Елизавета дочь беллы ахмадулиной: «РГ» впервые опубликовала подробности из дневника Беллы Ахмадулиной — Российская газета

Содержание

«РГ» впервые опубликовала подробности из дневника Беллы Ахмадулиной — Российская газета

10 апреля — 80 лет со дня рождения Беллы Ахмадулиной. В издательстве «Молодая гвардия» на днях выходит книга Марины Завады и Юрия Куликова «Белла. Встречи вослед». Отрывок из нее — сокращенную беседу с дочерью поэта Елизаветой Кулиевой — публикует «Российская газета».

— За годы, прошедшие после ухода Беллы Ахатовны, в вашей жизни  произошло много событий. Главное: родились близнецы — Маруся и Никола. На наших глазах вы несколько лет боролись, вытаскивая из болезни неизлечимого мальчика. В обрушившейся беде вам не хватало мамы?

— Я не готова к такому вопросу. В моем сознании это не связанные вещи. Когда у тебя страшно болеет ребенок, ты начинаешь жить приземленной, грубой жизнью, для кого-то непереносимой… Я всегда старалась оградить маму от своих неприятностей. И в случае с Николой не хотела бы, чтобы мама видела мое горе. Все-таки у поэта другой градус боли, да? И служила мама своим богам.

— Сходство четырехлетней Маруси с маленькой Беллой даже забавно. Какие черты своей мамы вы в ней замечаете?

— Маруся человек, которого нельзя заставить что-то сделать, пока она сама к этому не придет. Абсолютно мамин тип. Внешняя кротость, а внутри — стержень, которого не ждешь в таком милом существе, эльфе. В маме как раз тоже поражало это противоречие между внешней незащищенностью и внутренней силой. Даже в быту. Допустим, на даче засорился унитаз, все в панике. А мама попереживала, но пошла, залезла туда рукой и прочистила… Решительность.

И конечно, упрямство невозможное. Не сломать. Маруся такая же. Ей интересно конструировать фразы, играть словами. Мы редко бываем в «Макдоналдсе», но тут зашли, она говорит: «У нас сегодня праздник вредных штучек». Это тоже мамино такое…

— Две девочки — Елизавета и Анна, рано осознали, что их мама особая. А живший обок мужчина, ваш папа Эльдар Кулиев — сошлемся на слова Лоры Гуэрры — «даже не понял, кто с ним рядом»? 

— Не совсем так. Он все понимал. А толку-то? Думаю, он по-своему страдал оттого, что живет в тени Ахмадулиной. Это она добывала средства, готовила за Эльдара какие-то курсовые… Отец был деликатный, нежный, но, к сожалению, не только в силу возраста инфантильный. Им обоим было трудно. Мама писала в письме: «Мне и живой в тягость быть, не только — старшей». А мужчине в браке обидно быть ребенком…

— Вы знали своего балкарского дедушку Кайсына Кулиева?

— Для многих девочек идеал мужчины — папа, но поскольку у меня не было папы, а с отчимом мы никогда не были близки, недостижимым идеалом мужчины для меня навсегда стал дедушка… Лет в шесть я лежала с мамой в больнице.

В новой книге, посвященной Белле, — беседы с ее близкими и с теми, с кем пересекалась ее жизнь.

Мы две недели вместе провели в боксе — на одной кровати. Мама убеждала меня терпеть боль, но терпеть было почти не по силам: двенадцать уколов в день. Вероятно, во мне накопилось колоссальное внутреннее напряжение из-за боязни все-таки зареветь, потому что когда внезапно в конце больничного коридора я увидела Кайсына, то бурно кинулась к нему. Не забуду, как бежала по длинному коридору, а дедушка шагнул навстречу, и я повисла на нем. Я была совсем маленькой, но почувствовала такую исходящую от него силу и такую жалость, которую способен дать только мужчина, может быть — отец.

— Вы недавно взялись перечитывать «Дневник» Нагибина в связи с найденными мамиными дневниками, узнав, что, будучи его женой, она тоже вела дневник?

— Это чистое совпадение. Как-то я уже бралась за «Дневник», но, видно, время  не подоспело. А тут потянуло к книге вернуться. Вероятно, оттого, что после маминого ухода возникло желание глубже погрузиться в ее жизнь, в частности — в тот кусок, когда она обитала в Пахре… И вдруг — такая радость! Узнаю, что вы отыскали в РГАЛИ неизвестные мамины записи. Начала читать и дух захватило. С какого-то момента меня стала волновать тема человеческого одиночества. Я много размышляла об этом, и ровно в те дни мне попадается мамин дневник, в котором просто в точности сформулировано то, что я думала о любви мамы и Нагибина.  

— Отношения этих двух людей — какими они видятся глазами взрослой дочери Ахмадулиной?

— Нагибин и моя мама в чем-то противоположны. Он эрудит, жестко логичный, здравомыслящий, честный (я имею в виду наедине с собой, если судить по «Дневнику»). Мама — воплощение гения, интуитивно воспринимающего мир.

Непохожие, по-разному трансформировавшие реальность в творчество, они поразительно соединялись в одно целое и, проникая в закоулки друг друга, составляли по-своему совершенный разум. Сложно сказать, кто из них больше дал другому. Не исключаю, что Нагибин. Сегодня утром я еще раз перечитала мамины дневники, захватила их с собой. Вот она пишет: «Юра… создал и обновил мой облик…И это было так значительно, что мама, путем смелой реформы обратившая бесформенную кровь в младенца, все же произвела со мной менее эффектную операцию, чем Юра».

Нагибин ввел маму в мировую культуру. Разве то, во что он был так влюблен, преподавали в Литинституте? Позже в гневе он упрекнет: «ты мало читаешь». Ну, если сравнивать с ним, многие выглядят идиотами. А мама дышала литературой, но была человеком иного склада, не академических знаний. И заслуга Нагибина, конечно, что он не только открыл ей пласты не хрестоматийных имен — дисциплинировал чтение. Однако и для него стал откровением ее приблизившийся дар. На каждого из них свалилось счастье: найти единомышленника, человека, с которым можно говорить на одном языке… Какая по-набоковски пронзительная запись в ее дневниках — об общем обеде на даче, Юрином лице, склоненным над тарелкой, сновании птиц за окном, и в конце — мольба: «Господи, оставь мне все это»…

Мама никогда при нас не упоминала о своей личной жизни до дяди Бори /Мессерере/, создавалось впечатление, что она просто родилась замужем за ним. Но мне, естественно, приходило в голову, что в ее жизни есть лакуны, о которых недоговаривает. Сейчас, держа в руках найденные мамины страницы, я как женщина понимаю, каким страданием для нее должно было обернуться крушение брака с мужчиной, если немало прожив с ним под одной крышей, она записывает, словно в начале близости: «…все во мне сориентировано на одну страсть, на одну привычку натыкаться повсюду на единственно теплое, спасительное тепло, жадно окружать себя им, — все сводится к Юре».

Этот тонкий, глубокий человек вдобавок давал маме то, что редко дают тонкие люди: мужскую заботу, финансовую обеспеченность, комфорт большого красивого дома. Правда, она так и не стала в этом доме хозяйкой, но ощущение уклада, убежища, размеренного быта как радости долгое время наполняло ее чем-то похожим на блаженство…

— Вы причислили Нагибина к маминым единомышленникам. Не  слишком ли это сильное слово для писателя, сочинившего немало конъюнктурной ерунды?

— Начиная вести дневник, Нагибин сделал запись о том, что есть литература для себя и для печати. Не писать «для всех» Нагибин не мог себе позволить. Он боялся бедности на генетическом уровне. Много позже мама обронила, что Нагибин ненавидел власть и говорил: «Я построю от нее забор из денег». Но с ним произошла ужасная вещь. Он думал, что можно ради денег сочинять халтуру и параллельно идти к идеалу. На самом деле в итоге халтура его сожрала.

Все это печально. Потому что, как бы Нагибин по другую сторону своего забора не старался встроиться в систему, представление о нем как о таком советском писателе неверно. Он держался в стороне, из-за внутренней фронды во многих литераторских компаниях чувствовал себя неуютно. А мама в малознакомых домах тушевалась. Я всегда догадывалась: ей плохо среди неблизких людей, но, оказывается, она еще в молодости в дневниках описала, что с ней происходит, что в гостях испытывает муку стыда, скуку, лень, одиночество, отчуждение к иносуществующим хозяевам.

…Вообще два «неформатных» человека под одной крышей помещаются непросто. Исключаю зависть, но мужское достоинство Юрия Марковича вряд ли не было задето знаменитостью юной жены. Мама была на таком гребне славы, что даже меня потом узнавали на улице, поскольку я на нее похожа. Мне кажется, любому мужчине трудно вынести, если то, что ему дается тяжелым трудом, его спутница достигает легко, шутя. Легкость гения, с которой мама добывала стихи, была кажущейся легкостью и, когда Нагибин упрекал ее в том, что она совсем не умеет работать, он был, как минимум, несправедлив. На весах времени оказалось, что ее неработоспособность принесла литературе куда больше, чем работоспособность Нагибина.

— Поразили в РГАЛИ черновики Ахмадулиной. Уйма недовольно зачеркнутых слов, строф, целых страниц! Сколько женских силуэтов и лиц машинально рисовала рука, когда ангельские слова артачились, не хотели рождаться!

— Это абсолютно пушкинская история, когда легкость кажущаяся. Мама любила на эту тему рассуждать…  Я с детства сочиняла, вокруг поэзии, творчества все время шли разговоры. Что писать стихи тяжело, мне кажется, я понимала с пеленок, но то, как мама описывает этот процесс в дневниках, совершенно оглушает.

Когда маме не дали Нобелевскую премию, она сказала: И правильно. Нечего

— «Стихи возникают во мне только в связи с резкими страданиями мозга. Это напоминает признания под пыткой»?

— Да. Мама стремилась, чтобы «насилие» никому, кроме нее, не было заметно, чтобы в муках рождался стихотворения чудный театр. Но сочинение стихов для нее было работой. Ко времени, когда я себя осознанно помню, она стала, думаю, гораздо более организованной, чем в эпоху Нагибина, надолго уезжала куда-нибудь в Репино, Комарово, в Карелию, уединялась и писала. В Сортавале нам дали домик на двоих. Цвела черемуха, мама огромными охапками таскала ее в дом: «…она — туоми. И кукива туоми, коль в цвету». С собой она привезла пишущую машинку, которую подарил Василий Аксенов. Внутри скотчем он приклеил фотографию с надписью: «Белке для выстукивания стишков». На этой машинке и «выстукан» потрясающий сортавальский цикл.

— В архиве мы наткнулись на телеграмму, отсылающую к появившемуся годом раньше ахмадулинскому стихотворению «Я думаю, как я была глупа»: «ялта крым дом творчества литфонда ахмадулиной белле 10 04 1968 пока что наши помыслы чисты на площади восстанья половине шестого целуем поздравляем андрей булат вася гладилин дьяченко евгений жора зяма иржик кит леопольд миша а может быть и больше но не меньше»…

— Так и мама — всем известно — была предана друзьям: Окуджаве, Войновичу, Аксенову… Ее с ними связывали светлые отношения. Никогда — зависть, всегда — восхищение, умение ценить дарование другого. Но, на мой взгляд, более точное слово у нее — товарищ. Или совсем любимое: брат. Такой сложный человек, как мама, ощущавший внутреннее одиночество, свою обособленность и странность, не нуждался в дружбе в обыденном и особенно —  женском понимании, с ее обязательной доверительностью, потребностью излить душу. Да и не принято было, мне кажется, в мамином близком кругу доверительное общение. В компании товарищей маме не надо было перебарывать скованность, ей было с ними хорошо, в самых шумных сборищах ее отдельность подразумевалась и принималась. Как только ей чересчур распахивали объятия, она пряталась. Потому что в объятиях писать невозможно. Чтобы писать, надо быть одной. В этом, по-моему, она больше всего родственна Окуджаве. Но совсем не уверена, что они были задушевными друзьями. Вернее, уверена, что нет. Большая любовь, нежность, взаимное притяжение, но — не запросто, все-таки замедляя шаги перед притворенной калиткой. Мама была одинокой по определению. Одиночество как призвание, как приговор.

— Белла Ахатовна, по вашим словам, подтрунивала над людьми, испытывавшими на себе власть прошлого. Это свойство очень несентиментального человека. В чем еще оно давало о себе знать?

— Когда стало трендом  поднимать шестидесятников на щит, мама говорила мне, как бы обращаясь к своим знакомым из этого поколения: «Вы через слово упоминаете те годы, оттепель, просто потому, что тогда были молоды, а сейчас вы старые дураки». Она была убеждена, что настоящий поэт всегда шире любого течения, направления. Терпеть не могла пафосных разговоров о «стадионах». Так сложилась мамина литературная судьба, что они помогли ей стать известной, но это не было ее целью, и спустя годы она не гордилась собой в роли завоевывавшей трибуны. Такая роль была ей чужда. Вообще мама считала, что всякий человек имеет право тосковать по былому, но не надо кричать о своей грусти, возводить ее в культ. Или — пиши тогда об этом, как Набоков.

— Вы обратили внимание на рассуждения в дневнике совсем молоденькой Ахмадулиной о патриотизме? «Сколько нас учили патриотизму… довели до мертвости, глухоты и холода ко всему, а всего-то надо было показать … мужичонку, которого мы с Юрой видели вчера: среди далеких сырых снегов, под огромным небом, темно наполненным богом, он брел в безнадежную даль, падал лицом и руками в снег, шатался с невероятным размахом, падал и брел много веков подряд. И от всего этого была такая тоска, такой лесковский щёкот в груди, такой страх и захватывающие дух родимость и обреченность к этой земле, которые и есть патриотизм для русских».

— Здесь многое, наверное, пришло от Нагибина, от их разговоров на этот счет. У мамы в записях есть такой момент, когда полупьяный Толя, убиравший в саду снег, замирает, увидев синичку, и долго тупо-мечтательно следит, как она расклевывает зерно. Мама замечает, что в этом проявляется вечная сентиментальность русского человека при виде живой твари. Мне сразу припомнился «Дубровский». Поджигая дом, он просит кузнеца Архипа отворить двери, чтобы спящие приказные могли выбраться. Но Архип, напротив, запирает их, зато, углядев бегающую по кровле с жалобным мяуканьем кошку, ставит лестницу и лезет за ней в огонь. О Толе, о таких же нетрезвых горе-печниках мама пишет с любованием вперемешку с иронией.

Что характерно: с народом мама всегда находила общий язык легче, чем с советскими писателями. На переделкинской даче у нее была большая дружба с рабочим Женей. Когда мама приезжала из Москвы, Женя приходил, они подолгу разговаривали, иногда выпивали. В маминой устной речи было много просторечий, деревенских словечек, которые вводила намеренно. Из первого, что приходит в голову, слово «ничаво».

— «А у меня нету ничаво»…

— Что, в целом, недалеко от истины. Моя няня Анна Васильевна относилась к маме с огромной жалостью, считала, что все норовят ее «оставить без штанов»… Во времена безденежья после «Метрополя» тетя Аня нашла подработку, чтобы нас кормить. Разумеется, мы и без того не попрошайничали, но няня считала своим долгом кормить детей сытно и вкусно. У нее в комнате стоял огромный американский сундук. Все время мне говорила: «Вот умру — не забудь, на дне сундука спрятаны деньги». Тетя Аня умерла в 1992-м, в один день с Асафом Михайловичем Мессерером. Мама хотела приехать на кладбище, но они с дядей Борей успели лишь на поминки. Там мама вспомнила историю: как-то, увидев, что огромный пес Маргариты Алигер сорвался с цепи, бросившись на маленькую собачку Евтушенко, моя няня преградила ему путь и подставила руку. На всю жизнь остались страшные шрамы.

— О Евгении Евтушенко — косвенном участнике героической эпопеи. Его контакты с вашей мамой, знаем, не обрывались.

— Для вас не новость: мама руки не подавала тем, к кому плохо относилась. А с Евтушенко они могли встретиться на улице, остановиться или прогуляться вместе по Переделкину. Изредка она заходила к нему на дачу, иногда он заглядывал к нам. Это не мешало маме Евтушенко подкалывать. Но при всем при том она сохранила к нему определенное тепло.

— Так же, как сохранила около сотни страниц стихов, написанных его рукой в конце пятидесятых, и толстый перевод с азербайджанского книги Наби Бабаева «Дуб на скале».

— Вы это в архиве обнаружили? Я, видимо, пропустила. 

— Да. Не выбросила почему-то, разведясь.

— Вряд ли за этим скрывается что-то концептуальное, касающееся первой любви. Скорее, надо держать в уме: они — поэты. А это все-таки рукописи…   

— В 1998 году Русский ПЕН-центр выдвинул Ахмадулину на Нобелевскую премию. Но победил португалец Жозе Самараго. Нет в мире справедливости! Как Белла Ахатовна реагировала на сорвавшееся лауреатство?

— Она была, конечно, в курсе выдвижения, но испытывала неловкость из-за этого. А узнав, что не выиграла, прокомментировала: «И правильно. И нечего». Но, возможно, ей хотелось признания. Потому что в конце жизни стала задаваться вопросом: помнят ли, будут ли помнить?

— Поздняя Ахмадулина как-то незаметно сменила шумный богемный имидж на респектабельный. Она грациозно принимала ордена, Государственные премии. Однако сколь бы благонравно не выглядела внешне ее принадлежность к новой общественной элите, по-прежнему оставалась вне строя — во всех значениях этого слова. Стояла особняком. А было ли время, с которым она внутренне ладила? Кроме ночи, конечно?

— Премии, награды для мамы не были нужны и важны. Она немного стеснялась государственных поощрений. В ее представлении это не то, к чему должен стремиться поэт. Больше они льстили дяде Боре. А она пожимала плечами: «Вот как? Ну, пошли, получим». За  Государственной премией, кстати, сходили в Кремль всей семьей. Мы почему-то выпивали с Зюгановым. Это когда маму увели в президентский шатер. В нем Путин поздравлял лауреатов. Дядя Боря все пытался туда прорваться. Но охрана его не пускала. Зато мы с Битовым взялись под руку, напустили на себя важный вид и легко прошли. В шатре мама познакомила меня с президентом.

— И что она сказала? «Это моя Лиза бедная»?

— Как положено, по этикету: «Разрешите представить вам мою дочь». Мама была шикарно одета. Но для нее этот день меньше всего стал поводом для рассказов. Скорее мне он дал повод поболтать с друзьями на тему, как я ела в Кремле поросенка, выпивала с Зюгановым и пожала руку Путину.  

Теперь о том, какое время больше всего подходило маме… Да никакое. Ощущение мамой любого времени было драматическим. А ночь? С ночью она ладила. «И ладен строй души, отверстой для любви». Когда я читаю эти строки, то представляю Сортавалу, черемуху, раннее утро. Самое любимое мамой время: рассвет.

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере «РГ»

Белла Ахмадулина: биография, личная жизнь, семья, муж, дети — фото

Автор Кристина Зарецкая На чтение 10 мин. Просмотров 3 Опубликовано

Оглавление
  1. Рост, вес, возраст. Годы жизни Беллы Ахмадулиной
  2. Биография Беллы Ахмадулиной
  3. Личная жизнь Беллы Ахмадулиной
  4. Семья Беллы Ахмадулиной
  5. Дети Беллы Ахмадулиной
  6. Дочь Беллы Ахмадулиной – Анна Нагибина
  7. Дочь Беллы Ахмадулиной – Елизавета Кулиева
  8. Бывший муж Беллы Ахмадулиной – Юрий Нагибин
  9. Бывший муж Беллы Ахмадулиной – Эльдар Кулиев
  10. Муж Беллы Ахмадулиной – Борис Мессерер
  11. Белла Ахмадулина стихи о любви лучшие (читать онлайн)
  12. Инстаграм и Википедия Беллы Ахмадулиной

Сегодня мы познакомимся с одной из самых известной советской поэтессой, переводчицей, сценаристкой и просто красивой женщиной Беллой Ахмадулиной. Стихотворения знамениты не только старшему поколению, но и подросток, так как ее изучают в школьной программе. Её биография, личная жизнь, дети, творческий успех интересует многих поклонников.

В этой статье вы найдете подробные ответы на все вас интересующие вопросы о величайшей лирической поэтессе второй половины ХХ века. Она была одна из ярких поэтов 60-х годов. Прочитав ее стихотворения, поймешь, что в них полностью отсутствуют социальные темы.

[sc name=»biografiya-inside-1″]

Рост, вес, возраст. Годы жизни Беллы Ахмадулиной

Знаменита русская поэтесса, переводчик, ее стихотворения популярны по сей день. Фанатов поэтессы интересует вопрос, какой был рост, вес, возраст. Годы жизни Беллы Ахмадулиной, когда она скончалась. На 73 году ушла из жизни Белла.

Она была, высокой, статной дамой. Её рост был 170 сантиметров, а вес 46 килограмм. Белла Ахмадулина рожденная под знаком Зодиака Овен, а по восточному календарю она Бык. Её характер во всех отношения соответствует характеристикам этого знака Зодиака.

Биография Беллы Ахмадулиной

Полное имя Беллы — Изабелла Ахмадулина. Имя ей дала бабка, из – за того что в СССР в те года были популярны испанские имена. Изабелла родилась в далеком 1937 году 10 апреля в городе Москва.

Её семья была достаточно обеспеченной, так как отец занимал высокую должность, а мать была переводчицей, служила КГБ. В Белле смешанная кровь, так как ее предки являются русской, татарской и испанской национальности.

Во время военных действий Беллу увозят в Казань, где жила вторая её бабка. В 1945 году девочка с матушкой возвращается в Москву, где возобновляется в школе. Будущая писательница любила проводить время за книгой, но в школе ей было скучно и Белла училась неохотно из – за этого.

Первые стихи она начала писать, когда обучалась в школе, а в восемнадцать лет состоялся ее дебют в журнале «Огонек». Критики сразу раскритиковали ее стихотворения, высказав мнения, что они старомодны и неактуальны для советской эпохи.

После издания своих первых стихотворений Изабелла определилась с профессией, она хотела стать поэтессой. Но её семье эти планы не нравились, и Белла пообещала, что поступит в МГУ. Но к большому успеху, девочка проваливает экзамены.

После провала с вступительными экзаменами Белла устраивается в издание «Метростроевец». В этой газете она начала печатать свои стихотворения.

Спустя год Ахмадулина решается поступить в Литературный институт А.М.Горького. Учеба в этом институте была недолгой, ее исключили из института за то, что она отказывалась подписывать лист осуждающий изменники Отчизны Б. Постернака.

После отчисления Изабелла устраивается в издательство «Литературная газета». Главный редактор, был потрясён ее уникальными способностями и помогает возобновить обучение в учебном заведении. В 1960 году Белла окончила институт с отличаем.

[sc name=»biografiya-inside-2″]

Творческая биография Беллы Ахмадулиной двигается вперед быстротечными шагами. В 1962 году она выпускает сборник стихотворений  с названием «Струна». В сборнике были собраны ее лучшие стихотворения. Публика моментально влюбилась в талан знаменитой писательницы.

Следующий сборник вышел в 1968 году под название «Озноб», в 1969 году сборник поэзии «Уроки музыки». Белла очень много творила, ее сборники выпускались в колоссально короткие сроки, но стихи были настолько легкие, воздушные, что читались на одном вздохе.

Изабелла Ахмадулина не только писала стихотворения, но и была переводчицей. Она перевела на русский язык стихотворения Николая Бараташвили, Симона Чиковани и других грузинских авторов. Так же, она переводила стихотворения с армянского, абхазского, кабардино-балкарского, английского, итальянского, польского, чешского и других языков.

За всю жизнь она сыграла две роли в кино. Если ее в роли артистки можно лицезреть только в двух фильмах, то ее стихи звучат во многих кинофильмах.

Ахмадулина родилась спустя век после смерти Пушкина, а ушла из жизни спустя век после кончины Толстого.

Знаменитая писательница очень любила животных. Любовь к собакам и кошкам прививала с детства бабка.

Белла была обладателем Государственной премии СССР.

Последние годы жизни были тяжелые для поэтессы. Она очень болела, ослепла и не могла ничего писать. Белла Ахмадулина скончалась 29 ноября 2010 года в Москве. Она была захоронена на Новодевичьем кладбище. В 2014 году на могиле Беллы был установлен памятник, выполненный ее супругом. Вы можете видеть фото могилы Беллы Ахмадулиной. Памятник напоминает Беллу в жизни: стройная, точеная фигура с книгой в руках.

После смерти Биллы мир, все равно помнит о ней, о ее знаменитых стихотворениях. В честь памяти о великой писательницы были установлены памятники в городе Тарусе и Москве.

Личная жизнь Беллы Ахмадулиной

Личная жизнь Беллы Ахмадулиной ни для кого не секрет. Она была три раза замужем. Впервые вышла замуж в восемнадцатилетнем возрасте за поэта Евгения Евтушенко. Через 3 года союз распался. Второй супруг был Юрий Нагибин. Через 9 лет совместной жизни пара разошлась из – за измены Беллы. В браке с Юрием Белла удочеряет Анечку. Третий гражданский супруг – Эльдар Кулиев. Ахмадулина рожает Эльдару дочку Лизу. Четвертый супруг был Борис Мессерер. Супружеская пара прожила в браке более тридцати лет вместе до самой смерти Беллы.

[sc name=»biografiya-inside-3″]

Семья Беллы Ахмадулиной

Каждая женщина мечтает о семейном счастье, что бы дома была гармония, смех детей, но семья для Беллы никогда не стояла на первом плане. Счастье ей доставляло её творчество. За плечами три брака, а она не обрела настоящего мужчины, опоры в семье.

Но, судьба ей улыбнулась и в 1974 году писательница повстречала скульптора Бориса. С ним поэтесса почувствовала себя любящей, женственной, нужной. Когда, Белла заключила брак со скульптором, она переехала жить к нему, бросив Аню и Лизу на воспитание мамы и няни. Семья Беллы Ахмадулиной в последний период жизни состояла из любящего мужа, двух дочерей.

Дети Беллы Ахмадулиной

Дети Беллы Ахмадулиной  выросли с бабушкой. Анна появилась на свет в 1968 году, она была приемным дочерью в семье поэтессы и Юрия Нагибина. В 1973 году родилась Елизавета от  Эльдара Кулиева. После того, как мать влюбилась без памяти в Бориса Мессерера, она забывает про дочерей и переезжает жить к возлюбленному.

Но, писательница быстро ощущает пустоту в материнское сердце и возобновляет общение с детьми, но не забирает их к себе жить. Белла стала уделять внимание в воспитании и обучении детей. Борис Мессерер, так же быстро нашел общий язык с девочками. Изабелла никогда не препятствовала развитию талантов своих дочерей и не ущемляла их в выборе.

Дочь Беллы Ахмадулиной – Анна Нагибина

Дочь Беллы Ахмадулиной – Анна Нагибина родилась в 1968 году. Анна была приемным ребенком в семье Нагибина и Ахмадулиной. Белла удочерила девочка для того что бы спасти брак с Юрием. Впоследствии разрыва отношений поэтесса отдает Анну на воспитание матери и Анны.

Анна с няней жили в квартире, которую купил Нагибин для дочери. Из детства Аня вспоминает, что мама уделяла внимание в воспитание, но очень редко. В подростковом возрасте Аня узнает, что она является приемным ребенком в их семье. Ее это огорчает, она уходит из дома и перестает общаться с матерью.

[sc name=»biografiya-inside-4″]

Дочь Беллы Ахмадулиной – Елизавета Кулиева

Дочь Беллы Ахмадулиной – Елизавета Кулиева появилась на свет в браке с Эльдаром Кулиевым. Лизе сейчас уже 44 года. Девочка с детства была очень ленивой, неохотно училась в школе, ей всегда в пример ставили ее старшую сестру Анну. Лиза посещала художественную школу.

Из детства Лиза вспоминает, что мама даже пару раз подписывала ей дневник, но это было редкость. Воспитанием Лизы занималась няня. После окончания школы Елизавета поступает в литературный институт имени А.М.Горького.

Бывший муж Беллы Ахмадулиной – Юрий Нагибин

Бывший муж Беллы Ахмадулиной – Юрий Нагибин был известным писателем – прозаиком. Знакомство с Беллой произошло в 1959 году. Прозаика называли «плейбоем того времени».

Нагибин за всю жизнь шесть раз связывал себя узами брака. Ни в одной из браков у писателя не было детей. Белла была его пятой супругой. Прожив вместе с ним девять лет, они разошлись. Белла любила Юрия, и для того что ы сохранить  брак даже решилась на удочерение. Скончался Юрий Нагибин в 1994 году.

Бывший муж Беллы Ахмадулиной – Эльдар Кулиев

Бывший гражданский муж Беллы Ахмадулиной – Эльдар Кулиев был кинорежиссером и сценаристом. Эльдар родился в знаменитой семье в 1951 году. Роман Кулиева и Ахмадулиной был бурный, но не продолжительный. Они любили вместе проводить время и вели довольно развязную жизнь. В этом браке рождается дочь Елизавета. После расторжения брака Белла забирает Лизу и отдает ее на воспитании няни. Эльдар не общался со своей дочерью. В 2017 году скончался знаменитый сценарист.

Муж Беллы Ахмадулиной – Борис Мессерер

Муж Беллы Ахмадулиной – Борис Мессерер – знаменитый скульптор, художник. Знакомство Бориса и Беллы было случайным. Они повстречались, когда выгуливали собак, после этого у них завязалось общение, а впоследствии пара решила узаконить свои отношения.

[sc name=»biografiya-inside-5″]

Брак с Беллой был вторим по счету и последним. Пара прожила вместе более тридцати лет. Мессерер был защитником Беллы, он взял на себя решение всех проблем. Борис опубликовал книгу после смерти супруги под названием «Промельк Беллы»

Белла Ахмадулина стихи о любви лучшие (читать онлайн)

Белла Ахмадулина стихи о любви лучшие, читать онлайн – это самая распространенная фраза на просторах интернета. Романтичная лирика Ахмадулиной полна грациозности и специфичной «высокопарности». Поэтесса могла произносить об эмоциях бередившие сердечко и об обычных радостях любви.

Влюбленность для Беллы Ахмадулиной – это эмоция сопереживания, чувствовать себя нежной, хрупкой, ранимой, находящейся за плечом крепкого мужчины. Любовь в стихах поэтессы переплетается с дружбой. Так как, влюбленная пара должна быть еще и друзьями между собой. Прочитавши ее стихи, думаешь, что поэтесса страдала от того, что была надолблена мужчинами. Стихи Беллы Ахмадулиной переведены на множество языков мира.

Инстаграм и Википедия Беллы Ахмадулиной

Многих почитателей ее стихов интересует вопрос, есть ли Инстаграм и Википедия Беллы Ахмадулиной. Белла не зарегистрирована ни в одной социальной сети, а подробности ее жизни можно прочитать на страницах википедии.

Поэтесса не признавала социальные сети, так как она всегда была за живое общение, где чувствуешь эмоции, тон и говор своего собеседника. Её муж и дочери тоже не зарегистрированы в инстаграме и о последних годах жизни поэтессы можно узнать, только из интервью.

Белла Ахмадулина воспитывала приемных детей

10 апреля Белле Ахмадулиной исполнилось бы 75 лет. Это первый юбилей без нее. Она ушла осенью 2010 года. Накануне дня рождения поэтессы наш корреспондент встретилась с близкими людьми Беллы Ахатовны и выведала немало подробностей ее биографии, о которых до сих пор знали лишь самые близкие.

Первым делом я решила позвонить дочкам Беллы Ахатовны – старшей, 43-летней Анне, и младшей – 38-летней Лизе. Мне казалось, что именно они смогут лучше всех рассказать, какой была их замечательная мама.

– Звоните маминому мужу – Борису Асафовичу Мессереру. Он у нас отличный рассказчик, – ответила старшая дочь поэтессы Анна и, сославшись на занятость, попрощалась.

И вот я на Поварской, 20, в той самой мастерской, где и зарождалась любовь поэтессы и художника. Вокруг старинные вещи, граммофоны, печатные машинки, шкафы, шкура белого медведя, которая от времени стала бурой. На огромном столе книги, тут же банки с чаем, кофе, кружки, бутылка коньяка – творческий беспорядок.

– Присаживайтесь, но ничего путного из нашего разговора не выйдет, – предупредил хозяин. – Сейчас ко мне придут люди, и я им тоже буду вынужден уделить время.

– Борис Асафович, как вы живете? – поинтересовалась я.

– Как городской сумасшедший, – ответил вдовец. – Полтора года без Беллы, вот с этим и живу, – шепотом сказал он, взяв в руки непочатую бутылку коньяка.

Мастерская быстро начала заполняться людьми. Пока хозяин был занят другими гостями, я осматривалась. Мой взгляд остановился на рукописном тексте. Пожелтевший лист, весь обсиженный мухами, приколот к потолку огромными гвоздями. Это те самые стихи, которые Ахмадулина, побывав здесь впервые, посвятила этому месту и его хозяину.

У Мессерера беспрестанно звонил телефон.

– Борис Асафович, если бы Белла Ахатовна увидела весь этот ажиотаж перед своим юбилеем, как бы она отреагировала?

– Белла взяла бы эту бутылку коньяка, выпила бы ее быстрее, чем я, и убежала от всех прочь, – сказал Мессерер. – Она не любила отмечать дни рождения. Всегда я сам бегал за продуктами, приглашал гостей, накрывал стол. К подаркам Белла тоже относилась совершенно спокойно. Такое отношение у нее было не только к своему празднику. Она не любила ходить на дни рождения друзей. Жена делала подарки только двум-трем любимым людям, да и то не всегда.

– Вы ее баловали?

– Баловал заслуженно. Я хотел, чтобы Белла была красивой, покупал ей очень дорогие вещи и украшения.

Наш диалог с хозяином прервал очередной посетитель. На пороге появился мужчина восточной наружности. Незнакомец назвался Игорем. Меж тем Борис Асафович отвлекся на телефонный звонок.

Пожилая дама, литературный критик, как ее представил Мессерер, сидевшая возле меня, тут же задала Игорю вопрос, который, признаться, меня ошеломил:

– Вы, помощник и друг Бориса Асафовича, наверняка в курсе, когда Белла взяла на воспитание дочек?

– Какое это сейчас имеет значение, – недовольным тоном ответил Игорь. – Вы что, сюда пришли, чтобы об этом узнать?

– А разве Аня и Лиза – это не ее родные дети? – поинтересовалась я.

– Ну что вы, милочка, Белла никогда не рожала, – округлив глаза, сказала собеседница. – Она сделала от первого своего мужа, Евгения Евтушенко, аборт и после этого не могла забеременеть. Дочь Аню она взяла на воспитание, когда вышла замуж за Юрия Нагибина, а Лиза появилась пятью годами позже. Воспитывала девочек няня Анна Васильевна. Белла была не приспособлена к быту.

– Но в официальных биографиях, – попыталась возразить я, – сказано, что от сына балкарского классика Кайсына Кулиева – Эльдара Кулиева – в 1973 году она родила дочку Елизавету. Первая  дочь, Анна, родилась в 1968 году, в то самое время, когда Белла Ахатовна была замужем за писателем Юрием Нагибиным.

– Мало ли что написано, – прервала меня собеседница, – есть москвичи, которые давно знают Беллу и в курсе ее драм, что случались в ее личной жизни. Вы никогда не задавали себе вопрос, почему Мессерер почти не общается с дочерьми Беллы? Да потому, что это не ее девочки. И напротив, у него прекрасные отношения с его сыном Александром от первого брака.
Весь наш разговор остался не без внимания Мессерера, но он сделал вид, что ничего не слышит.

– Я знаю, зачем он нас сюда позвал, – высказала свое мнение моя собеседница. – Борис хочет показать, как он занят. Жизненные философии Мессерера и Ахмадулиной сильно отличались, – вздохнув, сказала дама. – У Беллы были трения с коллегами. В той помойке, которая сейчас называется культурной средой, без конфликтов невозможно обойтись. Но Белла никогда не позволяла себе обидеть простого человека, показать свое преимущество над другими. Мессерер же не гнушается жлобских манер поведения с людьми. Он избалован сильными мира сего. Я слышала, что ему подарил роскошную квартиру Ельцин. Я была в этих апартаментах накануне 70-летия Беллы. Журналистов принимал Мессерер. Дверь в спальню была открыта. В одежде, свесив руки по обе стороны кровати, спала Ахмадулина. По-моему, она была пьяна. Она часто выпивала. В 1974 году, в год ее знакомства с Мессерером, она потеряла Василия Шукшина. Слышала, что Василия она любила. Однажды я осмелилась и спросила, правда ли они с Шукшиным были любовниками. Белла, выдержав паузу, сказала, что всё о ее отношениях с мужчинами написано в ее стихах.

Наш разговор с дамой прервал Борис Асафович. Он объявил, что ему пора уходить, и мы тоже покинули мастерскую.

Я решила напрямую спросить Анну, действительно ли Белла Ахатовна ее удочерила. Аня выслушала меня очень спокойно.

– Каждый волен писать, что хочет, я это комментировать не буду, – ответила без тени смущения Анна Юрьевна. – Пусть эта информация останется на совести тех людей, кто ее распространяет, – медленно, будто взвешивая каждое слово, говорила она. И снова посоветовала обратиться к Борису Асафовичу: дескать, он все знает лучше всех. – Но не обольщайтесь по поводу Бориса Асафовича, – сменив тон, сказала Аня. – Он, безусловно, даст вам интервью. Общайтесь с ним, пожалуйста, если готовы стать его биографом и бытописателем. Но учтите, это человек, который не умеет дружить и хорошо относиться к людям. Он дружит только с нужными ему людьми. Но не могу сказать, что в этот момент он их сильно любит. Нет у него того инструмента в душе, которым люди любят. Не дано это человеку!

– Анна, говорят, что у вашей мамы и Бориса Асафовича была разная жизненная философия – например в отношении к людям?

– Это да. Но у мамы был характер. Она не терпела предательства. Мама была по-настоящему доброй, но не добренькой.

– Аня, почему Борис Асафович против, чтобы я с вами общалась? Вы с ним в плохих отношениях?

– Не в том дело. Бог ему судья. Он расскажет лучше нас. Но вам будет сложно с ним общаться, если вы не примете то, что у мамы, кроме него, в жизни ничего-то и не было. Все должны принять, что мама была счастлива только с ним и стала тем, кем она стала, только благодаря Мессереру. А то, что до него Ахмадулина писала прекрасные стихи, об этом лучше при нем не упоминать. Скажите, а вы задавали Борису Асафовичу вопросы относительно маминого или его творчества? 

– Спросила, повлияло ли творчество Беллы Ахмадулиной на его творческую судьбу. «Началось! Снова эти штампы», – прокричал Мессерер. Развернулся и пошел в туалет.

– Ну вот! Это его типичное поведение, – сказала Аня. – И при этом он еще улыбается. Улыбаться для окружающих – это главное. Поймите, если ваши вопросы будут отходить от выстроенного им сюжета, вряд ли он будет этим доволен. У него есть некая своя версия их жизни, и все, что ее не подтверждает, он исключает. Это мифотворчество. Он у себя в голове нарисовал свою модель маминой судьбы. И продолжает ее рисовать всем остальным. Понятное дело, что, когда была жива мама, интервью брали у нее, а не у него. Теперь ее нет. Мессерер получил доступ к СМИ, чему страшно рад. Он будет вам рассказывать про то, как ему плохо живется без любимой, как он страдает, скучает по Белле. Но эта ситуация для него очень вы-год-ная!

– Анна, Борис Асафович в память о своей музе Белле написал книгу «Промельк Беллы». Как вы ее оцениваете?

– К написанию книги он подошел очень прагматично. Меня поразило, насколько правильно он дал название своему произведению. Есть такая фраза – «оговорки по Фрейду». Название книги как раз из серии оговорок. Там именно промельк Беллы… К тому же он неправильно указал фамилию маминой бабушки. У нее была фамилия Барамова. Он написал – Баранова. «Это все ерунда, которая не имеет значения», – вскипел он, когда я у него поинтересовалась, почему он так написал.

У мамы есть стихотворение «Побережье». Она его посвящала Льву Копелеву. Борис Асафович взял и переиначил. Он написал, что оно посвящено Гумилеву. Мама никогда не посвящала стихи Гумилеву, более того, она не относилась к нему так же трепетно, как, скажем, к Ахматовой, Цветаевой, Блоку, Мандельштаму. Борис Асафович выпускал год назад свою книгу иллюстраций по Петербургу, там было посвящение поэтам, только Гумилеву не было. Вот он от маминого имени и «посвятил». «Как же так?» – спросила я у него. Он начал кричать. «К чему весь этот твой педантизм». Доказывать что-то ему бесполезно, но на юридическом языке это называется фальсификацией.

– Люди, знавшие пару Мессерер – Ахмадулина, говорят, что он относился к ней, как к хрустальной вазе?

– Да! Он действительно покупал маме дорогие наряды. Но только мама была живым человеком, а не вазой. Это хорошо, когда любящий мужчина прилагает усилия, чтобы его любимая была красивой. Но лучше, когда он заботится, чтобы его женщина была счастливой! Для Мессерера главное – чтобы внешне все было красиво.

P.S. История, услышанная в мастерской про удочеренных детей Ахмадулиной, не давала мне покоя. И вот я отыскала литературный журнал «Время и мы» №140 за 1998 год. А в нем прочла интересную статью под заголовком «Как ничтожно кончается эпоха…» Она содержит дневники Павла Антокольского, известного советского поэта и переводчика, который дружил с Беллой Ахмадулиной. В них есть такая запись от 14 апреля 1968 года. Белла действительно взяла ребеночка и уже поселилась в своей новой квартире на Аэропортовской. В комментариях к этой статье добавлено: «Б. Ахмадулина удочерила девочку Аню».
Это был период ее совместной жизни с писателем Юрием Нагибиным. Именно поэтому Анна и носит отчество «Юрьевна». Получается, что в августе она взяла Анечку, а в ноябре развелась с Нагибиным.

И еще одно свидетельство той поры. Это отклик на одном из форумов в Интернете, посвященных проблемам семьи. Пишет ныне взрослая женщина, которая в детстве жила на даче в Переделкино по соседству с Ахмадулиной. Девочкой она оказалась в гостях у поэтессы – на дне рождения ее дочки Лизы, пришла с подарком. Лиза расстроилась из-за подарка, он ей не пришелся по душе. «А вот старшая дочь Беллы, Аня, очень нам обрадовалась. И Белла нам обрадовалась. Была с нами очень ласкова. Играла, развлекала малышей, устраивала викторины, давала призы и конфеты. Потом я узнала из разговора взрослых, что Аня удочерена, Белла взяла ее из детдома, в ту пору это было большой редкостью», – пишет она на форуме.

Стало быть, в узком писательском кругу о том, что Ахмадулина воспитала приемную девочку, знали давно. Просто эта информация до сих пор не выходила за его пределы. А вот что касается Лизы, то родная она дочь или тоже приемная, как это уверяет дама, что мне встретилась в мастерской Мессерера, это пока остается семейной тайной.

Марина Фролова

 

ИКОНА БЕЛЛЫ АХМАДУЛИНОЙ: viktorkotl — LiveJournal

    …Будучи в гостях у Кашифа Эльгарова, живой легенды нашей литературы, рассматривая многочисленные фотографии, на которых аксакал запечатлен на протяжении более шести десятилетий, обратил внимание на три практически одинаковых снимка, сделанных осенью 1956 года на Красной площади столицы. На них Кашиф, студент Литературного института, запечатлен со своим преподавателем поэтом-песенником Александром Коваленковыми, автором популярных в те годы строк «Солнце скрылось за горою, / Затуманились речные перекаты, / А дорогою степною / Шли с войны домой советские солдаты», его супругой Елизаветой и однокурсниками – Стасом Валисом, никакой информации о котором я даже во все знающем Интернете не обнаружил и Беллой Ахмадулиной (1937–2010), имя которой говорит само за себя.
    Вместе с этими фотографиями лежала еще одна, сделанная в тот же самый год, но не в столице, а в Нальчике. На ней рядом с Кашифом (со стопкой книг в руках) двое молодых парней. Это братья Муллаевы – Зубер и Борис. Последний более известен как Барасби, в фильмографии которого картины «Лавина с гор», «Герой нашего времени», «Всадник с молнией в руке», «Табор уходит в небо», «Буйный Терек», «Вершины не спят», «Раненые камни», «Расстанемся – пока хорошие», «Дорога на край жизни» и целый ряд других.

– А мальчик кто? – скорее из-за любопытства, чем какого-то интереса спросил я.
– Это Эльдар Кулиев,– ответил Кашиф.
И случайным образом оказавшиеся рядом фотографии сложились в мозаику человеческой судьбы.
В Википедии о личной жизни Беллы Ахмадулиной сообщается так: «С 1955 по 1958 Ахмадулина была первой женой Евгения Евтушенко. С 1959 по 1 ноября 1968 года – пятой женой Юрия Нагибина. Этот брак разрушился, по свидетельствам самого Нагибина в его опубликованном «Дневнике» и беллетризованных мемуаров Василия Аксёнова «Таинственная страсть», из-за смелых …экспериментов поэтессы. В 1968 году, разводясь с Нагибиным, Ахмадулина взяла на воспитание приёмную дочь Анну. От сына балкарского классика Кайсына Кулиева – Эльдара Кулиева (1951–2017) в 1973 году Ахмадулина родила дочь Елизавету. В 1974 году вышла замуж в четвёртый и последний раз – за театрального художника Бориса Мессерера… Первая дочь, Анна, окончила Полиграфический институт, оформляет книги в качестве иллюстратора. Дочь Елизавета, как и её мать, окончила Литературный институт».
На сайте http://sobesednik.ru размещено интервью с Аллой Григорьевной Нагибиной, вдовой знаменитого писателя Юрия Нагибина. Оно полно самых пикантных подробностей, которые мы опустим, а воспроизведем только главное: «В 1967 году в компании тех, кого мы сейчас называем «шестидесятниками», кипели страсти. Юрий Нагибин выставил на улицу свою жену, Беллу Ахмадулину, твердо заявив: «Жить с тобой я больше не буду!» – Белла не хотела уходить от Юрия. За восемь лет совместной жизни они часто расставались, один раз перерыв в отношениях достиг года. Поэтому все считали: побесятся-побесятся и помирятся. Но Нагибин сказал: «Всё!»
…Почему Нагибин был непреклонен, становится понятно, если прочесть сцену из романа Василия Аксенова «Таинственная страсть». В ней он описал расставание Юрия Нагибина и Беллы Ахмадулиной, в романе он ее называет Аххо или Нэллой: «Он открыл своим ключом дверь, шагнул внутрь и тут же вылетел обратно на лестничную клетку… Чрезмерные духи, чрезмерный кофе, чрезмерный никотин, чрезмерный коньяк… Он достиг гостиной и игриво позвал: «Аххо!» Ответом было молчание, слегка нарушаемое волнующим женским храпцом. Он шагнул в спальню и остолбенел…»
Алла Нагибина продолжает: «Брак с сыном балкарского классика Кайсына Кулиева, Эльдаром, самый загадочный в биографии Ахмадулиной. Откуда взялся этот человек, никто в компании Беллы не понимал. Например, Нагибин пишет, что познакомился с ним в ресторане, где …заступился за молодого человека. Эльдар был на 17 лет младше Беллы, но они подружились. Может, поэтому, оформив официальный развод с Ахмадулиной, Нагибин смягчился к ней и купил им с мужем квартиру. – Они жили в том же доме, на улице Черняховского, что и мы с Юрием.
…Белла с ним прожила недолго».
Но вовсе не подробности личной жизни Беллы Ахмадулиной и Эльдара Кулиева, которые, к сожалению, доступны каждому в Интернете, подтолкнули обратиться к этой истории, а та взаимосвязь случайных, на первый взгляд, эпизодов, которые легли в ее основу.
…Буквально через пару дней после встречи с Кашифом, стало известно о смерти 14 января этого года Эльдара Кулиева. В некрологе, который поместили республиканские газеты, говорилось о том, что сын Кайсына «на киностудии имени Довженко снял трехсерийный телевизионный фильм по своему сценарию «Раненые камни»; его повесть «Прощальный взгляд» «получила признание в литературной и читательской среде».
В тот же день в издательство зашел бывший нальчанин Сергей Касьянов, ныне проживающий в Москве и работающий концертным директором. Сергей в эстрадных кругах человек весьма известный. То, чем он занимается и кем является, раскрывает информация, размещенная на сайте «Центр возрождения оперетты»: «Этот человек 20 лет сопровождал в творческом пути Аллу Баянову, помогая ей в организации концертов и творческих встреч. С его помощью собирал полные залы Владимир Зельдин, Людмила Лядова, Римма Маркова и многие другие кумиры советской эпохи, которым было нелегко приспособиться к рыночным реалиям изменившейся страны. У него получалось напоминать о по-прежнему талантливых «старичках» широкой публике.
Сергей отвечает за организационную работу с творческими коллективами, в том числе за гастроли по стране».
С Сергеем мы давно знакомы, он принимал участие в ряде наших экспедиций по республике и приезжая в Нальчик обязательно дает о себе знать. В этот свой приход он и увидел лежащие на столе и подготовленные к сканированию фотографии, взятые у Кашифа Эльгарова. Вгляделся и вопросительно произнес: «Белла Ахмадулина?». А, получив утвердительный ответ, продолжил: «Удивительно, но мы только что вспоминали ее. Дело в том, что я привез из Москвы икону Беллы, которую ей передал Володя Мокаев, но случилось так, что она не смогла ее забрать. И икона снова вернулась к Володе».

    Но чтобы читателю все стало ясно в этой истории, ее надо рассказать сначала.
А дело было так. В 1970 году Эльдар и Белла приехали в Нальчик. Вначале они жили в квартире Кайсына, но потом Ахмадулина (в силу известных причин) переехала в гостиницу «Россия»; номер их был на последнем этаже. Жизнь вели молодые разгульную, а она требовала денег. В один из дней Эльдар позвонил Володе Мокаеву, ныне известному художнику, поэту, музыканту, музейному работнику, одним словом, человеку всесторонне развитому и творчески состоявшемуся. Володя и Эльдар были знакомы с детских лет, так как проживали в соседних домах по проспекту Ленина. На просьбу выручить финансово, Мокаев откликнулся – пришел в гостиницу «Россия», отдав последний трояк. По тем временам сумма весьма солидная. Володя вспоминает, как Белла, стоя на балконе, смотрела на горы, читала стихи, закончив их словами: «Их видели Пушкин, Лермонтов, а теперь и я».
Это была не единственная их встреча. К сожалению, веселая жизнь продолжалась и на ее обеспечение пошла икона, которую Ахмадулина привезла с собой. Володю попросили продать ее. Но покупателя на эту необычную вещь не нашлось и так получилось, что она была оставлена Мокаеву в счет полученных от него сумм.
Икона эта необычная – с русского Севера, их так и называют «Северные письма». Северорусская иконопись отличается простотой образов, яркостью и чистотой красок. На ахмадулинской изображен Нил Столобенский (конец XV века – 1555), основавший Нило-Столобенскую пустынь и причисленный к лику святых как преподобный. Аскетизм Нила доходил до того, что он даже отказывался спать лежа и дабы не принимать горизонтальное положение, вбил в стену кельи колья; опираясь на них, и отдыхал. Отчего его и прозвали столпником. Колышки эти имеются и на иконе.
Короче говоря, икона осталась в коллекции Владимира Мокаева. В последующие годы Белла неоднократно приезжала в Кабардино-Балкарию, они виделись. Одно время даже шел разговор об издании его книги, которую Ахмадулина обещала пристроить в одно из зарубежных издательств. Но до этого дело так и не дошло.
А потом случилось вот что. Как рассказывает Володя, в одну из ночей 2010 года во сне он услышал голос, велевший ему вернуть икону Ахмадулиной. Мокаев рассказал об этом своей супруге, и они оба решили, что такой сон вероятнее всего предвещает скорый уход.
О том, как именно передать икону, Володе даже не пришлось задумываться. В тот же день на выставке в республиканском музее изобразительных искусств в Нальчике. где Мокаев работает главным хранителем, он познакомился с молодым человеком, представившимся Сергеем Касьяновым. В разговоре выяснилось, что концертный директор сейчас занимается организацией творческого вечера Беллы Ахмадулиной. Сергей согласился передать икону.
Но этого так и не произошло. 10 ноября 2010 года завершилась жизнь одной из гениальнейших поэтесс нашей страны. Икона Нила Столпника к ней так и не вернулась. Уже после смерти Беллы Касьянов позвонил Мокаеву и спросил, как поступить дальше. Володя попросил передать икону дочери Беллы, но та отказалась ее брать, сказав, что мама ей об этом ничего не говорила.
Нил Столпник вернулся в наш город…
…Володя принес икону в издательство. Я держал в руках эту небольшую, почерневшую от времени доску и пытался понять, что стоит за этим круговоротом событий: из Москвы в Нальчик, потом в Москву и снова в Нальчик; кем была эта святыня для той, кому она принадлежала, почему ушла из ее рук да так и не вернулась, хотя как будто обстоятельства способствовали этому.
Нил Столпник мог бы ответить на волнующие меня вопросы, но он молчал: иконы не говорят, они только смотрят…
Вскоре после смерти Беллы Ахмадулиной на сайте «Собеседник.ру» было опубликовано интервью с ее дочерью – Елизаветой Кулиевой. Вот несколько фрагментов из него:
«…Маму побаивались за ее проницательность. Считалось, что она, подобно рентгену, видит людей насквозь. У мамы существовало определение: «доброкачественный человек».
«Недоброкачественных» она раскусывала, как ясновидящая. Я всегда удивлялась, что зоркость, чутье в ней непостижимым образом сочетаются с простодушием. Не подозревала только его масштабов. В последние месяцы, когда мы тесно соприкасались, мамина обезоруживающая доверчивость меня на каждом шагу прямо-таки сражала.
Обычно все зависело от ее отношения к человеку. Если она была к нему расположена, то доверяла восторженно, безгранично. Если же возникало негативное отношение (причем часто необъективное, необъяснимое), тогда – абсолютнейшая неприязнь. Она не грубила – хотя и резкость позволяла себе, сталкиваясь с негодяями. Но мама делала отчужденное, мрачное лицо, как бы выражающее: мне с вами так скучно. Слово «скучно» было определяющим в ее отношении к немалой части человечества. Это не значит, что она кого-то презирала. Просто не находила точек соприкосновения…
…Вот я размышляю: что нас трех объединяет? Мы все разные – мама, Аня, я. Однако есть семейная черта, она не… бац, генетически передана, мама нас так воспитала, что мы не способны на подлость. И я, и сестра не умеем плести интриги, кляузничать. На работе мне проще прямо врезать, чем действовать втихаря… Не было, чтобы мама, допустим, сказала: «Садитесь, девочки, я объясню вам, что такое хорошо и что такое плохо». Никогда – в назидательной форме, никогда – нотации, но все, что она произносила, было про это: человек обязан быть честным, великодушным; жадность, трусость, тщеславие отвратительны. Под «доброкачественностью» подразумевались открытость, неспособность на предательство, умение сострадать. То есть она нас конкретно воспитывала. В том числе упоминая о ситуациях и собственных поступках, когда проявляла эти черты.
…Прошло всего несколько месяцев, как мамы не стало, и сейчас мы просто ощущаем на месте сердца зияющую дыру. Мне кажется, минует еще полгода-год и я пойму: мама во всем, что в мире, вокруг. Почувствую ее перетекание в меня, в Аньку, в каждую окружающую вещь… Так будет. Пока же ее физическое отсутствие – провал, огромная пустота. А то, что мама – большой поэт, так мы с детства хорошо научились отделять одно от другого. Я и Аня чувствуем себя не детьми великого поэта, а детьми своей мамы. И при этом знаем, что она – великий поэт. Для нас это совершенно не сплетено».
…Белла Ахмадулина ушла. Ушла навсегда. Но остались, и остались навсегда, ее стихи, ее неповторимый голос. И икона, помнящая тепло ее рук.

Белла Ахмадулина воспитывала приемных детей

Она ушла осенью 2010 года. Накануне дня рождения поэтессы наш корреспондент встретилась с близкими людьми Беллы Ахатовны и выведала немало подробностей ее биографии, о которых до сих пор знали лишь самые близкие.

Первым делом я решила позвонить дочкам Беллы Ахатовны – старшей, 43-летней Анне, и младшей – 38-летней Лизе. Мне казалось, что именно они смогут лучше всех рассказать, какой была их замечательная мама.

– Звоните маминому мужу – Борису Асафовичу Мессереру. Он у нас отличный рассказчик, – ответила старшая дочь поэтессы Анна и, сославшись на занятость, попрощалась.

И вот я на Поварской, 20, в той самой мастерской, где и зарождалась любовь поэтессы и художника. Вокруг старинные вещи, граммофоны, печатные машинки, шкафы, шкура белого медведя, которая от времени стала бурой. На огромном столе книги, тут же банки с чаем, кофе, кружки, бутылка коньяка – творческий беспорядок.

– Присаживайтесь, но ничего путного из нашего разговора не выйдет, – предупредил хозяин. – Сейчас ко мне придут люди, и я им тоже буду вынужден уделить время.

– Борис Асафович, как вы живете? – поинтересовалась я.

– Как городской сумасшедший, – ответил вдовец. – Полтора года без Беллы, вот с этим и живу, – шепотом сказал он, взяв в руки непочатую бутылку коньяка.

Мастерская быстро начала заполняться людьми. Пока хозяин был занят другими гостями, я осматривалась. Мой взгляд остановился на рукописном тексте. Пожелтевший лист, весь обсиженный мухами, приколот к потолку огромными гвоздями. Это те самые стихи, которые Ахмадулина, побывав здесь впервые, посвятила этому месту и его хозяину.

У Мессерера беспрестанно звонил телефон.

– Борис Асафович, если бы Белла Ахатовна увидела весь этот ажиотаж перед своим юбилеем, как бы она отреагировала?

– Белла взяла бы эту бутылку коньяка, выпила бы ее быстрее, чем я, и убежала от всех прочь, – сказал Мессерер. – Она не любила отмечать дни рождения. Всегда я сам бегал за продуктами, приглашал гостей, накрывал стол. К подаркам Белла тоже относилась совершенно спокойно. Такое отношение у нее было не только к своему празднику. Она не любила ходить на дни рождения друзей. Жена делала подарки только двум-трем любимым людям, да и то не всегда.

– Вы ее баловали?

– Баловал заслуженно. Я хотел, чтобы Белла была красивой, покупал ей очень дорогие вещи и украшения.

Наш диалог с хозяином прервал очередной посетитель. На пороге появился мужчина восточной наружности. Незнакомец назвался Игорем. Меж тем Борис Асафович отвлекся на телефонный звонок.

Пожилая дама, литературный критик, как ее представил Мессерер, сидевшая возле меня, тут же задала Игорю вопрос, который, признаться, меня ошеломил:

– Вы, помощник и друг Бориса Асафовича, наверняка в курсе, когда Белла взяла на воспитание дочек?

– Какое это сейчас имеет значение, – недовольным тоном ответил Игорь. – Вы что, сюда пришли, чтобы об этом узнать?

– А разве Аня и Лиза – это не ее родные дети? – поинтересовалась я.

– Ну что вы, милочка, Белла никогда не рожала, – округлив глаза, сказала собеседница. – Она сделала от первого своего мужа, Евгения Евтушенко, аборт и после этого не могла забеременеть. Дочь Аню она взяла на воспитание, когда вышла замуж за Юрия Нагибина, а Лиза появилась пятью годами позже. Воспитывала девочек няня Анна Васильевна. Белла была не приспособлена к быту.

– Но в официальных биографиях, – попыталась возразить я, – сказано, что от сына балкарского классика Кайсына Кулиева – Эльдара Кулиева – в 1973 году она родила дочку Елизавету. Первая  дочь, Анна, родилась в 1968 году, в то самое время, когда Белла Ахатовна была замужем за писателем Юрием Нагибиным.

– Мало ли что написано, – прервала меня собеседница, – есть москвичи, которые давно знают Беллу и в курсе ее драм, что случались в ее личной жизни. Вы никогда не задавали себе вопрос, почему Мессерер почти не общается с дочерьми Беллы? Да потому, что это не ее девочки. И напротив, у него прекрасные отношения с его сыном Александром от первого брака.
Весь наш разговор остался не без внимания Мессерера, но он сделал вид, что ничего не слышит.

– Я знаю, зачем он нас сюда позвал, – высказала свое мнение моя собеседница. – Борис хочет показать, как он занят. Жизненные философии Мессерера и Ахмадулиной сильно отличались, – вздохнув, сказала дама. – У Беллы были трения с коллегами. В той помойке, которая сейчас называется культурной средой, без конфликтов невозможно обойтись. Но Белла никогда не позволяла себе обидеть простого человека, показать свое преимущество над другими. Мессерер же не гнушается жлобских манер поведения с людьми. Он избалован сильными мира сего. Я слышала, что ему подарил роскошную квартиру Ельцин. Я была в этих апартаментах накануне 70-летия Беллы. Журналистов принимал Мессерер. Дверь в спальню была открыта. В одежде, свесив руки по обе стороны кровати, спала Ахмадулина. По-моему, она была пьяна. Она часто выпивала. В 1974 году, в год ее знакомства с Мессерером, она потеряла Василия Шукшина. Слышала, что Василия она любила. Однажды я осмелилась и спросила, правда ли они с Шукшиным были любовниками. Белла, выдержав паузу, сказала, что всё о ее отношениях с мужчинами написано в ее стихах.

Наш разговор с дамой прервал Борис Асафович. Он объявил, что ему пора уходить, и мы тоже покинули мастерскую.

Я решила напрямую спросить Анну, действительно ли Белла Ахатовна ее удочерила. Аня выслушала меня очень спокойно.

– Каждый волен писать, что хочет, я это комментировать не буду, – ответила без тени смущения Анна Юрьевна. – Пусть эта информация останется на совести тех людей, кто ее распространяет, – медленно, будто взвешивая каждое слово, говорила она. И снова посоветовала обратиться к Борису Асафовичу: дескать, он все знает лучше всех. – Но не обольщайтесь по поводу Бориса Асафовича, – сменив тон, сказала Аня. – Он, безусловно, даст вам интервью. Общайтесь с ним, пожалуйста, если готовы стать его биографом и бытописателем. Но учтите, это человек, который не умеет дружить и хорошо относиться к людям. Он дружит только с нужными ему людьми. Но не могу сказать, что в этот момент он их сильно любит. Нет у него того инструмента в душе, которым люди любят. Не дано это человеку!

– Анна, говорят, что у вашей мамы и Бориса Асафовича была разная жизненная философия – например в отношении к людям?

– Это да. Но у мамы был характер. Она не терпела предательства. Мама была по-настоящему доброй, но не добренькой.

– Аня, почему Борис Асафович против, чтобы я с вами общалась? Вы с ним в плохих отношениях?

– Не в том дело. Бог ему судья. Он расскажет лучше нас. Но вам будет сложно с ним общаться, если вы не примете то, что у мамы, кроме него, в жизни ничего-то и не было. Все должны принять, что мама была счастлива только с ним и стала тем, кем она стала, только благодаря Мессереру. А то, что до него Ахмадулина писала прекрасные стихи, об этом лучше при нем не упоминать. Скажите, а вы задавали Борису Асафовичу вопросы относительно маминого или его творчества?

– Спросила, повлияло ли творчество Беллы Ахмадулиной на его творческую судьбу. «Началось! Снова эти штампы», – прокричал Мессерер. Развернулся и пошел в туалет.

– Ну вот! Это его типичное поведение, – сказала Аня. – И при этом он еще улыбается. Улыбаться для окружающих – это главное. Поймите, если ваши вопросы будут отходить от выстроенного им сюжета, вряд ли он будет этим доволен. У него есть некая своя версия их жизни, и все, что ее не подтверждает, он исключает. Это мифотворчество. Он у себя в голове нарисовал свою модель маминой судьбы. И продолжает ее рисовать всем остальным. Понятное дело, что, когда была жива мама, интервью брали у нее, а не у него. Теперь ее нет. Мессерер получил доступ к СМИ, чему страшно рад. Он будет вам рассказывать про то, как ему плохо живется без любимой, как он страдает, скучает по Белле. Но эта ситуация для него очень вы-год-ная!

– Анна, Борис Асафович в память о своей музе Белле написал книгу «Промельк Беллы». Как вы ее оцениваете?

– К написанию книги он подошел очень прагматично. Меня поразило, насколько правильно он дал название своему произведению. Есть такая фраза – «оговорки по Фрейду». Название книги как раз из серии оговорок. Там именно промельк Беллы… К тому же он неправильно указал фамилию маминой бабушки. У нее была фамилия Барамова. Он написал – Баранова. «Это все ерунда, которая не имеет значения», – вскипел он, когда я у него поинтересовалась, почему он так написал.

У мамы есть стихотворение «Побережье». Она его посвящала Льву Копелеву. Борис Асафович взял и переиначил. Он написал, что оно посвящено Гумилеву. Мама никогда не посвящала стихи Гумилеву, более того, она не относилась к нему так же трепетно, как, скажем, к Ахматовой, Цветаевой, Блоку, Мандельштаму. Борис Асафович выпускал год назад свою книгу иллюстраций по Петербургу, там было посвящение поэтам, только Гумилеву не было. Вот он от маминого имени и «посвятил». «Как же так?» – спросила я у него. Он начал кричать. «К чему весь этот твой педантизм». Доказывать что-то ему бесполезно, но на юридическом языке это называется фальсификацией.

– Люди, знавшие пару Мессерер – Ахмадулина, говорят, что он относился к ней, как к хрустальной вазе?

– Да! Он действительно покупал маме дорогие наряды. Но только мама была живым человеком, а не вазой. Это хорошо, когда любящий мужчина прилагает усилия, чтобы его любимая была красивой. Но лучше, когда он заботится, чтобы его женщина была счастливой! Для Мессерера главное – чтобы внешне все было красиво.

P.S. История, услышанная в мастерской про удочеренных детей Ахмадулиной, не давала мне покоя. И вот я отыскала литературный журнал «Время и мы» №140 за 1998 год. А в нем прочла интересную статью под заголовком «Как ничтожно кончается эпоха…» Она содержит дневники Павла Антокольского, известного советского поэта и переводчика, который дружил с Беллой Ахмадулиной. В них есть такая запис

Белла Ахмадулина — «Ваше все»

Страница 1 из 5

DatsoPic 2.0 © 2009 by Andrey Datso

Белла Ахмадулина – явление в русской поэзии редкостное, ошеломляющее, недюжинное. Ее поэзия по-мужски сильна, дарование поэтическое исключительно, а ум ее безупречен. Она узнаваема в каждой строке, ее невозможно ни с кем спутать… 

Белла Ахмадулина появилась на свет десятого апреля 1937-го года в городе Москва. Ее отцом был заместителем министра – Ахат Валеевич Ахмадулин, татарин по национальности, а матерью – переводчица русско-итальянского происхождения. Нет ничего удивительного в том, что интеллигентная обстановка, царящая в семье, способствовала развитию творческого начала у Беллы.

   Она начала печататься еще в школе, годам к пятнадцати нащупав собственную творческую манеру, занималась в литературном кружке. Поэтому, когда встал вопрос о том, куда идти учиться после школы, решение было принято однозначное – только Литературный институт. Из него, правда, ее на какое-то время изгнали, когда поэтесса отказалась поддерживать травлю, направленную против Бориса Пастернака, но официальной причиной ее отчисления была неудовлетворительная оценка по предмету марксизма-ленинизма. Потом, в институте она была восстановлена и закончила его в 1960-ом году и в том же году она приобрела уже какую-то известность благодаря своим многочисленным поэтическим выступлениям в Лужниках, Московском университете и Политехническом музее. Она, вместе со своими товарищами по цеху, с Андреем Вознесенским, с Евгением Евтушенко, (за ним она была замужем с 1955 по 1958 год) с Робертом Рождественским собирала немыслимые аудитории. Правда, свое самое знаменитое стихотворение «По улице моей который год…» Белла написала еще в 1959 году, когда ей было всего двадцать два года. Впоследствии Микаэл Таривердиев (1975) напишет к этим стихам дивную музыку, и этот романс прозвучит в культовом советском фильме Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или с легким паром!», проникновенность которого неизменно вызывает самые пронзительные чувства у слушателей… до мурашек.

   Первый сборник поэтессы «Струна» увидел свет в 1962-ом году. В 1964 Белла Ахатовна стала киноактрисой, снявшись в фильме «Живет такой парень» Василия Шукшина, где сыграла роль журналистки. Эта кинолента на Каннском фестивале была удостоена премии «Золотого Льва».  Потом последовала еще одна киноработа – в фильме «Спорт, спорт, спорт» в 1970-ом году. В том же 1970-ом году вышел еще один сборник стихотворений Ахмадулиной – «Уроки музыки». Затем последовали: «Стихи» (1975 год), «Метель» (1977 год), «Свеча» (1977 год), «Тайна» (1983 год), «Сад» (1989 год). Последний был удостоен Государственной премии СССР.

  Ахмадулина была первой женой Евгения Евтушенко, позже — женой Юрия Нагибина. От сына балкарского классика Кайсына Кулиева — Эльдара Кулиева в 1973 году она родила дочку Елизавету.

   Огромное место в сердце поэтессы занимала Грузия, которую Ахмадулина посетила в семидесятых годах, и которую полюбила всем сердцем. Белла переводила стихи грузинских поэтов: Г. Табидзе, Н. Бараташвили и И. Абашидзе, стремясь донести красоту их слова, их невероятный лиризм до русскоязычных читателей. В 1974-ом году она вышла замуж за Бориса Мессерера, и это был уже ее четвертый брак.

  Дочь Елизавета Кулиева, как и её мать, закончила Литературный институт.

  Вторая дочь, Анна, окончила Полиграфический институт, оформляет книги в качестве иллюстратора.

   В 1979-ом году поэтесса принимала участие в создании литературного альманаха «Метрополь». Альманах был неподцензурный, что соответствовало свободолюбивому духу Ахмадулиной. Она не раз поддерживала опальных советских авторов-диссидентов: Владимира Войновича, Льва Копелова, Андрея Сахарова, Георгия Владимирова. Она публиковала заявления в их защиту в «Нью-Йорк Таймс», ее выступления передавались по «Голосу Америки» и «Радио Свобода». Поэтесса скончалась в 2010-ом году, двадцать девятого ноября. В последние годы, по утверждению ее мужа, Белла Ахатовна сильно болела, практически ослепла и передвигалась на ощупь, но дух этой необыкновенной женщины сломлен не был. Она не любила воспроизводить в своей лирике историю душевной скорби и страданий, но она часто указывала на них, она понимала подоснову бытия: «Не плачьте обо мне… Я проживу!»

  10 апреля – первый день рождения Беллы Ахмадулиной, отмечаемый без нее. После ее ухода. Поэту, которому «с небес диктовали задачу», исполнилось бы 74. Год назад, примерно в это же время мы условились с Беллой Ахатовной сделать книгу бесед. Из-за проблем с глазами Ахмадулина давно не писала, а рассказать – о, рассказать было о чем! Она была полна энтузиазма, в замечательной форме. В нетерпении по телефону принималась говорить о том, что предназначалось для книги. Потом заболела… Теперь представляется особенно драгоценным все, что связано с именем Ахмадулиной. В Лизе Кулиевой не сразу бросается в глаза недерзкое сходство с мамой. Но – какой-то поворот головы, вдруг та же модуляция голоса, смех – и на мгновение перед тобой словно Белла, не повторенная (кто бы посмел на это посягнуть!), но передавшая младшей дочери то, что сама называла «метой нашего единства». Сегодня Елизавета Кулиева в эксклюзивном интервью «НГ» рассказывает, какой была их с сестрой Анной мама в жизни.

  – Несколько лет назад в одном интервью журналу, Белла Ахатовна назвала свою любовь к вам кроткой и добавила, что, кроме этого чувства, больше ни в чем вам не содействует. Насколько это много – кроткая любовь Беллы Ахмадулиной?

  – Попытаюсь объяснить, что такое, по моим ощущениям, кроткая любовь в мамином понимании. В детстве сама она пострадала от удушающей любви, которая свойственна многим родителям. Это такой переизбыток чувств, подавляющий чрезмерной опекой. Бабушка была очень энергичным, волевым человеком. Вероятно, ее желание проникнуть во все закоулки существования дочери пугало маму, особенно если учесть необычность ее натуры, тонкость психики, потребность побыть наедине со своими мыслями.

  Маме не хватало личного пространства, она ощущала повышенную заботу как зло. Поэтому всегда боялась наседать на нас со своей любовью, старалась дать детям больше воздуха. В ее случае кроткая любовь подразумевала очень сильные чувства, но при минимуме явного пригляда. Мама совершенно осознанно, четко формулируя для себя, предоставила нам немалую свободу.

Личная жизнь беллы ахмадулиной | Журнал Домашний очаг

Белла Ахмадулина была символом Оттепели — прекрасная, тоненькая поэтесса с огромными глазами и необычным голосом. Она не была похожа на остальных советских девушек и выглядела даже не иностранкой, а каким-то эльфом, случайно прилетевшим на нашу планету. Она носила шляпки с вуалетками, рисовала на щеке мушку, любила узкие юбки. У Беллы всегда было много поклонников, и она выбирала самых лучших мужчин — так, во всяком случае, ей казалось.

Первый брак

Ее первым мужем был поэт Евгений Евтушенко. Этот брак был по‑настоящему звездным, когда они, первые поэты своего поколения шли рядом, молодые, красивые, очень модные, это производило сокрушительный эффект. Они расстались — просто потому, что их отношения закончились. «Любовь живет три года» — у них так и было. Они были слишком разными: Белла, бунтарка, ее даже из Литинститута отчислили за то, что она не присоединилась к травле Пастернака, и Евтушенко, всегда точно чувствующий линию партии.

Белла Ахмадулина и Евгений Евтушенко

Белла Ахмадулина и Евгений Евтушенко

Второй муж

После развода с Евтушенко Белла полюбила Юрия Нагибина. Это была ее самая большая и больная любовь. Они прожили вместе девять нервных лет, в которых было много взаимного восхищения, но и пьяных ссор, взаимных обид и непониманий тоже.

И однажды Нагибин просто выставил Беллу из дома.

Он был непреклонен, он не позволил ей вернуться, даже когда она взяла в семью из детского дома девочку Аллу. Писатель сказал, что не будет жить с Беллой даже ради ребенка. Он до конца жизни бесился по поводу Беллы, опубликовал мемуары, в которых каждое слово о ней переполнено болью и ядом.

Белла Ахмадулина и Юрий Нагибин

Белла Ахмадулина и Юрий Нагибин

Но и Белле было нелегко.

Читайте также: «По улице моей». Юрий Нагибин и Белла Ахмадулина.

Старшая в доме

Она оказалась в ледяной пустыне одиночества. За спиной — два разрушенных брака, на руках маленькая девочка. Кончается Оттепель, время ее юности.

Эльдар Кулиев

Эльдар Кулиев

В этот трудный момент Белла познакомилась с интересным парнем. Эльдар Кулиев был на 14 лет моложе Беллы: ему было чуть за 20, ей — под сорок. Он учился во ВГИЕе на сценарном факультете, но он отличался от других начинающих сценаристов. Отец Эльдара, Кайсын Кулиев, был балакарским поэтом, известным и уважаемым человеком у себя на Кавказе. Эльдар привык получать все, что хотел. Возможно, он не оценил свои силы: думал, что Белла — просто женщина, просто талантливая и очень красивая, и какое испытание предстоит его мужскому самолюбию, даже не догадывался…

Белла привыкла, что мужчины с ней нянчатся, наряжают, как дорогую куклу, обустраивают ее жизнь максимально удобным способом. Тут все было не так. Она была старшей, отвечала за бытовую сторону жизни, помогала мужу-студенту писать курсовые работы. Эльдар оказался очень хорошим отцом для ее приемной дочери, и это со многим примиряло. Вообще, Белла полюбила Эльдара. Он помог ей пережить депрессию, выкарабкаться из настоящего ада, и она была ему бесконечно за это благодарна.

Она похожа на тебя!

Когда у них родилась Лиза, Эльдар несколько опешил. Он ждал сына, для него это было важно.

И Белла писала ему из роддома успокаивающие записки в духе: «ничего, что девочка, зато она так похожа на тебя!».

У Лизы волосы начинали расти низко, от самых бровей — сразу видно, что в этой девочке кавказская кровь!

Но вскоре после рождения дочери молодой муж охладел к Белле. Они расстались не по ее инициативе и не по ее вине. Первая поэтесса Оттепели снова осталась одна, но теперь у нее было две девочки. И судьба приготовила ей фантастическую встречу — однажды она выйдет во двор погулять с собакой и встретит мужчину, с которым останется на много, много лет.

А молодой муж… Что ж, он сыграл свою роль в его жизни. Кто виноват, что это была такая маленькая роль?

Белла Ахмадулина — Биография — IMDb

Белла Ахмадулина была выдающейся русской поэтессой, одним из ярких женских голосов в современной русской литературе, чьи восторженные выступления привлекали тысячи зрителей к ее выступлениям в концертных залах и на стадионах.

Она родилась Изабелла Ахатовна Ахмадулина 10 апреля 1937 года в Москве, Россия. Ее отец Ахат Валеевич Ахмадулин и мать Надежда Макаровна Лазарева имели смешанные татарские, русские, грузинские и итальянские корни.Ахмадулина окончила школу и поступила в Литературный институт имени Горького в Москве. Там она пострадала от политического давления и была временно исключена за то, что поддерживала Бориса Пастернака. Ее талант восторжествовал, и после годичного перерыва она вернулась в колледж, получив диплом писателя в 1960 году.

Ахмадулина приобрела известность во время постсталинской оттепели, когда ослабление цензуры привело к расцвету искусства. Ее первые стихи были опубликованы в 1955 году в официальном советском журнале «Октябрь».Ее восхитительно свежие ранние стихи 1950-60-х годов были частью возрождения культурной «оттепели», инициированной Никитой Хрущевым. Вместе с поэтами Евгением Евтушенко, Андреем Вознесенским, Робертом Рождественским и Булатом Окуджавой она сыграла важную роль в освобождении коллективного сознания после десятилетий репрессий при диктатуре Иосифа Сталина. Ахмадулину иногда сравнивали с Анной Ахматовой за ее искренний женский стиль. Но позже, после того как Леонид Брежнев уволил Никиту Хрущева, «оттепель» закончилась, и советские критики неверно оценили ее стиль как эротизм.Ахмадулину исключили из Союза писателей и запретили публиковать одновременно с Александром Солженицыным и другими советскими диссидентами. В ответ на финал «Оттепели» она назвала свой следующий сборник стихов «Озноб» (Лихорадка, 1968), он был издан во Франкфурте, Германия, и в США под названием «Лихорадка и другие стихи» (1969). ,

Ахмадулина была стойким сторонником свободы слова и прав человека в Советском Союзе. Она публично защищала Андрея Сахарова, Льва Копелева, Георгия Владимова, Владимира Войновича и других диссидентов.Когда ей запретили доступ к советской прессе и СМИ, Ахмадулина делала свои заявления через международную прессу и радио. Его стихи переведены на английский, японский, итальянский, арабский, французский, немецкий, польский, чешский, датский, армянский, грузинский языки,

.

Новые и избранные стихи и проза Беллы Ахмадулиной

Три моих любимых —

НЕ ТРАТИТЕ НА МЕНЯ много времени

Не тратьте много времени на меня;
не имеет смысла задавать вопросы или
пытаться сковать мне руки своими
добрыми, верными глазами.

Весной нет смысла гнать за мной
по всем лужам. Я знаю
, что даже если мы снова встретимся с
, больше ничего не будет.

Ты думаешь, я горжусь тем, что хожу везде
вот так и не дружу с тобой?
Не гордыня, а тяжелое сердце заставляет меня
держать голову высоко.

ТУМАН

Любые средства обожания причиняют огромную боль.
Никогда не совпадать и не терять связь.
Нравится

Три моих фаворита —

НЕ ТРАТИТЕ НА МЕНЯ много времени

Не тратьте много времени на меня;
не имеет смысла задавать вопросы или
пытаться сковать мне руки своими
добрыми, верными глазами.

Весной нет смысла гнать за мной
по всем лужам. Я знаю
, что даже если мы снова встретимся с
, больше ничего не будет.

Ты думаешь, я горжусь тем, что хожу везде
вот так и не дружу с тобой?
Не гордыня, а тяжелое сердце заставляет меня
держать голову высоко.

ТУМАН

Любые средства обожания причиняют огромную боль.
Никогда не совпадать и не терять связь.
Так навсегда; так что даже у моей могилы
мои глаза опущены, не желая быть рядом с вами
Я принимаю ясную, четкую
враждебность, предлагаемую над землей.

Ветер дует над заливом; солнце садится;
Я стою, как нищий, гонимый с крыльца.
Только ухмылка, без ругательств.
Крест благороднее своего чугунного литья.
Ирония — призвание избранных.
Окончательность конца теряется в тумане.

РАЗЪЕДИНЕНИЕ

Я думал, что ты мой враг,
мое ужасное бедствие,
но нет, твой нет, у тебя есть линия,
и ты меня тянул.

Помните, как на Манежной площади
вы бросали деньги в снег
и пытались получить монеты, чтобы сказать
, любит она меня, да или нет?

Кто чей шарф обмотал мне ноги
в Александровском саду? Вы!
И грел руки и все притворялся,
всегда думал, что я тоже совру.

Все, что лежало, соткало паутину
, как стая ворон над головой.

Так вот вы действительно прощаетесь,
ваши глаза не злые, нет, ни добрые.
О, ты поймешь, что никогда не заплачешь
, и что бы ни случилось, я не возражаю.

Какая это была большая ошибка!
Нелепо! Неумелое!
Go; ты идешь правильно.
Я, я ухожу.

.

Бела Аджмадулина — Википедия, свободная энциклопедия

Википедия todavía no tiene una página llamada «Bela ajmadúlina».


Busca Bela ajmadúlina en otros proyectos hermanos de Wikipedia:

Wikcionario Wikcionario (diccionario)
Wikilibros Wikilibros (обучающие / руководства)
Wikiquote Викицитатник (цитаты)
Wikiviajes Wikisource (biblioteca)
Wikinoticias Викинотики (noticias)
Wikiversidad Wikiversidad (Contenido académico)
Commons Commons (изображения и мультимедиа)
Wikiviajes Wikiviajes (viajes)
Wikidata Викиданные (данные)
Wikiespecies Викивиды (особые)
  • Comprueba Comprueba si имеет escrito el nombre del artículo de forma correa, y que Wikipedia es el lugar donde debería estar la información que buscas.Si el título es righto, a la derecha figuran otros proyectos Wikimedia donde quizás podrías encontrarla.
  • Busca Busca «Bela ajmadúlina» en el texto de otras páginas de Wikipedia que ya existen.
  • Nuvola apps fonts.png Проконсультируйтесь по списку произведений искусства в комиензане «Bela ajmadúlina».
  • Enlaces Busca las páginas de Wikipedia que tienen объединяет «Bela ajmadúlina».
  • ¿Borrada? Si ya habías creado la página con este nombre, limpia la caché de tu navegador.
  • Symbol delete vote.svg También puede que la página que buscas haya sido borrada.

Si el artículo incluso así no existe:

  • Crear la página Crea el artículo utilizando nuestro asistente o solicita su creación.
  • Traducir Puedes traducir este artículo de otras Wikipedias.
  • Aviso En Wikipedia únicamente pueden include enciclopédicos y que tengan derechos de autor Compatible con la Licencia Creative Commons Compartir-Igual 3.0. Никаких текстовых текстов, которые вы не можете найти в Интернете, о том, что вам нужно, чтобы не было никаких условий.
  • Ten en cuenta Ten en cuenta también que:
    • Artículos vacíos o con información minima serán borrados —véase «Википедия: Esbozo» -.
    • Artículos de publicidad y autopromoción serán borrados —véase «Википедия: Lo que Wikipedia no es» -.

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.