Бихевиоризм критика: Критика бихевиоризма Уотсона. История современной психологии

Содержание

Критика бихевиоризма Уотсона. История современной психологии

Критика бихевиоризма Уотсона

Любая программа, предлагающая кардинальный пересмотр и полную замену существующего порядка, — то есть фактически призывающая к тому, чтобы отбросить все ранее существующие теории, — по сути своей обречена на критику. Как известно, в то время, когда Уотсон основал бихевиоризм, американская психология двигалась в направлении большей объективности, однако далеко не все психологи готовы были принять крайние формы объективности, которые пропагандировал Уотсон. Многие, включая и тех, кто в принципе поддерживал объективность, считали, что система Уотсона упускает из виду существенные компоненты психологии — такие, например, как сенсорные процессы и процессы восприятия.

Одним из наиболее сильных оппонентов Уотсона был Вильям Мак — Дугалл (1871–1938), английский психолог, который приехал в Соединенные Штаты в 1920 году и работал сначала в Гарвардском университете, а затем в университете Дьюка. Мак — Дугалл знаменит своей инстинктивной теорией поведения и тем влиянием, которое оказала на психологию его книга по вопросам социальной психологии (McDougall. 1908).

Интересно, что Мак — Дугалл, который внес такой значительный вклад в социальную психологию, сам по себе был нс очень общительным человеком. «Я никогда не мог вписаться в какую — либо социальную группу, — писал он, — никогда не умел почувствовать себя в единстве с любой партией или системой; и хотя я не мог остаться равнодушным к привлекательности групповой жизни, групповых ощущений и мышления, я все же всегда оставался в стороне, критически настроенный и настороженный» (McDougall. 1930. P. 192).

Он поддерживал такие непопулярные понятия, как свободная воля, превосходство нордической расы и исследования души, и американская пресса регулярно поносила его за эти взгляды. Кроме того, психологическая общественность ругала Мак — Дугалла за его критику бихевиоризма в двадцатые годы — то есть в то время, когда большинство психологов в той или иной мере попали под влияние науки о поведении. К 1928 году Мак — Дугалл «до такой степени подвергся остракизму со стороны основных сил американской психологии, что считал, что его презирают» (Jones. 1987. P. 931). Спустя десять лет, когда он уже умирал от рака, Найт Данлоп, сменивший Уотсона в университете Джонса Хопкинса, сказал, что «чем скорее он умрет, тем лучше будет для психологии» (цит. по: Smith. 1989. P. 446).

В теории инстинктов Мак — Дугалла утверждалось, что человеческое поведение является результатом врожденных склонностей в мыслях и действиях. Его идеи поначалу были хорошо приняты общественностью, но вскоре уступили свои позиции под натиском бихевиоризма. Уотсоп отрицал само понятие инстинктов, и по этому пункту, как впрочем, и по многим другим, противники сцепились.

Пятого февраля 1924 года они встретились, чтобы обсудить свои разногласия в психологическом клубе в Вашингтоне, округ Колумбия. Тот факт, что в Вашингтоне имелся психологический клуб, не связанный с каким — либо университетом, говорит о многом. На диспуте присутствовало более тысячи человек. Среди них лишь немногие были психологами; в те годы по всей стране насчитывалось всего 464 члена Американской психологической ассоциации. Следовательно, размер аудитории прежде всего говорит о популярности бихевиоризма Уотсона. Тем не менее, жюри этого диспута присудило победу Мак — Дугаллу. Материалы этого диспута опубликованы в работе «Битва за бихевиоризм» (The Battle of behaviorism. 1929 г.).

Мак — Дугалл начал диспут на оптимистической ноте: «У меня есть исходное преимущество перед доктором Уотсоном, — сказал он, — и это преимущество настолько велико, что даже кажется мне несправедливым. Все люди, обладающие здравым смыслом, по определению окажутся на моей стороне» (Watson & McDougall. 1929. P. 40). Он сказал, что вполне согласен с Уотсоном в том, что информация о поведении является верным фокусом психологических исследований, но выступает против полного сбрасывания со счета информации о сознании. В будущем его позиция была поддержана психологами гуманистического направления и теоретиками социального научения.

Если психологи не будут использовать интроспекцию, говорил Мак — Дугалл, то каким образом они смогут определить смысл реакции субъекта или точность слов? Каким образом, не прибегая к самонаблюдению, можно выяснить что — либо о мечтах и фантазиях? Как понять и оценить эстетические переживания? В споре с Уотсоном Мак — Дугалл попытался представить, как бихевиорист рассказал бы о восприятии скрипичного концерта:

Я вхожу в зал и вижу, что мужчина скребет по кошачьим кишкам волосами, выдранными из конского хвоста, а перед ним, в состоянии восторженного внимания, сидит тысяча человек, которые время от времени начинают хлопать руками. Каким образом бихевиорист может объяснить эти странные события? Как объяснить тот факт, что колебания, производимые кошачьими кишками, повергают тысячи людей в полное молчание и спокойствие, а прекращение этих вибраций вдруг становится стимулом к какой — то лихорадочной активности?

Здравый смысл и психология сходятся в том, что аудитория слушает музыку с обостренным наслаждением и дает выход своему восхищению и благодарности к артисту криками и аплодисментами. Но ведь бихевиорист ничего не знает ни о наслаждении или боли. ни о восхищении или благодарности. Он просто смешал с грязью все эти «метафизические понятия» и потому должен искать какие — то иные объяснения. Ну и пусть себе ищет, оставим его. Этот поиск даст ему вполне безвредное, тихое занятие на ближайшие несколько столетий. (Watson & McDougall. 1929. р. 62–63.)

Затем Мак — Дугалл подверг критике допущение Уотсона о том, что человеческое поведение является всецело детерминированным, что все наши действия являются прямыми результатами прошлого опыта и могут быть полностью прогнозированы, если только известны события прошлой жизни. Такая психология, говорил Мак — Дугалл, не оставляет места для свободной воли или свободы выбора.

Если позиция детерминизма верна — то есть люди не обладают свободной волей и потому не могут нести ответственность за свои действия, — то стоит ли проявлять инициативу, творческие усилия, стремление усовершенствовать себя и общество. Никто тогда не станет пытаться предотвратить войну, бороться против несправедливости или стремиться к достижению каких — либо идеалов.

Особой критике Мак — Дугалл подверг метод дословного описания, который Уотсон применял в своих исследованиях. Мак — Дугалл подчеркнул непоследовательность метода, который принимается, если его можно верифицировать, и отвергается, если верификация невозможна. Разумеется, именно такой и была точка зрения Уотсона, ведь основная цель всего бихевиористского движения — использовать исключительно такие данные, которые могут быть верифицированы.

Диспут Уотсона и Мак — Дугалла произошел через одиннадцать лет после того, как Уотсон формально основал бихевиоризм как научную школу. Мак — Дугалл предсказывал, что пройдет несколько лет, и позиция Уотсона исчезнет, нс оставив и следа. Однако в послесловии к опубликованной версии диспута Мак — Дугалл признал, что его прогноз оказался слишком оптимистическим: «Он был основан на чрезмерно лестной оценке интеллектуального уровня американской публики… Доктор Уотсон продолжает быть почитаемым пророком в своем отечестве, продолжает произносить свои проповеди» (Watson & McDougall. 1929. P. 86, 87).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Критика бихевиоризма Уотсона — Студопедия

Любая программа, предлагающая кардинальный пересмотр и полную замену существующего порядка, — то есть фактически призывающая к тому, чтобы отбросить все ранее существующие теории, — по сути своей обречена на критику. Как известно, в то время, когда Уотсон основал бихевиоризм, американская психология двигалась в направлении большей объективности, однако далеко не все психологи готовы были принять крайние формы объективности, которые пропагандировал Уотсон. Многие, включая и тех, кто в принципе поддерживал объективность, считали, что система Уотсона упускает из виду существенные компоненты психологии — такие, например, как сенсорные процессы и процессы восприятия.

Одним из наиболее сильных оппонентов Уотсона был Вильям Мак-Дугалл (1871-1938), английский психолог, который приехал в Соединенные Штаты в 1920 году и работал сначала в Гарвардском университете, а затем в университете Дьюка. Мак-Дугалл знаменит своей инстинктивной теорией поведения и тем влиянием, которое оказала на психологию его книга по вопросам социальной психологии (McDougall. 1908).

Интересно, что Мак-Дугалл, который внес такой значительный вклад в социальную психологию, сам по себе был нс очень общительным человеком. «Я никогда не мог вписаться в какую-либо социальную группу, — писал он, — никогда не умел почувствовать себя в единстве с любой партией или системой; и хотя я не мог остаться равнодушным к привлекательности групповой жизни, групповых ощущений и мышления, я все же всегда оставался в стороне, критически настроенный и настороженный» (McDougall. 1930. P. 192).



Он поддерживал такие непопулярные понятия, как свободная воля, превосходство нордической расы и исследования души, и американская пресса регулярно поносила его за эти взгляды. Кроме того, психологическая общественность ругала Мак-Дугалла за его критику бихевиоризма в двадцатые годы — то есть в то время, когда большинство психологов в той или иной мере попали под влияние науки о поведении. К 1928 году Мак-Дугалл «до такой степени подвергся остракизму со стороны основных сил американской психологии, что считал, что его презирают» (Jones. 1987. P. 931). Спустя десять лет, когда он уже умирал от рака, Найт Данлоп, сменивший Уотсона в университете Джонса Хопкинса, сказал, что «чем скорее он умрет, тем лучше будет для психологии» (цит. по: Smith. 1989. P. 446).

В теории инстинктов Мак-Дугалла утверждалось, что человеческое поведение является результатом врожденных склонностей в мыслях и действиях. Его идеи поначалу были хорошо приняты общественностью, но вскоре уступили свои позиции под натиском бихевиоризма. Уотсоп отрицал само понятие инстинктов, и по этому пункту, как впрочем, и по многим другим, противники сцепились.


Пятого февраля 1924 года они встретились, чтобы обсудить свои разногласия в психологическом клубе в Вашингтоне, округ Колумбия. Тот факт, что в Вашингтоне имелся психологический клуб, не связанный с каким-либо университетом, говорит о многом. На диспуте присутствовало более тысячи человек. Среди них лишь немногие были психологами; в те годы по всей стране насчитывалось всего 464 члена Американской психологической ассоциации. Следовательно, размер аудитории прежде всего говорит о популярности бихевиоризма Уотсона. Тем не менее, жюри этого диспута присудило победу Мак-Дугаллу. Материалы этого диспута опубликованы в работе «Битва за бихевиоризм» (The Battle of behaviorism. 1929 г.).

Мак-Дугалл начал диспут на оптимистической ноте: «У меня есть исходное преимущество перед доктором Уотсоном, — сказал он, — и это преимущество настолько велико, что даже кажется мне несправедливым. Все люди, обладающие здравым смыслом, по определению окажутся на моей стороне» (Watson & McDougall. 1929. P. 40). Он сказал, что вполне согласен с Уотсоном в том, что информация о поведении является верным фокусом психологических исследований, но выступает против полного сбрасывания со счета информации о сознании. В будущем его позиция была поддержана психологами гуманистического направления и теоретиками социального научения.

Если психологи не будут использовать интроспекцию, говорил Мак-Дугалл, то каким образом они смогут определить смысл реакции субъекта или точность слов? Каким образом, не прибегая к самонаблюдению, можно выяснить что-либо о мечтах и фантазиях? Как понять и оценить эстетические переживания? В споре с Уотсоном Мак-Дугалл попытался представить, как бихевиорист рассказал бы о восприятии скрипичного концерта:

Я вхожу в зал и вижу, что мужчина скребет по кошачьим кишкам волосами, выдранными из конского хвоста, а перед ним, в состоянии восторженного внимания, сидит тысяча человек, которые время от времени начинают хлопать руками. Каким образом бихевиорист может объяснить эти странные события? Как объяснить тот факт, что колебания, производимые кошачьими кишками, повергают тысячи людей в полное молчание и спокойствие, а прекращение этих вибраций вдруг становится стимулом к какой-то лихорадочной активности?

Здравый смысл и психология сходятся в том, что аудитория слушает музыку с обостренным наслаждением и дает выход своему восхищению и благодарности к артисту криками и аплодисментами. Но ведь бихевиорист ничего не знает ни о наслаждении или боли. ни о восхищении или благодарности. Он просто смешал с грязью все эти «метафизические понятия» и потому должен искать какие-то иные объяснения. Ну и пусть себе ищет, оставим его. Этот поиск даст ему вполне безвредное, тихое занятие на ближайшие несколько столетий. (Watson & McDougall. 1929. р. 62-63.)

Затем Мак-Дугалл подверг критике допущение Уотсона о том, что человеческое поведение является всецело детерминированным, что все наши действия являются прямыми результатами прошлого опыта и могут быть полностью прогнозированы, если только известны события прошлой жизни. Такая психология, говорил Мак-Дугалл, не оставляет места для свободной воли или свободы выбора.

Если позиция детерминизма верна — то есть люди не обладают свободной волей и потому не могут нести ответственность за свои действия, — то стоит ли проявлять инициативу, творческие усилия, стремление усовершенствовать себя и общество. Никто тогда не станет пытаться предотвратить войну, бороться против несправедливости или стремиться к достижению каких-либо идеалов.

Особой критике Мак-Дугалл подверг метод дословного описания, который Уотсон применял в своих исследованиях. Мак-Дугалл подчеркнул непоследовательность метода, который принимается, если его можно верифицировать, и отвергается, если верификация невозможна. Разумеется, именно такой и была точка зрения Уотсона, ведь основная цель всего бихевиористского движения — использовать исключительно такие данные, которые могут быть верифицированы.

Диспут Уотсона и Мак-Дугалла произошел через одиннадцать лет после того, как Уотсон формально основал бихевиоризм как научную школу. Мак-Дугалл предсказывал, что пройдет несколько лет, и позиция Уотсона исчезнет, нс оставив и следа. Однако в послесловии к опубликованной версии диспута Мак-Дугалл признал, что его прогноз оказался слишком оптимистическим: «Он был основан на чрезмерно лестной оценке интеллектуального уровня американской публики… Доктор Уотсон продолжает быть почитаемым пророком в своем отечестве, продолжает произносить свои проповеди» (Watson & McDougall. 1929. P. 86,87).

Критика бихевиоризма кратко. Бихевиоризм как направление современной психологии. Критика бихевиоризма Уотсона

Бихевиоризм — это движение в психологии, которое полностью отрицало сознание человека как самостоятельное явление и отождествляло его с поведенческими реакциями индивида на различные внешние раздражители. Проще говоря, все чувства и мысли человека сводились к двигательным рефлексам, вырабатываемым у него с опытом в течение жизни. Эта теория в свое время произвела революцию в психологии. О ее основных положениях, сильных и слабых сторонах мы поговорим в этой статье.

Определение

Бихевиоризм — это направление в психологии, изучающее поведенческие особенности людей и животных. Свое название это течение получило не случайно — английское слово «behaviour» переводится как «поведение». Бихевиоризм на многие десятилетия определил облик американской психологии. Это революционное направление радикально преобразовало все научные представления о психике. В его основе была заложена мысль о том, что предметом изучения психологии является не сознание, а поведение. Поскольку в начале 20 века было принято ставить знак равенства между этими двумя понятиями, возникла версия, что устраняя сознание, бихевиоризм устраняет и психику. Основателем этого течения в психологии стал американец Джон Уотсон.

Суть бихевиоризма

Бихевиоризм — это наука о поведенческих реакциях людей и животных в ответ на влияние окружающей среды. Важнейшей категорией этого течения является стимул. Под ним понимается любое стороннее воздействие на человека. Сюда входит и наличная, данная ситуация, подкрепление и реакция, в качестве которых может выступать эмоциональное или словесное реагирование окружающих людей. При этом субъективные переживания не отрицаются, но ставятся в зависимое положение от этих воздействий.

Во второй половине ХХ века постулаты бихевиоризма были частично опровергнуты другим направлением — когнитивной психологией. Однако многие идеи этого течения и в наши дни широко используются в отдельных направлениях психотерапии.

Мотивы возникновения бихевиоризма

Бихевиоризм — это прогрессивное направление в психологии, возникшее на фоне критики основного метода изучения психики человека в конце XIX века — интроспекции. Основанием для сомнения в достоверности этой теории послужил недостаток объективных измерений и разрозненность получаемых сведений. Бихевиоризм призывал изучать поведение человека как объективный феномен психики. Философской основой этого течения стала концепция Джона Локка о появлении на свет индивида с чистого листа и отрицание существования некой мыслящей субстанции Гоббса Томаса.

В противоположность традиционной теории, психолог Уотсон Джон предложил схему, разъясняющую поведение всех живых существ на земле: стимул вызывает реакцию. Эти понятия можно было подвергнуть измерению, поэтому данное воззрение быстро нашло преданных сторонников. Уотсон придерживался мнения, что при верном подходе появится возможность полностью предсказывать поведение, формировать и контролировать с помощью изменения окружающей действительности поведение людей разных профессий. Механизмом данного влияния было объявлено обучение путем классического обуславливания, которое подробно изучил на животных академик Павлов.

Теория Павлова

Бихевиоризм в психологии основывался на исследованиях нашего соотечественника — академика Ивана Петровича Павлова. Он обнаружил, что на базе безусловных рефлексов у животных складывается соответствующее реактивное поведение. Однако с помощью внешних воздействий у них можно выработать и приобретенные, условные рефлексы и формировать тем самым новые модели поведения.

В свою очередь Уотсон Джон стал проводить эксперименты над младенцами и выявил у них три основополагающих инстинктивных реакции — страх, гнев и любовь. Психолог сделал вывод, что все остальные поведенческие отклики наслаиваются на первичные. Как именно формируются сложные формы поведения, ученым раскрыто не было. Эксперименты Уотсона были весьма спорными с точки зрения морали, что вызывало негативную реакцию окружающих.

Исследования Торндайка

На основе многочисленных исследований возник бихевиоризм. Представители разных психологических направлений внесли немалый вклад в развитие этого течения. Например, Эдвард Торндайк ввел в психологию понятие оперантного поведения, которое складывается на базе проб и ошибок. Этот ученый называл себя не бихевиористом, а коннексионистом (от английского «connection» — связь). Свои эксперименты он проводил на белых крысах и голубях.

То, что природа интеллекта базируется на ассоциативных реакциях, утверждал еще Гоббс. То, что соответствующее умственное развитие позволяет животному приспособиться к условиям окружающей среды, заметил Спенсер. Однако лишь с опытами Торндайка пришло понимание того, что сущность интеллекта может быть выявлена без обращения к сознанию. Ассоциация предполагала, что связь осуществляется не между некими идеями в голове у подопытного, и не между движениями и идеями, а между ситуациями и движениями.

За исходный момент движения Торндайк, в противоположность Уотсону, принимал не внешний импульс, заставляющий тело подопытного двигаться, а проблемную ситуацию, заставляющую организм приспосабливаться к условиям окружающей действительности и строить новую формулу поведенческого реагирования. По мнению ученого, в отличие от рефлекса, связь понятий «ситуация — реакция» можно было охарактеризовать такими признаками:

  • отправная точка — проблемная ситуация;
  • в ответ организм пытается противостоять ей как целое;
  • он активно ищет соответствующую линию поведения;
  • и выучивается новым приемам методом упражнения.

Бихевиоризм в психологии во многом обязан своим появлением теории Торндайка. Однако в своих исследованиях он пользовался понятиями, которые это течение впоследствии полностью исключило из понимания психологии. Если Торндайк утверждал, что поведение организма формируется на чувстве удовольствия любо дискомфорта и выдвигал теорию о «законе готовности» как о способе изменения импульсов реагирования, то бихевиористы запрещали обращаться исследователю и к внутренним ощущениям субъекта, и к его физиологическим факторам.

Положения бихевиоризма

Основоположником направления стал американский исследователь Джон Уотсон. Он выдвинул несколько положений, на которых основывается психологический бихевиоризм:

  1. Предметом изучения психологии является поведение и поведенческие реакции живых существ, так как именно эти проявления могут быть исследованы путем наблюдения.
  2. Поведение определяет собой все физиологические и психические аспекты существования человека.
  3. Поведение животных и людей необходимо рассматривать как совокупность двигательного реагирования на внешние раздражители — стимулы.
  4. Зная характер стимула, можно предугадать последующую реакцию. Научиться верно предсказывать действия индивида — основная задача направления «бихевиоризм». Поведение человека можно формировать и контролировать.
  5. Все реакции индивида имеют либо приобретенную природу (условные рефлексы), либо передаются по наследству (безусловные рефлексы).
  6. Поведение человека — это результат обучения, когда успешные реакции путем многократного повторения автоматизируются, закрепляются в памяти и впоследствии могут быть воспроизведены. Таким образом, формирование навыков происходит с помощью вырабатывания условного рефлекса.
  7. Речь и мышление также следует считать навыками.
  8. Память является механизмом удержания приобретенных навыков.
  9. Развитие психических реакций происходит всю жизнь и зависит от окружающей действительности — условий жизни, социального окружения и так далее.
  10. Периодизация возрастного развития отсутствует. Никаких общих закономерностей в формировании детской психики на разных возрастных этапах нет.
  11. Под эмоциями нужно понимать реакции организма на позитивные и негативные стимулы окружающей среды.

Плюсы и минусы бихевиоризма

В каждом направлении научной деятельности существуют свои сильные и слабые стороны. Направление «бихевиоризм» также имеет свои плюсы и минусы. Для своего времени это было прогрессивное направление, но сейчас его постулаты не выдерживают никакой критики. Итак, рассмотрим достоинства и недостатки этой теории:

  1. Предмет бихевиоризма — изучение поведенческих реакций человека. Для своего времени это был весьма прогрессивный подход, ведь ранее пси

Критика бихевиоризма Скиннера

Более
всего возражений против бихевиоризма
Скиннера вызвали его крайний позитивизм
и отрицание всех теорий. Оппоненты
Скинне — ра утверждают, что свести к
нулю все теоретические построения
невозможно. Поскольку детали эксперимента
должны быть запланированы заранее, то
уже это само по себе является свидетельством
построения хотя бы простейшей теории.
Отмечалось также, что принятие Скинне
— ром базовых принципов формирования
условных рефлексов в качестве основы
для своей работы также является до
некоторой степени теоретизированием.

Сложившаяся
система взглядов придавала Скиннеру
уверенности в экономических, социальных,
политических и религиозных вопросах.
В 1986 году он написал статью с многообещающим
названием <Что неправильно в западном
образе жизни?> (What is Vrong with Life in the Western
World?) В этой статье он утверждал, что
<поведение жителей Запада ухудшилось,
но его можно улучшить посредством
применения принципов, выведенных на
основании экспериментального анализа
поведения> (Skinner. 1986. P. 568). Критики
обвинили Скинне — ра в том, что его
готовность экстраполировать на основании
опытных данных является несовместимым
с его антитеоретическими установками
и демонстрирует тот факт, что в своем
стремлении представить собственный
проект переустройства общества он
выходит за рамки строго наблюдаемых
данных.

Узкий
диапазон исследований поведения в
скиннеровских лабораториях (нажать на
рычаг или клюнуть ключ) также не избежал
критики. Противники теории Скиннера
утверждали, что такой подход попросту
игнорирует многие аспекты поведения.
Утверждение Скиннера о том, что любое
поведение является заученным, было
оспорено его бывшим студентом, который
обучил более шести тысяч животных 38
видов выступать в телевизионных
программах, аттракционах и на ярмарках
(Breland & Breland. 1961). Свиньи, куры, хомяки,
дельфины, киты, коровы и прочие животные
демонстрировали тенденцию к инстинктивному
поведению. Это значит, что они замещали
инстинктивным поведением то, которое
получало подкрепление, даже если это
инстинктивное поведение мешало им
получить пищу. Таким образом, подкрепление
оказалось не столь всемогущим, как
утверждал Скиннер.

Позиция
Скиннера в вопросах вербального поведения
— в частности, его объяснение того,
каким образом дети учатся говорить, —
оспаривалось на том основании, что
определенные виды поведения должны
быть наследственными. Критики утверждали,
что младенец не изучает язык слово за
словом благодаря подкреплению, получаемому
за каждое правильно произнесенное
слово, — ребенок осваивает грамматические
правила, необходимые для того, чтобы
строить предложения. А вот потенциал
для формирования таких правил, утверждают
противники Скиннера, является
наследственным, а не заученным
(Chomsky.1959,1972).

Значение бихевиоризма Скиннера

Несмотря
на эту критику, Скиннер оставался
бесспорным лидером и героем бихевиоральпой
психологии — по крайней мере, в течение
трех десятилетий американская психология
формировалась под влиянием работ
Скиннера в большей степени, нежели работ
какого — либо другого психолога.

В
1958 году Американская психологическая
ассоциация вручила Скиннеру премию «За
выдающийся вклад в развитие науки>,
отмечая, что <мало кто из американских
психологов оказал такое глубокое влияние
на развитие психологии и воспитание
многообещающих молодых ученых». В 1968
году Скиннер получил национальную
медаль, что является высшей наградой,
которой правительство Соединенных
Штатов удостаивает за вклад в науку. В
1971 году Американский психологический
фонд представил Скиннера к награждению
золотой медалью; его фотография появилась
на обложке журнала «Тайм». А в 1990 году
он был отмечен занесением на доску
почета Американской психологической
ассоциации за большой вклад в психологию.

Очень
важно понять, что основной целью Скиннера
являлось улучшение жизни отдельных
людей и общества в целом. Несмотря на
механистическую природу его системы,
он по сути был гуманистом. Это качество
ярко проявилось в его усилиях модифицировать
поведение людей в реальных условиях
семей, школ, предприятий и больниц. Он
надеялся, что его технология поведения
облегчит страдания людей, и потому
чувствовал все возрастающее разочарование,
понимая, что, несмотря на всю свою
популярность и влияние, его система не
получает широкого распространения.

К
старости Скиннер стал более пессимистически
настроен в отношении надежд, что наука
способна на своевременное преобразование
общества. Его отчаяние по поводу будущею
мира росло.

(Bjork. 1993. P. 226.)

Не
подлежит сомнению тот факт, что радикальный
бихевиоризм Скиннера завоевал и до сих
пор удерживает за собой сильные позиции
в психологии. «Журнал экспериментального
анализа поведения» и «Журнал прикладного
анализа поведения» (Journal
of the Experimental Analysis of Behavior и Journal Applied Behavior
Analysis

) продолжают процветать, равно как и
Отделение экспериментального анализа
поведения при Американской психологической
ассоциации. Применение принципов
Скиннера — в особенности модификации
поведения — остается популярным, а
результаты этой деятельности подтверждают
правильность подхода Скиннера. По всем
меркам профессионального и общественного
признания бихевиоризм Скиннера
определенно затмил все прочие виды
бихевиоральной психологии.

Критика бихевиоризма Уотсона

Любая
программа, предлагающая кардинальный
пересмотр и полную замену существующего
порядка, — то есть фактически
призывающая к тому, чтобы отбросить все
ранее существующие теории, — по сути
своей обречена на критику. Как известно,
в то время, когда Уотсон основал
бихевиоризм, американская психология
двигалась в направлении большей
объективности, однако далеко не все
психологи готовы были принять крайние
формы объективности, которые пропагандировал
Уотсон. Многие, включая и тех, кто в
принципе поддерживал объективность,
считали, что система Уотсона упускает
из виду существенные компоненты
психологии — такие, например, как
сенсорные процессы и процессы восприятия.

Одним
из наиболее сильных оппонентов Уотсона
был Вильям Мак — Дугалл (1871–1938), английский
психолог, который приехал в Соединенные
Штаты в 1920 году и работал сначала в
Гарвардском университете, а затем в
университете Дьюка. Мак — Дугалл знаменит
своей инстинктивной теорией поведения
и тем влиянием, которое оказала на
психологию его книга по вопросам
социальной психологии (McDougall. 1908).

Интересно,
что Мак — Дугалл, который внес такой
значительный вклад в социальную
психологию, сам по себе был нс очень
общительным человеком. «Я никогда не
мог вписаться в какую — либо социальную
группу, — писал он, — никогда не
умел почувствовать себя в единстве с
любой партией или системой; и хотя я не
мог остаться равнодушным к привлекательности
групповой жизни, групповых ощущений и
мышления, я все же всегда оставался в
стороне, критически настроенный и
настороженный» (McDougall. 1930. P. 192).

Он
поддерживал такие непопулярные понятия,
как свободная воля, превосходство
нордической расы и исследования души,
и американская пресса регулярно поносила
его за эти взгляды. Кроме того,
психологическая общественность ругала
Мак — Дугалла за его критику бихевиоризма
в двадцатые годы — то есть в то время,
когда большинство психологов в той или
иной мере попали под влияние науки о
поведении. К 1928 году Мак — Дугалл «до
такой степени подвергся остракизму со
стороны основных сил американской
психологии, что считал, что его презирают»
(Jones. 1987. P. 931). Спустя десять лет, когда
он уже умирал от рака, Найт Данлоп,
сменивший Уотсона в университете Джонса
Хопкинса, сказал, что «чем скорее он
умрет, тем лучше будет для психологии»
(цит. по: Smith. 1989. P. 446).

В
теории инстинктов Мак — Дугалла
утверждалось, что человеческое поведение
является результатом врожденных
склонностей в мыслях и действиях. Его
идеи поначалу были хорошо приняты
общественностью, но вскоре уступили
свои позиции под натиском бихевиоризма.
Уотсоп отрицал само понятие инстинктов,
и по этому пункту, как впрочем, и по
многим другим, противники сцепились.

Пятого
февраля 1924 года они встретились, чтобы
обсудить свои разногласия в психологическом
клубе в Вашингтоне, округ Колумбия. Тот
факт, что в Вашингтоне имелся психологический
клуб, не связанный с каким — либо
университетом, говорит о многом. На
диспуте присутствовало более тысячи
человек. Среди них лишь немногие были
психологами; в те годы по всей стране
насчитывалось всего 464 члена Американской
психологической ассоциации. Следовательно,
размер аудитории прежде всего говорит
о популярности бихевиоризма Уотсона.
Тем не менее, жюри этого диспута присудило
победу Мак — Дугаллу. Материалы этого
диспута опубликованы в работе «Битва
за бихевиоризм» (The Battle of behaviorism. 1929 г.).

Мак
— Дугалл начал диспут на оптимистической
ноте: «У меня есть исходное преимущество
перед доктором Уотсоном, — сказал
он, — и это преимущество настолько
велико, что даже кажется мне несправедливым.
Все люди, обладающие здравым смыслом,
по определению окажутся на моей стороне»
(Watson & McDougall. 1929. P. 40). Он сказал, что
вполне согласен с Уотсоном в том, что
информация о поведении является верным
фокусом психологических исследований,
но выступает против полного сбрасывания
со счета информации о сознании. В будущем
его позиция была поддержана психологами
гуманистического направления и
теоретиками социального научения.

Если
психологи не будут использовать
интроспекцию, говорил Мак — Дугалл, то
каким образом они смогут определить
смысл реакции субъекта или точность
слов? Каким образом, не прибегая к
самонаблюдению, можно выяснить что —
либо о мечтах и фантазиях? Как понять и
оценить эстетические переживания? В
споре с Уотсоном Мак — Дугалл попытался
представить, как бихевиорист рассказал
бы о восприятии скрипичного концерта:

Я
вхожу в зал и вижу, что мужчина скребет
по кошачьим кишкам волосами, выдранными
из конского хвоста, а перед ним, в
состоянии восторженного внимания, сидит
тысяча человек, которые время от времени
начинают хлопать руками. Каким образом
бихевиорист может объяснить эти странные
события? Как объяснить тот факт, что
колебания, производимые кошачьими
кишками, повергают тысячи людей в полное
молчание и спокойствие, а прекращение
этих вибраций вдруг становится стимулом
к какой — то лихорадочной активности?

Здравый
смысл и психология сходятся в том, что
аудитория слушает музыку с обостренным
наслаждением и дает выход своему
восхищению и благодарности к артисту
криками и аплодисментами. Но ведь
бихевиорист ничего не знает ни о
наслаждении или боли. ни о восхищении
или благодарности. Он просто смешал с
грязью все эти «метафизические понятия»
и потому должен искать какие — то иные
объяснения. Ну и пусть себе ищет, оставим
его. Этот поиск даст ему вполне безвредное,
тихое занятие на ближайшие несколько
столетий

. (Watson & McDougall. 1929. р. 62–63.)

Затем
Мак — Дугалл подверг критике допущение
Уотсона о том, что человеческое поведение
является всецело детерминированным,
что все наши действия являются прямыми
результатами прошлого опыта и могут
быть полностью прогнозированы, если
только известны события прошлой жизни.
Такая психология, говорил Мак — Дугалл,
не оставляет места для свободной воли
или свободы выбора.

Если
позиция детерминизма верна — то есть
люди не обладают свободной волей и
потому не могут нести ответственность
за свои действия, — то стоит ли
проявлять инициативу, творческие усилия,
стремление усовершенствовать себя и
общество. Никто тогда не станет пытаться
предотвратить войну, бороться против
несправедливости или стремиться к
достижению каких — либо идеалов.

Особой
критике Мак — Дугалл подверг метод
дословного описания, который Уотсон
применял в своих исследованиях. Мак —
Дугалл подчеркнул непоследовательность
метода, который принимается, если его
можно верифицировать, и отвергается,
если верификация невозможна. Разумеется,
именно такой и была точка зрения Уотсона,
ведь основная цель всего бихевиористского
движения — использовать исключительно
такие данные, которые могут быть
верифицированы.

Диспут
Уотсона и Мак — Дугалла произошел через
одиннадцать лет после того, как Уотсон
формально основал бихевиоризм как
научную школу. Мак — Дугалл предсказывал,
что пройдет несколько лет, и позиция
Уотсона исчезнет, нс оставив и следа.
Однако в послесловии к опубликованной
версии диспута Мак — Дугалл признал,
что его прогноз оказался слишком
оптимистическим: «Он был основан на
чрезмерно лестной оценке интеллектуального
уровня американской публики… Доктор
Уотсон продолжает быть почитаемым
пророком в своем отечестве, продолжает
произносить свои проповеди» (Watson &
McDougall. 1929. P. 86, 87).

Мифы о бихевиоризме — Психологос

Б.Ф.Скиннер перечислил следующие мифы о бихевиоризме:

«О бихевиоризме говорят, что он:

  • игнорирует наличие категории сознания, чувственных состояний и душевных переживаний;
  • опираясь на тот аргумент, что все поведение приобретается в течение индивидуальной истории, он пренебрегает врождёнными способностями человека;
  • под человеческим поведением понимает просто совокупность ответных реакций на определённые раздражители, таким образом индивид описывается как автомат, робот, марионетка, машина;
  • не пытается учесть когнитивные процессы;
  • не отводится место для изучения намерений или целевых установок человека;
  • не может объяснить творческие достижения в изобразительном искусстве, музыке, литературе или точных науках;
  • не отводится место индивидуальному ядру личности или его самочувствию;
  • он по необходимости является поверхностным и не в состоянии обращаться к глубинным слоям души или индивидуальности;
  • ограничивается прогнозом и контролем поведения человека, и не касается на этом основании сущности человека;
  • работает с животными, особенно с белыми крысами, а не с человеком, поэтому его картина поведения человека ограничивается теми чертами, которые человек разделяет с животными;
  • результаты, полученные в лабораторных условиях, не применимы к повседневной жизни. То, что высказывается по поводу поведения человека, поэтому есть лишь необоснованная метафизика;
  • наивен и излишне упрощён. То, что выдаётся в качестве действительных фактов, является либо тривиальным, либо уже давно известным;
  • выглядит скорее наукообразным, нежели научным, и скорее подражает естественным наукам;
  • его технические результаты (успехи), достижимы и посредством использования здорового человеческого рассудка;
  • если утверждения бихевиоризма должны иметь силу, то они должны относиться и к бихевиористски ориентированным исследователям. Отсюда, следует то, о чём они говорят, является неверным, поскольку их высказывания обусловлены лишь их способностью делать такие высказывания;
  • «дегуманизирует» человека, он релятивирует всё и разрушает человека как человека;
  • занимается лишь общими принципами, пренебрегая уникальностью каждого индивида;
  • по необходимости антидемократичен, поскольку испытуемые подвергаются манипуляции со стороны исследователя, поэтому его результаты могли бы быть использованы скорее диктатором, чем благонамеренными государственными деятелями;
  • рассматривает абстрактные идеи, например, мораль или правосудие исключительно как фикций;
  • безразлично относится к теплу и многообразию человеческой жизни, несовместим с творческой радостью в изобразительном искусстве, музыке и литературе, а также с истинной любовью к ближнему.

Перечисленные утверждения, как мне думается, представляют собой удивительно неправильное понимание значения и достижений данной научной парадигмы…

Прошло более 60 лет со времени опубликования Уотсоном своего манифеста, за это время кое-что успело произойти. Научный анализ поведения достиг большого прогресса, а недостатки теории Уотсона с моей точки зрения имеют лишь исторический интерес. Критика бихевиоризма, наоборот, едва ли претерпела изменения.»1.

Клуб distant-nik

Сентябрь 2020

Критика бихевиоризма Уотсона

Любая
программа, предлагающая кардинальный
пересмотр и полную замену существующего
порядка, — то есть фактически призывающая
к тому, чтобы отбросить все ранее
существующие теории, — по сути своей
обречена на критику. Как известно, в то
время, когда Уотсон основал бихевиоризм,
американская психология двигалась в
направлении большей объективности,
однако далеко не все психологи готовы
были принять крайние формы объективности,
которые пропагандировал Уотсон. Многие,
включая и тех, кто в принципе поддерживал
объективность, считали, что система
Уотсона упускает из виду существенные
компоненты психологии — такие, например,
как сенсорные процессы и процессы
восприятия.

Одним
из наиболее сильных оппонентов Уотсона
был Вильям Мак-Дугалл (1871-1938), английский
психолог, который приехал в Соединенные
Штаты в 1920 году и работал сначала в
Гарвардском университете, а затем в
университете Дьюка. Мак-Дугалл знаменит
своей инстинктивной теорией поведения
и тем влиянием, которое оказала на
психологию его книга по вопросам
социальной психологии (McDougall. 1908).

Интересно,
что Мак-Дугалл, который внес такой
значительный вклад в социальную
психологию, сам по себе был нс очень
общительным человеком. «Я никогда не
мог вписаться в какую-либо социальную
группу, — писал он, — никогда не умел
почувствовать себя в единстве с любой
партией или системой; и хотя я не мог
остаться равнодушным к привлекательности
групповой жизни, групповых ощущений и
мышления, я все же всегда оставался в
стороне, критически настроенный и
настороженный» (McDougall. 1930. P. 192).

Он
поддерживал такие непопулярные понятия,
как свободная воля, превосходство
нордической расы и исследования души,
и американская пресса регулярно поносила
его за эти взгляды. Кроме того,
психологическая общественность ругала
Мак-Дугалла за его критику бихевиоризма
в двадцатые годы — то есть в то время,
когда большинство психологов в той или
иной мере попали под влияние науки о
поведении. К 1928 году Мак-Дугалл «до такой
степени подвергся остракизму со стороны
основных сил американской психологии,
что считал, что его презирают» (Jones. 1987.
P. 931). Спустя десять лет, когда он уже
умирал от рака, Найт Данлоп, сменивший
Уотсона в университете Джонса Хопкинса,
сказал, что «чем скорее он умрет, тем
лучше будет для психологии» (цит. по:
Smith. 1989. P. 446).

В
теории инстинктов Мак-Дугалла утверждалось,
что человеческое поведение является
результатом врожденных склонностей в
мыслях и действиях. Его идеи поначалу
были хорошо приняты общественностью,
но вскоре уступили свои позиции под
натиском бихевиоризма. Уотсоп отрицал
само понятие инстинктов, и по этому
пункту, как впрочем, и по многим другим,
противники сцепились.

Пятого
февраля 1924 года они встретились, чтобы
обсудить свои разногласия в психологическом
клубе в Вашингтоне, округ Колумбия. Тот
факт, что в Вашингтоне имелся психологический
клуб, не связанный с каким-либо
университетом, говорит о многом. На
диспуте присутствовало более тысячи
человек. Среди них лишь немногие были
психологами; в те годы по всей стране
насчитывалось всего 464 члена Американской
психологической ассоциации. Следовательно,
размер аудитории прежде всего говорит
о популярности бихевиоризма Уотсона.
Тем не менее, жюри этого диспута присудило
победу Мак-Дугаллу. Материалы этого
диспута опубликованы в работе «Битва
за бихевиоризм» (The Battle of behaviorism. 1929 г.).

Мак-Дугалл
начал диспут на оптимистической ноте:
«У меня есть исходное преимущество
перед доктором Уотсоном, — сказал он, —
и это преимущество настолько велико,
что даже кажется мне несправедливым.
Все люди, обладающие здравым смыслом,
по определению окажутся на моей стороне»
(Watson & McDougall. 1929. P. 40). Он сказал, что
вполне согласен с Уотсоном в том, что
информация о поведении является верным
фокусом психологических исследований,
но выступает против полного сбрасывания
со счета информации о сознании. В будущем
его позиция была поддержана психологами
гуманистического направления и
теоретиками социального научения.

Если
психологи не будут использовать
интроспекцию, говорил Мак-Дугалл, то
каким образом они смогут определить
смысл реакции субъекта или точность
слов? Каким образом, не прибегая к
самонаблюдению, можно выяснить что-либо
о мечтах и фантазиях? Как понять и оценить
эстетические переживания? В споре с
Уотсоном Мак-Дугалл попытался представить,
как бихевиорист рассказал бы о восприятии
скрипичного концерта:

Я
вхожу в зал и вижу, что мужчина скребет
по кошачьим кишкам волосами, выдранными
из конского хвоста, а перед ним, в
состоянии восторженного внимания, сидит
тысяча человек, которые время от времени
начинают хлопать руками. Каким образом
бихевиорист может объяснить эти странные
события? Как объяснить тот факт, что
колебания, производимые кошачьими
кишками, повергают тысячи людей в полное
молчание и спокойствие, а прекращение
этих вибраций вдруг становится стимулом
к какой-то лихорадочной активности?

Здравый
смысл и психология сходятся в том, что
аудитория слушает музыку с обостренным
наслаждением и дает выход своему
восхищению и благодарности к артисту
криками и аплодисментами. Но ведь
бихевиорист ничего не знает ни о
наслаждении или боли. ни о восхищении
или благодарности. Он просто смешал с
грязью все эти «метафизические понятия»
и потому должен искать какие-то иные
объяснения. Ну и пусть себе ищет, оставим
его. Этот поиск даст ему вполне безвредное,
тихое занятие на ближайшие несколько
столетий
.
(Watson & McDougall.
1929. р. 62-63.)

Затем
Мак-Дугалл подверг критике допущение
Уотсона о том, что человеческое поведение
является всецело детерминированным,
что все наши действия являются прямыми
результатами прошлого опыта и могут
быть полностью прогнозированы, если
только известны события прошлой жизни.
Такая психология, говорил Мак-Дугалл,
не оставляет места для свободной воли
или свободы выбора.

Если
позиция детерминизма верна — то есть
люди не обладают свободной волей и
потому не могут нести ответственность
за свои действия, — то стоит ли проявлять
инициативу, творческие усилия, стремление
усовершенствовать себя и общество.
Никто тогда не станет пытаться
предотвратить войну, бороться против
несправедливости или стремиться к
достижению каких-либо идеалов.

Особой
критике Мак-Дугалл подверг метод
дословного описания, который Уотсон
применял в своих исследованиях. Мак-Дугалл
подчеркнул непоследовательность метода,
который принимается, если его можно
верифицировать, и отвергается, если
верификация невозможна. Разумеется,
именно такой и была точка зрения Уотсона,
ведь основная цель всего бихевиористского
движения — использовать исключительно
такие данные, которые могут быть
верифицированы.

Диспут
Уотсона и Мак-Дугалла произошел через
одиннадцать лет после того, как Уотсон
формально основал бихевиоризм как
научную школу. Мак-Дугалл предсказывал,
что пройдет несколько лет, и позиция
Уотсона исчезнет, нс оставив и следа.
Однако в послесловии к опубликованной
версии диспута Мак-Дугалл признал, что
его прогноз оказался слишком
оптимистическим: «Он был основан на
чрезмерно лестной оценке интеллектуального
уровня американской публики… Доктор
Уотсон продолжает быть почитаемым
пророком в своем отечестве, продолжает
произносить свои проповеди» (Watson &
McDougall. 1929. P. 86,87).

Бихевиоризм: критический взгляд

Насколько люди себя помнят, они всегда интересовались
что делает их такими, какие они есть, и какие аспекты их существования отличает каждого из них
от других представителей своего вида. По мнению бихевиористов, ответ — не более
чем мир, в котором они выросли. Бихевиоризм — это теория, согласно которой человеческая природа
можно полностью понять по законам, присущим окружающей среде.

Бихевиоризм, одна из старейших теорий личности, восходит к
Декарт, который ввел идею стимула и назвал человека машиной
зависящие от внешних событий, чья душа была призраком в машине.Бихевиоризм
выводит эту идею на другой уровень. Хотя большинство теорий в той или иной степени оперируют
предположение, что у людей есть какая-то свобода воли и моральное мышление
сущностей, бихевиоризм отказывается признавать внутреннюю работу людей. В
По мнению бихевиориста, люди — не более чем простые посредники между
поведение и окружающая среда (Скиннер, 1993, стр. 428).

Отказ от внутренней работы людей приводит к одной проблеме
противники с поведенческой теорией.Это, наряду с его неспособностью
объяснение человеческого феномена языка и памяти, построение убедительного аргумента
против бихевиоризма как всеобъемлющей теории. Тем не менее, хотя эта критика
указывают на его полную несостоятельность, они не отрицают, что бихевиоризм и его идеи
есть чему научить мир об особенностях поведения, выражаемых
человечество.

Теория бихевиоризма

Классический кондиционер

Павловский эксперимент. При изучении пищеварительных рефлексов у собак,
Русский ученый Павлов сделал открытие, которое положило начало настоящему началу
поведенческая теория. Он мог надежно предсказать, что у собак будет выделяться слюна, когда еда будет
помещается в рот в результате рефлекса пищеварения, называемого «слюнным рефлексом». Все же
Вскоре он понял, что со временем слюнный рефлекс возник еще до еды
был предложен. Потому что звук двери и вид обслуживающего персонала
еда »неоднократно и надежно предшествовала доставке еды ко рту в
прошлого «собаки перенесли рефлекс на эти события (Schwartz & Lacy,
1982, стр.21). Таким образом, у собак начиналось выделение слюны просто от звука двери и
присутствие сопровождающего. Павлов продолжал экспериментировать с собаками, используя тон
сигнал о еде. Он обнаружил, что результаты совпадают, и собаки начали
выделение слюны с тонусом и без еды (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 20-24).

То, что открыл Павлов, было условием первого порядка. В этом процессе нейтральный
стимул, который не вызывает естественной реакции в организме, связан с
безусловный стимул — событие, которое автоматически или естественным образом вызывает реакцию.Эта обычно временная ассоциация вызывает реакцию на безусловный раздражитель,
безусловный ответ, чтобы перейти на нейтральный раздражитель. Безусловный
стимула больше не нужно, чтобы реакция произошла в присутствии
ранее нейтральный стимул. Учитывая, что этот ответ неестественен и должен
быть выученным, ответ теперь является условным, а нейтральный раздражитель
теперь условный раздражитель. В эксперименте Павлова тон был нейтральный.
раздражитель, связанный с безусловным раздражителем пищи.В
безусловная реакция слюноотделения стала условной реакцией на вновь возникший
условный раздражитель тона (Beecroft, 1966, стр. 8-10).

Кондиционирование второго порядка. Когда вводится другой нейтральный стимул
и связанный с условным раздражителем, происходит дальнейшее обусловливание.
Условный ответ приучен возникать только после условного раздражителя.
переходит на нейтральный раздражитель, превращая его в другой условный раздражитель.Сейчас
второй условный раздражитель может вызвать реакцию без обоих
условный раздражитель и безусловный раздражитель. Таким образом, многие новые обусловленные
ответы можно узнать (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 48).

Когда обусловленность второго или даже первого порядка происходит с пугающими
развиваются безусловные раздражители, фобии или иррациональные страхи. В исследовании, проведенном
Watson и Rayner (1920), у маленького мальчика возник сильный страх перед крысами.
по имени Альберт.Всякий раз, когда Альберт тянулся к крысе, исследователи делали
громкий шум и напугать его. Через классическое кондиционирование, Альберт ассоциировал крыс
громким устрашающим шумом и с шумом перенес свой страх на боязнь крыс.
Затем он пошел дальше и связал пушистых крыс со всеми пушистыми объектами.
Из-за обусловленности второго порядка у маленького Альберта сформировался иррациональный страх перед всеми.
пушистые предметы (Mischel, 1993, стр. 298-299).

Современный классический кондиционер. Тогда как Павлов и большая часть его
современники рассматривали классическое обусловливание как обучение, которое происходит в результате раскрытия
организм к ассоциациям экологических событий, современное классическое кондиционирование
теоретики, такие как Р. А. Рескорла, предпочитают определять его в более конкретных терминах.
Рескорла подчеркивает тот факт, что смежность или временная связь между
безусловного раздражителя и условного раздражителя недостаточно для Павлова.
кондиционирование происходит. Вместо этого условный раздражитель должен связывать некоторые
информация о безусловном раздражителе (Рескорла, 1988, с.151-153).

Важность этого различия можно увидеть в экспериментальной работе, выполненной
Камин (1969) и его блокирующий эффект. В его эксперименте крысы подвергались воздействию
тон, за которым последовал шок. Следуя Павловским принципам кондиционирования, тон
стал условной реакцией. Тем не менее, когда одни и те же крысы подвергались звуковому и
свет, за которым последовал шок, никакое кондиционирование со светом не происходило. Это было
потому что тон уже передавал информацию о прибытии шока.Так,
любая информация, которую дал бы свет, была бы бесполезна. Хотя
свет был временно связан с шоком, кондиционирования не было, потому что
информации по этому поводу не было (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 53).

Оперативное кондиционирование

Закон действия Торндайка. Хотя свидетельство классической обусловленности
Э. Л. Торндайк не считал его исчерпывающим, потому что большинство
поведение в естественной среде было недостаточно просто, чтобы его можно было объяснить
Теория Павлова.Он провел эксперимент, в котором поместил кошку в клетку с
защелка на двери и кусок лосося вне клетки. После первой попытки
протянуть руку через клетку, а затем почесать прутья клетки, наконец, кошка
ударил защелку двери, и дверь открылась. При повторении этого
эксперимента, количество времени и усилий, потраченных на бесполезную деятельность по достижению
и кошачьи царапины стали меньше и произошло освобождение защелки
раньше.Анализ этого поведения Торндайком заключался в том, что поведение, порождающее
желаемый эффект стал доминирующим и, следовательно, наступил быстрее в следующий
эксперименты. Он утверждал, что на более сложное поведение повлияли ожидаемые
результаты, а не запускающий стимул, как предполагал Павлов. Эта идея стала
известный как закон следствия, и он послужил основой для операнта Скиннера
обусловливающий анализ поведения (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 24-26).

Положительное и отрицательное подкрепление Скиннера. Хотя Торндайк
разработал основной закон эффекта, Скиннер взял этот закон и построил исследование
программа вокруг него. Он основывал эту программу на экспериментах, которые он проводил в своей
изучение наказания и награды. По словам Скиннера, поведение, вызванное
закон эффекта был назван оперантным обусловливанием, потому что поведение организма
изменили или воздействовали на окружающую среду. Не было реальных стимулов окружающей среды
вызывая реакцию организма, как в классическом кондиционировании.Operant
обусловливание состоит из двух важных элементов: операнта или реакции и
следствие. Если последствия благоприятные или позитивно усиливающие, то
вероятность другого подобного ответа больше, чем если бы следствием было наказание
(Мишель, 1993, стр. 304-308).

Например, в эксперименте Скиннера крысу поместили в ящик с рычагом.
Каждый раз, когда рычаг нажимался, пища отпускалась. В результате крыса научилась
нажать на рычаг, чтобы получить благоприятные последствия.Однако когда еда была
заменены на амортизаторы, нажатие на рычаг практически сразу прекратилось из-за
наказание за последствия. Аналогичные результаты были получены при прекращении положительного
подкрепление пищи в целом в процессе, называемом вымиранием, но оперант
условная реакция снижалась гораздо медленнее, чем при применении наказания.
Такого рода оперантное обуславливание происходит в дисциплине поощрения или наказания.
действия, предпринятые по отношению к ребенку (Schwartz, 1982, стр.27-53).

Дискриминационные стимулы. Влияние стимулов на оперантный ответ
отличается от Павловской обусловленности, потому что раздражители не вызывают
ответ. Они просто направляют реакцию к положительным или отрицательным последствиям.
Эти стимулы оперантной реакции называются дискриминантными стимулами, потому что они
различать хорошие и плохие последствия и указывать, какой ответ
будет самым плодотворным. Например, красный сигнал светофора указывает на то, что следует
наступить на тормоза.Хотя нет ничего, что заставляет людей остановиться
на красный свет они останавливаются. Это потому, что красный цвет означает, что если они
нет, последуют негативные последствия (Schwartz & Lacey, 1982, стр. 30-31).

Теория избегания. Хотя это не всегда так с дискриминационными
стимулы, стимулы красного стоп-сигнала и соответствующий стоп-ответ также являются
пример поведения, известного как избегание-побег. Проще говоря,
стимул указывает на то, что последуют негативные последствия, если действие не
выполняется, поэтому действие выполняется.Это может показаться запутанным, учитывая, что
исчезновение происходит при внезапном отсутствии какого-либо положительного подкрепления. Однако, как
Как показали эксперименты Рескорла и Соломон (1967), это не так.
Животное было помещено на одну сторону перегородки и обучено прыгать через
перегородка, чтобы избежать шока. Когда шок был снят, животное сохранило
условное прыжковое поведение. Очевидно, в избегающем поведении побег или
отсутствие подкрепления происходит из-за ответа.Животные в коробке
научились ожидать шока, если они не ответят, или никакого шока, если они ответят. Таким образом
исчезновение произошло, потому что они продолжали реагировать на якобы устранение
шок (Schwartz & Lacey, 1982, 87-90).

Графики армирования. Еще одно исключение из правила вымирания:
оперантный условный ответ, который был обусловлен прерывистым расписанием
армирования. Существует четыре типа периодических графиков: фиксированный интервал.
расписания, которые усиливают реакцию через определенный фиксированный промежуток времени, переменные
графики интервалов, которые усиливают ответ по прошествии некоторого времени
от подкрепления к подкреплению, графики с фиксированным соотношением, которые усиливают реакцию
после определенного фиксированного количества ответов и графиков различных соотношений
которые усиливают ответ после того, как дано различное количество ответов.Как странно
может показаться, что на этих прерывистых
графики в отличие от постоянно подкрепляемого поведения. Это связано с тем, что
что с этими случайными схемами подкрепления исчезновение подкрепления
требуется много времени, чтобы распознать. Но как только его узнают, другой
происходит усиление, и его исчезновение занимает еще больше времени
распознавать. Таким образом, прерывистые графики заставляют организм «гадать», когда
подкрепление произойдет и усилит поведение без фактического
происходит усиление (Schwartz & Lacey, 1982, стр.91-101).

Естественный отбор по последствиям. В попытке убедить своих критиков
Скиннер сделал некоторые интересные выводы о справедливости своей теории оперантного обусловливания.
параллели между его теорией и теорией естественного отбора Дарвина. В соответствии с
Скиннера, оперантное обусловливание — это не что иное, как «второй вид отбора по
последствия »(Скиннер, 1984b, стр. 477). Он указал, что хотя естественный
отбор был необходим для выживания вида, оперантное кондиционирование
необходимо человеку для обучения.Кроме того, эволюционный прогресс произошел потому, что
виды с этими преимуществами были более эффективны в передаче преимущества, и
оперантное обусловливание происходит потому, что определенные подкрепления повлияли на
индивидуальным более эффективным способом. Скиннер продолжает проводить параллель между
эволюция живых существ из молекул без концепции жизни и
инициирование оперантного поведения из окружающей среды без концепции
независимый ум. Наконец, Скиннер упоминает, как виды приспосабливаются к окружающей среде в
таким же образом человек приспосабливается к ситуации.Сравнивая эти две теории,
Скиннер надеялся показать, что, подобно теории естественного отбора, его современники
следует принять теорию оперантного поведения (Скиннер, 1984b, стр. 477-481).

Обоснованность поведения

Критика теории бихевиоризма

Противоречие с идеями естественного отбора Дарвина. В то время как
Теория Дарвина была широко принята большинством ученых, бихевиоризм — это
постоянно подвергается критике.В самом деле, именно поэтому Скиннер предпочитает
согласовать его теорию с теорией Дарвина, чтобы придать убедительность своей собственной. Однако, как отмечает Б.
Дальбом (1984) указывает, что некоторые идеи дарвинизма противоречат операнту Скиннера.
кондиционирование. Дарвин считает, что люди постоянно совершенствуются, чтобы получить
лучше самоконтроль. Тем не менее, «увеличить самоконтроль — значит увеличить свободу» или
самоотверженность — то, что отрицает сама теория Скиннера (Dahlbom, 1984, p. 486).
Таким образом, сама основа, на которой Скиннер сформировал свою теорию, является прямым противоречием.
идей Дарвина (Dahlbom, 1984, стр.484-486).

В то же время, как показывает W. Wyrwicka (1984), Скиннер сравнивает положительные
побуждение к подкреплению, присущее оперантному обусловливанию с предложением Дарвина о
естественный отбор, присущий природе. По словам Вырвики, естественный
стремление к отбору зависит от того, что необходимо для выживания вида,
и «последствиями оперантного поведения являются не столько выживание, сколько сенсорные
удовлетворение «(Wyrwicka, 1984, стр. 502). Учитывая, что то, что приносит наибольшее удовольствие
чувства не всегда являются лучшими для выживания генов, часто эти два
диски противоречат друг другу.Например, курение крэка и участие в
опасные виды спорта — два популярных занятия, несмотря на опасность, которую они представляют для
жизнь. Очевидно, что дарвинизм более приемлем, чем оперантное обусловливание. По
противореча идеям Дарвина, теория оперантного обусловливания Скиннера теряет большую часть
поддержка, которую Скиннер надеялся получить своими параллелями (Wyrwicka, 1984, стр.
501-502).

Неспособность показать адекватную обобщаемость человеческого поведения. Хотя
было проведено множество экспериментов, показывающих доказательства как павловской обусловленности, так и
оперантного обусловливания, все эти эксперименты были основаны на животных и их
поведение.К. Боулдинг (1984) ставит под сомнение применение Скиннером принципов
поведение животных к гораздо более сложному поведению человека. Используя животных в качестве
заменители людей в исследовании человеческого поведения, Скиннер делает
большое предположение, что общие законы, касающиеся поведения животных, могут быть применены
описывать сложные отношения в человеческом мире. Если это предположение доказывает
ложь, тогда весь фундамент, на котором зиждется бихевиоризм, рухнет
вниз.Чтобы доказать достоверность, необходимо провести больше экспериментов с людьми.
этой теории (Боулдинг, 1984, стр. 483-484).

Неспособность объяснить развитие человеческого языка. Хотя
Идеи Скиннера об оперантной обусловленности могут объяснить фобии и неврозы,
они, к сожалению, не применимы к более сложным формам человеческого поведения
язык и память. Неспособность теории объяснить феномен языка
на самом деле привлекло большое количество критиков, которые отвергли эту теорию.Хотя у Скиннера
ответил на критику, его аргументы остаются слабыми и относительно бездоказательными.
В то время как общественные объективные стимулы действуют как операционные стимулы для вербального
ответы, личные стимулы или такие понятия, как «Я голоден», объяснить труднее.
Согласно Скиннеру, приобретение вербальных ответов на личные стимулы может быть
объяснил четырьмя способами. Во-первых, он утверждает, что частные стимулы и сообщество
не нужна связь. Пока есть какие-то общественные стимулы, которые можно
связанные с личными стимулами, ребенок может учиться.Кроме того, публика может вывести
личные стимулы через невербальные знаки, такие как стоны и лица
выражения. Однако эта ассоциация публичных и частных мероприятий часто может быть
неправильно истолковано. Его третья теория, согласно которой определенные общественные и частные стимулы
идентичный дает очень короткий список идентичных стимулов и свою последнюю теорию о том, что
частные стимулы могут быть обобщены на общественные стимулы с совпадающими характеристиками
дает очень неточные результаты (Скиннер, 1984a, стр.511-517).

М. Э. П. Селигман предлагает интересную альтернативу слабому Скиннеру.
объяснение языка. Он объясняет, что хотя операционная и классическая
кондиционирования важны, есть третий принцип, связанный с определением
поведение организма. Это генетическая готовность организма к
ассоциировать определенные стимулы или подкрепления с ответами. Организм приносит с собой
к эксперименту определенное оборудование и тенденции, определенные генетикой, которые вызывают
определенные условные раздражители и безусловные раздражители должны быть более или менее связаны.Следовательно, организм более или менее подготовлен эволюцией к тому, чтобы связать два
стимулы. Селигман классифицирует эти тенденции к ассоциации на три
категории: готовы или легко могут связать два стимула, неподготовленные или несколько
трудно связать два стимула и не подготовлен или не может связать два
стимулы. Он утверждает, что проблема бихевиористов в том, что они в основном
сосредоточили свои эксперименты на неподготовленных наборах стимулов, таких как свет и
шок.Они предоставляют небольшой объем входных данных, необходимых для неподготовленной ассоциации
произойти, а затем создать законы, которые распространяют неподготовленное поведение на все типы
поведение. Таким образом, хотя бихевиористские законы могут выполняться для неподготовленных наборов
стимулов, проверенных в лабораториях, им трудно объяснить подготовленное поведение
(Селигман, 1970, с. 406-408).

Чтобы доказать свою теорию, Селигман приводит пример эксперимента.
проведенный Розином и Гарсия (1971), в котором крыс кормили водой для дегустации сахарина.
пока вспыхивал яркий свет и звучал шум.При этом крысы были
лечить рентгеновским излучением, чтобы вызвать тошноту и болезнь. Когда крысы заболели
через несколько часов они отнеслись к воде с сахаристым вкусом, но не к
свет или шум. Согласно Селигману (1970), эволюция подготовила крыс к
ассоциировать вкус с болезнью, но не подготовил связь между
шум / свет и болезнь (стр. 411-412).

Когда теория готовности Селигмана применяется к языковой проблеме, она
дает правдоподобное решение.Язык просто состоит из хорошо подготовленных стимулов
которые легко могут создавать отношения между словесными словами и идеями или
объекты. На самом деле они настолько просты, что часто требуется очень мало ввода
необходимо для создания ассоциаций. Но если эту теорию принять за истину,
чего не может быть без дальнейших исследований, то это означает, что существует
генетический фактор, который вместе с окружающей средой создает личность. Это отвергает
всеобъемлющая теория бихевиоризма, которую так поддерживают Скиннер и его сотрудники
(Селигман, 1970, с.416-417).

Приложения валидной теории поведения

Показанные свидетельства, особенно свидетельства языка, указывают на несостоятельность
бихевиоризм как всеобъемлющая теория. Однако нет ничего, что отрицает
бихевиоризм действителен, когда он ограничен определенными областями психологии. При условии
многочисленные эксперименты показали, что бихевиористская теория имеет достоинства, некоторые
Идеи этой теории могут быть использованы при лечении расстройств.

С помощью идей бихевиоризма можно значительно улучшить лечение
неврозы и фобии.Вместо того, чтобы сосредоточиться на корне проблемы, как
традиционный психопатолог, бихевиорист может сосредоточиться на устранении симптома
задействовав классическую и оперантную обусловленность. Усиливая
исчезновение симптома, психопатологическое заболевание пациента могло быть
устранены (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 194-196).

Значительные улучшения могут быть также достигнуты в области лечения алкоголизма и
никотиновая зависимость. Используя принципы Павлова, зависимость возникает из-за обоих
приятные физиологические эффекты никотина и алкоголя, безусловные
раздражители, а вкус никотина и алкоголя — условные раздражители.Когда останавливаешься
проглатывание вещества, как и при традиционных лечебных процедурах, чрезвычайно
легко снова стать зависимым. В конце концов, «просто не предъявляя условных
стимул не устраняет связи между ним и безусловными раздражителями »
(Schwartz & Lacy, 1982, стр.197). Всего за одно использование вкус и безусловный
приятные эффекты снова становятся связанными друг с другом. Однако если вкус
никотина или алкоголя, условная реакция сочетается с новым неприятным
эффект, такой как тошнота и рвота, результатом будет отрицательное отвращение к
рассматриваемые вещества.Так было, когда и старик-алкоголик, и
молодому заядлому курящему подростку давали апоморфин в сочетании с алкоголем и
никотин соответственно. Апоморфин вызывает сильное чувство тошноты и
рвота, которая заставила их обоих отказаться от этих вызывающих зависимость веществ на всю жизнь.
Этот процесс называется контркондиционированием и имеет замечательный успех в лечении
зависимости (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 196-200).

Заключение: теория бихевиоризма

Критика в этой статье уже давно преследует теорию бихевиоризма.
и помешал большинству ученых быть по-настоящему приемлемым.Фактически, сегодня
очень мало ученых, которые считают, что бихевиористская теория
всеобъемлющий, как когда-то думали. Несмотря на пробелы в теории,
не может быть никаких сомнений в полезности исследований, проведенных в области
бихевиоризм. Нельзя полностью игнорировать влияние окружающей среды на поведение
ни роли, которую он играет в развитии личности, как показано в этом исследовании.
Действительно, когда теория бихевиоризма применяется для борьбы с определенными расстройствами,
результаты показали, что он чрезвычайно эффективен.Таким образом, хотя всеобъемлющий
необходимо отказаться от бихевиоризма, его идеи нельзя игнорировать в применении к определенным
ситуации.

Список литературы

Бикрофт, Р. С. (1966). Метод в классическом кондиционировании. В Р. С. Бикрофте,
Классическое кондиционирование (стр. 8-26). Голета, Калифорния: Psychonomic Press.

Боулдинг, К. Э. (1984). Б. Ф. Скиннер: Диссидентская точка зрения. Поведенческие и
Brain Sciences, 7,
483-484.

Дальбом, Б.(1984). Скиннер, выбор и самоконтроль. Поведенческие и
Brain Sciences, 7,
484-486.

Камин, Л. Дж. (1969). Предсказуемость, удивление, внимание и условность. В
Б. А. Кэмпбелл и Р. М. Черч (ред.), Наказание и отвращение. Новое
Йорк: Appleton-Century-Crofts.

Мишель, В. (1993). Поведенческие концепции. В W. Mischel, Введение в
личность
(стр. 295-316).Нью-Йорк: Харкорт Брейс.

Рескорла, Р. А. (1988). Павловское кондиционирование: это не то, что вы думаете
является. Американский психолог, 43, 151-160.

Рескорла Р. А. и Соломон Р. Л. (1967). Теория двухпроцессного обучения:
Отношения между Павловской обусловленностью и инструментальным обучением.
Психологический обзор, 74, 151-182.

Розин П. и Гарсия Дж. (1971). Специфический голод и избегание ядов, как
адаптивные специализации обучения. Психологический обзор, 78, 459-486.

Шварц Б. и Лейси Х. (1982). Бихевиоризм, наука и человек
природа.
Нью-Йорк: Нортон.

Селигман, М. Э. П. (1970). Об общности законов обучения.
Психологический обзор, 77, 406-418.

Скиннер, Б. Ф. (1931). Понятие рефлекса в описании
поведение. Журнал общей психологии, 5, 427-458.

Скиннер, Б. Ф. (1984a). Оперативный анализ психологических терминов.
Behavioral and Brain Sciences, 7, 511-517.

Скиннер, Б. Ф. (1984b). Отбор по последствиям. Поведение и мозг
Наук, 7,
477-481.

Wyrwicka, W. (1984). Естественный отбор и оперантное поведение. Поведенческие и
Brain Sciences, 7,
501-502.

.

Бихевиоризм против когнитивизма | Способы познания

Бихевиоризм и когнитивизм — два направления в психологии, которые имеют большое значение для изучения обучения и образования. Бихевиоризм — это исследование поведения с целью выявления его детерминант. Бихевиоризм использует механизм как фундаментальную метафору, которая предполагает, что поведение регулируется конечным набором физических законов. Когнитивизм был реакцией на бихевиоризм. Это изучение психических процессов с помощью научных методов и абстракций от поведения.Когнитивизм использует механизм и обработку информации в качестве основных метафор для интерпретации результатов.

Эти два движения особенно различаются во взглядах на поведение. Бихевиоризм, объектами исследования которого были в основном животные, рассматривает поведение как непреодолимое следствие внешних стимулов, тогда как когнитивизм, объектами исследования которого часто являются люди, рассматривает поведение как точку, с которой можно абстрагироваться от психических процессов, лежащих в основе поведения.

Когнитивизм и бихевиоризм также во многом схожи.Оба они используют механизм как фундаментальное предположение. Когнитивизм выходит за рамки бихевиоризма в том, что он распространяет механические допущения на разум, а не только на поведение. Но, тем не менее, оба движения рассматривают человеческое действие, умственное или иное, как определенное физическими законами.

Эти два движения также содержат общее противоречие; они используют субъективные метафоры как основу для объективной науки. Бихевиоризм использует метафору стимула и реакции, чтобы интерпретировать проявленное поведение в мире, и устанавливает свое исследование в соответствии с аффордансами метафоры.Точно так же когнитивизм использует обработку информации как способ объяснить, как люди воспринимают, запоминают и понимают окружающий мир. Поскольку когнитивная наука основывает свои исследования на метафоре обработки информации, выводы о психических процессах объективны только на том уровне, на котором метафора является субъективной.

Хотя эти два движения разные, когнитивное не ускользает от всей критики бихевиоризма. Когнитивная наука, однако, преодолевает основные недостатки бихевиоризма, в частности, то, что рефлексы и подкрепления не могут объяснить все человеческое поведение и что поведение животных не является лучшим предсказателем человеческого поведения.

Когнитивизм также пытается выйти за рамки бихевиоризма, пытаясь объяснить, как люди рассуждают, принимают решения, почему они делают ошибки, как они запоминают и неправильно запоминают, другими словами, вещи, которые в значительной степени являются частью человеческого опыта, но не могут быть объяснены только поведением. Тем не менее, имеющий свои корни в механизме, когнитивизм все еще подвержен редукционизму, который не оставляет места для значимых человеческих действий. Когнитивная наука, возможно, добилась прогресса в отношении строгого взгляда на мир «стимул / реакция», но метафора входов и выходов, объясняющая, как люди думают о чувствах, не согласуется с механикой и физическими законами, как люди самодействуют.По умолчанию машина не имеет внутреннего значения или чувствительности, но у людей что-то выполняет фильтрацию, создание и развитие смысла. Наука, в основе которой лежит метафора, предполагающая, что действия не ведутся, пока не будут приняты соответствующие меры, не может полностью объяснить человеческое поведение, психические процессы или человеческое значение.

Нравится:

Нравится Загрузка …

Связанные

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.