Психиатрия патология мышления: 6.2. Расстройства мышления. Психиатрия: конспект лекций

Патология мышления — Raptus.ru — Психиатрия. Творчество душевнобольных.

проф. Владимир Антонович Точилов
Санкт-Петербургская медицинская Академия им. И.И. Мечникова

Познавательный процесс у человека шел следующими путями: если обратиться к психологии: сначала было ощущение, которое непосредственно давало информацию о каких-то признаках, предметах внешнего мира, потом мы поднялись на более высокую ступень и обратились к восприятию, в процессе которого мы “ схватывали” образ в целом (конечно в ущерб некоторым его сторонам).

Затем следовало представление — это воспоминание о воспринятом, причем образ вызывается в своем сознании. Этот образ имел еще меньше признаков, особенностей, которые характеризовали бы отдельный предмет или вещь. Это все то, что касается сферы восприятия. Теперь мы подвинулись дальше: имеем представление. Но мы живем не ими одними, мы оперируем понятиями, которые выражаются словом. Понятие слова выражает нечто характерное для предмета, не описывая его особенностей. Например, мы говорим “телевизор”. Там нет его величины по диагонали, цветной или черно-белый, но всем разу понятно: телевизор и все тут. Мы образовали такое понятие путем слияние слов теле — передача и vision — смотрю.

Вот это “понятие” — начало процесса мышления, кирпичик. Но оперируя одними понятиями, сложно иметь представление о том, с чем ты встречаешься. Поэтому следующая ступень — суждение. Телевизор новый, японский , SONY — это уже сужение, единица мысли. Самое простое суждение — однозначное — утверждение или отрицание: плохой — хороший. А в дальнейшем путем оперирования на еще более высокую ступень — умозаключения. Пример: исследуя пациента врач приходит к понятию что у него существует сердце, печень, легкие и т.д. но этого мало. Врач приходит к выводу что в сердце есть шумы — это суждение. А сопоставление суждений — диагноз — это будет умозаключение.

Вот так вот идет процесс мышления. Мышление — отражение непосредственно не только предметов и явлений, но связей между ними. Это более высокая ступень. Можно предложить другое определение. Представим себе судебное заседание. Выступают свидетели — пусть они будут ощущения, тогда как мышление — строгий судья, который проверяет правильность свидетельских показаний.

Мышление идет по пути ассоциации. Ассоциации — способность устанавливать связи между чем-то. Ассоциации могут быть логические, поверхностные.

Мышление, формы: конкретное, образное, абстрактное.

Мышление, функции: сравнение, конкретизация, абстрагирование, анализирование, синтез.

Мышление, методы: индукция, дедукция и т.д.

В процессе мышления мы абсолютно не всегда приходим к правильным выводам (например, раньше считали что солнце двигается вокруг Земли). Критерием истины является практика. Мышление появляется в речи, которая является средством связи между людьми; по речи мы судим о мышлении.

ПАТОЛОГИЯ МЫШЛЕНИЯ.

Из сказанного выше понятно что существует как минимум 2 больших процесса мышления: процесс мышления (то есть как человек мыслит) и результат мышления (к каким выводам человек приходит).

Патология процесса мышления. Это очень важно в диагностическом и дифференциально-диагностическом отношениях, в выборе терапии в прогнозе. Важно сидеть и уметь слушать, как говорят больные.

Делится на 2 большие части:

1. Патология количественная (темпа мышления):

• ускоренное мышление. Характерно для маниакальных состояний. Человек говорит много, он на подъеме, в движении, оживленно жестикулирует, у него оживлена мимика и льется речь. Говорит он, как правило, монологом и без истощения, при этом часто отвлекается и быстро переключается с одной темы на другую, причем это зависит от характера ассоциаций, которые именно для этих больных всегда в них присутствуют. Это ассоциации поверхностные, легковесные. Например, по созвучию (практически 100% маниакальных больных без труда пишу стихи, так как им удается легко подобрать рифму: козы — морозы — дозы — березы и т.д.). Но ассоциации поверхностные, поэтому как больной вглубь темы не уходит. Точно также обстоит дело с легковесными ассоциациями (то есть по сходству). Например: соль — сахар — соль — все, похоже, по цвету; или по смежности: заговорил о матери, а переключился на отца, брата — так как смежные люди (родственные отношения). Могут быть ассоциации облегченные по контрасту: говорят о черном и переключился на белое, или же начал о хорошем и перешел на плохое. И так говорят, говорят, говорят …. . все что попадает в поле зрения больного тут е становится темой для разговора.

• Замедленное мышление — бывает у депрессивных больных. Действительно, все противоположно: ассоциаций мало, мысли короткие, еле цепляются одна за другую, при этом окрашены в черный цвет. Ни о чем хорошем не думается.

2. Качественные расстройства мышления, 2 группы расстройств:

• мышление бессвязное

• мышление атактическое (инакомыслие)

Откуда берет свой путь бессвязное мышление? Так вот когда нарушается ассоциативный путь.

• Бессвязное мышление — астеническое — часто у тяжелых соматических больных. Не довести мысль до конца, так как нет силы. В психиатрической практике встречается реже. Что же оно из себя представляет? Мышление становится рыхлым, мысли не доходят до конца. С одной стороны может наблюдаться ускорение мышления — больные говорят много и быстро, но при этом они отвлекаются и отвлекшись начинают повторять все сначала — так называемые персеверации. Наблюдается утрата ведущего представления. В своей наиболее выраженной форме астеническое мышление проявляется в виде аментивного мышления (аменция — острое бессмыслие). Очень тяжелое состояние помрачненного сознания, которое сопровождает тяжелые соматические и инфекционные заболевания. Человек дезориентирован во времени, месте и себе самом; с ним невозможно войти в контакт. Речь представляет набор слов, зачастую не связанных между собой. Атактическое мышление: в этом случае наблюдается искажение уровня обобщений. Искажаются сами понятия, неправильно формируются суждения. В слова вливаются другой смысл, на ходу больной продуцирует новые слова (неологизмы). А при построении мышления они пользуются второстепенными признаками предметов. Логика есть, но она нарушена — паралогика. Вся группа атактического мышления характерна для шизофрении. Симулировать такое мышление невозможно. Разновидности атактического мышления: а. Резонерское мышление — это бесцельное, пустое рассуждательство, зачастую высоконаучно, по-умному, по-научному. А если свести все вместе и задуматься, то становится непонятно о чем же человек говорит. Вроде бы и ни о чем. Долго и бесцельно. Еще называют бесплодным мудрствованием. Наблюдается на ранних этапах шизофрении, так как на поздних этапах наблюдается собственно атактическое или разорванное мышление. Б. разорванное мышление. Сохраняется грамматический строй предложения, а вот смысл непонятен. Пример “Доктор, а заболел налево” или “ Я чувствую себя шоколадно” (на самом деле больного лечили электрошоком, и он чувствует себя хорошо (ладно): шок — о — ладно). Таким образом, в слова вкладывается другой смысл. В. Шизофрения в исходе шизофрении. Бессвязный набор слов (словесный салат). Несколько похожа на аментивое мышление, но нет нарушения сознания.

• Также выделяют обстоятельное мышление. Наблюдается при органических заболеваниях головного мозга, эпилепсии. Характеризуется инертностью (человек застревает на деталях), утрачивается способность отличать главное от второстепенного. Переключить очень сложно (лабиринтное мышление).

Патологические идеи (патология результата мышления).

1. Навязчивые идеи

2. Сверхценные идеи

3. Бредовые идеи

Навязчивые идеи. Возникают в сознании человека с чувством насильственности и ненужности; человек понимает болезненность их. Обязательным компонентом является борьба, человек хочет от них отвязаться. Но на то они и навязчивые, что с ними справиться, и они всегда побеждают. Человек вынужден становится рабом этих идей. Пример: человек вышел на улицу и вдруг мысль: А закрыл ли я дверь? И хотя человек прекрасно помнит что дверь закрыта идеи эти настолько сильны что они вынужден подняться наверх и проверить замок двери.

Условия возникновения навязчивых идей — особый склад личности — тревожно-мнительный. Жизнь для такого человека это сущий ад, поскольку каждое новое дело или работа представляет собой новый сильный стресс.

По содержанию выделяют:

• индифферентные (навязчивый счет окон в домах, людей на экскалаторе и т.д.)

• фобии (навязчивые страхи) — человек чего-то боится (страх темноты, страх закрытых пространств и т.д.). Страх проявляется в вегетативных расстройствах. Особое место занимают страхи ипохондрического характера, например, AIDS- фобия, канцерофобия и т.д.

• навязчивые действия — часто связаны с фобиями. Пример — страх загрязнения (дверь закрывается не за ручку, а за косяк) — мизофобия, ей страда В.В. Маяковский (имел в кармане прорезиненный мешочек с тряпочкой с антисептиком, где он обрабатывал руку после рукопожатия). И вот таких вот ритуалов может быть крайне много. Это характерно для абсессивного невроза.

Сверхценные идеи.

Представляют из себя идеи возникающие на какой-то реальной основе, но в силу своей эмоциональной зараженности становятся главенствующими в психике. Критике к ней нет, в отличие от навязчивых идей.
Пример: женщина обнаружила у себя уплотнение в молочной желез. Ей предложили операцию, на операции — киста. Сделали секторальную резекцию. Очнувшись после наркоза он видит что грудь на месте и у нее рождается сверхценная идея — неоперабельный рак. Разрезали и зашили. Переубедить ее невозможно больная со своими просьбами прооперировать снова, назначить
химио- и лучевую терапию добирается до самых высоких инстанций. Но ведь она же здорова, но ни один врач переубедить ее не в состоянии, а лишь становится при этом его личным и злейшим врагом.
Еще одно отличие от навязчивых идей — это мягкость — стеничная, ригидная, целенаправленная. И в дальнейшем идея эта проводится через всю жизни. Это не патология, а пограничное расстройство. Могут быть идеи реформаторства, изобретательства, переустройства общества и т.д.

Бредовые идеи.
Ложные суждения и умозаключения, которые не основаны ни на чем реальном, а основаны на болезненных причинах. Бредовые идеи не поддаются коррекции. В силу этого человек становится в особые отношения с обществом, он не может жить, так как раньше; меняются его убеждения, часто входит в противоречие с окружающим. В семье появляется новый и чуждый пришелец вместо родного и милого человека. Содержанием бреда может быть все что угодно. За последние 10 лет бредовые идеи приобрели новое содержание.
Раньше все было проще: если вредят то соседи, КГБ, ЦРУ, ЦК КПСС; а сейчас вредит мафия, инопланетяне, экстрасенсы, маги, колдуны. Расцветают религиозный бред, а 10 лет назад считался архаическим не только у нас и за рубежом. То есть за последнее время общество наше регрессировало на много лет назад. Ф.И.Случевский назвал их “Психозы перестройки”.
Содержание бреда в большинстве своем не влияет ни на прогноз, ни на план терапии. В основном содержание бреда отражает общий интеллектуальный уровень больного и ситуацию в которой он живет.

Бредовые идеи (по структуре):
Бред преследования (персекуторный бред) — что-то случится, что-то произойдет.
Бред воздействия (психического и физического) — биополя,телемосты, биогенераторы.
Бред особого значения — все происходит не случайно, все имеет свой особый смысл.
Бред ревности.
Бред величия — наступает некоторая эйфоричность: я человек не такой, как все, а самый умный красивый, богатый, и т.д. характерен для поздних этапов заболевания.
Депрессивный бред — бред бесперспективности, малоценности, виновности.
Человека начинает копаться в своей жизни. Выход здесь один: покончить с собой.

Бредовые идеи (по степени систематизации):
1. систематизированные
1. несистематизированные

Также выделяют первичный бред — просто ошибка суждения, это просто бред в чистом виде, которые возникает “ на ровном месте”, а также бред вторичный — содержание бреда черпается из галлюцинаций, из расстройств настроения и т.д. таким образом, подводя итог лекции следует отличить, что понимание процессов патологии мышления имеет большое значение в общей психопатологии, а также неоценимо для диагностики и дифференциальной диагностики
психических заболеваний.

Общая психопатология | Обучение | РОП


Нарушения мышления подразделяют на две основные группы расстройств:

  • формальные расстройства мышления (расстройства ассоциативного процесса) — нарушение хода, формы рассуждений. Условно можно выделить нарушения темпа, глубины, последовательности, гибкости, критичности и самостоятельности мышления;
  • патологические суждения — нарушение содержания мышления, ошибочные (несоответствующие реальности или неправильно оцениваемые) суждения и умозаключения. Сюда относят: бредовые и сверхценные идеи, навязчивые явления.

Разделять форму и содержание мышления при его анализе предложил Аристотель. Основная задача созданной им науки — логики (формальной или классической логики) — отделение правильных способов рассуждения от неправильных. При этом формальная логика исходит из принципа, что правильность рассуждения зависит только от его логической формы, а не от содержания. Так же и в психопатологии при анализе особенностей мышления обращают внимание на протекание ассоциативного процесса, непосредственное содержание рассуждений в этих случаях не имеет существенного значения. Формальные расстройства мышления имеют важное диагностическое значение, так как в значительной степени могут отражать изменения в деятельности головного мозга.

Расстройства, которые относят к патологии суждений, также имеют в своей основе те или иные нарушения протекания мыслительного процесса, но основой диагностики этих симптомов является несоответствие между суждениями пациента и реальностью и то, как оно отражается на функционировании.

Оценивая характеристики процесса (формы) мышления, выделяют следующие качества:

  • Быстрота (темп) мышления.
  • Глубина — степень проникновения в сущность явления, т.е. характеристика процесса обобщения.
  • Последовательность — взаимосвязанность, доказательность, обоснованность хода рассуждений.
  • Гибкость — способность изменять намеченный план действий, когда это необходимо.
  • Критичность — способность правильно оценивать свое понимание ситуации, сопоставлять объективную реальность и свои субъективные представления о ней.

Патология мышления — Психиатрия — статьи, больницы

     Мышление – это форма познавательной деятельности, II ступень познания (логическая). Это обобщенное, опосредованное отражение действительности в ее закономерных и наиболее существенных связях и отношениях.

     Благодаря мышлению познавательные способности человека расширяются, он познает сущность предметов.

     У здорового человека мышление опирается на ощущение ,восприятие и представление, оно также тесно связано с практикой (без нее оно становится нелогичным). Мышление тесно связано с речью, поэтому, когда оценивают речь, обращают внимание на:

1). Содержательность речи

2). Ее понятность

3). Выразительность речи

4). Воздейственность речи.

Расстройства мышления

 

I. НАРУШЕНИЯ ФОРМЫ МЫШЛЕНИЯ:

1). Искажение процессов обобщения:

а). Символика – замена 1 понятия другим, которое становится символом первого). Символические мысли часто сопровождаются соответствующими рисунками и речью.

б). Неологизмы – новые слова, которые больные придумали. Может быть даже свой язык – криптолалия.

2). Нарушение динамики мыслительной деятельности (непоследовательность суждений или инертность мышления):

а). Возбужденность мышления – больные быстро и громко говорят, сыплют остротами и образными выражениями, сочиняют экспромтом стихи, но при этом перескакивая с 1 темы на другую (как ребенок), отвлекаются на случайные раздражители.

   При этом преобладают внешние ассоциации (а не смысловые, как в норме):

— ассоциации по созвучию (запор-топор),

— ассоциации по контрасту (запор-понос),

— ассоциации по смежности (называют рядом расположенные предметы).

    У данных  больных характерна необычайная откровенность.

б). Скачка идей (маниакальная бессвязность мышления) – мысли вихрем проносятся в голове (язык за ними не поспевает – поэтому речь бессвязная),

в). Заторможенность мышления – больные говорят медленно, тихо, с трудом подбирая слова (олигофазия). Крайняя степень – мутизм (молчание).

г). Вязкость мышления (патологическая состоятельность, лабиринтное мышление) – больные застревают на незначительных деталях, характерна непродуктивная многоречивость.

д). Персеверация мышления – “топтание на месте”.

3). Нарушение целенаправленности мышления:

— особенно характерно для шизофрении.

а). Резонёрство (смысловая опухоль, болезненное мудрствование) – рассуждения ради рассуждения: длинные, не приводящие к раскрытию мысли.

б). Разорванность мышления (шизофреническая бессвязность) – возникает на фоне неизмененного сознания: речь грамматически правильна, но непонятна, т.к. сочетается несочетаемое (“я еду верхом на доме”) – это носит название шизофазия. Другой вариант – когда слова бессвязны.

в). Соскальзывание мыслей – может быть компонентом разорванности мышления. Больной начинает говорить нормально, а затем вдруг “соскальзывает” на другую тему.

г). Насильственное мышление – мысли становятся неуправляемыми (как бы чужими). Бывает 2 видов:

Ментизм (насильственный наплыв мыслей),

Шперрунг (мысли как будто пропадают). Часто возникает при синдроме Кандинского–Клерамбо.

 

II. НАРУШЕНИЕ СОДЕРЖАНИЯ МЫШЛЕНИЯ:

1). Бредовые идеи:

    Это признак психоза – относительно стойкие, то более, то менее нелепые абсурдные идеи, которые возникают на фоне болезненно измененной психики. Носят ошибочный характер, не поддаются коррекции и не соответствуют социально-культурным установкам человека. Нужно дифференцировать от религиозных убеждений и суеверий.

     По степени систематизации бредовые идеи делят на:

— систематизированные (чаще при хронической патологии),

— несистематизированные (при острой патологии) – носят непоследовательный характер, обоснование может отсутствовать. Сопровождается яркими эмоциональными расстройствами.

а).  Бредовые идеи преследования (персекуторный бред):

бред отношения (больной считает, что все вокруг говорят о нем),

бред особого символического значения,

бред инсценировки (интерметаморфоз – считают, что вокруг него идет спектакль),

собственно бред преследования,

бред физического уничтожения,

бред воровства, материального ущерба,

бред сексуального превращения (в противоположный пол),

бред превращения в животное (зооантропия),

бред воздействия – его разновидности: бред овладения (больной считает, что в него “вселились”), бред порчи, колдовства и сглаза, бред раскрытости (бывает внешний – за больным постоянно наблюдают со стороны, и внутренний – кто-то читает мысли больного).

б). Бредовые идеи величия (мегаломанический, экспансивный бред):

обычно возникает на фоне повышенного настроения.

— бред сексуального могущества,

— бред физического могущества, 

— эротический бред (“я самая красивая”),

— бред иностранного происхождения,

— бред богатства,

— бред изобретательства,

— бред реформаторства,

— бред мессианства (больной считает, что ему поручено спасти мир).

в). Депрессивный бред:

возникает на фоне пониженного настроения:

— бред самообвинения (греховности) — может сопровождаться бредом гибели мира, гибели близких.

— бред мучительного бессмертия,

— нигилистический бред (считают, что у них внутри все сгнило),

— ипохондрический бред (ошибочно считают, что серьезно больны),

   Разновидность ипохондрического бреда – бред физического недостатка, неприятного для окружающих (дисморфоманический бред): он чаще встречается у подростков и сопровождается следующими симптомами: дисморфоманический бред, бред отношений, плохое настроение, стремление избавиться от мнимого недостатка, симптом зеркала (подолгу смотрят или наоборот, завешивают зеркало чем-либо). 

2). Сверхценные идеи:

    Содержание сверхценных идей – так же многообразно, как и бредовых, но отличаются от бредовых идей 2-мя признаками:

— правдоподобное содержание,

— обычно связаны с каким-либо важным переживанием.

3). Бредоподобные фантазии:

так же разнообразны, как и бредовые идеи, но в отличие от них нет убежденности в своей правоте.   
    Манера изложения мыслей – по нарастающей (история обрастает все более небывалыми подробностями). Для бредоподобных фантазий характерно:

— необычайная стойкость,

— оторванность от реальности,

— причудливость содержания,

— дезадаптация.

Виды патологический фантазий у детей:

а). Игровое перевоплощение,

б). Стереотипные игры,

в). Синдром образного фантазирования (чаще в дошкольном и младшем школьном возрасте) – может быть вплоть до садизма.

г). Фантазирование познавательного характера – выражается в рисовании схем, несуществующих карт.

д). Синдром самооговоров (ребенок наговаривает на себя).

4). Навязчивые идеи (состояния):

— это явления, которые возникают против желания больного. Больной борется с ними, но они наплывают все сильнее.

 

    Отличия навязчивых идей от бредовых:

— больные понимают, что это патология,

— пытаются противостоять этим состояниям.

   Отличия навязчивых идей от насильственных мыслей: мысли воспринимаются не как чужие, а как свои.

   Виды навязчивых состояний:

1). Навязчивые мысли (идеи)

2). Навязчивый счет

3). Навязчивые сомнения

4). Навязчивые воспоминания (обычно о неприятном)

5). Навязчивые страхи

6). Навязчивые влечения (чаще неприятные для человека). Сюда же относят контрастные навязчивости (оскорбляющие нравственность самого человека).

7). Навязчивые действия

8). Ритуалы

ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Расстройства мышления››


Разорванность мышления является, по мнению большинства исследователей, одним из наиболее типичных для шизофрении расстройств его. Есть, однако, и иная точка зрения. Так, К. Schneider (1962) считал разорванность малодифференцированным признаком и не относил ее к симптомам I ранга при шизофрении. Разорванность или крайне трудно дифференцируемые с ней расстройства мышления иногда обнаруживаются при органических поражениях головного мозга.


Для обозначения этого типа расстройств мышления пользуются также термином «бессвязность», однако понятие бессвязности применяется в отношении расстройств мышления другого генеза — говорят о бессвязности маниакальной, аментивной. Поэтому предпочтительнее использовать термин «разорванность», традиционно принятый в психиатрии со времен Е. Kraepelin. В равной мере нельзя считать удачным обозначение высокой степени разорванности термином «инкогеррентность», который, как правило, определяет состояние мышления при аменции.


Разорванность относится к наиболее выраженным расстройствам мышления при шизофрении. Клинически она проявляется в неправильном, необычно-парадоксальном сочетании представлений. Отдельные понятия вне всякой логической связи нанизываются друг на друга, мысли текут вразброд. Разорванность мышления отражается в речи, поэтому говорят и о речевой разорванности. Разорванная речь лишена содержания, хотя вследствие сохранения грамматических связей между отдельными элементами фраз кажется внешне упорядоченной. Поэтому разорванность определяется как семантическая диссоциация при известной сохранности синтаксической стороны речи. Грамматический строй речи нарушается в тех случаях, когда разорванность достигает крайней степени выраженности, при этом страдает и логическое построение речи, и ее синтаксическая структура.


К. Займов (1961) писал о возможности выделения показателя степени разорванности, определяемой количеством смысловых разрывов на 100 слов.


Сохранность синтаксической формы речи не дает, однако, оснований говорить об отсутствии грамматических расстройств вообще. Страдает фонетическая сторона речи — замена звуков, появление неправильных ударений, искажение интонаций, модуляций голоса (все это нередко воспринимается как проявление манерности). К грамматическим нарушениям речи при разорванности надо отнести и деструкцию слов, появление неологизмов. На фоне нарастающей фрагментарности речи появляются нелепые искажения обычных слов, бессмысленные словообразования, конгломераты обломков слов: «капитаран», «будздарет», «рупталь», «трамволь». В известной мере такого рода неологизмы, чаще всего бессистемные и лишенные смыслового значения, внешне напоминают литеральные парафазии у больных с моторной и сенсорной афазией, однако существуют четкие различия, помогающие правильно квалифицировать эти речевые расстройства. Такого рода пассивные (в понимании J. Seglas, 1892) неологизмы отличаются большой нестойкостью, вариабельностью.


К. Kleist (1914, 1923, 1925, 1934, 1959) сближал расстройства речи при шизофрении с явлениями моторной и сенсорной афазии, а неологизмы — с парафазиями. Так, при кататонических состояниях К. Kleist чаще всего находил обеднение запаса слов, аграмматизм, характерный для лобной локализации поражения. При параноидной шизофрении автор наблюдал преимущественно парафатические расстройства, напоминающие литеральные парафазии, проявления височного параграмматизма, патологическое словообразование, напоминающее сенсорную афазию. Явления жаргон-афазии, наблюдающиеся при резко выраженной сенсорной афазии, он идентифицировал с шизофазией. Это, очевидно, сыграло известную роль в возникновении утверждения Ф. И. Случевского (1975) об органически-церебральном генезе шизофазии. Психоморфологические воззрения К. Kleist особенно отразились в попытке связать паралогию, которую он рассматривал как очаговый симптом, с поражением области коры большого мозга на стыке затылочной и височной долей слева.


Н. П. Татаренко (1938) собрала большой клинический материал о нарушении употребления и новообразованиях слов при шизофрении. Она описывает фонетическую и семантическую замену слов, сгущение и неправильное образование их, простое искажение. Автор указывала, что существует лишь формальное сходство этих, афазиеподобных, по ее определению, расстройств речи у больных шизофренией с парафатическими и афатическими расстройствами. М. С. Лебединский (1938) четко разграничил с помощью клинико-психологических критериев шизофренические и афатические расстройства речи.


В отличие от литеральных парафазии расстройства речи при шизофрении не зависят от ситуации речевого общения, речь больных лишена целенаправленности. При афазии больной стремится заменить искаженное слово правильным, своей мимикой он обращает внимание собеседника на допускаемые им в речи ошибки и трудность, невозможность для него их исправления. Элементы афатической речи, несмотря на их дефектность, подчинены смысловой задаче, тогда как разорванная речь больного шизофренией демонстрирует преобладание формальной стороны слова, его фонетической структуры при наличии выраженной недостаточности смысловой, семантической стороны речи.


Диагностически важным является то обстоятельство, что разорванность мышления проявляется у больных даже при отсутствии собеседника, при ничем извне не вызываемой спонтанной речи (симптом монолога).


Разорванность обычно отражает остроту течения шизофренического процесса. В начале заболевания она отмечается при наличии общего психомоторного возбуждения. По мере нарастания психического дефекта разорванность также претерпевает изменения — речь становится более фрагментарной, в ней выявляются и приобретают все большее значение стереотипии.


Особенно легко разорванность выявляется в письменной речи больных. Очевидно, это объясняется тем, что письменная речь является более сложным образованием (в ее осуществлении участвует большее количество звеньев функциональной системы речи) и относительно позже приобретаемой в онтогенезе формой речевого общения. Нередко разорванность в письме сопровождается симптомами нарушения моторного компонента письма, обращают на себя внимание витиеватая манерность почерка, склонность больного к довольно стереотипным украшениям, завитушкам, какое-то особое тонирование элементов букв. Так, буква исполняется без нажима, тонкими линиями, а отдельные ее компоненты удваиваются параллельными линиями и т. п.


Разорванность не является стабильным симптомом. Степень ее выраженности у больного может меняться, и без лечения она может исчезать при спонтанной ремиссии. Еще более явной стала ее обратимость в связи с применением в психиатрической практике нейролептических средств. Курабельность разорванности под влиянием этих препаратов подтверждает мнение о том, что этот вид патологии мышления не обусловлен, как думали раньше, органически-деструктивными изменениями.


Приводим пример разорванности мышления.


«Ей-богу, убью первого озверелого бандита святого Владимира из Киевского монастыря и, ей-богу, убью озверетого бандита священника Николая из города Чебоксарского собора. Христа ради, прекратите насмерть отравлять меня, будущего святого Василия Ананьевича Кафтанника (имя, отчество и фамилия не принадлежат больному!) со своей будущей семьей Александр, Варвара и Екатерина и четыре из детдома как Мокеев Михаил Егорович регент русского хора наизусть на четырех голосах этих вышеуказанных озверелых святых бандитов Владимира и Николая живьем сжечь миллиард святых крестов» (далее три страницы заполнены крестиками).


Здесь помимо разорванности отмечается и стереотипное повторение отдельных выражений, оборотов, представлений.


По степени выраженности разорванность также не является однородным психопатологическим феноменом. Начальные проявления разорванности мы видим в соскальзывании мысли, проявляющемся при переходах от одного представления к другому вне естественных логических связей. При нерезкой выраженности расстройств мышления соскальзывания носят эпизодический характер и обнаруживаются на фоне формально правильных суждений. Так, больная шизофренией в письме задает целый ряд вопросов, совершенно оторванных от реальной ситуации и резонерских по своей постановке, отражающих совершенно необъяснимый переход от одного понятия к другому:


«Кто я? Кто ты? Кто они? Кто мы? Что такое счастье? Почему растет трава? Зачем нужно солнце? Где находится луна? Почему она жидкая? Я хотела сказать — вода. Спаси меня, пожалуйста, если ты знаешь, что такое вечность. Что бы еще такое спросить?»


Крайняя степень разорванности обычно определяется как «словесный салат» («словесная окрошка»), речь при этом состоит из совершенно бессмысленного набора ничем не связанных слов и стереотипии. Неправомерно отождествление «словесной окрошки» с шизофазией.


Шизофазия — своеобразное проявление мыслительно-речевых расстройств при шизофрении, близкое к разорванности. Ее феноменологическое и клинико-нозологическое положение до сих пор остается дискуссионным. Е. Kraepelin (1913) считал, что шизофазия — особая форма шизофрении, при которой речевая бессвязность, разорванность и совершенно непонятная речь контрастируют с упорядоченностью, известной доступностью и относительной интеллектуальной и аффективной сохранностью больных, их несколько лучшей, чем при других формах заболевания, работоспособностью. Характерны повышенная речевая активность, «речевой напор», «наплыв слов». Еще более выражен, чем при разорванности, симптом монолога, характеризующийся поистине речевой неистощимостью и совершенным отсутствием потребности в собеседнике. Нередко монолог возникает даже без предшествующей обращенной к больному речи собеседника. Симптом монолога обычно рассматривается как проявление аутистической позиции больного шизофренией, утрачивающего всякую потребность в общении с окружающими. Ф. И. Случевский (1975) подчеркивает, что многоречивость больных шизофазией не зависит от степени общего психомоторного возбуждения. Описаны единичные случаи своеобразного проявления шизофазии только в письме (шизография). Так же, как и разорванность, шизофазия часто обнаруживается в письменной речи раньше, чем в устной.


М. О. Гуревич (1949), придерживаясь в основном концепции Е. Kraepelin о шизофазии как о редкой, недостаточно еще изученной форме шизофрении, в то же время отмечает возможность ее развития в хронической стадии шизофрении, когда она сменяет другие синдромы, чаще кататонические. М. Ш. Вроно (1959) рассматривает шизофазию как вариант течения параноидной шизофрении, тогда как разорванность, по его мнению, является признаком кататонического расстройства мышления.


Представляется наиболее аргументированной точка зрения А. С. Кронфельда (1940), считавшего, что разорванность и шизофазию сближает наличие так называемого динамического компонента (психомоторно-кататонических динамизмов), играющего важную роль в формировании клинической картины заболевания. Синдром шизофазии А. С. Кронфельд понимал как результат кататонической активности речевой моторики при шизофреническом распаде мышления. К психомоторно-кататоническим динамизмам относятся персеверации и стереотипии, шперрунги, манерность, негативизм, итерации, автоматизмы. Однако одних психомоторно-кататонических расстройств недостаточно для возникновения синдрома шизофазии. Для этого необходимо наличие шизофренического распада мышления, включающего по А. С. Кронфельду, диссоциацию мышления, динамическое влияние шизофренического аффекта, параноидных структур.


Шизофазия редко встречается в психиатрической практике, особенно в последние годы, что можно связать с патоморфозом клинической картины заболевания вследствие широкого применения нейролептических средств. По данным Ф. И. Случевского (1975), разорванность мышления (автор пользуется термином «атактическое мышление») отмечалась у 27,5 % наблюдаемых им больных, а шизофазия — только у 4 %.


Явления соскальзывания и разорванности мышления обнаруживаются при клиническом обследовании больного и в условиях патопсихологического эксперимента. Б. В. Зейгарник (1962) указывает, что выявить соскальзывание можно лишь у сравнительно сохранных больных, когда оно еще не перекрывается более грубыми расстройствами мышления. Патопсихологически соскальзывание определяется как временное снижение уровня мыслительной, деятельности — верно выполняя какое-либо задание, адекватно о чем-либо рассуждая, больной внезапно сбивается с правильного хода мыслей по ложной, неадекватной ассоциации, часто по «слабому», «латентному» признаку, а затем вновь способен продолжать рассуждение последовательно, но не исправляя допущенной ошибки. При этом обычно степень трудности выполняемого задания не имеет значения (В. М. Блейхер, 1965). Следует отметить, что при исследовании мышления у больных шизофренией мы сталкиваемся с неприменимостью к ним обычно складывающейся у психиатра или психолога шкалы трудности, сложности выполняемых заданий. И это естественно, так как, создавая для себя такую шкалу, мы руководствуемся главным образом трудностью этих заданий для психически здоровых и лиц, обнаруживающих интеллектуальную недостаточность различной степени. У больных шизофренией с присущими им нарушениями избирательности объектов мыслительной деятельности (признаков предметов и явлений, мнестического запаса) эти критерии оказываются совершенно иными, их нельзя анализировать как понятные.


Обнаруживаемые при психологическом исследовании у больных шизофренией соскальзывания не связаны с усталостью, не обусловлены повышенной истощаемостью. Они не поддаются коррекции в процессе исследования. Даже после объяснения, как следовало бы выполнить задание, больной по-прежнему отстаивает свое решение, приводя резонерские, паралогические мотивировки.


Разорванность мышления рассматривается как проявление патологии его целенаправленности (А. А. Перельман, 1957; Б. В. Зейгарник, 1962). Б. В. Зейгарник видит в разорванности крайнюю степень разноплановости, заключающейся в том, что суждения больного о каком-нибудь явлении протекают в разных плоскостях, как бы в разных руслах. Помимо играющего важную роль в диагностике разорванности отсутствия понятных связей между отдельными элементами высказываний больного Б. В. Зейгарник считает значимыми такие критерии, как независимость речи больного от присутствия собеседника (уже упоминавшийся симптом монолога), отсутствие логики, невозможность обнаружить в речи больного объект мысли, незаинтересованность его во внимании собеседника. Наличием перечисленных моментов и объясняется то, что речь больного при разорванности перестает выполнять функцию общения и становится совершенно непонятной окружающим.

Нарушение мышления у человека при шизофрении, у детей, виды

нарушение мышления фотоНарушение мышления у человека – это расстройство процессов информационной обработки, выявление отношений, связывающих разнообразные явления либо предметы окружающей действительности, отклонения в отражении существенных свойств предметов и в определении связей, которые их объединяют, что порождает возникновение ложных представлений и мнимых суждений об объективно существующей действительности. Выделяют несколько типов нарушения процесса мышления, а именно расстройство динамики мыслительных процессов, патология операционального функционирования мышления и расстройства мотивационно-личностной составляющей мыслительной деятельности. В большинстве случаев, особенности мыслительного оперирования каждого пациента, квалифицировать в рамках одного вида нарушения процесса мышления практически не представляется возможным. Зачастую в структуре патологически измененной мыслительной деятельности пациентов отмечаются сочетания различных видов отклонений, находящихся в неодинаковой степени выраженности. Так, к примеру, расстройство процесса обобщения в ряде клинических случаев сочетается с патологиями целенаправленности мыслительных операций.

Нарушение мышления являются одними из максимально часто встречаемой симптоматики психических заболеваний.

Виды нарушения мышления

Расстройство операциональной функции мыслительной деятельности. Среди основных операций мышления выделяют: абстрагирование, анализ и синтез, обобщение.
Обобщение является результатом анализа, который вскрывает основные отношения, связывающие явления и объекты. Различают несколько этапов обобщения:
— категориальный этап, заключается в причислении к виду, основываясь на существенных признаках;
— функциональный – заключается в причислении к виду, основываясь на функциональных признаках;
— конкретный – заключается в причислении к виду, основываясь на конкретных признаках;
— нулевой, то есть операции нет – заключается в перечислении объектов или их функций без намерений обобщить.

Патологии операциональной стороны мыслительного функционирования довольно многообразны, но можно выделить два крайних варианта, а именно понижение уровня обобщения и деформация процесса обобщения.

В рассуждениях больных при понижении уровня обобщения превалируют прямые представления об объектах и событиях. Взамен акцентирования обобщенных свойств пациенты употребляют конкретно-ситуационные соединения, у них наблюдаются сложности в абстрагировании от конкретных элементов. Подобные расстройства могут протекать в легкой форме, умеренно выраженной и сильно выраженной степени. Такие нарушения обычно отмечаются при умственной отсталости, тяжелом течении энцефалита, при органической патологии головного мозга с деменцией.

Можно говорить о понижении уровня обобщения исключительно в том случае, когда такой уровень у индивида был ранее, а потом понизился.

При искажении операциональных процессов обобщения пациенты руководятся чересчур обобщенными свойствами, неадекватными действительным связям между предметами. Отмечается превалирование формальных, мимовольных ассоциаций, а также уход от содержательного аспекта задачи. Такие пациенты устанавливают исключительно формальные, словесные связи, истинное же отличие и похожесть не являются для них проверкой их суждений. Подобные расстройства мыслительной деятельности встречаются у индивидов, страдающих шизофренией.

Психиатрия выделяет два наиболее распространенных расстройства динамики мыслительного функционирования: лабильность и инертность мыслительных операций.
Лабильность заключается в непостоянстве тактики выполнения задания. У больных уровень обобщения отвечает их образованности и приобретенному жизненному опыту. Проведенные исследования свидетельствуют, что у испытуемых наряду с верно обобщенными заключениями могут отмечаться заключения, сделанные на основе актуализации случайных связей или базирующиеся на конкретно-ситуационном объединении предметов, событий в группу определенный класс. У индивидов с проявлениями лабильности мыслительного оперирования повышено «реагирование». У них отмечаются реакции на любые случайные раздражители, они вплетают в собственные суждения любой мимоходный стимул из внешней среды, при этом нарушая установленную инструкцию, теряя целенаправленность действий и последовательность ассоциаций.
Инертностью мыслительной деятельности называют выраженную «тугую» подвижность переключения с одной деятельности на иную, сложность в изменении выбранного способа собственной работы. Инертность отношений прошлого опыта, сложности переключения приводят к понижению способности обобщения и уровня отвлечения. Больные не могут справиться с упражнениями на опосредование. Такая патология встречается у индивидов, страдающих эпилепсией или последствиями тяжелых травм мозга.

При патологии мотивационно-личностной составляющей мыслительной деятельности наблюдаются такие проявления, как разноплановость мыслительных операций, резонерство, некритичность, бред.

Разноплановость мыслительных операций проявляется отсутствием целенаправленности действий. Индивид не может классифицировать объекты и события, выделить общие признаки. Наряду с этим у них сохранены, такие операции, как обобщение, сопоставление и различение. Также больные воспринимают инструкции, но не выполняют их. Представления об объектах и суждения о явлениях протекают в различных плоскостях, вследствие чего отличаются непоследовательностью. Систематизирование и отбор предметов может совершаться на основе индивидуальных особенностей восприятия, вкусов индивидов и их привычек. Поэтому объективность представлений отсутствует.

Резонерство можно представить, как нарушение логического мышления, которое проявляется в бессмысленном и пустом многословии.

Индивид ударяется в продолжительные по времени бесконечные рассуждения, которые не имеют определенной цели и не подкреплены никакими конкретными идеями. Речь индивида, страдающего резонерством, характеризуется разорванностью, изобилует сложными логическими конструкциями и абстрактными понятиями. Зачастую больные оперируют терминами, не понимая их значения. Такие индивиды склонны постоянно терять нить рассуждения, а отдельные фразы в длительных рассуждениях нередко абсолютно между собой не связанны и не несут смысловой нагрузки. В большинстве случаев у больных также отсутствует и объект мысли. Философствования индивидов, страдающих резонерством, носят риторический характер. «Ораторам» с подобным нарушением не требуется ответная реакция или внимание собеседника. Данная патология характерна для шизофрении.

Именно признаки, указывающие нарушение логического мышления, обладают огромным значением в диагностике психических недугов.

Некритичность мыслительной деятельности характеризуется ее поверхностностью и незавершенностью. Мыслительный процесс перестает регулировать поведение и действия индивидов и прекращает быть целенаправленным.

Бред проявляется в качестве умозаключения, суждения или представления, не связанного с информацией, которая поступает из окружающей реальности. Для больного соответствие его бредовых идей действительности не имеет значения. Индивид руководствуется своими умозаключениями, вследствие чего отстраняется от реальности, уходя от нее в бредовое состояние. Таких пациентов невозможно уверить в ложности их бредовых идей, они решительно уверены в их соответствии реальной действительности. По своему содержанию бредовые рассуждения отличаются огромным многообразием.

Перечисленные типы нарушения мышления, преимущественно, характерны для умственной отсталости, деменции и шизофрении.

Нарушения мышления при шизофрении

Психический недуг, которому присуще грубое расстройство взаимодействия с окружающей действительностью, именуются шизофренией. Состоянию больных шизофренией может сопутствовать неадекватное поведение, различные галлюцинации и бредовые суждения. Для данного недуга характерен распад внутреннего единства чувств и воли, кроме этого отмечается нарушение памяти и мышления, вследствие чего больной индивид не может адекватно приспособиться к социальной среде.

Шизофрения характеризуется хроническим прогрессирующим течением и имеет наследственную природу.

Описанный психический недуг разрушительно воздействует на личность субъектов, меняя ее до неузнаваемости. Большинство людей ассоциирует шизофрению с галлюцинациями и бредовыми суждениями, однако на самом деле данная симптоматика вполне обратима, а вот изменения в мыслительных процессах и эмоциональной сфере нет.

Нарушение мышления психология рассматривает в качестве наиболее часто встречающегося симптома психических заболеваний, в частности шизофрении. При диагностировании того либо иного психического недуга пси­хиатры зачастую руководствуются наличием одного или нескольких видов патологии мыслительной деятельности.

Основные нарушения мышления имеют формальный характер и заключаются в утрате ассоциативных связей. У индивидов, страдающих шизофренией, изменяется не смысл суждений, а логические внутренние связи суждений. Другими словами происходит не разложение понятий, а нарушение процесса обобщения, при котором у пациентов появляется множество мимолетных, ненаправленных ассоциаций, отображающих весьма общие связи. При прогрессировании заболевания у больных изменяется речь, она становится разорванной.

Для шизофреников характерно так называемое «соскальзывание», заключающееся в резком непоследовательном переходе от одной идеи к другому суждению. Подобное «соскальзывание» пациенты самостоятельно не в состоянии заметить.

В размышлениях пациентов зачастую появляются «неологизмы», то есть они придумывают новые вычурные слова. Таким образом, проявляется атактическое (неконкретное) мышление.

Также у шизофреников наблюдается бесплодное мудрствование, теряется конкретность и обобщенность речи, утрачивается координация между фразами. Больные придают явлениям, чужим высказываниям собственный тайный смысл.

По данным проведенных экспериментов в сравнении с результатами здоровых индивидов, шизофреники лучше распознают раздражители, являющиеся менее ожидаемыми, а хуже – раздражители, более ожидаемые. Вследствие чего отмечается туманность, расплывчивость, замысловатость мыслительной деятельности больных, что провоцирует нарушения психических процессов при шизофрении. Такие индивиды не могут определить значимые связи, наличествующие между предметами, не выявляют второстепенные конкретно-ситуационные свойства, а актуализируют довольно общие, не отображающие реальной ситуации, зачастую поверхностные, мимовольные, формальные признаки.

При шизофрении основные нарушения мышления нельзя рассматривать, не учитывая целостную жизнь личности. Нарушения мыслительной деятельности и личностные нарушения взаимосвязаны.

При шизофрении нарушение памяти и мышления, расстройства внимания, также могут выявляться. Но при отсутствии изменений органического характера в головном мозге данные патологии являются следствиями расстройства мыслительной деятельности.

Нарушения мышления у детей

К окончанию раннего возрастного периода у маленьких индивидов складывается интеллектуальная деятельность, включающая способность к обобщениям, перенесению приобретенного опыта из начальных условий в новые, установлению отношений, наличествующих между предметами путем проведения своеобразных экспериментов (манипуляций), запоминать связи и применять их при решении задач.

Нарушение мышления психология представляет в виде нарушений умственной деятельности, которые возникают при различных недугах или аномалиях развития психики, а также локальных поражениях мозга.

Мыслительные процессы, протекающие в коре больших полушарий мозга малышей, обуславливает их взаимодействие с социумом.

Выделяют следующие типы нарушения мышления у детей: соскальзывание, разорванность и разноплановость, опора на скрытые признаки.

В связи с тем, что мыслительное оперирование – это процесс отображения конкретных признаков объектов, а также отношений, связывающих их, оно ведет к зарождению суждений и воззрений на объективную реальность. Когда наступает расстройство таких представлений, на смену может прийти ускорение мыслительных процессов. Вследствие чего у крох возникает самопроизвольная и быстрая речь, представления быстро меняют друг друга.

Инертность мыслительной деятельности проявляется в замедление процессов, происходящих в коре полушарий. Речь ребенка характеризуется односложными ответами. О таких детях складывается впечатление, слово у них голова «без мыслей» – совершенно пустая. Подобное расстройство мыслительного функционирования может наблюдаться при маниакально-депрессивном синдроме, эпилепсии либо психопатии.

Гораздо большим клиническим значением обладает инертность мыслительных процессов с торможением осмысления, сравнительной скудостью ассоциаций, неторопливой и немногословной обедненной речью.

Инертность мыслительной деятельности ведет к затруднению усвоения больными детьми школьной программы, так как они не в состоянии обучаться в одинаковом темпе со здоровыми малышами.

Разорванность мыслительного функционирования обнаруживается в отсутствии целенаправленности умственной деятельности, нарушаются отношения, устоявшиеся между объектами или представлениями. Порядок мыслительного оперирования искажается, при этом иногда может сохраняться грамматическая структура фраз, что трансформирует речь, лишенную смысла, во внешне упорядоченное предложение. В случаях, когда теряются грамматические связи, мыслительная деятельность и речь преобразуется в бессмысленный словесный набор.

Нелогичность (непоследовательность) рассуждений проявляется в чередовании верных и неверных методов выполнения упражнений. Данную форму нарушения мыслительной деятельности легко исправить посредством акцентированного внимания.

Откликаемость умственного функционирования у детей проявляется изменчивостью способов выполнения упражнений.

Автор: Психоневролог Гартман Н.Н.

Врач Медико-психологического центра «ПсихоМед»

Расстройства мышления в психопатологии | Шпаргалка к написанию экзаменов


Расстройства ассоциативного процесса

Расстройства ассоциативного процесса включают ряд нарушений способа мышления, выражающихся в изменении темпа, подвижности, стройности, целенаправленности.

Нарушение темпа мышления

Ускорение мышления характеризуется не только обилием и быстротой возникновения ассоциаций, но и их поверхностностью. Это приводит к тому, что больные легко отвлекаются от основной темы разговора, речь приобретает непоследовательный, «скачущий» характер. Любое замечание собеседника рождает новый поток поверхностных ассоциаций. Отмечается речевой напор, больной стремится поскорее высказаться, не слушает ответов на задаваемые им вопросы.

Чрезвычайно выраженное ускорение обозначается как «скачка идей». При этом речь распадается на отдельные выкрики, понять связь между которыми очень трудно («словесная окрошка»). Однако позже, когда болезненное состояние проходит, больные иногда могут восстановить логическую цепь мыслей, которые они не успевали высказать во время психоза.

Ускорение мышления — характерное проявление маниакального синдрома, может также наблюдаться при приеме психостимуляторов.

Замедление мышления выражается не только в замедленном темпе речи, но и в бедности возникающих ассоциаций. Из-за этого речь становится односложной, в ней отсутствуют развернутые определения и объяснения. Затруднен процесс формирования умозаключений, поэтому больные не в состоянии осмыслить сложные вопросы, не справляются со счетом, производят впечатление интеллектуально сниженных. Однако замедление мышления в подавляющем большинстве случаев выступает как временный обратимый симптом, и с разрешением психоза мыслительные функции полностью восстанавливаются. Замедление мышления наблюдается у больных в состоянии депрессии, а также при легком расстройстве сознания (оглушении).

Нарушение подвижности мышления

Патологическая обстоятельность (вязкость) — проявление тугоподвижности мышления. Больной с обстоятельностью говорит не только медленно, растягивая слова, но и многословно. Он склонен к излишней детализации. Обилие в его речи несущественных уточнений, повторов, случайных фактов, вводных слов мешает слушающим понять основную мысль. Хотя он постоянно возвращается к теме беседы, но застревает на подробных описаниях, добирается до конечной мысли сложным, запутанным путем («лабиринтное мышление»). Чаще всего патологическая обстоятельность наблюдается при органических заболеваниях мозга, особенно при эпилепсии, и указывает на длительное течение заболевания, а также наличие необратимого дефекта личности. Во многом этот симптом связан с интеллектуальными расстройствами: так, причина детализации кроется в утраченной способности отличать главное от второстепенного.

От патологической обстоятельности ассоциативного процесса следует отличать обстоятельность больных с бредом. В этом случае детализация служит не проявлением необратимых изменений в способе мышления больного, а лишь отражает степень актуальности бредовой идеи для пациента. Больной с бредом так увлечен рассказом, что не может переключиться на какую-либо другую тему, постоянно возвращается к волнующим его мыслям, однако при обсуждении бытовых, малозначимых для него событий способен отвечать кратко, четко и конкретно. Назначение лекарственных средств может снизить актуальность болезненных бредовых идей и соответственно приводит к исчезновению бредовой обстоятельности.

Нарушение целенаправленности мышления

Резонерство тоже проявляется многословием, но мышление теряет целенаправленность. Речь изобилует сложными логическими построениями, вычурными абстрактными понятиями, терминами, нередко употребляемыми без понимания их истинного значения. Если больной с обстоятельностью стремится максимально полно ответить на вопрос врача, то для пациентов с резонерством не важно, понял ли их собеседник. Им интересен сам процесс мышления, а не конечная мысль. Мышление же становится аморфным, лишенным четкого содержания. Обсуждая простейшие бытовые вопросы, больные затрудняются точно сформулировать предмет разговора, выражаются витиевато, рассматривают проблемы с точки зрения наиболее абстрактных наук (философии, этики, космологии, биофизики). Подобная склонность к пространным бесплодным философским рассуждениям часто сочетается с нелепыми абстрактными увлечениями (метафизической или философической интоксикацией). Резонерство формируется у больных шизофренией с длительно текущим процессом и отражает необратимые изменения в способе мышления больных.

На заключительных этапах заболевания нарушение целенаправленности мышления больных шизофренией может достигать степени разорванности, отражаясь в распаде речи (шизофазия), когда она совершенно теряет какой-либо смысл. Употребляемые больным ассоциации хаотичны и случайны. Интересно, что при этом нередко сохраняется правильная грамматическая структура, выражающаяся в речи точным согласованием слов в роде и падеже. Больной говорит размеренно, выделяя ударением наиболее значимые слова. Сознание пациента не расстроено: он слышит вопрос врача, правильно выполняет его инструкции, строит ответы с учетом ассоциаций, прозвучавших в речи собеседников, но не может сформулировать до конца ни одной мысли.

Бессвязность (инкогерентность) — проявление грубого распада всего процесса мышления. При бессвязности грамматическая структура речи разрушена, отсутствуют законченные фразы, можно услышать только отдельные обрывки фраз, словосочетания и бессмысленные звуки. Бессвязность речи обычно возникает на фоне тяжелого расстройства сознания — аменции. Больной при этом недоступен контакту, не слышит и не понимает обращенной к нему речи.

Проявлением расстройства мышления могут быть речевые стереотипии, характеризующиеся повтором мыслей, фраз или отдельных слов. К речевым стереотипиям относятся персеверации, вербигерации и стоячие обороты.

Персеверации наиболее часто встречаются при слабоумии, вызванном сосудистым поражением мозга, при возрастных атрофических процессах в мозге. При этом вследствие нарушения интеллекта больные не могут осмыслить очередной вопрос и вместо ответа повторяют сказанное ранее.

Вербигерации лишь условно можно отнести к расстройствам мышления, поскольку они во многом напоминают насильственные двигательные акты. Больные стереотипно, ритмически, иногда в рифму повторяют отдельные слова, порой бессмысленные сочетания звуков. Часто этот симптом сопровождается ритмическими движениями: пациенты раскачиваются, качают головой, размахивают пальцем и одновременно повторяют: «Лежу-лежу… межу-межу… гужу-гужу… тужу-тужу… гляжу-гляжу…». Вербигерации чаще всего являются компонентом кататонического или гебефренического синдромов, характерных для шизофрении.

Стоячие обороты — это стереотипные выражения, однотипные мысли, к которым больной многократно возвращается в процессе беседы. Появление стоячих оборотов — признак снижения интеллекта, опустошения мышления. Стоячие обороты довольно часты при эпилептическом слабоумии. Они могут наблюдаться и при атрофических заболеваниях мозга, например при болезни Пика.

В ряде случаев у больных возникает ощущение, что некоторые процессы в мышлении происходят помимо их воли и они не в силах управлять своим мышлением. Примерами подобной симптоматики являются наплыв мыслей и перерывы в мышлении. Наплыв мыслей (ментизм) выражается тягостным для пациента состоянием хаотичного потока проносящихся в голове мыслей, обычно возникающим в виде приступа. В этот момент больной не способен продолжать обычную работу, отвлекается от беседы. Болезненные мысли не представляют собой какого-либо логического ряда, поэтому человек не может связно их изложить, жалуется, что «мысли идут параллельными рядами», «скачут», «пересекаются», «цепляются одна за другую», «путаются».

Перерывы в мышлении (шперрунг, остановка, или закупорка мыслей) вызывают ощущение, что «мысли улетели из головы», «голова пустая», «думал-думал и вдруг как будто в стену уткнулся». Насильственный характер этих симптомов может заронить в больном подозрение, что кто-то специально управляет его мышлением, мешает ему думать. Ментизм и шперрунг — это проявление идеаторного автоматизма, наблюдающегося чаще всего при шизофрении. От приступов ментизма следует отличать трудности в мышлении, возникающие при утомлении (например, при астеническом синдроме), при котором пациенты не могут сосредоточиться, сконцентрировать внимание на работе, невольно начинают мыслить о чем-либо несущественном. Это состояние никогда не сопровождается ощущением чуждости, насильственности.

Наиболее разнообразные расстройства ассоциативного процесса типичны для шизофрении, при которой весь образный склад мышления может коренным образом видоизменяться, приобретая аутистический, символический и паралогический характер.

Аутистическое мышление выражается в чрезвычайной замкнутости, погруженности в мир собственных фантазий, отрыве от реальности. Больные не интересуются практической значимостью своих идей, могут обдумывать мысль, очевидно противоречащую действительности, делать из нее выводы, такие же бессмысленные, как и исходная посылка. Пациентов не волнует мнение окружающих, они малоразговорчивы, скрытны, зато с удовольствием излагают мысли на бумаге, подчас исписывая толстые тетради. Наблюдая таких больных, читая их записи, можно удивляться тому, что пациенты, которые ведут себя пассивно, говорят бесцветно, равнодушно, в действительности охвачены столь фантастичными, абстрактными, философскими переживаниями (Карвасарский, 2002).

Символическое мышление характеризуется тем, что больные употребляют для выражения мыслей собственные, непонятные окружающим символы. Это могут быть хорошо известные слова, которые используются в необычном значении, из-за чего смысл сказанного становится непонятным. Нередко пациенты выдумывают собственные слова (неологизмы).

Паралогическое мышление проявляется в том, что больные путем сложных логических рассуждений приходят к выводам, явно противоречащим действительности. Это становится возможным, поскольку в речи больных, с первого взгляда как будто связной и логичной, наблюдаются смещение понятий (соскальзывание), подмена прямого и переносного смысла слов, нарушения причинно-следственных взаимоотношений. Нередко паралогическое мышление является основой бредовой системы. При этом паралогические построения как бы доказывают справедливость мыслей больного (Качина, 2005).

Аутистическое, символическое и паралогическое мышление не представляет собой специфического проявления шизофрении: Замечено, что среди родственников больных шизофренией чаще, чем в популяции, встречаются люди без текущего психического заболевания, но наделенные необычным характером (иногда достигающим степени психопатии) и субъективным складом мышления, с неожиданными логическими построениями, склонностью к отгороженности от внешнего мира и символизму.

Патология суждений и умозаключений

Патологические суждения и умозаключения представляют собой нарушенное содержание мышления. Это либо ложные ошибочные суждения, либо мысли, не ошибочные сами по себе, но занимающие в психике больного столь значимое, доминирующее положение, что это приводит к неадекватному поведению. К расстройствам содержания мышления относят бред, сверхценные идеи, навязчивости, бредоподобные фантазии и примитивные идеи у лиц с расстройствами интеллекта.

Бред

Бредом называют ложные суждения и умозаключения, возникающие в результате болезненного процесса, овладевающие сознанием больного и не поддающиеся разубеждению (коррекции). От бреда следует отличать заблуждения и убеждения здоровых людей, настойчиво отстаивающих свою точку зрения, не соглашающихся с оппонентом. Заблуждения и убеждения — результат всей предшествующей жизни больного, его воспитания и накопленного опыта, они тесно связаны с личностью человека. Бредовые идеи, напротив, являются продуктом возникшей болезни и, значительно контрастируя с предшествующей жизнью пациента, никак не соотносятся с прежними его личностными особенностями.

Больные с бредом абсолютно убеждены в справедливости своих суждений, и это закономерно ведет к неправильной оценке ситуации, расстройствам поведения и дезадаптации. Таким образом, бред представляет собой яркий пример продуктивной симптоматики психотического уровня, он служит надежным признаком психического заболевания. Вместе с тем бред не является нозологически специфичным симптомом и встречается практически при любом из известных психозов. Для проведения дифференциальной диагностики важна более тонкая дифференцированная характеристика бреда.

Собственно бред преследования заключается в убеждении пациента в том, что воображаемые преследователи ходят за ним по пятам, наблюдают за его жизнью из окон соседних домов, проникают в квартиру в его отсутствие, проверяют его деловые бумаги и письма, следуют за ним всюду, куда бы он ни направился. Бред воздействия отличается тем, что, по мнению больных, преследование осуществляется посредством сложных технических средств (лучей, аппаратов, магнитофонов, микропроцессоров, электромагнитных полей) или путем дистантного психологического воздействия (гипноза, телепатии, колдовства, экстрасенсорных влияний). Бред ревности нередко чересчур труден для выявления, так как его носители настойчиво скрывают подозрения, считая, что в глазах окружающих ревность — недостойное чувство. Пациенты вполне уверены в неверности супруга и постоянно заняты сбором доказательств измены. Депрессивный бред непосредственно связан с доминирующим у пациентов чувством тоски и подавленности, нередко является причиной суицидального поведения. Больные могут наказывать себя физическими истязаниями, лишать себя пищи. Изредка встречаются случаи расширенного суицида, когда больной убивает не только себя, но и своих детей, престарелых родителей, чтобы «избавить их от грядущих мук».

Дисморфоманический (дисморфофобический) бред проявляется в том, что больные убеждены в существовании у них физического недостатка (уродства). Различные варианты бреда величия обычно сопровождаются приподнятым, радостным или спокойным, благодушным настроением. Больные в этом случае обычно терпимы к стесняющим их обстоятельствам, доброжелательны, не склонны к агрессии. Они не сомневаются, что наделены прекрасной внешностью, что вызывают любовь к себе, обладают редкими способностями.

По механизмам происхождения бред разделяют на первичный и вторичный. Первичный бред — самостоятельное расстройство сферы мышления, не связанное с какими-либо другими симптомами психических расстройств, не сопровождающееся галлюцинациями. Первичный бред — важнейшее проявление паранойяльного синдрома. Вторичный бред возникает как следствие нарушения каких-либо других сфер психики. Так, появление обонятельных галлюцинаций может вызвать у больного уверенность в том, что его пытаются отравить. Расстройства памяти нередко служат причиной появления у пожилых больных бреда материального ущерба.

В качестве особых форм рассматривают индуцированный и резидуальный бред.

Индуцированный бред — бред, возникший как результат общения человека с близким родственником, страдающим психическим заболеванием (индуктором). Бредовые идеи, присущие индуктору (обычно довольно правдоподобные, обыденные), принимаются индуцируемым на веру без какой-либо критической обработки, чему способствуют высокий авторитет и активность индуктора, ситуация изоляции, определяющая тесный контакт индуктора и индуцируемого, врожденные психические аномалии индуцируемого (дебильность, инфантильность, внушаемость, истерические черты характера и др.). О резидуальном бреде говорят, когда после перенесенного острого психоза (чаще всего с помрачением сознания) у человека остается непоколебимая уверенность в том, что все происходившее с ним в болезненном состоянии было реальностью, хотя в момент осмотра никаких необычных явлений пациент не наблюдает. Возникновению такой симптоматики способствует обилие ярких истинных галлюцинаций в структуре перенесенного психоза. Примером резидуального бреда бывают яркие воспоминания больных после кетаминового наркоза.

Сверхценные идеи

Сверхценные идеи в отличие бреда исходно не являются нелепыми, ошибочными. Расстройство заключается в том, что данные мысли занимают в психике больного не соответствующее их реальному значению доминирующее положение. Так, естественные для любого человека забота о сохранении семьи, радость по поводу удачного решения технической проблемы, недовольство оплошностью сотрудника превращаются в удивительно сильные и стойкие чувства (ревность, негодование, подозрительность). Все последующее поведение подчиняется этому основному чувству. Пациенты, несмотря на кипучую энергию, становятся непродуктивными. Они не способны уделять достаточно внимания чему-либо, кроме заботящего их в первую очередь (Менделевич, 2002). Сверхценные идеи практически не поддаются коррекции, поскольку крайне трудно оспаривать исходно верные положения пациента («супруги должны быть верны друг другу», «здоровье легче сохранять, чем восстанавливать», «наивность и доверчивость — удел глупцов»). В качестве тематики сверхценных идей могут выступать идеи ревности, изобретательства, преследования, фанатичные политические и религиозные убеждения, приверженность к особым мерам оздоровления (замысловатая диета, особый способ тренировки и закаливания). Сверхценные идеи относятся к пограничным нарушениям психики и не являются безусловным признаком болезни. Наиболее часто они встречаются у лиц с чертами стеничности и эпилептоидности. Постоянная склонность к возникновению сверхценных идей — основное проявление паранойяльной психопатии. Сверхценные идеи могут выступать и в качестве этапа в формировании бредовых идей при шизофрении.

Навязчивые идеи

Навязчивые идеи (обсессии) — это возникающие против воли больного чуждые болезненные мысли, появление которых он эмоционально переживает, поскольку относится к ним критически, пытается избавиться, освободиться от них, однако не может этого сделать самостоятельно. Главное отличие навязчивых мыслей от бреда — это уверенность человека в их болезненном происхождении, поэтому больные с навязчивостями, чтобы не дискредитировать себя, не склонны рассказывать о своих переживаниях случайным лицам, зато вполне откровенны с врачом, ищут помощи. Навязчивые мысли не являются нозологически специфичным феноменом — они характерны для широкого круга заболеваний, протекающих на невротическом уровне. Возникновение навязчивых идей не служит безусловным признаком психической болезни. Эпизодически навязчивости встречаются у совершенно здоровых людей (чаще с педантичным, тревожно-мнительным характером). В этом случае они нестойки, не причиняют человеку существенного беспокойства. При психическом заболевании навязчивые идеи становятся столь настойчивыми, упорными, что занимают все время больного, отвлекают его от работы, не позволяют сосредоточиться, вызывают чувство беспомощности и подавленности. Различают эмоционально-насыщенные и отвлеченные (абстрактные) навязчивости. Примером последних служат навязчивое мудрствование («мыслительная жвачка»), навязчивый счет (арифмомания). Больные часами обдумывают последствия событий, которые в принципе не могут произойти, перемножают и возводят в квадрат числа, анализируют грамматическую структуру фраз и смысл каждого из слов. К эмоционально-насыщенным навязчивостям относят навязчивые сомнения и контрастные навязчивости. Больные с болезненными сомнениями могут многократно возвращаться домой, страшась, что забыли закрыть дверь, выключить утюг и газ, прекрасно понимая при этом необоснованность своих сомнений, но не в силах побороть неуверенность. Контрастные навязчивости заключаются в том, что внезапно в голову больному приходит мысль о возможности совершения чего-то совершенно недопустимого, аморального, противозаконного. Это рождает крайне сильное чувство страха, пациент никогда не пытается совершить это нелепое действие.

ПАТОЛОГИЯ МЫШЛЕНИЯ

Этот файл взят из коллекции
Medinfo

http://www.doktor.ru/medinfo

http://medinfo.home.ml.org

E-mail: [email protected]

or [email protected]

or [email protected]

FidoNet 2:5030/434 Andrey Novicov

Пишем рефераты на заказ —
e-mail: [email protected]

В Medinfo для вас самая большая
русская коллекция медицинских

рефератов, историй болезни,
литературы, обучающих программ, тестов.

Заходите на http://www.doktor.ru —
Русский медицинский сервер для всех!

Психиатрия лекция
№3

ТЕМА: ПАТОЛОГИЯ
МЫШЛЕНИЯ.

Познавательный
процесс у человека шел следующими
путями: если обратиться к психологии:
сначала было ощущение, которое
непосредственно давало информацию о
каких-то признаках, предметах внешнего
мира, потом мы поднялись на более высокую
ступень и обратились к восприятию, в
процессе которого мы “ схватывали”
образ в целом (конечно в ущерб некоторым
его сторонам). Затем следовало представление
— это воспоминание о воспринятом, причем
образ вызывается в своем сознании. Этот
образ имел еще меньше признаков,
особенностей, которые характеризовали
бы отдельный предмет или вещь. Это все
то, что касается сферы восприятия.
Теперь мы подвинулись дальше: имеем
представление. Но мы живем не ими одними,
мы оперируем понятиями, которые выражаются
словом. Понятие слова выражает нечто
характерное для предмета, не описывая
его особенностей. Например, мы говорим
“телевизор”. Там нет его величины по
диагонали, цветной ил черно-белый, но
всем разу понятно: телевизор и все тут.
Мы образовали такое понятие путем
слияние слов теле — передача и vision —
смотрю. Вот это “понятие” — начало
процесса мышления, кирпичик. Но оперируя
одними понятиями, сложно иметь
представление о том, с чем ты встречаешься.
Поэтому следующая ступень — суждение.
Телевизор новый, японский , SONY — это уже
сужение, единица мысли. Самое простое
суждение — однозначное — утверждение
или отрицание: плохой — хороший. А в
дальнейшем путем оперирования на еще
более высокую ступень — умозаключения.
Пример: исследуя пациента врач приходит
к понятию что у него существует сердце,
печень, легкие и т.д. но этого мало. Врач
приходит к выводу что в сердце есть шумы
— это суждение. А сопоставление суждений
— диагноз — это будет умозаключение. Во
так вот идет процесс мышления. Мышление
— отражение непосредственно не только
предметов и явлений, но связей между
ними. Это более высокая ступень. Можно
предложить другое определение. Представим
себе судебное заседание. Выступают
свидетели — пусть они будут ощущения,
тогда как мышление — строгий судья,
который проверяет правильность
свидетельских показаний.

Мышление идет по
пути ассоциации. Ассоциации — способность
устанавливать связи между чем-то.
Ассоциации могут быть логические,
поверхностные.

Мышление, формы:
конкретное, образное, абстрактное.

Мышление, функции:
сравнение, конкретизация, абстрагирование,
анализирование, синтез.

Мышление, методы:
индукция, дедукция и т.д.

В процессе мышления
мы абсолютно не всегда приходим к
правильным выводам (например, раньше
считали что солнце двигается вокруг
Земли). Критерием истины является
практика. Мышление появляется в речи,
которая является средством связи между
людьми; по речи мы судим о мышлении.

ПАТОЛОГИЯ МЫШЛЕНИЯ.

Из сказанного выше
понятно что существует как минимум 2
больших процесса мышления: процесс
мышления (то есть как человек мыслит) и
результат мышления (к каким выводам
человек приходит).

Патология процесса
мышления. Это очень важно в диагностическом
и дифференциально-диагностическом
отношениях, в выборе терапии в прогнозе.
Важно сидеть и уметь слушать, как говорят
больные.

Делится на 2 большие
части:

1. Патология
количественная (темпа мышления):

  • ускоренное
    мышление. Характерно для маниакальных
    состояний. Человек говорит много, он
    на подъеме, в движении, оживленно
    жестикулирует, у него оживлена мимика
    и льется речь. Говорит он, как правило,
    монологом и без истощения, при этом
    часто отвлекается и быстро переключается
    с одной темы на другую, причем это
    зависит от характера ассоциаций, которые
    именно для этих больных всегда в них
    присутствуют. Это ассоциации поверхностные,
    легковесные. Например, по созвучию
    (практически 100% маниакальных больных
    без труда пишу стихи, так как им удается
    легко подобрать рифму: козы — морозы —
    дозы — березы и т.д.). Но ассоциации
    поверхностные, поэтому как больной
    вглубь темы не уходит. Точно также
    обстоит дело с легковесными ассоциациями
    (то есть по сходству). Например: соль —
    сахар — соль — все, похоже, по цвету; или
    по смежности: заговорил о матери, а
    переключился на отца, брата — так как
    смежные люди (родственные отношения).
    Могут быть ассоциации облегченные по
    контрасту: говорят о черном и переключился
    на белое, или же начал о хорошем и перешел
    на плохое. И так говорят, говорят, говорят
    …. . все что попадает в поле зрения
    больного тут е становится темой для
    разговора.

  • Замедленное
    мышление — бывает у депрессивных больных.
    Действительно, все противоположно:
    ассоциаций мало, мысли короткие, еле
    цепляются одна за другую, при этом
    окрашены в черный цвет. Ни о чем хорошем
    не думается.

2. Качественные
расстройства мышления, 2 группы
расстройств:

Откуда берет свой
путь бессвязное мышление? Так вот когда
нарушается ассоциативный путь.

  • Бессвязное мышление
    астеническое
    — часто у тяжелых соматических больных.
    Не довести мысль до конца, так как нет
    силы. В психиатрической практике
    встречается реже. Что же оно из себя
    представляет? Мышление становится
    рыхлым, мысли не доходят до конца. С
    одной стороны может наблюдаться
    ускорение мышления — больные говорят
    много и быстро, но при этом они отвлекаются
    и отвлекшись начинают повторять все
    сначала — так называемые персеверации.
    Наблюдается утрата ведущего представления.
    В своей наиболее выраженной форме
    астеническое мышление проявляется в
    виде аментивного мышления (аменция —
    острое бессмыслие). Очень тяжелое
    состояние помрачненного сознания,
    которое сопровождает тяжелые соматические
    и инфекционные заболевания. Человек
    дезориентирован во времени, месте и
    себе самом; с ним невозможно войти в
    контакт. Речь представляет набор слов,
    зачастую не связанных между собой.
    Атактическое
    мышление
    :
    в этом случае наблюдается искажение
    уровня обобщений. Искажаются сами
    понятия, неправильно формируются
    суждения. В слова вливаются другой
    смысл, на ходу больной продуцирует
    новые слова (неологизмы). А при построении
    мышления они пользуются второстепенными
    признаками предметов. Логика есть, но
    она нарушена — паралогика. Вся группа
    атактического мышления характерна для
    шизофрении. Симулировать такое мышление
    невозможно. Разновидности атактического
    мышления: а. Резонерское
    мышление
    — это бесцельное, пустое рассуждательство,
    зачастую высоконаучно, по-умному,
    по-научному. А если свести все вместе
    и задуматься, то становится непонятно
    о чем же человек говорит. Вроде бы и ни
    о чем. Долго и бесцельно. Еще называют
    бесплодным мудрствованием. Наблюдается
    на ранних этапах шизофрении, так как
    на поздних этапах наблюдается собственно
    атактическое или разорванное мышление.
    Б. разорванное
    мышление.

    Сохраняется грамматический строй
    предложения, а вот смысл непонятен.
    Пример “Доктор, а заболел налево” или
    “ Я чувствую себя шоколадно” (на самом
    деле больного лечили электрошоком, и
    он чувствует себя хорошо (ладно): шок —
    о — ладно). Таким образом, в слова
    вкладывается другой смысл. В. Шизофрения
    в исходе шизофрении. Бессвязный набор
    слов (словесный салат). Несколько похожа
    на аментивое мышление, но нет нарушения
    сознания.

  • Также выделяют
    обстоятельное мышление. Наблюдается
    при органических заболеваниях головного
    мозга, эпилепсии. Характеризуется
    инертностью (человек застревает на
    деталях), утрачивается способность
    отличать главное от второстепенного.
    Переключить очень сложно (лабиринтное
    мышление).

Патологические
идеи (патология результата мышления).

  1. Навязчивые идеи

  2. сверхценные идеи

  3. бредовые идеи

Навязчивые идеи.
Возникают в сознании человека с чувством
насильственности и ненужности; человек
понимает болезненность их. Обязательным
компонентом является борьба, человек
хочет от них отвязаться. Но на то они и
навязчивые, что с ними справиться, и они
всегда побеждают. Человек вынужден
становится рабом этих идей. Пример:
человек вышел на улицу и вдруг мысль: А
закрыл ли я дверь? И хотя человек прекрасно
помнит что дверь закрыта идеи эти
настолько сильны что они вынужден
подняться наверх и проверить замок
двери.

Условия возникновения
навязчивых идей — особый склад личности
— тревожно-мнительный. Жизнь для такого
человека это сущий ад, поскольку каждое
новое дело или работа представляет
собой новый сильный стресс.

По содержанию
выделяют:

  • индифферентные
    (навязчивый счет окон в домах, людей на
    экскалаторе и т.д.)

  • фобии (навязчивые
    страхи) — человек чего-то боится (страх
    темноты, страх закрытых пространств и
    т.д.). Страх проявляется в вегетативных
    расстройствах. Особое место занимают
    страхи ипохондрического характера,
    например, AIDS- фобия, канцерофобия и т.д.

  • навязчивые
    действия — часто связаны с фобиями.
    Пример — страх загрязнения (дверь
    закрывается не за ручку, а за косяк) —
    мизофобия, ей страда В.В. Маяковский
    (имел в кармане прорезиненный мешочек
    с тряпочкой с антисептиком, где он
    обрабатывал руку после рукопожатия).
    И вот таких вот ритуалов может быть
    крайне много. Это характерно для
    абсессивного невроза.

Сверхценные
идеи. Представляют из себя идеи возникающие
на какой-то реальной основе, но в силу
своей эмоциональной зараженности
становятся главенствующими в психике.
Критике к ней нет, в отличие от навязчивых
идей. Пример: женщина обнаружила у себя
уплотнение в молочной желез. Ей предложили
операцию, на операции — киста. Сделали
секторальную резекцию. Очнувшись после
наркоза он видит что грудь на месте и у
нее рождается сверхценная идея —
неоперабельный рак. Разрезали и зашили.
Переубедить ее невозможно больная со
своими просьбами прооперировать снова,
назначить химио- и лучевую терапию
добирается до самых высоких инстанций.
Но ведь она же здорова, но ни один врач
переубедить ее не в состоянии, а лишь
становится при этом его личным и злейшим
врагом.

Еще одно отличие
от навязчивых идей — это мягкость —
стеничная, ригидная, целенаправленная.
И в дальнейшем идея эта проводится через
всю жизни. Это не патология, а пограничное
расстройство. Могут быть идеи
реформаторства, изобретательства,
переустройства общества и т.д.

Бредовые идеи.
Ложные суждения и умозаключения, которые
не основаны ни на чем реальном, а основаны
на болезненных причинах. Бредовые идеи
не поддаются коррекции. В силу этого
человек становится в особые отношения
с обществом, он не может жить, так как
раньше; меняются его убеждения, часто
входит в противоречие с окружающим. В
семье появляется новый и чуждый пришелец
вместо родного и милого человека.
Содержанием бреда может быть все что
угодно. За последние 10 лет бредовые идеи
приобрели новое содержание. Раньше все
было проще: если вредят то соседи, КГБ,
ЦРУ, ЦК КПСС; а сейчас вредит мафия,
инопланетяне, экстрасенсы, маги, колдуны.
Расцветают религиозный бред, а 10 лет
назад считался архаическим не только
у нас и за рубежом. То есть за последнее
время общество наше регрессировало на
много лет назад. Ф.И.Случевский назвал
их “Психозы перестройки”.

Содержание бреда
в большинстве своем не влияет ни на
прогноз, ни на план терапии. В основном
содержание бреда отражает общий
интеллектуальный уровень больного и
ситуацию в которой он живет.

Бредовые идеи
(по структуре):

  • бред преследования
    (персекуторный бред) — что-то случится,
    что-то произойдет. Бред воздействия
    (психического и физического) — биополя,
    телемосты, биогенераторы. Бред особого
    значения — все происходит не случайно,
    все имеет свой особый смысл. Бред
    ревности.

  • Бред величия —
    наступает некоторая эйфоричность: я
    человек не такой, как все, а самый умный
    красивый, богатый, и т.д. характерен для
    поздних этапов заболевания.

  • Депрессивный бред
    — бред бесперспективности, малоценности,
    виновности. Человека начинает копаться
    в своей жизни. Выход здесь один: покончить
    с собой.

Бредовые
идеи (по степени систематизации):

  1. систематизированные

  2. несистематизированные

Также выделяют
первичный бред — просто ошибка суждения,
это просто бред в чистом виде, которые
возникает “ на ровном месте”, а также
бред вторичный — содержание бреда
черпается из галлюцинаций, из расстройств
настроения и т.д. таким образом, подводя
итог лекции следует отличить, что
понимание процессов патологии мышления
имеет большое значение в общей
психопатологии, а также неоценимо для
диагностики и дифференциальной
диагностики психических заболеваний.

границ в психиатрии | Психопатология

Этот специальный раздел направлен на содействие исследованиям когнитивных, аффективных и связанных с мозгом механизмов, которые способствуют состояниям психологического страдания.

Статьи, представленные в этом разделе, представляют собой вклад в знание и понимание психопатологии с точки зрения этиологии и динамики изменений. Наша конечная цель — дальнейшее продвижение исследований, применяемых в области психопатологии в это критическое время, когда интегративные подходы рассматриваются как наиболее многообещающий путь к пониманию психопатологических состояний.

Поэтому мы приветствуем статьи, посвященные взаимодействию когнитивной нейропсихологии, клинической психологии, экспериментальной психологии, социальной психологии и наук о мозге, применимые в основном к психопатологии человека.

Материалы в Психопатология могут касаться следующих тем:

  • Диагностика (размерность, категории)
  • Психометрические модели
  • Ненормальная психология на протяжении всей жизни
  • Личность
  • Социальное познание
  • Травма
  • Лечение
  • Профилактика
  • Познавательные способности
  • Мотивация

Это примеры тематических областей, а не исчерпывающий список.Дополнительные исследования, которые будут входить в сферу интересов этого раздела:

  • Исследования популяций пациентов
  • Анализ ненормального поведения и мотивации (на основе последних поведенческих теорий)
  • Истории болезни
  • Научно-содержательные теоретические работы по девиантной личности
  • Эмоциональное отклонение

Психопатология также охватывает биологию отношений, субъективный опыт и терапевтическое вмешательство.Одна основная проблема, которая остается в значительной степени нерешенной, связана с клиническими явлениями. , наша редакционная линия охватывает исследования в области клинической феноменологии.

Мы приветствуем исследования на основе моделей, а также интегративный и трансляционный подходы, объединяющие различные дисциплины психологии, а также исследования на животных.

,

Гериатрическая психиатрия

Гериатрическая психиатрия подчеркивает биологические и психологические аспекты нормального старения, психиатрические последствия острых и хронических соматических заболеваний, а также биологические и психосоциальные аспекты патологии первичных психических расстройств у пожилых людей. Гериатрические психиатры занимаются профилактикой, оценкой, диагностикой и лечением психических и эмоциональных расстройств у пожилых людей и улучшением психиатрической помощи здоровым и больным пожилым пациентам.


Образовательные ресурсы

Инструментарий APA по телепсихиатрии: гериатрическая телепсихиатрия

Доказательная база телепсихиатрии для гериатрической телепсихиатрии обширна, и результаты были положительными с точки зрения удовлетворенности, валидности / надежности и предварительных клинических результатов по сравнению с личным уходом.

В ФОКУСЕ: Журнал непрерывного обучения в психиатрии

Система переаттестации, практической работы, самооценки и непрерывного обучения в психиатрии.Содержание, связанное с гериатрической психиатрией.

Учебный центр APA


Практические руководства, политики и справочные документы

Заявления о положении

Посетите средство поиска политик APA, чтобы найти официальные заявления APA по вопросам гериатрической психиатрии.

Просмотр программы поиска политик

Ресурсные документы

Практические рекомендации от APA Publishing


Для резидентов и студентов-медиков

Стипендии по гериатрической психиатрии

На сайте Совета по аккредитации последипломного медицинского образования (ACGME) перечислены программы обучения гериатрической психиатрии.Выберите «Список программ по специальности» и в раскрывающемся меню выберите «Психиатрия», «Гериатрическая психиатрия» и «просмотреть программы» для получения полного списка.

Сертификат ABPN в гериатрической психиатрии

Американский совет психиатрии и неврологии (ABPN) — некоммерческая корпорация, деятельность которой направлена ​​на служение общественным интересам и профессиям психиатрии и неврологии путем продвижения передового опыта посредством сертификации и поддержания процессов сертификации.

Стипендиальный фонд Фонда гериатрического психического здоровья AAGP

Разработан для ознакомления студентов-медиков и молодых врачей с полезной областью гериатрической психиатрии с целью увеличения числа медицинских специалистов, профессионально подготовленных для ухода за растущим пожилым населением.

,

Различия между психологией, психиатрией и психотерапией

На этой странице объясняются существенные различия между ролями в психологии, психиатрии и психотерапии.

Сотрудники, работающие на этих ролях, как правило, имеют дело с разными типами проблем, хотя их работа также в значительной степени частично совпадает.

Ниже приводится краткое описание каждой из различных областей.

Психология — это изучение людей: как они думают, как действуют, реагируют и взаимодействуют.Он касается всех аспектов поведения, а также мыслей, чувств и мотивации, лежащих в основе такого поведения.

Психология — это дисциплина, которая в первую очередь связана с нормальным функционированием ума и исследует такие области, как обучение, запоминание и нормальное психологическое развитие детей. Это один из самых быстрорастущих университетских предметов, который становится все более доступным в школах и колледжах.

Психологи обычно не имеют медицинской квалификации, и лишь небольшая часть людей, изучающих психологию, продолжит работу с пациентами.

Психологи могут специализироваться в нескольких областях, таких как психическое здоровье, педагогическая и профессиональная психология. В сфере здравоохранения психологи специализируются на клинической, консультационной, судебной медицине или психологии здоровья.

Роли психологической терапии

Есть также роли, использующие психологию для другого персонала, включая помощников психологов, специалистов по психологическому благополучию и терапевтов высокой интенсивности

Психиатрия — это исследование проблем психического здоровья, их диагностики, лечения и профилактики.Психиатры — это врачи с квалификацией в области психиатрии. Они часто сочетают широкий круг дел с областью специальных знаний и исследований.

Психотерапия проводится с отдельными лицами, группами, парами и семьями. Психотерапевты помогают людям преодолевать стресс, эмоциональные проблемы и проблемы в отношениях или вредные привычки.

В психотерапии или разговорной терапии существует множество различных подходов, в том числе:

  • Когнитивно-поведенческая терапия
  • психоаналитическая терапия
  • психодинамические терапии
  • системная и семейная психотерапия
  • Искусство и игровая терапия
  • Гуманистическая и интегративная психотерапия
  • гипнопсихотерапия
  • Эмпирическая конструктивистская терапия

Психотерапевт может быть психиатром, психологом или другим специалистом в области психического здоровья, прошедшим специальную подготовку в области психотерапии.Все чаще появляется ряд психотерапевтов, не имеющих опыта работы в вышеуказанных областях, но прошедших углубленное обучение в этой области.

Медицинские психотерапевты — это высококвалифицированные врачи, получившие квалификацию в области психиатрии, а затем прошедшие трех- или четырехлетнюю специальную подготовку в области психотерапии. Их роль заключается в психотерапевтическом лечении пациентов с психическими заболеваниями.

,

«Психодинамическая психиатрия в клинической практике» Глен О. Габбард

Это новое издание классического текста по психодинамической психиатрии «Психодинамическая психиатрия в клинической практике» продолжает традицию самого читаемого, научного и практического введения в психодинамическую теорию и практику. Этот бесценный универсальный справочник, доступный для всех специалистов в области психического здоровья, подготовит вас к обучению студентов и более эффективному лечению пациентов с его действительно интегративным психодинамическим подходом.

Автор тщательно обновил каждую главу предыдущего издания, добавив новые наглядные примеры из практики и обсудив самые последние результаты исследований и концепции психодинамической психиатрии. В нем представлены основные принципы психодинамической психиатрии и четыре фундаментальные теоретические основы, вытекающие из психоаналитической теории: психология эго, теория объектных отношений, психология самости и теория привязанности. Опираясь на последние достижения в области нейробиологии для подтверждения новейшего психодинамического мышления, автор включает нейроанатомические иллюстрации, которые подчеркивают необходимость интеграции психоаналитических теорий развития с развитием мозга и влиянием окружающей среды на экспрессию генов.

Практическая психодинамическая психиатрия в клинической практике состоит из трех отдельных разделов, основанных на диагнозах DSM-IV: — Раздел I, Основные принципы и подходы к лечению в динамической психиатрии, начинается с заложения основы психоаналитической теории. Он фокусируется на том, как применить психоаналитическую теорию к определенным типам оценки и лечения, включая психодинамическую оценку, краткую терапию, индивидуальную и групповую психотерапию, семейную и супружескую терапию, фармакотерапию и стационарное / частичное стационарное лечение.- Раздел II, Динамические подходы к расстройствам оси I, охватывает основные психические расстройства и обсуждает, как применить психодинамическое понимание к лечению пациентов с этими расстройствами. — Раздел III, Динамические подходы к расстройствам оси II, дает психодинамическое понимание расстройств личности и подробно описывает принципы психодинамической психотерапии для этих состояний.

Четвертое издание «Психодинамической психиатрии в клинической практике» подробно рассматривает теорию психодинамической психотерапии и адаптацию психодинамического мышления к конкретным расстройствам.Таким образом, он является идеальным дополнением к книге доктора Габбарда «Долгосрочная психодинамическая психотерапия: базовый текст», в которой подробно описаны методы динамической психотерапии.

Бестселлер «Психодинамическая психиатрия в клинической практике» — это исчерпывающий справочник по программам обучения всех видов на всех уровнях. Это новое издание представляет собой четкий синтез диагностических знаний и методов лечения, не имеющий аналогов в литературе. Отмеченный отчетливо ясной и убедительной прозой доктора Габбарда, это окончательное руководство по психиатрии для занятых врачей и студентов, изучающих психическое здоровье.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.