающая, что спаривание с предшествующими, а особенно с самым первым сексуальным партнёром существенно сказывается на наследственных признаках потомства женской особи, полученного в результате спаривания с последующими партнёрами. С позиций современной науки данное представление — предрассудок, заблуждение, которое не основывается на экспериментальных исследованиях и не совместимо с известными механизмами наследственности.

Сам Чарльз Дарвин считал этот случай проявлением архаичного признака, свойственному общему предку лошадиных.[6] Ле Дантек же склонялся к мнению о существовании телегонии, в том числе и для человека.

Экспериментальная проверка

Попытки воспроизвести результат Мортона в опытах селекционеров Кассара Юарта (англ. James Cossar Ewart) (1889),[8][9] а также И. И. Иванова в заповеднике Аскания-Нова, скрещивавших кобыл с зебрами, не подтвердили существование телегонии.[10][11][12] В результате многолетних наблюдений за собаками (Ланга) и за голубями (Белль), проведённых в конце XIX века, также не удалось обнаружить никаких подтверждений существования телегонии

Первобытные брак и семья по данным этнологии.

Брак, в качестве главного социального института, издревле должен решать следующие главные проблемы: вопросы, возникающие при взаимодействии двух полов во время труда и воспитания детей, и вопросы в становлении обширных родственных связей, их поддержание и развитие. Именно эти функции брачного союза имеют особый статус, они способствовали развитию общества, его нравственности и морали. На первых этапах первобытно — общинного строя наибольшей популярностью безусловно пользовался кроскузенный брак. Он представляет собой возможность половых связей между всеми мужчинами и всеми женщинами одной кровно-родовой общины, пришел на смену проискумитету — абсолютно беспорядочным и частым сношениям между партнерами. В настоящий момент известны наиболее отсталые племена папуасов, до сих пор практикующих кроскузенные браки, а народы камаюра использовали даже специальное обозначение — апитаюха, что означало идти в дом родного брата матери, что подтверждает преимущество кроскузенного (группового) брака.
Главным преимуществом такого кроскузенного брака являлся взаимовыгодный обмен человеческими трудовыми ресурсами, сохраняющий родственные отношения общин, объединяя их на равных условиях. Если род происходил по отцовской линии, брачный обмен происходил между двоюродными сестрами. Таким образом племена не теряли женский труд, который особо целился в полевых и собирательный работах. Брачный обмен был особо распространен среди собирателей и охотников- самых низших обществ первобытного строя, таким образом обеспечивая родство в следующих покорениях.
В процессе эволюционнного развития происходило укрепление экономико-социальных отношений, как родственных так и межплеменных, таким образом уничижая главенствующую роль кроскузенных браков, институт которого вовсе сошел на нет.
Утрата кроскузенных и иных групповых браков сильно нарушила баланс власти между общинами и племенами. Особенно ощущалась потеря женщин, деятельность которых оценивалась крайне высоко. Выходя за муж, они отлучались от земельных работ, а некоторые и вовсе уходили в соседние общины. Таким образом постепенно сформировалось традиционное под ношение даров за жену, предлагалась фактическая обработка или же брачный выкуп.
С момента вступления в брачный союз, союзные отношения связывали не только молодоженов, но и их родственников, которые занимались всей его организацией. В кроскузенных браках значительное место занимала роль братьев, которые устраивали свадьбы для своих сестер, чтобы также в замен завести жен. А с развитием супружеского выкупа, молодые попадали в зависимость от родственников, которые помогали его собирать. У папуасов Новой Гвинеи первые несколько лет супружеской жизни уходило на то, чтоб расплатиться с родственниками мужа, полностью обеспечившим сборы брачного выкупа. В некоторых случаях родители были заинтересованы в поиске мужей для своих дочерей в соседних племенах, так как в таком случае дочь могла проживать неподалеку от родительской общины, тем самым помогая в сельскохозяйственной и земледельческой работе, а также принимать участие при родовспоможении. Это в первую очередь интересовало самих невест, поскольку они всегда могли претендовать на поддержку родителей, а также спасаться у них от строгих и жестоких супругов. Со временем актуальность приобретают поиски супругов из отдаленных племен, ярким примером являются племена энга, купим па. Относительно небольшие размеры общин и высокая уязвимость в совокупности с внутригрупповым браком не только не давали экономических выгод, но и могли привести к расколу родовых отношений. Именно поэтому стали появляться жесткие запреты на внутренние браки, однако половые сексуальные связи между членами одной общины не возбранялись.
Также в отдельных первобытных общинах женщинам предоставлялась большая свобода при выборе брачного партнера, чем мужчинам, пример — папуасы мэринг,в других же племенах с пожеланиями женщины абсолютно не считались, зачастую брачуя совсем юных девочек, мужья которых еще долгие годы занимались их воспитанием. В племени шевантов, девочкам выбирали будущих мужей, как только те появлялись на свет, а у общины еикуапов была традиция договариваться о замужестве только что родившихся детей.

Брак и семья в первобытном обществе

Подъем производства и рост производительности труда открывали путь к индивидуализации производственного процесса, делали возможным «парцеллярный труд как источник частного присвоения» . Ведь чем выше становилась техническая вооруженность человека в его борьбе за существование, чем больше он мог производить, тем меньше было необходимости в совместной деятельности крупного коллектива. Отсюда, во-первых, характерное для эпохи классообразования постепенное превращение коллективного хозяйства и коллективной собственности общины и рода в частное хозяйство и частную собственность отдельных семей и, во-вторых, необходимость превращения таких семей в устойчивые, целостные экономические и социальные общности, потребовавшая новых брачно-семейных форм.
Началось вытеснение непрочного парного (перво-бытноэгалитарного) брака и соответствующей формы семьи прочным соединением супругов, которое обычно называют единобрачием, или моногамией. Этот термин не совсем удачен, так как аналогичный порядок возникает и при многоженстве, или полигинии; точнее предложенное в современной литературе обозначение такой брачно-семейной организации как патриархической. Вместе с тем чем больше возрастала хозяйственная роль мужчины, тем настоятельнее требовались дальнейшее развитие и упрочение возникших на стадии позднепервобытной общины форм заключения брака и решительный поворот от матрилокального или уксорилокаль-ного брачного поселения к патрилокальному или вири-локальному.
В позднепервобытной общине брачный выкуп был относительно невелик, мог быть без особого труда возвращен и не обеспечивал устойчивости брака. Теперь, когда мужчина стал в принципе навсегда забирать женщину себе, он должен был в полной мере возместить ее ценность. Так возник не просто брак с выкупом, а в полном смысле слова покупной брак. В эпоху классообразования покупной брак сделался господствующей формой заключения брака по соглашению сторон (в этнографической терминологии — по сговору). Вместе с тем из-за тяжести брачного выкупа и в связи с развитием военно-грабительской деятельности участился редкий в прошлом брак похищением, или умыканием, хотя и теперь он оставался все же второстепенной, побочной формой заключения брака. Часть обществ (отдельные племена банту и туарегов, малагасийцы, арабы, многие народы восточного Кавказа и западной части Средней Азии, южноамериканские инки), стремясь сохранить брачный выкуп в пределах родственной группы, уменьшить его или даже совсем ликвидировать, стала практиковать ортокузенные браки *. Они известны в двух формах: общераспространенной — между сыновьями и дочерями родных, двоюродных и т. д. братьев и зафиксированной у немногих народов — между детьми сестер.
Начавшийся широкий переход к патрилокальности или вирилокальности брачного поселения сопровождался различными компромиссными формами, многие из которых надолго сохранились в виде пережитков. Сюда относятся, например, обычаи временной дислокальности (обычно до уплаты брачного выкупа или до рождения первого ребенка), возвращения жены в ее родительский дом на время первых родов или поселения ее, хотя и в семье мужа, но в особом изолированном помещении, как бы обеспечивающем ей своего рода экстерриториальность. Таковы же некоторые из обычаев избегания между родственниками и свойственниками, в частности, распространенные в патриархальных обществах запреты, по которым жена не должна была появляться при старших родственниках мужа, а оба супруга — рядом друг с другом или и своим ребенком при них и т. п. Так достигалась видимость того, что молодая пара не нарушала прежних матрилокальных норм.
Новые брачные обычаи поначалу не были тяжелыми и унизительными для женщины: они лишь улаживали отношения между группами жениха и невесты. Но с течением времени они все заметнее принимали именно такой характер. Это в особенности относится к брачному выкупу, постепенно превращавшему невесту в предмет купли-продажи. Кроме того, практика покупного брака повлекла за собой оживление других патриархальных брачных обычаев, прежде всего женитьбы состоятельных стариков на молодых девушках, многоженства и левирата, к которому теперь часто стали прибегать только для того, чтобы не возвращать брачного выкупа. 1акие порядки, как похищение невест, тоже не способствовали сохранению женщиной ее высокого статуса.
Переход к новой форме семьи совершался не прямо, а через своеобразные промежуточные формы. При смене матрилокальности или уксорилокальности патрилокаль-ностью или вирилокальностью, как правило, некоторое время еще сохранялся материнский счет родства и порядок наследования. Это вело к широкому развитию и упрочению уже известного нам авункулата. В то время как женщина поселялась в группе мужа, ее дети, не принадлежа к роду отца, по достижении определенного возраста возвращались в род матери. Здесь их ближайшим родственником становился брат матери, дети которого в силу тех же причин уходили в другой род. Племянники жили у дяди, работали в его хозяйстве, приводили сюда жен, наследовали его имущество. Возникала семья, состоящая по вертикали не из родителей и детей, а из дядьев и племянников — авункулатная семья. Некоторые этнографы видят ее остатки в обычае воспита-тельства — обязательной отдачи детей на воспитание в чужие семьи, распространенной в предклассовых и раннеклассовых обществах в верхушечных слоях населения. Воспитательство известно у алеутов, монголов, тюрок, ряда народов Кавказа, славянских народов, кельтов, германцев. Связь его с авункулатом все же остается предположительной.
Но мужчина стремился передать свое имущество не племянникам, а собственным детям. Это могло быть достигнуто только путем ставшей теперь особенно широкой замены материнского счета родства и порядка наследования отцовским. Как и переход к патрилокаль-ности или вирилокальности, это был длительный процесс, породивший компромиссные порядки. Таковы, например, очень частые теперь амбилинейность * или билинейность, при которых человек либо выбирал себе принадлежность к материнскому или отцовскому роду, либо считал себя принадлежащим к обоим родам и в соответствии с этим осуществлял свои права наследования. Известное распространение получила перемежающаяся филиация *, при которой одни дети вели происхождение и наследовали по материнской линии, другие — по отцовской. У ряда племен (меланезийцы, гереро Южной Африки, туареги Сахары и др.) получил распространение обычай, по которому собственность, унаследованная от сородичей, продолжала передаваться по материнской линии, добытая же собственным трудом переходила от отца к детям. У других народов возник обычай наследования от брата к брату, так как родство между ними было одновременно и материнским, и отцовским. Тем не менее раздел наследства часто сопровождался спорами и столкновениями между детьми и племянниками или братьями умершего, и обычно отец еще при жизни старался разными способами закрепить побольше имущества за своими детьми. Старые обычаи упорно сопротивлялись новым, но были не в силах остановить параллельные процессы укрепления отдельных семей как целостных экономических ячеек общества и превращения материнского счета родства и порядка наследования в отцовский.
Естественно, что человеку того времени, в поведении и сознании которого еще огромное значение имела сила традиции, это превращение давалось очень непросто. Чтобы оправдать новшества перед окружающими и в собственных глазах, а тем самым и облегчить торжество новых начал, он старался, как называл это Маркс, ломать традицию в рамках традиции. Отсюда присущий эпохе классообразования расцвет таких ставших известными уже раньше обычаев, как травестизм * и кува-да *. Травестизм — отмеченная у ряда индейских и сибирских племен практика «перемены пола»: мужчина (реже женщина) отрекался от своего пола, надевал женское платье и выполнял женские обязанности вплоть до супружеских, но тем самым присваивал себе и женские права. Еще выразительнее кувада — демонстрация отцом его тесной связи с ребенком, отмеченная во множестве обществ Старого и Нового Света и в пережитках еще недавно существовавшая у басков, французов и англичан. В своих проявлениях кувада варьирует от прямой симуляции мужчиной акта деторождения до различных косвенных знаков причастности к этому акту, например, жалоб на слабость или соблюдение диеты. Со времен Бахофена большинство ученых объясняет кува-ду как борьбу мужчины за признание его отцовских прав и установление отцовского счета родства.

Первой формой отдельной семьи как целостной экономической ячейки общества была большая семья, называемая также сложной семьей, семейной, больше-семейной или домашней (домовой) общиной. Еще одно ее название — патриархальная семья — применимо не ко всем формам большой семьи, потому что, как мы уже видели, могли существовать и авункулатные большие семьи. Однако авункулатные семьи существовали сравнительно недолго, и с развитием патриархата большая семья действительно стала патриархальной.
В такой семье различают два основных типа. Это вертикальная (или однолинейная) большая семья, состоящая из нескольких, обычно трех-четырех, поколений женатых и неженатых родственников по прямой линии, и горизонтальная (или многолинейная) большая семья, образованная несколькими женатыми и неженатыми родственниками по боковой линии. В реальной жизни многие большие семьи вертикально-горизонтальны, так как состоят из женатых родственников как по прямой, так и по боковой линии, т. е., например, родителей и нескольких их сыновей с внуками и правнуками. Большая семья могла быть основана как на единоженстве, так и на многоженстве; в некоторых классификациях поли-гинические большие семьи отнесены к особой категории составных. Там, где существовало домашнее рабство, большая семья включала и рабов. Известны случаи, когда такая семья достигала 200 и даже 300 человек, образуя население целого поселка.
Все члены семьи жили вместе, сообща владея землей, скотом и другими средствами производства, совместно вели хозяйство и потребляли произведенное, питаясь и одеваясь из общих запасов. Семью возглавлял «старший», ее женскую часть — «старшая», обычно его жена. Чаще всего они действительно были старшими по возрасту, но в случае их дряхлости или непригодности к руководству семья могла выбрать и кого-нибудь другого. «Старший» и «старшая» распределяли хозяйственные работы между членами семьи и ведали их ходом, распоряжались расходованием средств и запасов, наблюдали за порядком и нравственностью, возглавляли отправление семейного культа. Главе семьи помогал старший сын, его жене — старшая невестка. Однако важнейшие дела семьи, как, например, отчуждение или приобретение имущества, женитьба или выдача замуж, решались на общем совете, состоящем из всех взрослых мужчин и женщин. Таким образом, это была ячейка, хотя и обособившаяся внутри родовой или другой общины и качественно отличавшаяся от нее своим близкородственным составом, но внутри себя еще сохранявшая начала первобытного коллективизма и демократии. Это диктовалось экономическими условиями эпохи классообразования: начавшейся, но еще ограниченной в своих возможностях парцелляцией труда.
Подобного рода большие патриархальные семьи хорошо известны как по этнографическим, так и по историческим данным. Так, в Полинезии до недавнего времени существовали большие семьи из нескольких десятков человек, живших в одном или нескольких расположенных рядом домах. Они владели своими земельными участками, лодками и т. п., вели общее хозяйство и сообща потребляли продукцию своего труда. Руководил семьей старший мужчина, который, однако, должен был считаться с мнением семейного совета. Известны большие семьи составного типа и у некоторых скотоводов, например у африканских банту.
С течением времени коллективистические отношения в большой семье начинали подтачиваться частнособственническими тенденциями. Ее глава стремился стать единоличным распорядителем, практически собственником семейного имущества, усилить свою власть, стать неограниченным домовладыкой. Это вызывало сопротивление других взрослых мужчин и их жен, старавшихся обособиться в самостоятельные семьи. В связи с этим учащались выделы и разделы — большие семьи делились на другие, пока еще также большие, но уже меньшие по размерам семьи. Однако и они оказывались непрочными, раздирались внутренними противоречиями, делились снова и снова. Большая семья постепенно уступала место исторически новой семейной форме — малой (простой, нуклеарной, элементарной и т. п.) семье, в наибольшей степени воплощающей в себе начала частной собственности. Происходило это, как правило, уже на пороге классового общества, да и то далеко не всюду, а преимущественно там, где развитие товарного хозяйства создавало особенно благоприятные условия для утверждения частнособственнических отношений. Таким образом, эволюция семьи в эпоху классообразования в основном совпадала с развитием форм семейной собственности. На первом этапе образовывались архаичные большие семьи с их частной по отношению к внешнему миру, но коллективной по отношению к самой семье групповой собственностью. На втором этапе они трансформировались в поздние большие семьи с их тенденцией к возникновению сперва обособленной, а затем частной собственности отдельных внутрисемейных ячеек. На третьем этапе эти ячейки давали начало малым семьям, ставшим носителями сложившейся частной собственности.
В быту семьи установились патриархальные порядки выраженного неравенства мужчин и женщин, старших и младших. Девушка должна была беспрекословно повиноваться своим старшим родственникам, замужняя женщина — купившей ее семье: «старшему», «старшей», своему мужу и т. п. Развод стал практически односторонней привилегией мужчин, так как, если женщина хотела вернуться в родительский дом, ее родственники должны были вернуть брачный выкуп; к тому же и новое замужество оказывалось для такой женщины не всегда возможным. Обычай левирата обеспечивал порядок, по которому даже после смерти мужа вдова продолжала принадлежать его семье. Уменьшение имущественных и наследственных прав женщины привело к тому, что у многих народов ее собственность свелась к одному приданому. Ограничились и ее права на детей, в случае развода остававшихся с отцом или возвращавшихся к нему, когда они подрастали. Патриархальный порядок наследования, требуя бесспорности факта отцовства, вызвал к жизни новые правила брачной морали. Супружеская неверность жены наказывалась отсылкой домой, членовредительством, продажей в рабство, даже смертью; напротив, муж продолжал пользоваться остатками прежней половой свободы. Состоятельные люди брали рабынь-наложниц и более или менее широко практиковали обычное многоженство. Особенности брачных норм нравственности оказали свое влияние на добрачные нормы: от девушек, в отличие от мужчин, стали требовать строгого целомудрия, и нарушивших его до брака после первой брачной ночи с позором отсылали домой, где их не ждало ничего хорошего. Все это не могло не сказаться на бытовом положении женщин и специфике предписанного им патриархального этикета. В частности, женщинам полагалось есть после мужчин, оказывать демонстративные знаки внимания мужу и его старшим родственникам и т. п.
Во многом сходным с этим оказалось положение младших мужчин, которые постепенно все больше попадали в зависимость от старших, и прежде всего от главы семьи. Они не были свободны в своем брачном выборе и не имели возможности по собственному желанию выделиться в самостоятельное домохозяйство. Обычаи многих племен предписывали сыновьям беспрекословное повиновение отцу под страхом лишения наследства, изгнания из дома и даже продажи в рабство или смерти. Их подчиненное положение также закреплялось патриархальным этикетом, запрещавшим младшим, например, лежать или сидеть, громко разговаривать или смеяться в присутствии старших, показываться им небрежно одетыми или заговаривать с ними первыми.

Эволюция института семьи и брака

Институт семьи является результатом многовековой истории развития общественных отношений, он основан на супружеском союзе и родственных связях. Семья влияет на продолжительность рода, имеет решающее значение в воспитании детей, формировании личности человека и гражданина, таким образом, обеспечивая стабильность самых важных сторон жизни человека. При этом семья и брак не остаются неизменными, а формируются и эволюционируют во взаимосвязи с развитием экономических, социальных, культурных и прочих отношений. На определенном этапе в процессе регулирования семейно-брачных отношений подключается государство совместно с другими социальными институтами. В процессе динамики общественных отношений меняется природа брака, порядок его заключения и расторжения, отношение к браку [3. С. 32–36].
Принято считать, что первым этапом общественной жизни человека был первобытнообщинный строй, который, в свою очередь, имел следующие формы в своем развитии: 1) дородовое общество; 2) матриархат; 3) патриархат; 4) сельская община [2. С. 252]. Как указывает Ф. Энгельс в книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства» [9], смена этих форм обусловлена изменениями в сфере производительной деятельности первобытнообщинного строя, его разложения и происхождения семьи, частной собственности, государства и права.
Форма организации людей постепенно изменяется под воздействием такого фактора, как первое разделение труда, когда взрослые мужчины начинают заниматься охотой, а женщины заботятся о детях и собирании пищи. Необходимо заметить, что разделение труда между мужчиной и женщиной сыграло впоследствии важную роль в формировании семейно-брачных отношений, при этом соотношение значимости, соответственно, мужского и женского труда менялось и во многом определяло тип семейного уклада [5. C. 52–53]. Большое количество исторических фактов и этнографических материалов свидетельствует о том, что на протяжении долгого времени в области отношений между полами, как полагают исследователи, была полная свобода, так называемый промискуитет, допускавший возможность отношений родителей с детьми, братьев – с сестрами, многоженство и многомужество.
Происходящие далее крупные изменения в технике и способе добывания средств к существованию постепенно меняют облик человека. Прежние маленькие группы людей объединяются и превращаются в постоянные союзы – первые охотничьи племена. Каждая маленькая группа, входящая в состав племени, называлась тотемом, а общественный строй этих племен – тотемистическим. В этих тотемистических группах и объединяющих их племенах постепенно складываются отдельные правила поведения, важнейшими из которых были табу (запреты и ограничения), распространяющие свое действие в рассматривающейся сфере. Так, уже на этой ступени развития человеческого общества запрещаются половые отношения между родственниками по восходящей линии (например, между родителями и детьми). Из этого первобытного состояния в дальнейшем развивались первичные формы брака и семьи, но брака не в том понимании, как мы его представляем, а так называемого группового брака: кровнородственная семья и пуналуальная семья.
Первые семейные отношения стали строиться в кровнородственной семье, где уже предполагались определенные права и обязанности. В кровнородственной семье связи разрешались по горизонтали (между братьями и сестрами) и запрещались по вертикали (между родителями и детьми), таким образом, образовывался брачный круг, в пределах которого допускались связи между полами: родители жили в одном групповом браке, а дети – в другом [7].
Дальнейшие ограничения в брачно-половых отношениях выразились в том, что постепенно из полового общения исключались родители и дети, братья и сестры. Новая форма семьи, возникшая таким образом, получила название пуналуальной семьи (семьи товарищей) [4]. В отличие от кровнородственной семьи, брачные связи ограничивались как по вертикали, так и по горизонтали. В результате определенная группа сестер являлась женами определенной группы мужей, при этом из числа мужей исключались их кровные братья, живущие с ними в одной семье, а из числа жен исключались кровные сестры мужей [10. С. 61].
Таким образом, уже в период дородового устройства человеческого общества появляются первые примитивные формы семейно-брачных отношений (кровнородственная семья, пуналуальная семья), которые характеризовались групповой формой брака и минимумом ограничений при вступлении в него. Групповой брак отражал реалии дородового устройства человеческого общества, при этом был ущербным не только с точки зрения современных морально-этических установлений, но и в плане упорядочения отношений между членами такой семьи. Самым главным недостатком группового брака была невозможность определения отца родившегося ребенка (известна была только его мать).
На данную ситуацию повлияло введение происхождения ребенка по материнской линии. Это, в свою очередь, имело и экономические последствия: в случае, если женщина, которая имела одного или нескольких детей, умирала, все ее имущество в порядке наследования доставалось последовательно ее детям, ее матери, кровным братьям и сестрам. Со временем эти лица стали называется материнским родом.

Эволюция семьи и матриархата по Моргану.: holy_matriarchy — LiveJournal

Lewis henry morgan.jpgАвтор: Неизвестный

Льюис Генри Морган (1818 — 1881) — выдающийся американский этнограф и социолог.

Первым показал значение рода как основной ячейки первобытного общества. Утверждал историческую закономерность развития форм собственности от коллективных к частным, эволюции семьи и брака от коллективных (групповых) форм к частным (индивидуальным).

Никто из членов рода не может вступать в брак внутри рода — открытием этого факта Морган впервые раскрыл сущность рода.

Морган указал на ошибку в представлениях о соотношении семьи, рода, общества. До Моргана делалось допущение, что первичная ячейка общества — семья, вокруг которой кристаллизуется род, племя, народ (союз племён). Морган считал, что род и семья противостоят друг другу. Семья не могла входить в род: муж и жена, составлявшие одну семью, принадлежали разным родам, супруги оставались каждый со своей фамилией и чувствовали себя принадлежащими к разным родам, к разным обществам. Они следовали обычаям своего рода, выполняли его требования и были включены в жизнь каждый своего рода. Поскольку семья не могла целиком входить в род, она не могла и быть ячейкой рода. Ячейкой общества Морган считает не семью, а род. Роды объединялись во фратрии, те — в племя и т.д. После того, как во многих странах были утрачены родовые порядки, семья стала считаться ячейкой общества.

Морган обосновал периодизацию общественного развития человека, существовавшую в 18-19 ст.:
Дикость — первый этап, начался с появлением человека. Время становления человека и раннего родового строя.
Варварство — начинается с изобретения гончарного производства и завершается появлением письменности.
Цивилизация — следующий этап.

Небезынтересно узнать, что разным типам (или стадиям) древнего общества соответствуют разные типы домов, в которых живёт человек. На стадии дикости человек живёт в хижине, на стадии варварства — в коммунальных домах (общие дома, общежития), на стадии цивилизации — в отдельных домах для отдельной семьи. Уже одна эта схема Моргана должна была вызвать запрет на его сочинения в СССР (и негласный запрет существовал-таки).

На первом этапе существовал групповой брак.

По описанию Моргана, при групповом браке есть две группы; все члены одной группы вступают в половые отношения со всеми членами другой группы. Группа мужчин вступает в половые отношения со всеми женщинами предназначенной им группы женщин. Понятно, что в таком случае невозможно определить, от какого мужчины родился ребёнок, но легко видеть от какой женщины он родился — по факту родов. Счёт происхождения по отцу невозможен. Групповой брак на стадии дикости и неразвитости человека давал огромные преимущества в условиях существования и уровне безопасности по сравнению с отдельной небольшой группой из мужа, жены и детей, которая до определённого времени не смогла бы выжить. Групповой брак был не удовольствием и развлечением, но обязанностью, возможности отказаться от многочисленных партнёров не было.

Для второго этапа — варварства — характерна парная семья. Парную семью Морган описывает так:

Несколько семей находились в одном доме, образуя общее хозяйство на коммунистических принципах. Факт совместной жизни говорит о слабости семей для самостоятельной жизни. Такие семьи уже имели некоторые свойства моногамной семьи. Жена уже значила для мужа больше, чем просто основная жена. Она стала компаньоном, готовила мужу еду, была матерью детей, которых муж мог с некоторой долей уверенности считать своими. Рождение детей, о которых муж и жена совместно заботились, связывало и укрепляло такой брачный союз. Но этот союз был основан не на чувствах, а на сожительстве и на необходимости. Браки устраивались родителями, и брачующиеся могли не знать друг друга до вступления в брак. Брак существовал только до тех пор, пока доставлял удовольствие партнёрам. Как муж, так и жена пользовались правом оставить друг друга ради нового партнёра, не нарушая обычаев своего рода или племени. Однако, общественное мнение восставало против расставаний супругов. Видя нарастающее неприятие супругами друг друга, родственники пытались их примирить, что часто удавалось. В других случаях пара расходилась, жена уходила из дома мужа, уводя детей, которые считались исключительно её детьми. В случае, если в доме господствовали родственники жены, а таких случаев было большинство, уходил из дома муж.

Моногамная семья впервые появляется при прохождении данным народом стадии позднего варварства; такая семья происходит из парной семьи. Трансформация связана с ростом собственности и изменением обычая её наследования. Моногамная семья живёт в отдельном доме и характеризуется постоянством и исключительностью сожительства мужа и жены. Дети от такого брака имеют две линии происхождения, которые определённо можно проследить: линию отца и линию матери.

Матриархат (гинеократия) по Моргану

Открытие и описание матриархата связано с именем Жозефа-Франсуа Лафито (1681-1746). Вклад в изучение материнского права внёс И. Я. Бахофен, он открыл причинную связь между групповым браком и матрилинейностью. В групповом браке происхождение может быть установлено лишь с материнской стороны, а потому признаётся только женская линия.

Это признание происхождения по материнской линии и развившиеся отсюда с течением времени отношения наследования называется материнским правом. Морган придал ему статус всеобщего принципа на начальной стадии развития человечества.

В 19 веке при описании матриархата употреблялись термины материнское право, гинеократия, гетеризм. Следующие фрагменты из работы Моргана «Древнее общество» иллюстрируют смысл явления, которое в наше время принято называть «матриархатом» (что является буквальной, по-гречески «онаученной» калькой Бахофеновского выражения «власть матери»):

«В своём широком исследовании Бахофен собрал и обсудил свидетельства женской власти (материнского права) и женского владычества, женских норм (гинеократии)».

«Общие земли и совместная их обработка вели к общим многоквартирным домам и коммунизму в жизни так, что кажется, что гинеократия для своего создания требовала наследования по материнской линии. Женщины, окопавшись таким образом в больших домохозяйствах, снабжаемых из общих запасов, в которых их рода господствовали численно, продуцировали феномен материнского права и власти жён, которые Бахофен обнаружил и отследил с помощью фрагментов истории и традиций».

При переходе к парному браку семья среди ирокезов племени сенека, по свидетельству миссионера Ашера (Ашура) Райта, представляла собой следующее (из работы Л.Моргана «Дома…»):

«Ashur Wright, миссионер среди сенеков на протяжении многих лет, знакомый с их языком и обычаями, писал автору [Моргану] в 1873 году по вопросу домашнего хозяйства: «Что касается их семейной системы, когда они занимали старые длинные дома [по-видимому, теперь их нет, и это воспоминания о прошлом], было вероятно, что один клан господствовал, причём женщины брали мужей из других кланов; и иногда, как нововведение, некоторые их сыновья брали себе молодых жён до того, как почувствуют себя храбрыми настолько, чтобы оставить своих матерей. Обычно женская половина правила [«рулила»] в доме, и была несомненно сплочённой [clannish] в этом. Запасы были общие, но горе тому несчастному мужу или любовнику, кто был слишком бездеятельным в вопросе снабжения, внесения своей доли в общее обеспечение. Независимо от того, сколько у него было в доме детей или имущества, ему в любой момент могли приказать собрать своё одеяло и пожитки; и после такого приказа для его здоровья было не полезно пытаться не подчиниться; в доме для него становилось слишком жарко; и если не было заступничества какой-нибудь тётушки или бабушки, ему приходилось вернуться в свой клан или, как часто происходило, идти и начинать новый брачный союз где-то ещё. Женщины имели большую власть как в клане, так и повсюду вне его. Они не колебались, когда повод того требовал, «обломать рога», как говорится, с головы вождя и вернуть его в ранг простого воина. Изначальное назначение вождей также всегда оставалось за ними».»

Необходимо подчеркнуть, что когда Морган или Бахофен исследуют «власть жены», они имеют ввиду именно семейную жизнь, домашние порядки, а не какие-либо правительственные сферы, как это принято считать в наше время. Власть жён во внесемейных сферах была вторичной и осуществлялась на основе их господства в доме.

Переход от материнской к отцовской линии в происхождении детей и наследовании

Вначале произошёл переход к отцовской линии происхождения детей, когда дети стали отцовскими, а не материнскими.

В родах с материнской линией:
1. Браки внутри рода были запрещены, поэтому дети от отца принадлежали другим родам, а не роду отца.
2. Собственность должна была находиться в роде; это исключало детей из наследования отцовской собственности.

Эту несправедливость терпели, но когда личная собственность достаточно увеличилась (стада домашних животных, земли для обработки, дома), противоречие между личной собственностью и господствующим порядком наследования обострилось. Дети отца-собственника не имели возможности наследовать, собственность отца доставалась сородичам. Преимущественный вклад в создание собственности вносил мужчина, а не женщина. С увеличением массы собственности потребовалась замена женской линии родства на мужскую. Это было сделано, после чего дети отца смогли оставаться в своём роде, стали принадлежать своему отцовскому роду. Наследство от отца продолжало доставаться членам рода, но среди них были и его дети, в то время как раньше, при гинеократии, детей у отца не было, они принадлежали матери и считались членами её рода. Дети отца претендовали на его наследство как первые среди родственников отца.

Утверждение отцовской линии наследования (отцовское право) было следующим шагом. Конечным итогом этого процесса, его смыслом, был переход собственности (наследования собственности) от рода к отдельной семье (то есть от коммунизма к индивидуальному владению).

Морган и марксизм

Идеи Моргана были восприняты марксизмом, ставшим влиятельным в XX столетии.

Своим экспериментом, поставленным на людях России, коммунисты блестящим образом подтвердили теорию Моргана: там, где, как в СССР, мужчины и женщины достаточно бедные, лишены личных средств производства и существенного имущества, кроме пожитков для простейших бытовых надобностей, очень легко и даже стихийно складывается доминирование женщины в семье, весь тот комплекс, который описан Бахофеном и Морганом. Создав материальные предпосылки, коммунисты очень легко добились матриархата в СССР.

Источник

Общественные отношения в первобытности. Развитие семьи. Первобытное стадо

Древние люди, появившиеся на заре человеческой эры, были вынуждены объединяться в стада в целях выжива­ния. Эти стада не могли быть большими — не более 20-40 человек — потому что иначе они не смогли бы прокормить­ся. Возглавлял первобытное стадо вожак, выдвинувшийся благодаря личным качествам. Отдельные стада были раз­бросаны по обширным территориям и почти не контактиро­вали друг с другом. Археологически первобытное стадо со­ответствует нижнему и среднему палеолиту.

Половые отношения в первобытном стаде, по мнению ряда ученых, были неупорядочены. Такие отношения называют­ся промискуитетными. По мнению других ученых, в рам­ках первобытного стада существовала гаремная семья, и в процессе размножения здесь участвовал только вожак. Ста­до, как правило, состояло из нескольких гаремных семей.

Ранняя родовая община.Процесс превращения перво­бытного стада в родовую общину связан с ростом производи­тельных сил, сплотивших древние коллективы, а также с появлением экзогамии. Экзогамия — это запрет вступать в брак внутри своей группы. Постепенно складывается экзо­гамный дуально-родовой групповой брак, при котором чле­ны одного рода могли вступать в брак только с членами дру­гого рода. При этом с самого рождения мужчины одного рода считались мужьями женщин другого рода, инаоборот. При этом мужчины имели право вступать в половую связь со всеми женщинами другого рода. При таких отношениях опасность кровосмешения иконфликтов между мужчинами одного рода устранялась.



Для того чтобы окончательно избежать возможности кро­восмешения (например, отец мог вступить в связь со своей дочерью), люди прибегли к разделению рода на классы. В один класс входили мужчины (женщины) одного поколения, и они могли вступать в связь только с таким же классом другого рода. Совокупность брачных классов включала в себя обычно четыре или восемь классов. При такой системе

счет родства велся по материнской линии, и дети оставались в роду матери. Постепенно устанавливается все большее ко­личество ограничений в групповом браке, вследствие кото­рых он становился невозможным. В результате формируется парный брак, который очень часто был непрочным и легко расторгался.

Дуально-родовая организация двух родов легла в осно­ву родовой общины. Родовую общину объединяли не толь­ко брачные отношения между родами, но и производствен­ные отношения. Ведь в силу обычая экзогамии складыва­лась ситуация, когда часть сородичей уходила в другой род и включалась здесь в производственные отношения. В ранней родовой общине управление осуществлялось собра­нием всех взрослых сородичей, решавшим все основные вопросы. Руководители рода выбирались на собрании все­го рода. Большим авторитетом пользовались самые опыт­ные люди, которые были хранителями обычаев, и их, как правило, избирали руководителями. Власть основывалась на силе личного авторитета.


В ранней родовой общине все продукты, добытые члена­ми общины, считались собственностью рода и распределя­лись между всеми ее членами. Это было необходимым усло­вием выживания для древних обществ. В коллективной соб­ственности общины находилась земля, большая часть ору­дий труда. Известно, что в племенах, находящихся на этом уровне развития, разрешалось брать без спросу и использо­вать чужие орудия и вещи.

Все люди в общине делились на три половозрастные группы: взрослых мужчин, женщин, детей. Переход в группу взрослых считался очень важным рубежом в жиз­ни человека и назывался инициацией («посвящением»). Смысл обряда инициации состоит в приобщении подрост­ка к хозяйственной, общественной и идеологической жиз­ни общины. Вот схема инициации, единая для всех наро­дов: удаление посвящаемых из коллектива и их обуче­ние; испытания инициируемых (голодом, унижениями, побоями, нанесением ран) и их ритуальная смерть; воз­вращение в коллектив в новом статусе. По завершению обряда инициации «посвященный» получал право на вступление в брачную жизнь.

Поздняя родовая община.Переход к присваивающему хозяйству привел к смене ранней родовой общины поздней общиной земледельцев-скотоводов. В рамках позднеродовои общины сохранялась родовая собственность на землю. Одна­ко повышение производительности труда постепенно приво­дило к тому, что появлялся регулярный избыточный про­дукт, который общинник мог оставить себе. Эта тенденция способствовала формированию престижной экономики. Пре­стижная экономика возникла в условиях появления избы­точного продукта, который использовался всистеме обмена дарами. Такая практика повышала общественный престиж дарителя, причем он, как правило, не нес убытков, так как существовал обычай обязательной отдачи. Обмен дарами ук­реплял взаимоотношения между членами как одной, так и разных общин, усиливал позиции вождя и родственные узы.

Вследствие высокой производительности труда общины, разрастаясь, делились на коллективы родственников по ма­теринской линии — так называемые материнские семьи. Но родовое единство еще не распалось, поскольку в случае не­обходимости семьи объединялись обратно в род. Женщины, играющие главную роль в земледелии и в доме, сильно по­теснили мужчин в материнской семье.

Парная семья постепенно укрепляла свои позиции в об­ществе (хотя известны случаи существования «добавочных» жен или мужей). Появление избыточного продукта позво­лило материально заботиться о детях. Но парная семья не имела отдельной от родовой собственности, что сдерживало ее развитие.

Позднеродовые общины объединялись во фратрии, фрат­рии — в племена. Фратрия — это первоначальный род, раз­деленный на несколько дочерних родов. Племя состояло из двух фратрий, которые являлись экзогамными брачными половинами племени. В позднеродовои общине сохранялось экономическое и общественное равенство. Родом управлял совет, в который входили все члены племени и выбираемый родом старейшина. На время военных действий избирался военный вождь. В случае необходимости собирался совет племени, состоявший из старейшин родов племени и воен­ных вождей. Главой племени избирался один из старейшин, обладавший не очень большой властью. Женщины входили

в совет рода, а на ранних этапах развития позднеродовой общины могли становиться главами родов.

Разложение родовой общины. Появление соседской общины.Неолитическая революция способствовала ради­кальному изменению образа жизни человека, резко ускорив темпы развития человеческого сообщества. Люди перешли к целенаправленному производству основных продуктов питания на базе комплексного хозяйства. В этом хозяйстве скотоводство и земледелие дополняли друг друга. Развитие комплексного хозяйства и природно-климатические условия неизбежно приводили к специализации общин — в одних переключались на скотоводство, в других на земледелие. Так произошло первое крупное общественное разделение труда — выделение земледелия и скотоводства в отдельные хозяй­ственные комплексы.

Развитие земледелия приводило к оседлости, а увеличе­ние производительности труда в благоприятных для земле­делия районах способствовало тому, что община постепенно разрасталась. В Передней Азии и на Ближнем Востоке по­являются первые большие поселения, а затем и города, В городах были жилые дома, культовые постройки, мастер­ские. Позднее города появляются и в других местах. Чис­ленность населения в первых городах достигала нескольких тысяч человек.

Поистине революционные изменения произошли вслед­ствие появления металлов. Сначала люди освоили металлы, которые можно найти в виде самородков — медь и золото. Затем они научились самостоятельно выплавлять металлы. Появился и стал широко использоваться первый известный людям сплав из меди и олова — бронза, превосходящий по твердости медь.

Металлы медленно вытесняли камень. Каменный век сменился энеолитом — медно-каменным веком, а энеолит — веком бронзы. Но орудия труда из меди и бронзы не могли полностью заменить каменные. Во-первых, источники сы­рья для бронзы находились лишь в нескольких местах, а месторождения камня были повсюду. Во-вторых, по неко­торым качествам каменные орудия труда превосходили мед­ные и даже бронзовые.

Только тогда, когда человек научился выплавлять желе­зо, эпоха каменных орудий окончательно ушла в прошлое. Месторождения железа находятся повсеместно, но железо не встречается в чистом виде и его достаточно трудно обра­батывать. Поэтому человечество научилось выплавлять же­лезо через относительно долгий промежуток времени — во II тыс. до н. э. Новый металл по доступности и рабочим качествам превосходил все известные тогда материалы, от­крыв новую эру в истории человечества — железный век.

Металлургическое производство требовало знаний, на­выков, опыта. Для изготовления новых, сложных в изго­товлении металлических орудий труда, требовался квали­фицированный труд — труд ремесленников. Появились ре­месленники-кузнецы, передающие свои знания и навыки из поколения в поколение. Внедрение металлических ору­дий вызвало ускорение развития земледелия, скотоводства и повышение производительности труда. Так, после изоб­ретения плуга с металлическими рабочими частями по­явилось пашенное земледелие, основанное на применении тягловой силы скота.

В энеолите был изобретен гончарный круг, что способ­ствовало развитию гончарного ремесла. С изобретением ткац­кого станка развивается ткацкое производство. Общество, приобретя устойчивые источники существования, смогло осуществить второе крупное общественное разделение труда — выделение ремесла из земледелия и скотоводства.

Общественное разделение труда сопровождалось развитием обмена. В отличие от спорадически возникавшего ранее обме­на богатствами из природной среды, этот обмен уже носил эко­номический характер. Земледельцы и скотоводы обменивались продуктами своего труда, ремесленники выменивали свои из­делия. Потребность в непрекращающемся обмене даже приве­ла к развитию ряда общественных институтов, прежде всего института гостеприимства. Постепенно в обществах складыва­ются средства обмена и мерила их стоимости.

В ходе этих изменений происходит замена матриархаль­ного (материнского) рода патриархальным. Она была обус­ловлена вытеснением женщины из важнейших сфер про­изводства. На смену мотыжному земледелию приходит плужное, л *лугом мог справиться только мужчина. Ско-

товодство, как и промысловая охота, также является ти­пично мужским занятием. В ходе развития производяще­го хозяйства мужчина приобретает значительную власть, как в обществе, так и в семье. Теперь при вступлении вбрак женщина переходила в род мужа. Счет родства осу­ществлялся по мужской линии, а имущество семьи насле­довали дети. Появляется большая патриархальная семья — семья из нескольких поколений родственников по отцовс­кой линии, возглавляемая старейшим мужчиной. Внедре­ние железных орудий труда привело к тому, что малая семья могла сама себя прокормить. Большая патриархаль­ная семья распадается на малые семьи.

Формирование прибавочного продукта и развитие обме­на явились стимулом к индивидуализации производства и возникновению частной собственности. Большие и эконо­мически крепкие семьи стремились выделиться из рода. Эта тенденция привела к замене родовой общины соседской, где родовые связи уступили место территориальным. Перво­бытная соседская община характеризовалась сочетанием от­ношений частной собственности на двор (дом и хозяйствен­ные постройки) и орудия труда и коллективной собствен­ности на главное средство производства — землю. Семьи вынуждены были объединиться, поскольку отдельная се­мья была не в силах справиться со многими операциями: мелиорацией, ирригационным и подсечным земледелием.

Соседская община являлась универсальной стадией для всех народов мира на доклассовом и классовом этапе разви­тия, играя роль основной экономической ячейки общества вплоть до эпохи индустриальной революции.

Политогенез (образование государства).Необходимо отметить, что существуют разные концепции происхожде­ния государства. Марксисты полагают, что оно было созда­но как аппарат насилия и эксплуатации одного класса дру­гим. Другая теория — «теория насилия», представители ко­торой считают, что классы и государство возникли в резуль­тате войн и завоеваний, в ходе которых завоеватели созда­вали институт государства в целях удержания своего гос­подства. Если рассмотреть проблему во всей ее сложности, то становится ясно, что война требовала мощных орга-

низационных структур, и являлась скорее следствием по-литогенеза, чем его причиной. Однако и марксистская схема тоже нуждается в коррекции, потому что стремление втис­нуть все процессы непременно в одну схему наталкивается на сопротивление материала.

Рост производительности труда привел к появлению излишков продуктов, которые могли отчуждаться от про­изводителей. Некоторые семьи накапливали эти излишки (пищевые продукты, ремесленные изделия, скот). Накоп­ление богатств происходило, прежде всего, в семьях вож­дей, поскольку вожди обладали большими возможностя­ми, участвуя в распределении продуктов.

Первоначально это имущество уничтожалось после смер­ти владельца или использовалось в обрядах, таких, напри­мер, как «потлач», когда все эти излишки на каком-либо празднестве раздавались всем присутствующим. Этими раз­дачами устроитель приобретал авторитет в обществе. Поми­мо этого, он становился участником ответных потлачей, на которых ему возвращалась часть раздаренного. Принцип дачи и отдачи, характерный для престижной экономики, ставил в неравные условия рядовых общинников и их бога­тых соседей. Рядовые общинники попадали в зависимость от человека, устраивающего потлач.

Вожди постепенно захватывают власть в свои руки, в то время как значение народных собраний падает. Общество постепенно структурируется — из среды общинников выде­ляется верхушка. Сильный, богатый и щедрый, а, следова­тельно, авторитетный вождь подчинял себе слабый сопер­ников, распространяя свое влияние на соседние общины. Возникают первые надобщинные структуры, в рамках кото­рых происходит отделение органов власти от родоплемен-ной организации. Таким образом, появляются первые про-тогосударственные образования.

Появление подобных образований сопровождалось ожес­точенной борьбой между ними. Война постепенно становит­ся одним из важнейших промыслов. В связи с широким распространением войн развивается военная техника и орга­низация. Большую роль приобретают военные предводите­ли. Вокруг них формируется дружина, в состав которой входили воины, наилучшим образом зарекомендовавшие себя

в боях. В ходе походов захватывалась добыча, которая рас­пределялась между всеми воинами.

Глава протогосударства одновременно становился и глав­ным жрецом, поскольку власть предводителя в общине ос­тавалась выборной. Приобретение функций жреца делало вождя носителем божественной благодати и посредником между людьми и сверхъестественными силами. Сакрализа­ция правителя была важным шагом на пути его деперсона­лизации, превращению в своеобразный символ. Власть ав­торитета сменяется авторитетом власти.

Постепенно власть становилась пожизненной. После смер­ти вождя наибольшие шансы на успех имели члены его се­мьи. Вследствие этого власть вождя становилась наследствен­ной в рамках его семьи. Так окончательно формируется про-тогосударство — политическая структура общества с соци­альным и имущественным неравенством, развитым разде­лением труда и обменом, возглавляемая правителем-жре­цом, обладавшим наследственной властью.

С течением времени протогосударство расширяется по­средством завоеваний, усложняет свою структуру и превра­щается в государство. Государство отличается от протогосу­дарства большими размерами и наличием развитых инсти­тутов управления. Основные признаки государства — терри­ториальное (а не племенно-родовое) разделение населения, армия, суд, право, налоги. С появлением государства перво­бытная соседская община становится соседской общиной, которая, в отличие от первобытной, утрачивает свою само­стоятельность.

Для государства характерен феномен урбанизации, вклю­чающий в себя увеличение количества городского населе­ния, монументальное строительство, сооружение храмов, ирригационных сооружений и дорог. Урбанизация — один основных признаков становления цивилизации.

Другим важнейшим признаком цивилизации является изобретение письменности. Государству требовалось упоря­дочить экономическую деятельность, записать законы, ри­туалы, деяния правителей и многое другое. Возможно, что письменность была создана при участии жрецов. В отличие от пиктографического или веревочного цисьма, характерно­го для неразвитых обществ, для освоения иероглифической

письменности требовалось длительное обучение. Письменность являлась привилегией жрецов и знати и только с появлени­ем буквенного письма стала общедоступной. Освоение пись­менности было важнейшим этапом в развитии культуры, поскольку письменность служит в качестве основного сред­ства накопления и передачи знаний.

С появлением государства, письменности возникают пер­вые цивилизации. Характерные черты цивилизации: высо­кий уровень развития производящего хозяйства, наличие политических структур, внедрение металла, использование письменности и монументальные сооружения.

Земледельческие и скотоводческие цивилизации. Зем­ледельческое хозяйство наиболее интенсивно развивалось в речных долинах, особенно в странах, протянувшихся от Сре­диземноморья на западе до Китая на востоке. Развитие зем­леделия в конечном итоге привело к появлению древневос­точных очагов цивилизации.

Скотоводство развивалось в степях и полупустынях Ев­разии и Африки, а также в горной местности, где скот ле­том содержали на горных пастбищах, а зимой в долинах. Термин «цивилизация» может использоваться в отношении скотоводческого общества с известными оговорками, посколь­ку скотоводство не обеспечивало такого развития экономи­ки, как земледелие. Хозяйство, основанное на скотоводстве, давало менее стабильный прибавочный продукт. Также очень большую роль сыграл тот фактор, что для скотоводства тре­буются большие пространства, и концентрации населения в обществах такого типа, как правило, не происходит. Города у скотоводов гораздо меньше, чем в земледельческих циви­лизациях, поэтому ни о какой масштабной урбанизации го­ворить нельзя.

С приручением лошади и изобретением колеса происхо­дят значительные изменения в хозяйстве скотоводов — по­является кочевое скотоводство. Кочевники передвигались по степям и полупустыням на своих повозках, сопровождая стада животных. Возникновение кочевого хозяйства в сте­пях Евразии следует отнести к концу П тыс. до н.э. Только с появлением кочевого скотоводства окончательно складыва­ется скотоводческое хозяйство, не использующее земледелия (хотя многие кочевые общества занимались обработ-

кой земли). У кочевников в условиях изолированного от земледелия хозяйства возникают исключительно протого-сударственные объединения, племенные протогосударства. В то время как в земледельческом обществе основной ячей­кой становится соседская община, в скотоводческом обще­стве родовые отношения еще очень сильны и родовая об­щина сохраняет свои позиции.

Длякочевых обществ характерна воинственность, по­скольку их члены не имели надежных источников суще­ствования. Поэтому кочевники постоянно вторгались в об­ласти земледельцев и грабили их или подчиняли. Все муж­ское население кочевников обыкновенно участвовало в вой­не, а их конное войско было очень маневренным имогло проходить большие расстояния. Быстро появляясь и столь же быстро исчезая, кочевники в своих неожиданных набе­гах добивались значительных успехов. В случае подчине­ния земледельческих обществ кочевники, как правило, сами оседали на земле.

Но не следует преувеличивать факт противостояния осед­лых и кочевых обществ и говорить о наличии постоянной войны между ними. Между земледельцами и скотоводами всегда существовали устойчивые экономические отношения, поскольку и те и другие нуждались в постоянном обмене продуктами своего труда.

Традиционное общество.Традиционное общество появ­ляется одновременно с возникновением государства. Эта модель общественного развития является очень устойчивой ихарактерна для всех обществ, кроме европейского. В Ев­ропе сложилась другая модель, основанная на частной соб­ственности. Основные принципы традиционного общества действовали вплоть до эпохи промышленного переворота, а во многих государствах существуют и в наше время.

Основная структурная ячейка традиционного общества — соседская община. В соседской общине преобладает земле­делие с элементами скотоводства. Крестьяне-общинники обычно консервативны по образу жизни вследствие повто­ряющихся из года в год природно-климатических и хозяй­ственных циклов и однообразия жизни. В этой ситуации крестьяне требовали от государства, прежде всего, стабиль­ности, которую могло обеспечить только сильное государ-

ство. Ослабление государства всегда сопровождалось смута­ми, произволом чиновников, нашествиями врагов, расстрой­ством экономики, особенно бедственным в условиях ирри­гационного земледелия. Как следствие — неурожай, голод, эпидемии, резкое падение численности населения. Поэтому общество всегда предпочитало сильное государство, переда­вая ему большую часть своих полномочий.

В рамках традиционного общества государство являет­ся высшей ценностью. Оно, как правило, функционирует в условиях четкой иерархии. Во главе государства стоял правитель, пользующийся практически неограниченной властью и представляющий собой заместителя бога на земле, Ниже располагался мощный административный аппарат. Положение и авторитет человека в традиционном обще­стве определяется не его богатством, а, прежде всего, уча­стием в государственном управлении, которое автомати­чески обеспечивает высокий престиж.

Культура первобытного общества. В ходе своего разви­тия и в процессе трудовой деятельности человек осваивал новые знания. В первобытную эпоху знания носили исклю­чительно прикладной характер. Человек очень хорошо знал окружающий мир природы, так как сам являлся его час­тью. Основные сферы деятельности определяли области зна­ния древнего человека. Благодаря охоте он знал повадки зверей, свойства растений и многое другое. Уровень знаний древнего человека находит отражение в его языке. Так, в языке австралийских аборигенов есть 10.000 слов, среди которых почти нет абстрактных и обобщающих понятий, а только конкретные термины, обозначающие животных, ра­стения, явления природы.

Человек умел лечить болезни, ранения, накладывать шины при переломах. Древние люди применяли в лечебных целях такие процедуры, как кровопускания, массаж, компрессы. С эпохи мезолита были известны ампутация конечностей, тре­панация черепа, а чуть позже и пломбирование зубов.

Счет первобытных людей был примитивным, — счита­ли обычно с помощью пальцев и разных предметов. Рас­стояния измеряли посредством частей тела (ладонь, ло­коть, палец), дней пути, полета стрелы. Время исчислили днями, месяцами, сезонами.

Вопрос о происхождения искусства до сих пор сопро­вождается спорами исследователей. Среди ученых преобла­дает точка зрения о том, что искусство возникло как новое эффективное средство познания и осмысления окружающе­го мира. Зачатки искусства появляются еще в эпоху ниж­него палеолита. На поверхности каменных и костяных из­делий обнаружены насечки, орнаменты, рисунки.

В верхнем палеолите человек создает живопись, гравю­ру, скульптуру, использует музыку и танцы. В пещерах об­наружены рисунки животных (мамонтов, оленей, лошадей), выполненных в цвете с помощью черной, белой, красной и желтой красок. Пещеры с рисунками известны в Испании, Франции, России, Монголии. Найдены также графические рисунки животных, вырубленные или вырезанные на кости и камне.

В верхнем палеолите появляются статуэтки женщин с ярко выраженными половыми признаками. Появление ста­туэток связано, возможно, с культом праматери и установ­лением материнской родовой общины. Большую роль в жиз­ни первобытных людей играли песни и танцы. В основе танца и музыки лежит ритм, песни также возникли как ритмо-ванная речь.

Первобытная культура | Britannica

Первобытная культура , в лексиконе ранних антропологов, любое из многочисленных обществ, характеризуемых чертами, которые могут включать отсутствие письменного языка, относительную изоляцию, малочисленность населения, относительно простые социальные институты и технологии, а также в целом медленный темп развития социокультурные изменения. В некоторых из этих культур история и верования передаются через устную традицию и могут быть прерогативой человека или группы, специально обученной для этой цели.

Культура обсуждается в ряде других статей. Для обзора концепции человеческой культуры, см. культура; городская культура. Для обсуждения доисторических обществ, см. Анатолия: Древняя Анатолия; Ближний Восток, древний; Острова Тихого океана, история: доисторические времена и распространение культуры; Каменный век; исторические разделы различных других региональных статей. Для межкультурного обсуждения систем родства, основных средств социальной организации в большинстве непромышленных обществ, используйте такие ключевые слова, как семья; родство; и так далее.В отношении религиозных систем, институтов и практик, связанных с бесписьменными культурами во всем мире, см. поклонение природе; пантеизм; политеизм; шаманизм; тотемизм. Для обсуждения непромышленных технологий, см. сельское хозяйство, история; технологии, история; ручной инструмент. Для описания экономических систем, характерных для бесписьменных обществ, см. экономическая система: историческое развитие экономических систем.

Различия в образе жизни в прошлом и настоящем настолько велики, что сравнивать их трудно.Любая простая классификация человеческих обществ и культур может рассматриваться только как произвольная. Тем не менее с современной городской точки зрения существует очевидное различие между примитивным и цивилизованным: между простыми и сложными обществами; между крошечными и огромными социальными агломерациями; между рассеянным и плотным населением; и, прежде всего, между догосударственными обществами и обществами, в которых есть развитые государства. В целом цивилизация предполагает возникновение правовых институтов и приобретение правительством юридической монополии на силу.Эти события сделали возможными города и империи классических времен и рост плотного населения. Таким образом, «цивилизованный» почти синоним «городского».

Разновидности пригородных или примитивных обществ могут быть классифицированы дополнительно. Один из способов — это методы, которые они используют для получения еды. Те, кто охотятся и собирают, ведут себя совершенно иначе, как общества, от пастухов и конных хищников-воинов, скотоводов, которые, в свою очередь, живут совершенно иначе, чем различные виды земледельцев.Эти различия не являются резкими, поскольку, конечно, есть общества, которые сочетают добычу пищи с одним сельским хозяйством, с другими, с сельским хозяйством и со скотоводством; и, в некоторых случаях, класс пастухов может жить в одном обществе с классом или кастой земледельцев. Можно построить целый ряд обществ, начиная от крошечных простых групп охотников-собирателей в плохой окружающей среде и заканчивая большими плотными популяциями ирригационных земледельцев, то есть от полностью кочевых до полностью оседлых.Степень, в которой общества приближаются к оседлому образу жизни, заслуживает особого внимания в любой классификации, поскольку оседлый образ жизни сопровождается множеством других культурных черт и институтов.

Britannica Premium: удовлетворение растущих потребностей искателей знаний. Получите 30% подписки сегодня.
Подпишись сейчас

На протяжении 99 процентов времени, в течение которого Homo sapiens находилось на Земле, или примерно 8000 лет назад, все народы добывали дикая пища. Между ними были большие различия; некоторые специализировались на охоте на крупную дичь, рыболовстве и собирании моллюсков, тогда как другие почти полностью зависели от сбора дикорастущих растений.В целом, однако, они, вероятно, имели много общих черт социальной и политической организации, а также религий и других идеологий (по форме, но не по конкретному содержанию). Сообщества охотников-собирателей пришли в упадок с ростом сельскохозяйственных обществ, которые либо изгнали их со своих территорий, либо ассимилировали, либо преобразовали.

Более поздний подъем национальных государств, особенно после промышленной революции в Европе, привел к почти исчезновению обществ охотников и собирателей.Сегодня остальные обитают в пустынях, горах, джунглях или арктических пустошах. Некоторые из них были изучены и описаны антропологами: центральные и северные австралийцы, бушмены Калахари на юге Африки, пигмеи центральноафриканских лесов, пигмеи Андаманских островов в Индийском океане, индейцы она и яганы южной части Африки. Южная Америка, индейцы-копатели Невады, индейцы северных канадских лесов и канадские, аляскинские и гренландские эскимосы.

Все эти народы населяют районы, представляющие почти все крайности климата и окружающей среды, но у них есть одно общее: их маргинальность или относительная изоляция от современных экономических систем. Их методы и формы добычи пищи сильно различаются. Эскимосы, например, полностью зависят от охоты и рыбалки; африканские сан (бушмены), австралийские аборигены и индейцы Невады в основном зависят от сбора семян, орехов и клубней.

Значение кочевничества для изучающих примитивные культуры можно предположить, сравнив Ona и Yámana (Yahgan) Огненной Земли.Она населяют внутренние леса и сильно зависят от охоты на гуанако (маленького верблюда Нового Света). Ямана используют каноэ рыбаки и собиратели моллюсков. Тем не менее, несмотря на совершенно различную экологическую адаптацию, два индийских общества имеют культуры, которые настолько похожи, что антропологи условно объединяют их с соседними Чоно и Алакалуфом в Чили в одну «зону фуэгийской культуры». Все они кочуют, хотя она — «пешие индейцы», а остальные — «каноэ-индейцы»; все они относительно редко рассеяны по ландшафту и бедны материальной культурой, и у них схожие социальные, политические, церемониальные и идеологические обычаи и институты.

Все упомянутые кочевники обладают важными общими характеристиками. Первое и наиболее очевидное состоит в том, что их кочевничество сильно ограничивает количество их «багажа» или материальную культуру. Луки и стрелы (за исключением Австралии, где вместо этого используется уникальный бумеранг) и, возможно, простое копье, или в некоторых местах метательные палки или дубинки, являются обычным оружием для охоты и боя. В более теплых зонах укрытие представляет собой простой навес или небольшой улей из прутьев, веток и листьев.В арктических зонах есть палатка из шкуры карибу и знаменитое эскимосское иглу или, в более постоянных или посещаемых местах, каменная хижина.

Лагеря маленькие и непостоянные. Нуклеарная семья любит разбивать лагерь рядом с родственными семьями, когда это возможно. Обычно эта группа образует расширенную по отцовской линии семью, состоящую из братьев с их собственными нуклеарными семьями и, возможно, нескольких иждивенцев. Но размер лагеря зависит от сезона: во времена, когда растительная пища легко собирается, большие группы могут собираться вместе для церемоний, таких как обряды полового созревания.В других случаях составляющие семьи могут сильно разойтись из-за нехватки еды и воды. Родственные по отцовской линии мужчины и их семьи, разрозненные или нет, обычно считают себя группой, обладающей правами на определенную территорию, и их можно отличить от соседей по территориальному признаку. Браки часто заключаются между территориальными группами, так что смежные группы имеют тенденцию быть родственниками или, по крайней мере, связаны между собой некоторые члены разных групп. Но это единственный организационный принцип, выходящий за пределы территориальной полосы.Каждую группу можно рассматривать как часть более крупного общества, состоящего как из дальних, так и из близких родственников — «племя» в одном из первоначальных значений этого слова.

Социальная организация выглядит так, как если бы она была построена изнутри, так сказать. Семейные статусы и роли, брачные союзы и системы «социальной дистанции», основанные на семейных отношениях, являются костями и соединительными тканями общества. Все это составляющие самой семьи, независимо от ее расширения или метафорического толкования; это как если бы эти общества были просто результатом роста отдельных семей.Но это только видимость; такие общества также растут за счет роста. Но поскольку союзы и объединение различных групп обычно вызываются браками по договоренности, таким образом сохраняется семейная видимость целого.

Почти все статусные позиции основываются на одних и тех же критериях возраста, пола и родства. Единственный достигнутый статус — это магический лекарь, шаман. Опять же, за исключением шамана, единственное разделение труда в этих обществах происходит на основе возраста и пола — точно так же, как в индивидуальной нуклеарной семье.Среди взрослых охота на крупную дичь ограничена мужчинами, тогда как сбор растительной пищи или мелких животных, птичьих яиц и т. Д. — задача женщин. Такое разделение труда, очевидно, связано с относительной способностью мужчин находиться далеко от лагеря, поскольку женщины слишком обременены материнскими обязанностями, чтобы выслеживать животных, куда бы они ни вели. Но разделение задач обычно более жесткое и ограниченное, чем того требуют физические и косвенные различия между мужчинами и женщинами, поскольку они будут различаться у разных людей и от общества к обществу — и, если уж на то пошло, изо дня в день.Домашние обязанности строго определены как женские и выполняются только женщинами, даже если они кажутся чрезвычайно сложными, о чем свидетельствуют следующие замечания Льюиса Гаррарда, который путешествовал с лагерем индейцев шайеннов в 1846 году:

После двухчасовой поездки мы остановились, и вожди, пристегнув лошадей, собрались кругами, чтобы выкурить трубку и поговорить, позволив своим скво распаковать животных, разбить хижины, развести костры, расставить мантии и когда все было готово, эти «владыки творения» разошлись по своим домам, чтобы дождаться, пока их терпеливые и стойкие супруги приготовят немного еды.Я был спровоцирован, более того, рассержен, увидев, что ленивые мужчины-переростки ничего не делают, чтобы помочь своим женам; и когда молодые женщины сняли свои браслеты и наряды, чтобы рубить дрова, чаша моего гнева переполнилась, и в припадке искреннего негодования я объявил их беспечными и даже дикими в истинном смысле слова. слово.

( Wah-To-Yah and the Taos Trail ; University of Oklahoma Press, Norman, Okla., 1966)

Статус в семье зависит от возраста, пола, кровного родства или брачности.Считается, что в большинстве видов деятельности мужчины превосходят женщин; старейшин уважают как хранителей светской и духовной мудрости; и люди, такие как двоюродные братья и сестры, которые могут находиться на одной и той же генеалогической дистанции, часто делятся на «брачные» и «не состоящие в браке» группы, с вытекающими отсюда различиями в их межличностном поведении. Но во всем остальном общества охотников-собирателей глубоко эгалитарны, особенно в отношениях между группами.

Вне семьи нет системы принудительной власти.Некоторые люди благодаря своей мудрости, физическим способностям и т. Д. Могут подняться до руководящих должностей в каком-либо конкретном начинании, таком как отряд рейда или охота. Но это временные и переменные должности, а не должности или отделения в иерархической структуре. Социальный порядок поддерживается за счет акцентирования внимания на правильности поведения — этикете — а также в ритуалах и церемониях. Церемонии собирают разрозненных членов общества, чтобы отметить рождение, половое созревание, брак и смерть. Такие церемонии сводят к минимуму социальные опасности (или их восприятие), а также приспосабливают людей друг к другу в контролируемых эмоциональных условиях.(Вполне может быть правдой, что «семья, которая молится вместе, остается вместе».)

Обряды перехода при рождении, браке и смерти универсальны в человеческом обществе, хотя празднование полового созревания менее распространено в современном мире, за исключением таких пережитков, как еврейская бар-мицва. Однако в большинстве обществ охотников-собирателей мужские ритуалы полового созревания отнимают больше времени в обществе и вовлекают больше людей, чем три других ритуала. Они могут длиться до месяца, если позволяют запасы еды.Практически всегда обряды полового созревания включают в себя период обучения взрослым обязанностям, ритуалы, инсценирующие отстранение мальчиков от материнской заботы и сигнализирующие об изменившихся социальных отношениях между мальчиками и девочками одного поколения, а также физические испытания, включая скарификацию или другие признаки. что надолго продемонстрирует успешный переход к зрелости.

.

Социальный эволюционизм — антропология

В первые годы антропологии преобладающим мнением антропологов и других ученых было то, что культура обычно развивается (или развивается) единообразно и поступательно. Эволюционисты, опираясь на успех теории эволюции Дарвина , но не черпая вдохновения из его центрального вклада в концепцию естественного отбора, стремились проследить развитие культуры во времени. Считалось, что как виды эволюционируют во все более сложные формы, так и культура прогрессирует от простых состояний к сложным.Первоначально многие ученые полагали, что большинство обществ проходят одну и ту же или сходную серию стадий, чтобы в конечном итоге прийти к общему концу. Считалось, что изменения происходят в основном внутри культуры, поэтому развитие считалось внутренним детерминированным.

Некоторые принимали эволюционное развитие обществ со времен Просвещения. И французские, и шотландские социальные и моральные философы использовали эволюционные схемы в 18 веке. Среди них был Монтескье, который предложил схему эволюции, состоящую из трех этапов: охота или жестокость, скотоводство или варварство и цивилизация.Это трехчастное деление стало очень популярным среди социальных теоретиков 19-го века, при этом такие фигуры, как Тайлор и Морган, приняли ту или иную версию этой схемы (Seymour-Smith 1986: 105).

К середине девятнадцатого века европейцы успешно исследовали, завоевали и колонизировали многие ранее неизвестные (для них) части земного шара. Это глобальное движение привело к появлению новых продуктов, и люди, которые жили совершенно иным образом жизни, чем европейцы, оказались политически и научно проблематичными.Дисциплина антропология, начавшаяся с этих ранних социальных теорий, возникла в значительной степени в ответ на эту встречу между разрозненными культурами совершенно разных обществ (Winthrop 1991: 109). Культурная эволюция — первая систематическая этнологическая теория антропологии — была предназначена для объяснения этого разнообразия среди народов мира.

Идея разделения этнологических данных на этапов эволюции, от примитивных до цивилизованных, была фундаментальной для новых идей социальных эволюционистов девятнадцатого века. Опираясь на мысли Просвещения, работы Дарвина и новые кросс-культурные, исторические и археологические свидетельства, появилось целое поколение теоретиков социальной эволюции, таких как Тайлор и Морган. Эти теоретики разработали конкурирующие схемы общего социального и культурного прогресса, а также истоки различных институтов, таких как религия, брак и семья.

Эдвард Б. Тайлор не согласился с утверждением некоторых французских и английских писателей начала XIX века во главе с графом Жозефом де Местром, что такие группы, как американские индейцы и другие коренные народы, были примерами культурного вырождения .Он считал, что люди в разных местах в равной степени способны развиваться и проходить через стадии. Первобытные группы «достигли своего положения благодаря обучению, а не отучению» (Tylor 2006: 36). Тайлор утверждал, что культура эволюционировала от простого к сложному и что все общества прошли через три основных этапа развития, предложенных Монтескье: от дикости через варварство к цивилизации. Следовательно, «прогресс» был возможен для всех.

Для объяснения культурных различий Тайлор и другие ранние эволюционисты постулировали, что различных современных общества находились на разных стадиях эволюции .Согласно этой точке зрения, «более простые» народы того времени еще не достигли «более высоких» стадий. Таким образом, считалось, что более простые современные общества напоминают древние общества. В более развитых обществах можно было увидеть доказательство культурной эволюции через присутствие того, что Тайлор назвал пережитками — следами более ранних обычаев, сохранившихся в современных культурах. Производство керамики — это пример выживания в том смысле, который использовал Тайлор. Раньше люди делали свои кастрюли из глины; сегодня мы обычно делаем их из металла, потому что он более прочный, но мы по-прежнему предпочитаем посуду из глины.

Тайлор считал, что между всеми народами существует своего рода психическое единство, которое объясняет параллельные эволюционные последовательности в различных культурных традициях. Другими словами, из-за базового сходства ментальных структур всех народов разные общества часто независимо находят одни и те же решения одних и тех же проблем. Но Тайлор также отметил, что культурные черты могут распространяться от одного общества к другому путем простого распространения — заимствования одной культурой черты, принадлежащей другой, в результате контакта между ними.

Еще одним сторонником единообразной и прогрессивной культурной эволюции в XIX веке был Льюис Генри Морган . Юрист из северной части штата Нью-Йорк, Морган заинтересовался местными индейцами-ирокезами и защитил их резервацию в деле о предоставлении земли. В благодарность ирокезы усыновили Моргана, который считал их «благородными дикарями». В своей самой известной работе « Ancient Society » Морган разделил эволюцию человеческой культуры на те же три основных этапа, которые предложил Тайлор (дикость, варварство и цивилизация).Но он также разделил дикость и варварство на верхний, средний и нижний сегменты (Morgan 1877: 5-6), приведя современные примеры каждой из этих трех стадий. Каждая стадия отличалась технологическим развитием и коррелировала в образцах жизни, браке, семье и политической организации. В книге Ancient Society Морган прокомментировал: «Поскольку неоспоримо, что некоторые части человеческого семейства существовали в состоянии дикости, другие части — в состоянии варварства, а третьи — в состоянии цивилизации, то в равной степени кажется, что эти три различных условия связаны друг с другом в естественной, а также необходимой последовательности развития »(Morgan 1877: 3).Морган различает эти этапы развития с точки зрения технологических достижений, и, таким образом, у каждой есть свои ориентиры. Средняя дикость была отмечена приобретением рыбной диеты и открытием огня; верхняя дикость луком и стрелами; понизить варварство керамикой; среднее варварство путем приручения животных и орошаемого земледелия; высшее варварство при изготовлении железа; а цивилизация — фонетическим алфавитом (Morgan 1877: глава 1). Для Моргана культурные особенности, отличающие эти различные стадии, возникли из «нескольких первичных зародышей мысли» — микробов, которые возникли, когда люди были еще дикарями, и которые позже развились в «основные институты человечества».”

Морган постулировал, что этапы технологического развития связаны с последовательностью различных культурных моделей. Например, он предположил, что семья прошла шесть этапов развития. Человеческое общество начиналось как «орда, живущая в беспорядке», без сексуальных запретов и реальной семейной структуры. На следующем этапе группа братьев была замужем за группой сестер, и браки были разрешены. На третьем этапе практиковался групповой брак, но братьям и сестрам не разрешалось вступать в брак.Четвертая стадия, которая, предположительно, возникла во время варварства, характеризовалась свободным объединением мужчин и женщин в пары, которые жили с другими людьми. На следующем этапе возникли семьи с доминированием мужа, в которых муж мог иметь более одной жены одновременно. Наконец, этап цивилизации отличался моногамной семьей, в которой всего одна жена и один муж были относительно равными по статусу.
Морган считал, что по мере развития человеческого общества семейные ячейки становятся все меньше и более самодостаточными.Однако его постулируемая последовательность эволюции семьи не подтверждается огромным количеством этнографических данных, которые были собраны с его времен. Например, ни одно современное общество, которое Морган назвал бы дикарем, не допускает группового брака или допускает спаривание брата и сестры.

Хотя их работы преследовали схожие цели, у каждого из теоретиков эволюции были очень разные идеи и направления своих исследований. В отличие от Моргана, например, сэр Джеймс Фрейзер сосредоточился на эволюции религии и рассматривал прогресс общества или культуры с точки зрения эволюции психологических или ментальных систем.Среди других теоретиков эволюции, которые выдвинули схемы развития общества, включая различные религиозные, родственные и юридические институты, были Мэн, Маклеллан и Бахофен.

Важно отметить, что большинство ранних эволюционных схем были однолинейными. Однолинейная эволюция относится к идее о том, что существует заданная последовательность этапов, которые все группы пройдут в какой-то момент, хотя темпы продвижения через эти этапы будут сильно различаться. Группы, как прошлые, так и настоящие, находящиеся на одном уровне или стадии развития, считались почти идентичными.Таким образом, современная «примитивная» группа может рассматриваться как представитель более ранней стадии развития более продвинутых типов.

Эволюционистскую программу можно резюмировать в этом сегменте «Примитивной культуры» Тайлора, в котором отмечается: «Состояние культуры в различных обществах человечества… является предметом, подходящим для изучения законов человеческого мышления и действия. С одной стороны, единообразие, которое так широко пронизывает цивилизацию, можно в значительной мере приписать единообразному действию единых причин; в то время как, с другой стороны, его различные степени могут рассматриваться как стадии развития или эволюции, каждая из которых является результатом предыдущей истории и собирается сыграть свою должную роль в формировании истории будущего (Tylor 1871: 1: 1).”

.

Истоки семьи — Глава II

Происхождение семьи — Глава II

Фредерик Энгельс
Истоки семьи, частной собственности и государства


Семья единокровных
Первый этап семьи

Пуналуанская семья

Парная семья

Моногамная семья


МОРГАН, потративший большую часть своего
жизнь среди индейцев ирокезов — поселившихся по сей день в штате Нью-Йорк
— и был принят в одно из их племен (сенека), нашел в употреблении
среди них существовала система кровного родства, которая противоречила их действительной
семейные отношения.Среди них легко возобладала форма моногамии.
прекращаются с обеих сторон, что Морган называет «парной семьей».
Таким образом, проблема супружеской пары была известна и признана всеми:
не могло быть никаких сомнений в том, кого называть отцом, матерью, сыном, дочерью,
брат сестра. Но на самом деле эти имена использовались совсем по-другому. В
Ирокез называет своими сыновьями и дочерьми не только своих детей, но и
дети его братьев; и они называют его отцом.Дети его
сестры, однако, он называет своих племянников и племянниц, а они называют его своими
дядя. Женщина-ирокез, напротив, называет своих сестер
дети, а также ее собственные, ее сыновья и дочери, и они называют ее матерью.
Но детей своих братьев она называет племянниками и племянницами, и она
известный как их тетя. Точно так же дети братьев называют друг друга
брат и сестра, а также дети сестер. Собственные дети женщины
а дети ее брата, с другой стороны, называют друг друга кузенами.И это не просто пустые имена, а выражения реальных представлений о
близость и удаленность, равенство и различие в степени
кровное родство: эти концепции служат основой полностью разработанного
система кровного родства, через которую несколько сотен различных родственных связей
одного человека могут быть выражены. Более того, эта система не только в
в полную силу среди всех американских индейцев (вплоть до
присутствует), но и сохраняет свою актуальность почти без изменений у аборигенов
Индии, дравидийские племена на Декане и племена гаура на Индостане.По сей день тамилы южной Индии и индейцы ирокезы-сенека в Новой Зеландии.
В штате Йорк до сих пор существует более двухсот степеней кровного родства.
таким же образом. И среди этих племен Индии, как и среди всех американских
Индейцы, настоящие отношения, возникающие из существующей формы
семья противоречит системе кровного родства.

Как это объяснить? Ввиду решающей роли
кровное родство в социальной структуре всех диких и варварских народов,
важность такой широко распространенной системы не может быть отброшена фразами.Когда
система распространена по всей Америке, а также существует в Азии среди народов
совершенно другой расы, когда ее многочисленные экземпляры встречаются с большим или
меньше вариаций во всех частях Африки и Австралии, тогда эта система должна
быть исторически объясненным, а не исключенным из существования, как МакЛеннан, для
пример, пробовал делать. Имена отца, ребенка, брата, сестры — не просто
дополнительные формы обращения; они предполагают вполне определенные и очень серьезные
взаимные обязательства, которые вместе составляют существенную часть социальной
конституции рассматриваемых народов.

Объяснение было найдено. На Сандвичевых островах (Гавайи) еще есть
существовала в первой половине девятнадцатого века такая форма семьи, в которой
отцы и матери, братья и сестры, сыновья и дочери, дяди и
тети, племянники и племянницы были именно тем, что требуется американцам и старым
Индийская система кровного родства. Но теперь происходит странная вещь. Еще раз,
система кровного родства, действовавшая на Гавайях, не соответствовала действующим
форма гавайской семьи.Ибо по гавайской системе
кровное родство все дети братьев и сестер без исключения
братья и сестры друг друга и считаются общими
дети не только их матери и ее сестер или их отца и его
братьев, но из всех братьев и сестер обоих родителей без
различие. Следовательно, американская система кровного родства предполагает
более примитивная форма семьи, которая исчезла в Америке, но все еще
на Гавайях действительно существует гавайская система кровного родства, с другой
рука, указывает на еще более раннюю форму семьи, которая, хотя мы нигде не можем
доказать, что он все еще существует, тем не менее, должен существовать; для
в противном случае соответствующая система кровного родства не могла бы возникнуть.

Семья [говорит Морган] представляет собой действующее начало. это
никогда не стоит на месте, но продвигается от низшей формы к высшей по мере того, как общество
продвигается от более низкого состояния к более высокому …. Системы кровного родства, на
наоборот, пассивны; запись прогресса, достигнутого семьей за долгое время
промежутки между ними, и они меняются радикально только тогда, когда семья радикально
изменилось.

[Morgan, op. соч., стр. 444. — Ред.]

«И, — добавляет Маркс, — то же самое верно и в отношении политического,
юридические, религиозные и философские системы в целом.» В то время
семья претерпевает живые изменения, система кровного родства окостеняет; пока
система выживает силой обычаев, семья перерастает ее. Но так же
Кювье мог сделать вывод по сумчатой ​​кости скелета животного, найденного поблизости
Париж, что он принадлежал сумчатому животному и что вымершие сумчатые животные
когда-то здесь жили, поэтому с той же уверенностью мы можем сделать вывод из исторических
выживание системы кровного родства, которая когда-то исчезла из семьи.
существовало, что ему соответствовало.

Системы кровного родства и формы семьи, которые мы только что имеем
упомянутые отличаются от сегодняшних тем, что у каждого ребенка больше, чем
один отец и мать. В американской системе кровного родства, к которой
Гавайская семья переписывается, брат и сестра не могут быть отцом и матерью
того же ребенка; а гавайская система кровного родства, напротив,
предполагает семью, в которой это было правилом. Здесь мы оказываемся среди
формы семьи, прямо противоречащие общепринятым до сих пор
быть единственным действительным.Традиционная точка зрения признает только моногамию, причем в
кроме того, многоженство со стороны отдельных мужчин, и самое большее
многомужество отдельных женщин; быть точкой зрения морализаторства
обывателей, он скрывает тот факт, что на практике эти барьеры, воздвигнутые
официальное общество тихо и спокойно игнорируется. Изучение первобытного
история, однако, выявляет условия, в которых мужчины живут в условиях многоженства, и их
жены в полиандрии одновременно, и поэтому их общие дети
считается общим для всех — и эти условия, в свою очередь
претерпевают долгую серию изменений, прежде чем окончательно кончатся моногамией.Тренд
этих изменений заключается в том, чтобы все больше и больше сужать круг людей,
в рамках общих узы брака, которые изначально были очень широкими, пока
наконец, он включает только одиночную пару, доминирующую сегодня форму брака.

Восстанавливая таким образом прошлую историю семьи, Морган соглашается
вместе со своими коллегами приходит к примитивной стадии, когда неограниченно
сексуальная свобода преобладала в племени, каждая женщина в равной степени принадлежала к
каждый мужчина и каждый мужчина каждой женщине.С восемнадцатого века
О таком примитивном состоянии говорили, но только в общих словах. Бахофен
— и это одно из его больших заслуг — был первым, кто взял
о существовании такого государства и искать его следы в исторической
и религиозные пережитки. Сегодня мы знаем, что найденные им следы не ведут
вернуться к социальной стадии беспорядочных половых сношений, но гораздо позже
форма — а именно групповой брак. Первобытная социальная стадия распущенности,
если он когда-либо существовал, принадлежит к такой далекой эпохе, что мы вряд ли можем ожидать
доказать его существование напрямую, обнаружив его социальные окаменелости среди отсталых
дикари.Заслуга Бахофена состоит в том, что он поставил этот вопрос на
передний край для экспертизы. [1]

В последнее время стало модно отрицать существование этой начальной стадии.
в сексуальной жизни человека. Человечество должно быть избавлено от этого «позора». это
указал, что все прямые доказательства такой стадии отсутствуют, и в частности
делается апелляция к свидетельствам остального животного мира; даже для
среди животных, согласно многочисленным фактам, собранным Летурно
( Evolution du manage et de la faults , 1888), полная распущенность в
половой акт отмечает низкую стадию развития.Но вывод единственный я
можно извлечь из всех этих фактов, поскольку человек и его примитивные условия
жизни беспокоит то, что они ничего не доказывают. Это спаривание позвоночных
вместе в течение значительного периода достаточно объясняется физиологическими
причины — в случае птиц, например, потребность самки в
помощь в период выращивания; примеры верной моногамии среди птиц
ничего не доказывать о человеке по той простой причине, что люди не происходят от
птицы.И если строгая моногамия — верх всех добродетелей, то ладонь должна
перейти к ленточному червю, у которого есть полный набор мужских и женских половых органов
в каждом из своих 50-200 проглоттидов, или секций, и проводит всю свою жизнь
совокупляясь на всех участках с собой. Ограничиваясь млекопитающими,
однако мы находим все формы половой жизни — беспорядочные половые связи, признаки
групповой брак, многоженство, моногамия. Одной полиандрии не хватает — потребовалось
человеческие существа, чтобы достичь этого.Даже наши ближайшие родственники, квадрумана,
показать всевозможные вариации в группировке самцов и самок; и если
мы сузим его еще больше и рассмотрим только четырех человекообразных обезьян, все
Летурно говорит о них, что они иногда моногамны,
иногда полигамны, тогда как Соссюр, которого цитирует Жиро-Тёлон, утверждает, что
они моногамны. Более поздние утверждения о моногамных привычках
антропоидные обезьяны, которых цитирует Вестермарк ( The History of Human
Marriage,
London 1891) тоже очень далеки от доказательства чего-либо.Коротко,
наши доказательства таковы, что честный Летурно признает: «Среди млекопитающих есть
нет строгой связи между степенью интеллектуального развития и
форма половой жизни ». И Эспина ( Des societes оживляет , 1877),
так много слов говорит:

Стадо — высшая социальная группа, которую мы можем наблюдать.
среди животных. Судя по всему, он состоит из семей, но с самого начала
семья и стадо конфликтуют друг с другом и развиваются наоборот
пропорция.

Как видно из вышеизложенного, мы практически ничего определенного о семье не знаем.
и другие социальные группы человекообразных обезьян; доказательства категорически
противоречивый. Что не удивительно. Доказательства в отношении
дикие человеческие племена достаточно противоречивы, требуя очень критического
экспертиза и просеивание; и общества обезьян гораздо труднее наблюдать
чем человек. Поэтому в настоящее время мы должны отвергнуть любой сделанный вывод.
из таких совершенно ненадежных отчетов.

Предложение, цитируемое Эспинасом, однако, дает лучшую отправную точку.
Среди высших животных стадо и семья не дополняют одно целое.
другой, но антагонистический. Эспинас очень хорошо показывает, как ревность
самцы во время брачного сезона ослабляют связи каждого социального стада или
временно разбивает его.

Когда семейные узы тесные и исключительные, стада образуют только
в исключительных случаях. Когда, с другой стороны, свободный половой акт или
преобладает многоженство, стадо возникает почти спонтанно…. Перед
стадо может быть сформировано, семейные узы должны быть ослаблены, и человек должен иметь
снова стать свободным. Это причина того, что организованные стаи так редко встречаются.
среди птиц … Мы находим более или менее организованные сообщества среди млекопитающих,
однако именно потому, что здесь личность не сливается с семьей …
Таким образом, на первом этапе роста обычное чувство стада не имеет большего значения.
враг, чем общее чувство семьи. Мы заявляем об этом без колебаний:
только поглощение семей, претерпевших радикальные изменения, могло
форма выше, чем развита в семье; в то же время эти семьи
тем самым позже получили возможность вновь образовать себя в бесконечно
более благоприятные обстоятельства.

[Espinas, op. cit., цитируется Жиро-Тёлон, Origines du
mariage et de la famille,
1884, стр. 518-20].

Здесь мы видим, что общества животных, в конце концов, представляют некоторую ценность для рисования.
выводы о человеческих обществах; но значение только отрицательное. Настолько, насколько
По нашим данным, высшие позвоночные знают только две формы семьи:
полигиния или отдельные пары; каждая форма допускает только одного взрослого мужчины, только одного
муж.Ревность мужчины, которая объединяет и изолирует
семья, противопоставляет семейство животных стаду. Ревность
самцы препятствуют появлению стада, высшей социальной формы, или
ослабляет его сцепление или разрушает его во время брачного периода; в лучшем случае это
свидетельствует о его развитии. Одно это уже является достаточным доказательством того, что семейства животных
и примитивное человеческое общество несовместимо, и что когда первобытные люди были
продвигаясь вверх от животного творения, либо у них не было семьи вообще
или форма, которая не встречается у животных.В небольшом количестве животное так
беззащитен, поскольку развивающийся человек может бороться даже в условиях
изоляция, без более высокой социальной группировки, чем одна пара мужчины и женщины,
такие как Вестермарк, следуя сообщениям охотников, приписывают
гориллы и шимпанзе. Для развития человека за пределы уровня
животных, для достижения величайшего прогресса, который может показать природа, что-то
нужно было больше: нужно было сделать так, чтобы сила защиты отсутствовала у человека
хорошо благодаря объединенной силе и сотрудничеству стада.Чтобы объяснить
переход к человечеству из таких условий, в которых антропоид
обезьянам жить сегодня было бы совершенно невозможно; похоже, что эти обезьяны
отклонились от линии эволюции и постепенно вымирали или, по крайней мере,
дегенерирующий. Уже одного этого достаточно для отказа от всех попыток
на параллелях, проводимых между формами семьи и формами первобытного человека. Взаимный
терпимость среди взрослых мужчин, свобода от ревности были первым
условие для формирования тех более крупных постоянных групп, в которых только
животные могли стать людьми.И что, собственно, мы считаем самым старым и
Наиболее примитивная форма семьи, чья историческое существование мы можем неоспоримо
доказать, и что в одной или двух частях света мы можем изучать сегодня?
Групповой брак, форма семьи, в которой целые группы мужчин и целые
группы женщин взаимно владеют друг другом, что оставляет мало места для
ревность. И на более позднем этапе развития мы обнаруживаем исключительную форму
полиандрия, которая противодействует всем инстинктам ревности и поэтому
неизвестен среди животных.Но поскольку все известные формы группового брака сопровождаются
настолько сложными правилами, что они обязательно указывают на
более ранние и простые формы сексуальных отношений, и поэтому в крайнем случае
к периоду беспорядочных половых сношений, соответствующему переходу от
животное человеку, упоминание брака животных только возвращает нас к
тот самый пункт, из которого мы должны были увести нас навсегда.

Что же тогда на самом деле означает беспорядочный половой акт? Это означает
отсутствие запретов и ограничений, действующих или действовавших.Мы
уже видели, как рушится барьер ревности. Если есть что-то
Несомненно, это то, что чувство ревности возникает относительно поздно. Такой же
верно в отношении концепции инцеста. Не только брат и сестра
изначально муж и жена; половой акт между родителями и детьми
все еще разрешено среди многих народов сегодня. Бэнкрофт ( Родные расы
Тихоокеанские государства Северной Америки
, 1875, Vol. I), об этом свидетельствует
Кадьяки на проливе Беринг, кадьяки возле Аляски и Тинне в
интерьер Британской Северной Америки; Летурно составил отчеты об этом среди
Индейцы чиппева, кукус в Чили, карибы, карены в Бирме; сказать
ничего из историй, рассказанных древними греками и римлянами о парфян,
Персы, скифы, гунны и тд.До изобретения инцеста — для
инцест — изобретение, к тому же очень ценное — половой акт
между родителями и детьми не вызывала большего отвращения, чем сексуальная
общение между людьми разных поколений, и это происходит
сегодня даже в самых обывательских странах без всякого ужаса;
даже «старушки» старше шестидесяти, если они достаточно богаты, иногда
жениться на молодых мужчинах в возрасте от тридцати лет. Но если рассматривать самые примитивные из известных
формы семьи помимо их представлений об инцесте — концепции
которые полностью отличаются от наших и часто прямо противоречат
их — тогда форму полового акта можно охарактеризовать только как беспорядочную
— неразборчивые в связи с ограничениями, установленными позднее по обычаю
еще не существовало.Но в повседневной практике это вовсе не обязательно
подразумевает общую смешанную вязку. Временные пары одного мужчины с одной женщиной были
никоим образом не исключено, как и в случае с групповыми браками сегодня
большинство отношений носят именно такой характер. И когда Вестермарк,
последний писатель, отрицавший существование такого примитивного государства, применяет термин
«Брак» к любым отношениям, в которых остаются оба пола
спаривались до рождения потомства, следует отметить, что этот вид
брак вполне может состояться в условиях беспорядочных половых сношений
без противоречия принципу распущенности — отсутствие каких-либо
ограничение полового акта, установленное обычаем.Вестермарк, однако,
придерживается точки зрения, что распущенность «предполагает подавление
индивидуальные наклонности », и поэтому« самая настоящая форма
из этого проституция ». На мой взгляд, любое понимание примитивного
общество невозможно для людей, которые видят в нем только бордель. Мы вернемся к
этот момент при обсуждении группового брака.

По словам Моргана, из этого примитивного состояния беспорядочного полового акта
развились, вероятно, очень рано:


1.Родственная семья, первый этап семьи

Здесь брачные группы разделены по поколениям: все
дедушки и бабушки в рамках семьи все мужья
и жены друг друга; так же их дети, отцы и матери;
дети последнего образуют третий круг общих мужей и
жены; и их дети, правнуки первой группы, будут
образуют четвертую.Таким образом, в этой форме брака только предки и потомки
и родители и дети, исключены из прав и обязанностей (как мы должны
скажем) брака друг с другом. Братья и сестры, мужчины и женщины
кузены первой, второй и более отдаленных степеней — все братья и
сестры друг друга, и именно поэтому все они мужья и
жены друг друга. На этом этапе отношения брата и сестры тоже
включает, как само собой разумеется, практику полового акта с одним
другой. [2] В типичном виде такое семейство
состоят из потомков одной пары, потомки этих
потомки в каждом поколении снова братья и сестры, и поэтому
мужья и жены друг друга. [3]

Кровное родство вымерло. Даже самые примитивные народы, известные
история не дает очевидных примеров этого. Но что он должен был существовать,
мы вынуждены признать: для гавайской системы кровного родства все еще
распространенный сегодня на всей территории Полинезии, выражает степень
кровное родство, которое могло возникнуть только в этой форме семьи; и весь
последующее развитие семьи предполагает наличие
кровнородственная семья как необходимый подготовительный этап.


Сноски

[1] Бахофен доказывает, как
мало он понимал собственное открытие или, скорее, свою догадку, используя термин
«гетеризм» для описания этого первобытного состояния. Для греков, когда они
ввел слово, гетеризм означал сношение мужчин, не состоящих в браке или живущих в
моногамия, с незамужними женщинами, всегда предполагает определенную форму
брак, вне которого имеет место этот половой акт, и включает как минимум
возможность проституции.Это слово никогда не использовалось ни в каком другом смысле, и оно
в этом смысле я использую его с Морганом. Бахофен везде вводит в
его чрезвычайно важные открытия, самые невероятные мистификации через
его представление о том, что в своем историческом развитии отношения между людьми и
женщины произошли от современных мужских религиозных концепций, а не от
их реальные условия жизни.

[2] В письме на
весной 1882 г. Маркс самым решительным образом высказывается о
полное искажение примитивных времен в тексте Вейджера до
Нибеланген: «Слышали ли такое, что брат обнял
сестра как невеста? » Вагнеру и его «развратным»
боги », которые в современной манере приправляют свои любовные интриги
небольшой инцест, Маркс отвечает: «В первобытные времена сестра была
жена, и это было морально.”

[3] ПРИМЕЧАНИЕ в четвертом издании:
Мой французский друг, поклонник Вагнера, не согласен с
это примечание. Он отмечает, что уже в Старшей Эдде, на которой основывался Вагнер,
В своей истории в «Œgisdrekka» Локи упрекает Фрейю:
при виде богов ты обнял своего брата. «Брак между
брат и сестра, как он утверждает, были запрещены уже тогда.
OEgisdrekka — это выражение того времени, когда вера в старые мифы
полностью сломан; это чистая сатира на богов в стиле
Люциан.Если Локи в роли Мефисто делает такой упрек Фрейе, это говорит скорее
против Вагнера. Локи также говорит несколько строк позже Ньордру: «С
сестра твоя родила тебе сына ». (вид систур тонни газту сликан
mog) Ньордхр на самом деле не аса, а вана, и говорит в саге об Инглингах
что браки между братьями и сестрами обычны в Ваналанде, который
не тот случай среди асов. Казалось бы, это показывает, что ваны были более
древние боги асы. Во всяком случае, Ньордхр живет среди Оэгисдрекка.
скорее доказательство того, что в то время, когда возникли скандинавские саги о богах,
браки между братьями и сестрами, по крайней мере среди богов, еще не
будоражат любой ужас.Если кто-то хочет найти оправдание Вагнеру, возможно, это будет
лучше процитировать Гете вместо Эдды, потому что в его балладе о Боге и
Баядерка Гете совершает аналогичную ошибку в отношении религиозной капитуляции.
женщин, что слишком похоже на современную проституцию.


Глава первая | Глава вторая (Часть II)

.

Происхождение семьи — Глава 2 (III)

Происхождение семьи — Глава 2 (III)

Фредерик Энгельс
Истоки семьи, частной собственности и государства

3. Семейная пара

Определенное количество пар на более длительный или короткий период,
уже состоялись в групповом браке или даже раньше; у мужчины была главная жена
среди его многочисленных жен (о любимой жене еще трудно говорить), а для нее
он был самым важным среди ее мужей.Этот факт способствовал
к значительному замешательству миссионеров, считавших групповые
брак иногда как беспорядочное сообщество жен, иногда как необузданный
прелюбодеяние. Но эти привычные пары должны были стать более стабильными по мере того, как
родились и классы «братьев» и
«Сестер», между которыми брак был невозможен, стало больше
многочисленные. Импульс, данный родом к предотвращению брака между
кровные родственники распространились еще дальше.Таким образом, среди ирокезов и большинства
других индейцев на низшей стадии варварства мы находим, что брак
запрещен между всеми родственниками, перечисленными в их системе, что
включает несколько сотен степеней родства. Усложнение
эти запреты делали групповые браки все более и более невозможными; они были
перемещены парной семьей. На этом этапе один мужчина живет с одной женщиной,
но отношения таковы, что полигамия и случайная неверность остаются
права мужчин, хотя по экономическим причинам многоженство встречается редко, в то время как
от женщины обычно требуется строжайшая верность на протяжении всего времени,
живет с мужчиной, и супружеская измена с ее стороны жестоко наказана.Брак
однако связь может быть легко разорвана любым партнером; после разделения
дети по-прежнему принадлежат только матери.

В этом постоянно расширяющемся исключении кровных родственников из узы
брак, естественный отбор продолжает свою работу. По словам Моргана:

Влияние новой практики, принесшей несвязанные
люди, состоящие в брачных отношениях, имели тенденцию создавать более активный запас
физически и ментально…. Когда два наступающих племени, с сильной психикой и
физических персонажей, объединяются и сливаются в один народ
случайности варварской жизни, новый череп и мозг будут расширяться и удлиняться
к сумме возможностей обоих.

[Морган, соч. соч., стр. 468. — Ред.]

Племена с родовой конституцией должны были таким образом получить превосходство над
отсталые племена, или чтобы увлечь их своим примером.

Таким образом, история семьи в первобытные времена состоит из
прогрессивное сужение круга, первоначально охватывающего все племя,
в котором у двух полов есть общие супружеские отношения.Непрерывный
исключение, сначала более близких, затем все более и более отдаленных родственников, и, наконец,
даже родственников по браку, заканчивается заключением любого вида группового брака
практически невозможно. Наконец, остается только сингл, все еще слабо
связанная пара, молекула, с распадом которой сам брак прекращается. это
само по себе показывает, что малая часть индивидуальной сексуальной любви, в современном понимании
слово, сыгранное в росте моногамии. Еще более сильное доказательство дает
практика всех народов на данном этапе развития.В то время как ранее
формы семьи мужчины никогда не испытывали недостатка в женщинах, а, наоборот, имели слишком много
Вместо того, чтобы их было слишком мало, женщин теперь стало мало, и они стали пользоваться большим спросом. Следовательно
именно с парного брака начинается захват и покупка
женщины — широко распространенные симптомы, но не более чем симптомы многих
произошли более глубокие изменения. Эти симптомы — простые методы добывания
жен, педантичный шотландец МакЛеннан превратился в особые классы
семьи под названием «брак по захвату» и
«Брак по покупке.В общем, среди американских ли
Индейцам или другим народам (на той же стадии) заключение брака считается
дело, а не двух заинтересованных сторон, с которыми часто не консультируются
все, кроме их матерей. Два человека, совершенно незнакомые друг другу, часто
таким образом обручены; они узнают, что сделка состоялась, только когда время
для женитьбы подходит. Перед свадьбой жених дарит подарки
нееврейские родственники невесты (тем, кто по материнской линии, не
отца и его родственников), которые считаются подарком взамен
для девушки.Брак по-прежнему может быть расторгнут по желанию любого из партнеров,
но среди многих племен, например, ирокезов, общественное мнение постепенно
разработан против такого разделения; когда возникают разногласия между мужем и
жены, родственные родственники обоих партнеров выступают в качестве посредников, и только если эти
усилия оказываются бесплодными, происходит ли разлука, и жена сохраняет
дети и каждый партнер могут снова жениться.

Семейство пар, само по себе слишком слабое и нестабильное, чтобы создать независимое
домашнее хозяйство необходимо или даже желательно, никоим образом не разрушает коммунистический
дом унаследовал от прежних времен.Коммунистическое ведение домашнего хозяйства, однако,
означает верховенство женщины в доме; так же как исключительное признание
родитель женского пола из-за невозможности распознать родителя мужского пола
с уверенностью означает, что женщины — матери — содержатся в
высокое уважение. Одно из самых абсурдных представлений, заимствованных из восемнадцатого века.
Просвещение состоит в том, что в начале общества женщина была рабыней мужчины.
Среди всех дикарей и всех варваров низшего и среднего звена и
определенная степень верхней ступени также, положение женщин не только свободно,
но почетно.Что касается парного брака, давайте послушаем
свидетельство Ашура Райта, много лет миссионера среди ирокезов Сенека:

Что касается их семейного устройства, когда они занимают старые длинные дома
[коммунистические домохозяйства, состоящие из нескольких семей], вероятно, что некоторые
преобладал один клан [род], женщины брали мужей, однако, из
другие кланы [роды] …. Обычно домом правила женская часть ….
магазины были общими; но горе неудачливому мужу или любовнику, который тоже был
беззаботно делать свою долю обеспечения.Неважно, сколько детей, или
какие бы товары у него ни были в доме, ему в любой момент могли приказать
возьмите его одеяло и сдвиньтесь с места; и после таких приказов это было бы нездорово
для него, чтобы попытаться ослушаться. В доме было бы слишком жарко для него; и он
должен отступить в свой род [род]; или, как это часто бывает, пойти и начать новую
супружеский союз в каком-то другом. Женщины были великой силой среди
clans [gentes], как и везде. Они не колебались, когда случались
требовалось, чтобы «сбить рога», как это формально называлось,
из головы вождя, и отправьте его обратно в ряды воинов.

[Цит. По Моргану, соч. соч., С. 464. — Ред.]

Коммунистическая семья, в которой большинство или все женщины принадлежат к одному
и один и тот же род, в то время как мужчины происходят из разных родов, является материальным
основа того превосходства женщин, которое было общим в первобытные времена,
и открытие которого является третьей большой заслугой Бахофена. В
сообщения путешественников и миссионеров, могу добавить, о том, что женщины
среди дикарей и варваров перегружены работой ничем не противоречат
что было сказано.Разделение труда между двумя полами определяется
совсем по другим причинам, нежели положением женщины в обществе. Среди народов
там, где женщинам приходится работать намного усерднее, чем мы думаем, часто
гораздо больше настоящего уважения к женщинам, чем у наших европейцев. Леди
цивилизация, окруженная ложным почтением и отчужденная от всякой настоящей работы,
бесконечно более низкое социальное положение, чем трудолюбивая женщина варварства,
которую в своем народе считали настоящей леди (леди, фрова, фрау —
хозяйка) и которая также была дамой по характеру.

Полностью ли парный брак вытеснил групповой брак в Америке?
сегодня это вопрос, который предстоит решить путем более пристального изучения народов
все еще на пике жестокости на северо-западе, особенно в
Южная Америка. Среди последних очень много случаев сексуального разрешения.
связаны, что вряд ли можно предположить, что старый групповой брак был
полностью преодолеть здесь. Во всяком случае, все его следы еще не
исчезнувший.По крайней мере, в сорока североамериканских племенах мужчина, который женится на
старшая сестра имеет право взять всех своих сестер в жены, как только
так как они достаточно взрослые — пережиток того времени, когда целая линия сестер
были общие мужья. И Бэнкрофт сообщает об индейцах Калифорнии
полуостров (верхняя стадия дикости), что у них есть определенные фестивали, когда
несколько «племен» объединяются с целью беспорядочных половых связей
половой акт. Эти «племена» явно являются родами, сохраняющими
на этих пирах смутное воспоминание о тех временах, когда женщины одного рода имели все
мужчины друг друга как их общие мужья, и наоборот.Тот же обычай
по-прежнему преобладает в Австралии. Мы находим среди некоторых народов, что пожилые мужчины,
вожди и маги-жрецы, эксплуатируют сообщество жен и
монополизировать большинство женщин для себя; на определенных фестивалях и великих
собрания людей, однако, они должны восстановить старую общину
женщин и позволяют их женам развлекаться с молодыми мужчинами. Вестермарк
( История человеческого брака , 1891, стр. 28, 29) цитирует целую серию
случаи таких периодических сатурналийских пиров, когда на короткое время старые
снова восстанавливается свобода полового акта: приводятся примеры среди
Хос, санталы, пенджи и котары в Индии, у некоторых африканских народов,
и так далее.Как ни странно, Вестермарк делает вывод, что это
пережитками не группового брака, который он полностью отвергает, а
Брачный период, который был у первобытного человека общего с другими животными.

Здесь мы подходим к четвертому великому открытию Бахофена —
широко распространенная переходная форма между групповым браком и парным. Что Бахофен
представляет собой наказание за нарушение старых божественных законов —
покаяние, которым женщина приобретает право целомудрия, — в
на самом деле только мистическое выражение покаяния, которым женщина покупает себя
из старого сообщества мужей и получает право отдаться
только один человек.Это покаяние состоит в ограниченной сдаче: вавилонский
женщинам приходилось раз в год отдавать себя в храме Милитта; Другой
народы Малой Азии на долгие годы отправляли своих девочек в храм Анайтис,
где они должны были практиковать свободную любовь с любимцами по своему выбору
прежде, чем им разрешили пожениться. Подобные обычаи в религиозной маскировке
общий почти для всех азиатских народов между Средиземным морем и Гангом.
Искупительная жертва, посредством которой женщина покупает свою свободу, становится
со временем становится все легче, как уже отмечал Бахофен:

Вместо того, чтобы повторяться ежегодно, предложение проводится один раз.
только; гетеризм матрон сменяется гетеризмом
девы; гетеризм во время брака; гетеризм до брака; сдаться
все без выбора, уступив некоторым.

(Mutterrecht, p. Xix.)

У других народов религиозная маскировка отсутствует. В некоторых случаях —
среди фракийцев, кельтов и других в классические времена многие из
коренные жители Индии, и по сей день среди малайских народов,
Жители островов Южных морей и многие американские индейцы — девочкам нравится
наибольшая сексуальная свобода до момента их замужества. Это особенно
это случается почти повсюду в Южной Америке, поскольку все, кто побывал
расстояние внутрь может свидетельствовать.Таким образом, Агассис ( Путешествие в
Бразилия
, Бостон и Нью-Йорк, 1868 г., стр. 266) рассказывает историю богатого
семья индийского происхождения: когда его представили дочери, он спросил
после ее отца, полагая, что он был мужем ее матери, которая боролась как
офицер войны против Парагвая; но мать с улыбкой ответила:
«Nao tem pai, e filha da fortuna» (У нее нет отца. Она дитя
шанс):

Так всегда здесь говорят индийские женщины или полукровки.
своих внебрачных детей.. . без интонации печали или
виноват …. Это далеко не необычный случай, что … кажется наоборот
исключение. Дети часто совершенно не знают своих родителей. Oни
знать о своей матери, ведь на нее ложится вся забота и ответственность,
но они не знают своего отца; и, похоже, это не приходит в голову
женщине, что она или ее дети имеют к нему какие-либо права.

То, что здесь цивилизованным людям кажется странным, — это просто правило согласно
по материнскому праву и в групповом браке.

Среди других народов, опять же, друзья и родственники жениха, или
гости свадьбы заявляют о своем традиционном праве на невесту на свадьбе
сам, а очередь жениха только последняя; это был обычай в
Балеарские острова и африканские племена в древние времена; это все еще
наблюдается среди Барий Абиссинии. В остальных случаях официальное лицо,
глава племени или рода, касик, шаман, священник, принц или что-то еще
он может быть вызван, представляет сообщество и пользуется правом первого
ночь с невестой.Несмотря на всю некромантическую побелку, этот jus prime
noctis [Право первой ночи. — Ред.] Еще
сохраняется сегодня как пережиток группового брака среди большинства уроженцев
Регион Аляска (Bancroft, Native Races, I, p. 8i), Таху в Северной Мексике
(Там же, с. 584) и другие народы; и, во всяком случае, в странах изначально
Кельтский, где он был передан непосредственно от группового брака, он существовал
на протяжении всего средневековья, например, в Арагоне. Пока в
Кастилии крестьяне никогда не были крепостными, в Арагоне было крепостное право самых
позорный вид вплоть до указа Фердинанда Католика в 1486 году.это
в документе указано:

Мы судим и заявляем, что вышеупомянутые лорды (сеньоры,
баронов) … когда крестьянин берет себе жену, не должен с ней спать
в первую ночь; и не должны они в первую брачную ночь, когда жена
легла в постель, перешагнула через нее и вышеупомянутая жена в знак
светлость; и вышеупомянутые лорды не могут использовать дочь или сына
крестьянин за плату или бесплатно, против своей воли.

(Цитируется в оригинальном каталонском по Сугенхайму,
Крепостное право, Петербург, 1861, с. 35)

Бахофен также совершенно прав, когда он последовательно утверждает, что
переход от того, что он называет «гетеризмом» или
«Sumpfzeugung» к моногамии произошла прежде всего благодаря
женщины. Чем больше традиционные сексуальные отношения теряли исконную первобытность
характер лесной жизни, в связи с развитием экономических условий с
последующий подрыв старого коммунизма и рост плотности населения,
тем более угнетающими и унизительными, должно быть, чувствовали себя женщины, и
тем больше их тоска по праву целомудрия, временного или постоянного
брак только с одним мужчиной как способ освобождения.Это продвижение не могло ни в каком
дело возникло с мужчинами, хотя бы потому, что никогда не приходило в голову
они и по сей день отказываются от удовольствий настоящего группового брака.
Только когда женщины осуществили переход к парному браку,
мужчины могут ввести строгую моногамию — правда, только для женщин.

Первые зачатки семейства пар появляются на разделительной линии
между дикостью и варварством; их обычно можно найти уже на
верхняя стадия дикости, но иногда не до низшей стадии
варварство.Семейная пара — это форма, характерная для варварства, поскольку группа
брак характерен для жестокости и моногамии цивилизации. Разрабатывать
кроме того, для строгой моногамии потребовались другие причины, чем те, которые мы
найдены активными до сих пор. В одиночной паре группа уже сократилась до своего
последняя единица, его двухатомная молекула: один мужчина и одна женщина. Естественный отбор,
с его прогрессивным исключением из брачного сообщества, добилась
его задача; в этом направлении ему больше нечего было делать.Если только новый,
вступили в игру социальные силы, не было причин, по которым новая форма семьи
должны возникать из единственной пары. Но эти новые силы действительно вступили в игру.

Мы покидаем Америку, классическую почву для семейных пар. Знак не позволяет
мы пришли к выводу, что здесь развивалась более высокая форма семьи или что существовала
когда-либо постоянная моногамия где-либо в Америке до ее открытия и
завоевание. Но не так в Старом Свете.

Здесь одомашнивание животных и разведение стада получили развитие.
доселе неожиданный источник богатства и создал совершенно новый социальный
связи.Вплоть до низшей стадии варварства постоянное богатство состояло из
почти исключительно дом, одежду, грубые украшения и инструменты для получения
и приготовление еды — лодки, оружие и простейшие домашние принадлежности.
Добрый. Еду приходилось добывать заново день за днем. Теперь, с их табунами лошадей,
верблюды, ослы, крупный рогатый скот, овцы, козы и свиньи, наступающие скотоводческие народы
— семиты на Евфрате и Тигре и арии на
Индийская страна пяти потоков (Пенджаб), в районе Ганга и в
тогда степи гораздо обильнее орошали Окса и Яксарта —
приобрели собственность, требующую только присмотра и самой грубой заботы
воспроизводить себя в постоянно увеличивающихся количествах и обеспечивать
обильная еда в виде молока и мяса.Все прежние средства добывания пищи
теперь отошли на второй план; охота, которая раньше была необходимостью, теперь стала
роскошь.

Но кому принадлежало это новое богатство? Изначально для рода, без
сомневаюсь. Частное владение стадами должно было появиться на раннем этапе,
тем не мение. Сложно сказать, был ли автор так называемой первой книги
Моисея считал патриарха Авраама владельцем своих стад в его собственном
по праву главы семейной общины или по праву занимаемой им должности
наследственный руководитель рода.Несомненно то, что мы не должны думать о нем как о
собственник недвижимости в современном понимании этого слова. И также несомненно, что
на пороге подлинной истории мы уже повсюду находим стада
отдельно принадлежат главам семей, как и художественные изделия
варварство — металлические орудия, предметы роскоши и, наконец, человеческое
скот — рабы.

Итак, рабство тоже было изобретено. Варвару низшей ступени,
раб был бесполезен.Отсюда и отношение американцев к побежденным врагам.
Индейцы сильно отличались от тех, кто находился на более высокой ступени. Мужчины были убиты или
приняты как братья в колено победителей; женщины были приняты как
жены или иным образом усыновленные с оставшимися в живых детьми. На этом этапе человек
рабочая сила все еще не производит сколько-нибудь значительного излишка сверх ее
эксплуатационные расходы. Это было не так после введения
животноводство, металлообработка, ткачество и, наконец, сельское хозяйство.так же, как
жены, которых раньше было так легко получить, теперь получили обмен
стоимости и были куплены, так же как и с помощью рабочей силы, особенно с тех пор, как
стада определенно стали семейным владением. Семья не размножалась так
стремительно, как скот. Для ухода за ними требовалось больше людей; для этого
Целевое использование может быть сделано из врагов, захваченных на войне, которые также могут быть
разводятся так же легко, как и сам скот.

Когда-то он перешел в частное владение семей и быстро
начав расти, это богатство нанесло серьезный удар обществу, основанному на
парный брак и матриархальный род.Парный брак принес новый
элемент в семью. Рядом с родной матерью ребенка это
поставил своего естественного и засвидетельствованного отца с лучшим подтверждением отцовства,
наверное, чем у многих «отцов» сегодня. Согласно
разделение труда в семье в то время было частью мужчины
получать необходимые для этого продукты питания и орудия труда. Он
следовательно, также владели орудиями труда, а в случае мужа и
жена рассталась, он взял их с собой, так же как она сохранила свою семью
товар.Следовательно, согласно общественным обычаям того времени, мужчина также был
владелец нового источника существования, крупного рогатого скота, а позже и нового
орудия труда, рабы. Но по обычаю того же
общества, его дети не могли унаследовать от него. Что касается наследования,
позиция была следующая:

Сначала по материнскому праву — пока, следовательно, по происхождению
числился только по женской линии — и согласно оригиналу
обычаи наследования в пределах рода, нееврейские родственники унаследовали от
умерший член своего рода.Его собственность должна была оставаться в пределах
gens. Его эффекты незначительны, они, вероятно, всегда проходили на практике.
к его ближайшим нееврейским родственникам, то есть к его кровным родственникам на
со стороны матери. Однако дети покойного не принадлежали его
gens, но их матери; именно от нее они унаследовали,
сначала вместе со своими другими кровными родственниками, позже, возможно, с правами
приоритет; они не могли унаследовать от отца, потому что не принадлежали
своему роду, в котором его собственность должна была оставаться.Когда владелец
стада погибли, поэтому его стада пойдут сначала к его братьям и сестрам и
к детям его сестры или к вопросу о сестрах его матери.
Но его собственные дети остались без наследства.

Таким образом, с одной стороны, по мере увеличения богатства
положение мужчины в семье более важно, чем положение женщины, и
с другой стороны, создали импульс использовать эту укрепленную позицию в
чтобы свергнуть в пользу своих детей традиционный порядок
наследство.Это, однако, было невозможно, пока считалось спуском.
по материнскому праву. Таким образом, материнское право пришлось ниспровергнуть, и
свергнутый был. Это было отнюдь не так сложно, как нам кажется сегодня.
Для этой революции — одной из самых решающих, когда-либо пережитых
человечества — могло произойти, не потревожив ни одного живого
члены рода. Все могло остаться, как было. Достаточно простого указа, чтобы
в будущем потомство самцов должно оставаться внутри рода,
но самку следует исключить, передав ее роду
их отец.Расчет происхождения по женской линии и матриархат
закон о наследовании был отменен, и мужская линия происхождения и
они были заменены отцовским законом о наследовании. Что касается того, как и когда
эта революция произошла среди цивилизованных народов, мы этого не знаем. Это
полностью попадает в доисторические времена. Но то, что это произошло, больше
чем достаточно доказано обильными следами материнского права, которые были
собраны, в частности, Бахофеном.Как легко это делается, видно
в целом ряде племен американских индейцев, где он только недавно
место и все еще происходит под влиянием, частично увеличивающегося
богатство и изменившийся образ жизни (переход из леса в прерию), и
отчасти из-за морального давления цивилизации и миссионеров. Из восьми
Шесть племен Миссури соблюдают мужскую линию происхождения и наследования, двое
все еще наблюдаю за самкой. У шауни, Майами и Делавэров обычай
вырос из того, что дал детям нееврейское имя отцовского рода в
чтобы передать их ему, таким образом давая им возможность унаследовать от него.

Казуистика человека врожденная! Чтобы изменить вещи, изменив
их имена! И найти лазейки для нарушения традиции при сохранении
традиция, когда прямой интерес давал достаточный импульс. (Маркс.)

Результатом стала безнадежная неразбериха, которую можно было исправить только
в определенной степени был исправлен переходом на отцовское право. «В
в общем, это кажется наиболее естественным переходом ». (Маркс).
теории, предложенные сравнительной юриспруденцией относительно способа, которым
это изменение произошло среди цивилизованных народов Старого Света —
хотя это почти чистые гипотезы, см. М.Ковалевского, Tableau des
origines et de l’evolution de la famille et de la propriete
. Стокгольм,
1890.

Свержение материнского права было всемирно-историческим поражением женщин.
секс. Этот человек также принял командование в доме; женщина была унижена и уменьшена
рабства, она стала рабом его похоти и простым инструментом для
продукция детская. Это унизительное положение женщины, особенно
бросался в глаза у греков героической и тем более классической эпохи,
постепенно смягчался и приукрашивался, а иногда облачался в более мягкие
форма; ни в каком смысле не отменен.

Установление исключительного превосходства мужских шоу
его влияние сначала в патриархальной семье, которая теперь выступает как
промежуточная форма. Его основная характеристика — не полигиния, о которой больше
позже, но «организация ряда лиц, связанных и свободных, в
семья, находящаяся под отцовской властью, с целью владения землей и для
уход за отарами и стадами …. (в семитской форме) вожди, по крайней мере, жили
в многоженстве…. Те, кого привлекали в рабство, и те, кто нанимался в качестве слуг, жили
в брачных отношениях ».

[Morgan, op. соч., стр. 474]

Его основные черты — объединение несвободных лиц и отцовства.
мощность; следовательно, идеальным типом этой формы семьи является римская. Оригинал
значение слова «семья» (familia) не является составным
сентиментальность и внутренние раздоры, составляющие идеал сегодняшнего дня.
обыватель; у римлян это сначала даже не относилось к супружеской паре
и их детям, но только рабам.Famulus означает домашний раб, и
familia — это общее количество рабов, принадлежащих одному человеку. Так поздно, как время
Гая, familia, id est patrimonium (семья, то есть вотчина,
наследство) было завещано. Термин был изобретен римлянами, чтобы
обозначают новый социальный организм, глава которого управляет женой и детьми, а
количество рабов и был наделен римской отцовской властью с правами
жизнь и смерть над ними всеми.

Таким образом, этот термин не старше, чем семейство железных.
система латинских племен, пришедших после полевого земледелия и после
узаконенное рабство, а также после разделения греков и латинян.

[Морган, соч. соч., стр. 478]

Маркс добавляет:

Современная семья заключает в себе не только рабство.
(servitus), но и крепостное право, так как оно изначально связано с
сельскохозяйственные услуги. Он содержит в миниатюре все противоречия, которые
позже распространятся на общество и его состояние.

Такая форма семьи показывает переход парной семьи к
моногамия. Чтобы убедиться в верности жены и, следовательно,
отцовства детей, она безоговорочно передается в
власть мужа; если он убьет ее, он только реализует свои права.

С патриархальной семьей мы входим в письменную историю в поле
где сравнительное правоведение может оказать ценную помощь. И это на самом деле
принес важный прогресс в наших знаниях. Мы обязаны Максиму Ковалевскому
( Tableau etc. de la mine et de propriete , Stockholm, 1890, pp.
60-100), доказательство того, что патриархальная домашняя община, как мы все еще находим
это сегодня среди сербов и булгар под названием задруга (что может
грубо переводится как «узы дружбы») или братство (братство), а в
видоизмененная форма у народов Востока, образовавшая переходный этап между
матриархальная семья, возникшая из группового брака и единственная семья
современный мир.Для цивилизованных народов Старого Света, для арийцев
и семиты, во всяком случае, это, кажется, установлено.

Южно-славянская задруга — лучший пример такой семьи.
сообщество все еще существует. Он состоит из нескольких поколений
потомки одного отца вместе со своими женами, которые все вместе живут в
одна усадьба, совместно обрабатывают свои поля, кормятся и одеваются
из обыкновенного капитала и совместно обладают излишками своего труда.В
община находится под высшим руководством главы дома (domacin),
который выступает его представителем за пределами страны, имеет право продавать второстепенные объекты,
и контролирует фонды, для которых при обычной организации бизнеса
он несет ответственность. Он избран, и совсем не обязательно, чтобы он
быть самым старым в сообществе. Женщины и их работа под контролем
хозяйки дома (domacica), которая обычно является женой
домачин.У нее также есть важный и часто решающий голос при выборе
мужья для девочек. Однако верховная власть принадлежит семейному совету,
собрание всех взрослых членов семьи, как женщин, так и мужчин.
Этому собранию хозяин дома дает отчет; требуется все
важные решения, осуществляет юрисдикцию над участниками, принимает решения о продажах
и покупки любой важности, особенно земли и так далее.

Только в течение последних десяти лет такая замечательная семья
доказано, что общины все еще существуют в России; сейчас
общепризнано, что они так же прочно укоренились в обычаях
Русский народ как община или сельская община.Они появляются в старейших
Русский свод законов, Правда Ярослава, под тем же названием, что и в
Далматинские законы (vervj), и ссылки на них также можно найти в польском и
Чешские исторические источники.

Среди немцев также, по словам Хейслера ( Institutionen des
deutschen Rechts
), экономическая единица изначально не была отдельной семьей
в современном понимании, но «домашнее сообщество», состоящее из
несколько поколений или несколько отдельных семей, и достаточно часто
несвободные тоже.Считается, что римская семья
произошли от этого типа, и, следовательно, абсолютная власть отца
дом, и полное отсутствие прав у других членов
родственники по отношению к нему в последнее время подвергались серьезным допросам. это
предположили, что подобные семейные общины существовали и у кельтов в
Ирландия; во Франции под названием парконрии сохранились в Ниверне.
до Французской революции, а во Франш-Конте они не полностью
вымерли даже сегодня [1884].В районе Louhans (Saone et Loire) большой
можно увидеть крестьянские дома, в которых живут несколько поколений одинаковых
семья; в доме есть высокий общий холл, доходящий до крыши, и окружающий
это спальные комнаты, к которым ведет лестница из шести или восьми ступенек.

В Индии домашнее сообщество с общей обработкой земли
уже упомянутый Неархом во времена Александра Великого, и до сих пор
существует сегодня в том же регионе, в Пенджабе и на всем северо-западе
Индия.Ковалевский сам смог доказать его существование на Кавказе. В
Алжир сохранился среди кабилов. Предполагается, что это произошло даже в
Америка, и кальпуллис, который описывает Зурита в старой Мексике, были
отождествлялся с ним; с другой стороны, Кунов достаточно четко доказал (в
journal Ausland , 1890, №№ 42-44), что в Перу во время
завоевание существовала форма конституции, основанная на знаках (как ни странно
достаточно, марки), с периодическим отводом пашни и, следовательно, с
индивидуальная обработка почвы.В любом случае патриархальная бытовая община с
общая собственность и совместная обработка земли теперь полностью переходят в
другое значение, чем раньше. Мы больше не можем сомневаться в важной части
это играло роль переходной формы между матриархальной семьей и единой
семья, среди цивилизованных и других народов Старого Света. Позже мы будем
вернемся к дальнейшему выводу Ковалевского о том, что это был также
переходная форма, из которой развилась деревня, или знак, община с
индивидуальная обработка почвы и отвод, сначала периодический, а затем постоянный,
пашня и пастбища.

Что касается семейной жизни в этих общинах, необходимо соблюдать
что во всяком случае в России хозяин дома имеет репутацию
жестоко злоупотребляя своим положением по отношению к молодым женщинам общины,
особенно его невестки, которых он часто превращает в свой гарем; в
Русские народные песни многое говорят об этом.

Прежде чем мы перейдем к моногамии, которая быстро развивалась после свержения
Мать-правильно, несколько слов о многоженстве и многомужестве.Обе формы могут быть только
исключения, исторические предметы роскоши, если они не встречаются рядом
стороны в той же стране, что, конечно, не так. Как мужчины
исключенные из многоженства не могут утешиться женщинами, оставшимися от
полиандрия, и по-прежнему, независимо от социальных институтов, количество
мужчины и женщины были примерно равны, это, очевидно, невозможно ни для одного из
эти формы брака должны быть возведены в общую форму. Многоженство на
часть одного человека, на самом деле, очевидно, была продуктом рабства и
ограничивается несколькими людьми на исключительных должностях.В семитской патриархальной
семьи только сам патриарх и самое большее несколько его сыновей
жил в многоженстве; остальным пришлось довольствоваться одной женой. Это все еще
держится на всем Востоке; многоженство — это привилегия
богатых и знатных, женщин вербовали главным образом через покупку
как рабы; массы людей живут в моногамии.

Аналогичным исключением является полиандрия Индии и Тибета, происхождение которой
в групповом браке требует более внимательного изучения и непременно докажет
интересный.На практике это кажется намного проще, чем ревнивый
гаремы мусульман. Во всяком случае, среди наиров в Индии, где три
или у четырех мужчин общая жена, каждый из них может иметь вторую жену в
общий с еще тремя или более мужчинами, а также третий, четвертый и
скоро. Удивительно, что МакЛеннан не обнаружил в этих брачных клубах,
к нескольким из которых мог принадлежать один и которые он сам описывает, новый
класс клубного брака! Однако система брачных клубов нереальна.
вообще многомужество; напротив, как уже указывал Жиро-Тёлон,
это специализированная форма группового брака; мужчины живут в многоженстве, женщины в
многомужество.


Глава II (Часть II) | Глава II (Часть IV)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.