Характеристика человека как индивида: 🕮 Характеристики человека как индивида, Психологическая структура личности и ее становление в процессе индивидуального развития человека[14]. Б. Г. Ананьев, Раздел I. ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ЛИЧНОСТИ В ПСИХОЛОГИИ. Психология личности в трудах отечественных психологов. Куликов Л. B. Страница 9. Читать онлайн, Скачать

Характеристики человека как индивида — КиберПедия

Характеристики человека как индивида

Имеются основания для выделения двух основных классов индивидных свойств: 1) возрастно-половых и 2) индивидуально-типических. В первый из них входят возрастные свойства, последовательно развертывающиеся в процессе становления индивида (стадии онтогенетической эволюции), и половой диморфизм, интенсивность которого соответствует онтогенетическим стадиям. Во второй класс входят конституциональные особенности (телосложение и биохимическая индивидуальность), нейродинамические свойства мозга, особенности функциональной геометрии больших полушарий (симметрии – асимметрии функционирования парных рецепторов и эффекторов). Все эти свойства являются первичными и существуют на всех уровнях, включая клеточный и молекулярный (за исключением нейродинамических и билатеральных свойств органного и организменного уровней).

Взаимодействие возрастно-половых и индивидуально-типических свойств определяет динамику психофизиологических функций (сенсорных, мнемических, вербально-логических и т. д.) и структуру органических потребностей.

Эти свойства индивида можно назвать вторичными производными эффектами основных параметров индивида. Есть основания предполагать, что высшая интеграция всех этих свойств представлена в темпераменте, с одной стороны, и задатках – с другой.

Основная форма развития всех этих свойств – онтогенетическая эволюция, осуществляющаяся по определенной филогенетической программе, но постоянно модифицирующаяся все возрастающими под влиянием социальной истории человечества диапазонами возрастной и индивидуальной изменчивости. По мере развертывания самих онтогенетических стадий усиливается фактор индивидуальной изменчивости, что связано с активным воздействием социальных свойств личности на структурно-динамические особенности индивида, являющиеся их генетическими источниками.

Характеристики человека как личности

Исходным моментом структурно-динамических свойств личности является ее статус в обществе (экономические, политические и правовые, идеологические и т. д. положения в обществе), равно как статус общности, в которой складывалась и формировалась данная личность. На основе статуса и в постоянной взаимосвязи с ним строятся системы: а) общественных функций-ролей и б) целей и ценностных ориентаций.

Можно сказать, что статус, роли и ценностные ориентации образуют первичный класс личностных свойств, интегрируемых определенной структурой личности. Эти личностные характеристики определяют особенности мотивации поведения, структуру общественного поведения, составляющих как бы второй ряд личностных свойств. Высшим интегрированным эффектом взаимодействия первичных и вторичных личностных свойств является характер человека, с одной стороны, склонности – с другой. Основная форма развития личностных свойств человека – жизненный путь человека в обществе, его социальная биография.


ПРОБЛЕМА ЛИЧНОСТНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В ИНТЕРПРЕТАЦИИ СОВРЕМЕННОГО ПСИХОАНАЛИЗА, ИНТЕРАКЦИОНИЗМА И КОГНИТИВНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Н. В. АНТОНОВА

В современной научной литературе все чаще встречается понятие «личностная идентичность». Это не случайно: в контексте последних социальных изменений усиливается интерес к проблеме выбора, самовыражения. В западной культуре свобода самовыражения и выбора традиционно ассоциируется с проблемой личностной идентичности.

Идеи о том, что люди имеют свободу воли, могут влиять на мировые события, развивались в Европе начиная с XVI в. Гуманизм, Ренессанс, картезианство прославляли силу личности, сознания, личную ответственность человека. В философии XVII в. личностная идентичность определялась как осознание индивидом непрерывности, тождественности во времени собственной личности [2]. Два столетия спустя американский философ и психолог У. Джеме выразил установившееся к тому времени представление о личностной идентичности как о последовательности, непротиворечивости личности [1].

Понятие личностной идентичности активно разрабатывается в современной
зарубежной психологии. В данной работе мы рассмотрим две наиболее широко
представленные линии теоретической интерпретации и эмпирического исследования
личностной идентичности. Первую можно отнести к современному психоаналитическому
направлению, так как авторы, работающие в данной парадигме, опираются на теорию
идентичности Э. Эриксона ([З], [5], [15], [16], [22]). Вторая линия исследований опирается
на концепцию Я Дж. Мида и объединяет представителей интеракционистского и


Когнитивного подходов ([4],[8],[10],[11].[13],[19]).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

На основе проведенного анализа особенностей интерпретации проблемы личностной идентичности представителями современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии можно сделать вывод о том, что в рамках этих подходов сложились определенные традиции в исследовании феномена идентичности. В каждом из рассмотренных подходов проблема личностной идентичности рассматривается с различных точек зрения, акцентируются различные моменты. При этом обнаруживаются и некоторые общие тенденции теоретической интерпретации проблемы идентичности. Рассмотренные теоретические подходы не противоречат, а скорее взаимодополняют друг друга, выделяя в качестве объекта исследования различные стороны феномена идентичности.

Обобщая результаты исследований представителей данных теоретических ориентации, можно выделить следующие тенденции интерпретации феномена идентичности.

1. Идентичность имеет структурное строение. Основными параметрами ее измерения являются содержательный и оценочный, находящиеся во взаимодействии и взаимосвязи. Идентичность существует в плане субъективного времени.

2. Возможно выделение двух аспектов идентичности — личностного и социального. Онтогенетически личностная идентичность является вторичной по отношению к социальной, формируясь на основе использования выработанных в процессе социальной категоризации понятий.

3. Идентичность— динамичная структура, она развивается на протяжении всей
жизни человека, причем это развитие нелинейно и неравномерно, проходит через
преодоление кризисов идентичности, может идти как в прогрессивном, так и в
регрессивном направлении.

4. Возможно выделение различных типов идентичности. Классификации
основываются на таких параметрах, как наличие или отсутствие кризиса идентичности,
сила и наличие решений, принятых относительно себя и своей жизни, открытость новому
выбору. Способность к изменению идентичности связана с использованием защитных
стратегий.

5. На поведенческом уровне возможно рассмотрение идентичности как процесса решения жизненно значимых проблем, причем каждое принятое решение по поводу себя и своей жизни (самоопределение) будет вносить вклад в формирование структуры идентичности в качестве ее элемента.

6. Идентичность является социальной по происхождению, так как она формируется в результате взаимодействия индивида с другими людьми и усвоения им выработанного в процессе социального взаимодействия языка. Изменение идентичности также обусловлено изменениями в социальном окружении индивида.

Можно заключить, что будущее исследований идентичности, по-видимому, лежит в сфере интеграции достижений различных теоретических ориентации.

Постановка проблемы

Стремление индивида идентифицировать себя с тем или иным сообществом возникает при разрушении традиционного уклада, где потребность самоопределения в системе социальных взаимосвязей не актуализирована. Групповой (социальный) статус индивида задан здесь жесткими критериями его принадлежности к общине, сословию, а также половозрастными функциями. Развитие современных индустриальных обществ принципиально изменяет объективные условия жизнедеятельности людей, формирует потребность в самоопределении относительно многообразных групп и общностей, а динамизм и многослойность социальных взаимосвязей так или иначе вызывают необходимость упорядочения и доминирующих, и периферийных «солидарностей». Ответ на вопрос, какие группы и общности человек признает «своими», а какие – частично близкими или враждебными, становится принципиально важным для понимания социальных отношений.

В «позднемодерном» обществе, считает А. Гидденс, сложности социального самоопределения усугубляются разрывом пространственно-временных координат и места действия личности (1991). Если в традиционном и даже индустриальном обществе место действия, временная перспектива и пространство социальных взаимосвязей как бы стянуты в тугой узел, то в современной жизни человек вследствие активного взаимодействия разных культур с помощью массовой информации идентифицирует себя не только с общностями «здесь» и «теперь», но также «там»: и в прошлом, и в обозримом будущем. Личность, таким образом, включается в глобальную систему социального пространства.

Каким бы парадоксальным это ни казалось, ломка устоявшихся социальных идентификаций, переживаемая, по всей вероятности, каждым человеком в российском обществе, напоминает по своим механизмам процессы, аналогичные культурно-историческому переходу от застойного, «традиционного» общества к современному, т. е. динамичному. При некотором допущении можно пойти и дальше: происходит сдвиг от прозрачной ясности социальных идентификаций советского типа («мы – это народ, открывающий миру новые перспективы братства и солидарности всех трудящихся») к групповым солидарностям «постмодернистского» типа, где решительно все амбивалентно, неустойчиво, лишено какого бы то ни было вектора, называемого социальным прогрессом.

Советское общество в его классической фазе тоталитаризма напоминало традиционное в главном своем качестве – бессубъектности индивида. Социальная идентичность отождествлялась преимущественно с государственно-гражданской. Это находило свое выражение в безусловном требовании принимать официальную идеологию и систему ценностей «советского человека», безоговорочном признании и демонстрировании государственно одобряемых верований и суждений, оценок; в ритуализированных схемах всенародного энтузиазма; в совокупности символов признания индивидуального успеха со стороны государства и иных бюрократических структур; наконец, в идеологии осуждения «врагов народа» и инакомыслящих, т. е. тех, кто отвергал свою идентичность с тоталитарно-государственной системой, не говоря уже о людях, опасных для правящей элиты и только поэтому получавших клеймо чуждого элемента.

Сегодня Россия переживает становление новой социальной субъектности. Особенность этого драматического процесса осознания личностью своего особого интереса состоит в неопределенности представлений об общности интересов. Поскольку гражданское общество еще не сформировано, а механизм защиты прав различных групп населения был прерогативой исключительно бюрократических структур, всякий действительно общий интерес воспринимается ныне с величайшим подозрением как еще одна версия происков плутократии либо иной группы, преследующей своекорыстные цели.

Наблюдается конфронтационный плюрализм многообразных элит в сфере политики, экономики, культуры, религии, этнонациональных отношений, каждая из которых стремится расширить свой «символический капитал» и влияние на конструирование социального пространства. Концепции солидарного будущего не только противоречивы и двусмысленны, но, можно сказать, «приватизируются» различными общественно-политическими группировками, партиями, движениями.

Социальная идентификация личности в нестабильном, кризисном обществе испытывает неожиданные, непривычные воздействия. В их числе: изменчивость социальных взаимосвязей, функций основных социальных институтов, плюрализм культур и идеологий, противоборство корпоративных (групповых) интересов. Евгений Евтушенко писал: «Мы рождаемся снова, а снова рождаться еще тяжелей». Жить в таком обществе трудно, но зато появляется уникальная возможность работы в условиях «естественного эксперимента».

Выводы

Человек испытывает глубокую потребность быть причастным к сообществам себе подобных. Кризисные условия обостряют стремление к групповой защите, солидарности, поиску стабильности, поддержанию самоуважения. Мы живем в нескольких социальных пространствах, более или менее близких к повседневной жизни. Идентификации с ближайшим окружением в семье, с друзьями, с коллегами выдвигаются сегодня на первый план – доминирующую роль играют контактные группы.

За пределами этого сравнительно узкого круга повседневности социальное пространство формируется на основе стереотипов и образов, а также контрастных установок и неустойчивой категоризации. С их помощью человек пытается упростить схемы взаимосвязей в неустойчивом социальном мире.

Необходимую для этого эмоционально насыщенную информацию он получает опять-таки из среды повседневного общения и по каналам массовой коммуникации.

Чем определяется тип идентичности? Прежде всего необходимо указать на нарастание имущественной дифференциации, размежевания по образу мыслей, жизненным убеждениям, сопряженных с ощущением близости к своему поколению. Главный вопрос заключается в том, удерживаются ли привычные, устоявшиеся социальные идентификации советского человека или формируются новые. Последнее предполагает более высокий уровень адаптивности к меняющимся условиям, в том числе способность к рационально-контекстуальной перестройке социальных идентификаций. Адаптивные возможности более молодых, образованных людей, живущих в больших городах, выше, чем у людей в возрасте, с более узким кругозором и проживающих в малом поселке.

Естественно, что наборы социальных идентификаций различаются по социально-статусному критерию. Оказалось, что квалифицированные работники испытывают обостренное чувство маргинальности с малоквалифицированными, люди старшего поколения более склонны удерживать привычные социальные идентичности своего прошлого, а молодежь вообще не имеет представлений о солидарностях с большими общностями. Принадлежащие к группам национальных меньшинств в инонациональном окружении более отчетливо осознают свою собственно национальную идентичность. Корпоративная солидарность резко возрастает в условиях социального конфликта, например забастовки. То же самое наблюдается в межрегиональных конфликтах.

Факторный анализ ответов на вопрос о близости к тем или иным группам в связи с восходящей и нисходящей социальной мобильностью, проведенный М. Ф. Чернышом, показал: среди тех, кто шагнул вверх по социальной лестнице, социальная идентичность выражена ярче и потребность в ней сильнее, чем в нисходящих группах. «Особенностью восходящей группы является активный поиск идентичности в рамках «средних социальных групп», поколения, профессиональной общности и т. д. Жизненный неуспех, – пишет М. Ф. Черныш, – толкает человека на приватизацию собственной жизни, уединение в кругу близких и родственников, отчасти – в среде коллег» (1993). Обеим группам (восходящей и нисходящей социальной мобильности) свойственна тенденция идентификации с теми, кто придерживается ценностей советского прошлого (объяснительная «сила» второго фактора 10 %, первого – 40 %). В «нисходящей» группе указанная тенденция более амбивалентна, чем в «восходящей», где отмечается большая склонность к самоопределению в относительно новых общностях, например российская или национальная идентичность.

Ю. Л. Качанов и Н. А. Шматко использовали для изучения социальной позиции технику семантического дифференциала. В качестве эталона для сравнений фигурировало понятие «Я сам» и далее рассматривалась близость самоидентификации с различными «персонажами»: например, «лидер», «исполнитель», олицетворяющий успех, неудачник, независимый человек и другие. Авторы установили, что для интеллигенции характерна диффузная идентичность, тогда как предпринимателей отличает высокая самооценка, позитивная самоидентификация (1993).

С мая 1992 по март 1993 г. (отчасти и по июнь 1993 г.) ослаблялись идентификации решительно со всеми группами и общностями. Либо мы наблюдаем перестройку прежних и формирование новых идентичностей, либо усилились самодостаточность, интернальность личности. Возможно, имеет место и то и другое. С одной стороны, определенно фиксируется большая представительность тех, кто склонен опираться на собственные силы, с другой – происходят заметные «подвижки» в солидарности с крупными общностями.

Индивидуальные стратегии социальных идентификаций существенно различаются. Повседневные межличностные и межгрупповые взаимодействия обособлены от «возвышенных» идентификаций с крупными социальными общностями. «Прагматики» более дифференцированы: одни адаптируются к социально-экономическим условиям кризисного общества путем солидаризации с близким окружением (помимо семьи и друзей, это люди того же рода занятий, сверстники, работающие на одном предприятии и проживающие в данном месте), другие же ориентируются на преуспевающих и деятельных людей, политикой не интересующихся, но добивающихся материального успеха и умеющих воспользоваться счастливым случаем, способных повернуть свою судьбу, но не слишком отличающихся от других в своей новой социальной страте. Люди этого типа сочетают личную предприимчивость с конформностью по отношению к группам, которые, можно предполагать, устанавливают достаточно жесткий нормативный контроль. Склонные к идеологизированным клише совмещают солидарность со всеми людьми на планете, новую гражданскую солидарность в Содружестве Независимых Государств с российской идентичностью.

Теоретическое объяснение полученных данных должно основываться на плюралистическом подходе.

Психоаналитическая парадигма подтверждается общим фактором стремления к какой бы то ни было идентификации, т. е. к защите «Эго». Интеракционистская теория оправдывает себя в том, что идентификации с ближайшим окружением доминируют над другими. Бихевиористская концепция объясняет различия жизненных стратегий индивидов, находящихся в разных условиях (например, в ситуации межгруппового, межнационального конфликта), а когнитивисты, как и феноменологи, убедительно интерпретируют способы категоризации социальных идентичностей на уровне опосредованных межличностых взимосвязей.

Те же выводы справедливы и в отношении социологических подходов. Теория аномии обрисовывает состояние социальной дезинтеграции и утраты привычных солидарностей в трансформирующемся обществе. Марксистская теория доминирования социально-экономических отношений над культурно-политическими находит свое подтверждение в усилении воздействия факторов имущественной дифференциации по сравнению с идейно-политическими. Феноменологический подход уместен в истолковании поляризации тенденций к прагматическим и символическим идентификациям.

Диспозиционная теория может быть полезной для прогнозирования поведения личности в группах и сообществах. Идентификация с группой (общностью) существенно влияет на коллективное поведение; можно предположить, что социальные конфликты в российском обществе сосредоточатся в зоне «корпоративных» солидарностей. Вряд ли конфликты проявятся в области политико-идеологических общенациональных вопросов.

Смысл жизни[78]. С. Л. Франк

Вступление

Имеет ли жизнь вообще смысл, и если да – то какой именно? В чем смысл жизни? Или жизнь есть просто бессмыслица, бессмысленный, никчемный процесс естественного рождения, расцветания, созревания, увядания и смерти человека, как всякого другого органического существа? Те мечты о добре и правде, о духовной значимости и осмысленности жизни, которые уже с отроческих лет волнуют нашу душу и заставляют нас думать, что мы родились не «даром», что мы призваны осуществить в мире что-то великое и решающее и тем самым осуществить и самих себя, дать творческий исход дремлющим в нас, скрытым от постороннего взора, но настойчиво требующим своего обнаружения духовным силам, образующим как бы истинное существо нашего «я», – эти мечты оправданы ли как-либо объективно, имеют ли какое-либо разумное основание, и если да – то какое? Или они просто – огоньки слепой страсти, вспыхивающие в живом существе по естественным законам его природы, как стихийные влечения и томления, с помощью которых равнодушная природа совершает через наше посредство, обманывая и завлекая нас иллюзиями, свое бессмысленное, в вечном однообразии повторяющееся дело сохранения животной жизни в смене поколений? Человеческая жажда любви и счастья, слезы умиления перед красотой, – трепетная мысль о светлой радости, озаряющей и согревающей жизнь или, вернее, впервые осуществляющей подлинную жизнь, – есть ли для этого какая-либо твердая почва в бытии человека, или это – только отражение в воспаленном человеческом сознании той слепой и смутной страсти, которая владеет и насекомым, которая обманывает нас, употребляя как орудия для сохранения все той же бессмысленной прозы жизни животной и обрекая нас за краткую мечту о высшей радости и духовной полноте расплачиваться пошлостью, скукой и томительной нуждой узкого, будничного, обывательского существования? А жажда подвига, самоотверженного служения добру, жажда гибели во имя великого и светлого дела – есть ли это нечто большее и более осмысленное, чем таинственная, но бессмысленная сила, которая гонит бабочку в огонь?

Эти, как обычно говорится, «проклятые» вопросы или, вернее, этот единый вопрос «о смысле жизни» волнует и мучает в глубине души каждого человека. Человек может на время, и даже на очень долгое время, совсем забыть о нем, погрузиться с головой или в будничные интересы сегодняшнего дня, в материальные заботы о сохранении жизни, о богатстве, довольстве и земных успехах или в какие-либо сверхличные страсти и «дела» – в политику, борьбу партий и т. п., – но жизнь уже так устроена, что совсем и навсегда отмахнуться от него не может и самый тупой, заплывший жиром или духовно спящий человек: неустранимый факт приближения смерти и неизбежных ее предвестников – старения и болезней, факт отмирания, скоропреходящего исчезновения, погружения в невозвратное прошлое всей нашей жизни со всей иллюзорной значительностью ее интересов – этот факт есть для всякого человека грозное и неотвязное напоминание нерешенного, отложенного в сторону вопроса о смысле жизни. Этот вопрос – не «теоретический вопрос», не предмет праздной умственной игры; этот вопрос есть вопрос самой жизни, он так же страшен – и, собственно говоря, еще гораздо более страшен, чем при тяжкой нужде вопрос о куске хлеба для утоления голода. Поистине, это есть вопрос о хлебе, который бы напитал нас, и воде, которая утолила бы нашу жажду. Чехов описывает где-то человека, который, всю жизнь живя будничными интересами в провинциальном городе, как все другие люди, лгал и притворялся, «играл роль» в «обществе», был занят «делами», погружен в мелкие интриги и заботы – и вдруг, неожиданно, однажды ночью, просыпается с тяжелым сердцебиением и в холодном поту. Что случилось? Случилось что-то ужасное – жизнь прошла, и жизни не было, потому что не было и нет в ней смысла!

И все-таки огромное большинство людей считают нужным отмахиваться от этого вопроса, прятаться от него и находят величайшую жизненную мудрость в такой «страусовой политике». Они называют это «принципиальным отказом» от попытки разрешить «неразрешимые метафизические вопросы», и они так умело обманывают и всех других, и самих себя, что не только для постороннего взора, но и для них самих их мука и неизбывное томление остаются незамеченными, быть может, до самого смертного часа. Этот прием воспитывания в себе и других забвения к самому важному, в конечном счете единственно важному вопросу жизни определен, однако, не одной только «страусовой политикой», желанием закрыть глаза, чтобы не видеть страшной истины. По-видимому, умение «устраиваться в жизни», добывать жизненные блага, утверждать и расширять свою позицию в жизненной борьбе обратно пропорционально вниманию, уделяемому вопросу о «смысле жизни». А так как это умение, в силу животной природы человека и определяемого им «здравого рассудка», представляется самым важным и первым по настоятельности делом, то в его интересах и совершается это задавливание в глубокие низины бессознательности тревожного недоумения о смысле жизни. И чем спокойнее, чем более размерена и упорядочена внешняя жизнь, чем более она занята текущими земными интересами и имеет удачу в их осуществлении, тем глубже та душевная могила, в которой похоронен вопрос о смысле жизни. Поэтому мы, например, видим, что средний европеец, типичный западноевропейский «буржуа» (не в экономическом, а в духовном смысле слова) как будто совсем не интересуется более этим вопросом и потому перестал и нуждаться в религии, которая одна только дает на него ответ. Мы, русские, отчасти по своей натуре, отчасти, вероятно, по неустроенности и неналаженности нашей внешней, гражданской, бытовой и общественной жизни, и в прежние, «благополучные» времена отличались от западных европейцев тем, что больше мучились вопросом о смысле жизни, – или более открыто мучились им, более признавались в своих мучениях. Однако теперь, оглядываясь назад, на наше столь недавнее и столь далекое от нас прошлое, мы должны сознаться, что и мы тогда в значительной мере «заплыли жиром» и не видели – не хотели или не могли видеть – истинного лица жизни и потому и мало заботились об его разгадке.

Происшедшее ужасающее потрясение и разрушение всей нашей общественной жизни принесло нам, именно с этой точки зрения, одно ценнейшее, несмотря на всю его горечь, благо: оно обнажило перед нами жизнь как она есть на самом деле. Правда, в порядке обывательских размышлений, в плане обычной земной «жизненной мудрости» мы часто мучаемся ненормальностью нашей нынешней жизни и либо с безграничной ненавистью обвиняем в ней «большевиков», бессмысленно ввергших всех русских людей в бездну бедствий и отчаяния, либо (что уже, конечно, лучше) с горьким и бесполезным раскаянием осуждаем наше собственное легкомыслие, небрежность и слепоту, с которой мы дали разрушить в России все основы нормальной, счастливой и разумной жизни. Как бы много относительной правды ни было в этих горьких чувствах, – в них, перед лицом последней, подлинной правды, есть и очень опасный самообман. Обозревая потери наших близких, либо прямо убитых, либо замученных дикими условиями жизни, потерю нашего имущества, нашего любимого дела, – наши собственные преждевременные болезни, наше нынешнее вынужденное безделье и бессмысленность всего нашего нынешнего существования, мы часто думаем, что болезни, смерть, старость, нужду, бессмысленность жизни – все это выдумали и впервые внесли в жизнь большевики. На самом деле они этого не выдумали и не впервые внесли в жизнь, а только значительно усилили, разрушив то внешнее и, с более глубокой точки зрения, все-таки призрачное благополучие, которое прежде царило в жизни. И раньше люди умирали – и умирали почти всегда преждевременно, не доделав своего дела и бессмысленно-случайно; и раньше все жизненные блага – богатство, здоровье, слава, общественное положение – были шатки и ненадежны; и раньше мудрость русского народа знала, что от сумы и тюрьмы никто не должен отрекаться. Происшедшее только как бы сняло призрачный покров с жизни и показало нам неприкрытый ужас жизни как она всегда есть сама и по себе. Подобно тому как в кинематографе можно, произвольным изменением темпа движения, через такое искажение именно и показать подлинную, но обычному взору не заметную природу движения, подобно тому как через увеличительное стекло впервые видишь (хотя и в измененных размерах) то, что всегда есть и было, но что не видно невооруженному глазу, так и то искажение «нормальных» эмпирических условий жизни, которое теперь произошло в России, только раскрывает перед нами скрытую прежде истинную сущность жизни. И мы, русские, теперь без дела и толку, без родины и родного очага, в нужде и лишениях слоняющиеся по чужим землям – или живущие на родине как на чужбине, – сознавая всю «ненормальность» – с точки зрения обычных внешних форм жизни – нашего нынешнего существования, вместе с тем вправе и обязаны сказать, что именно на этом ненормальном образе жизни мы впервые познали истинное вечное существо жизни. Мы бездомные и бесприютные странники – но разве человек на земле не есть, в более глубоком смысле, всегда бездомный и бесприютный странник? Мы испытали на себе, своих близких, своем существе и своей карьере величайшие превратности судьбы – но разве существо судьбы не в том, что она превратна? Мы ощутили близость и грозную реальность смерти, но разве это – только реальность сегодняшнего дня? Среди роскошного и беспечного быта русской придворной среды XVIII века русский поэт восклицал: «Где стол был яств, там гроб стоит; где пиршеств раздавались клики – надгробные там стонут лики и бледна смерть на всех глядит». Мы обречены на тяжкий изнуряющий труд ради ежедневного пропитания – но разве уже Адаму, при изгнании из рая, не было предречено и заповедано: «в поте лица своего ты будешь есть хлеб свой»?

Так перед нами теперь, через увеличительное стекло наших нынешних бедствий, с ясностью предстала сама сущность жизни во всей ее превратности, скоротечности, тягостности – во всей ее бессмысленности. И потому всех людей мучащий, перед всеми неотвязно стоящий вопрос о смысле жизни приобрел для нас, как бы впервые вкусивших самое существо жизни и лишенных возможности спрятаться от нее или прикрыть ее обманчивой и смягчающей ее ужас видимостью, совершенно исключительную остроту. Легко было не задуматься над этим вопросом, когда жизнь, по крайней мере внешне видимая, текла ровно и гладко, когда – за вычетом относительно редких моментов трагических испытаний, казавшихся нам исключительными и ненормальными, – жизнь являлась нам спокойной и устойчивой, когда у каждого из нас было наше естественное и разумное дело и за множеством вопросов текущего дня, за множеством живых и важных для нас частных дел и вопросов общий вопрос о жизни в ее целом только мерещил где-то в туманной дали и смутно-потаенно тревожил нас. Особенно в молодом возрасте, когда разрешение всех вопросов жизни предвидится в будущем, когда запас жизненных сил, требующих приложения, это приложение по большей части и находил и условия жизни легко позволяли жить мечтами, лишь немногие из нас остро и напряженно страдали от сознания бессмысленности жизни. Не то теперь. Потеряв родину и с нею естественную почву для дела, которое дает хотя бы видимость осмысления жизни, и вместе с тем лишенные возможности в беспечном молодом веселии наслаждаться жизнью и в этом стихийном увлечении ее соблазнами забывать о неумолимой ее суровости, обреченные на тяжкий изнуряющий и подневольный труд для своего пропитания, мы вынуждены ставить себе вопрос: для чего жить? Для чего тянуть эту нелепую и тягостную лямку? Чем оправданы наши страдания? Где найти незыблемую опору, чтобы не упасть под тяжестью жизненной нужды? ‹…›

Нет, от вопроса о смысле жизни нам – именно нам, в нашем нынешнем положении и духовном состоянии – никуда не уйти, и тщетны надежды подменить его какими-либо суррогатами, заморить сосущего внутри червя сомнения какими-либо иллюзорными делами и мыслями. Именно наше время таково – об этом мы говорили в книжке «Крушение кумиров», – что все кумиры, соблазнявшие и слепившие нас прежде, рушатся один за другим, изобличенные в своей лжи; все украшающие и затуманившие завесы над жизнью ниспадают, все иллюзии гибнут сами собой. Остается жизнь, сама жизнь во всей своей неприглядной наготе, со всей своей тягостностью и бессмысленностью, – жизнь, равносильная смерти и небытию, но чуждая покоя и забвения небытия. Та, на Синайских высотах поставленная Богом, через древний Израиль, всем людям и навеки задача: «жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие: избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое», – эта задача научиться отличать истинную жизнь от жизни, которая есть смерть, понять тот смысл жизни, который впервые вообще делает жизнь жизнью, то Слово Божие, которое есть истинный, насыщающий нас хлеб жизни, – эта задача именно в наши дни великих катастроф, великой кары Божией, в силу которой разодраны все завесы и все мы снова «впали в руки Бога живого», стоит перед нами с такой неотвязностью, с такой неумолимо грозной очевидностью, что никто, раз ощутивший ее, не может уклониться от обязанности ее разрешения. ‹…›

Осмысление жизни

Искание смысла жизни есть, таким образом, собственно «осмысление» жизни, раскрытие и внесение в нее смысла, который вне нашей духовной действительности не только не мог бы быть найден, но в эмпирической жизни и не существовал бы.

Точнее говоря, в вере как искании и усмотрении смысла жизни есть две стороны, неразрывно связанные между собою, – сторона теоретическая и практическая; искомое осмысление жизни есть, с одной стороны, усмотрение, нахождение смысла жизни и, с другой стороны, его действенное созидание, волевое усилие, которым оно «восхищается». Теоретическая сторона осмысления жизни заключается в том, что, усмотрев истинное бытие и его глубочайшее, подлинное средоточие, мы тем самым имеем жизнь как подлинное целое, как осмысленное единство и потому понимаем осмысленность того, что раньше было бессмысленным, будучи лишь клочком и обрывком. Как, чтобы обозреть местность и понять ее расположение, нужно удалиться от нее, встать вне ее, на высокой горе над нею и только тогда действительно увидишь ее, – так для того, чтобы понять жизнь, нужно как бы выйти за пределы жизни, посмотреть на нее с некоторой высоты, с которой она видна целиком. Тогда мы убеждаемся, что все, что казалось нам бессмысленным, было таковым только потому, что было зависимым и несамостоятельным отрывком. Наша единичная, личная жизнь, которая, при отсутствии в ней подлинного центра, кажется нам игралищем слепых сил судьбы, точкой скрещения бессмысленных случайностей, становится в меру нашего самопознания глубоко значительным и связным целым; и все случайные ее события, все удары судьбы приобретают для нас смысл, как-то сами собой укладываются, как необходимые звенья, в то целое, осуществить которое мы призваны. Историческая жизнь народов, которая, как мы видели, являет эмпирическому взору картину бессмысленно-хаотического столкновения стихийных сил коллективных страстей или коллективного безумия или свидетельствует лишь о непрерывном крушении всех человеческих надежд, – созерцаемая из глубины, становится, подобно нашей индивидуальной жизни, связанным и разумным, как бы жизненно-предметно проходимым «курсом» самооткровения Божества. И глубокий немецкий мыслитель Баадер был прав, когда говорил, что, если бы мы обладали духовной глубиной и религиозной проницательностью составителей Священной Истории, вся история человечества, история всех народов и времен была бы для нас непрерывающимся продолжением единой Священной Истории. Только потому, что мы потеряли чутье и вкус к символическому смыслу исторических событий, берем их лишь с их эмпирической стороны и в чувственно-явственной или рассудочно-постижимой их части признаем все целое событий вместо того, чтобы через эту часть прозревать подлинное, метафизическое целое, – только потому события светской, «научно» познаваемой истории кажутся нам бессмысленным набором слепых случайностей. ‹…› Мы поняли бы, что если история человечества есть как будто история последовательного крушения всех человеческих надежд, то лишь в той мере, в какой сами эти надежды слепы и ложны и содержат нарушение вечных заповедей Божьей премудрости, что в истории вместе с ее первым, абсолютным началом – рождением человека из рук Бога и с ее необходимым концом – з






Характеристики человека как индивида

Имеются
основания для выделения двух основных
классов индивидных
свойств:

1)
возрастно-половых

  1. возрастные
    свойства

  2. половой
    диморфизм

2)
индивидуально-типических

  1. конституциональные
    особенности

  2. нейродинамические
    свойства
    мозга

  3. особенности
    функциональной
    геометрии больших
    полушарий.

Взаимодействие
возрастно-половых и индивидуально-типических
свойств определяет динамику
психофизиологических
функций (сенсорных,
мнемических, вербально-логических и т.
д.) и структуру
органических потребностей.

Характеристики человека как личности

Исходным
моментом структурно-динамических
свойств личности является ее статус
в
обществе (экономические, политические
и правовые, идеологические и т. д.

положения
в обществе), равно как статус
общности, в
которой складывалась и форми-

ровалась
данная личность. На основе статуса и в
постоянной взаимосвязи с ним строят-

ся
системы: а) общественных
функций-ролей и
б) целей
и ценностных ориентации.

Можно
сказать, что статус, роли и ценностные
ориентации образуют первичный

класс
личностных
свойств, интегрируемых
определенной
структурой личности. Эти
личностные характеристики определяют
особенности мотивации
поведения, структу-

ру
общественного
поведения,
составляющих как бы второй ряд личностных
свойств.

Высшим
интегрированным эффектом взаимодействия
первичных и вторичных лич-

ностных
свойств является характер
человека,
с одной стороны, склонности

с дру-

гой.
Основная форма развития личностных
свойств человека — жизненный путь че-

ловека
в обществе, его социальная биография.

Основные характеристики человека как субъекта деятельности

Исходными
характеристиками человека в этой сфере
развития являются сознание (как отражение
объективной деятельности) и деятельность
(как преобразование

действительности).
Человек как субъект практической
деятельности характеризуется не только
его собственными свойствами, но и теми
техническими средствами труда, которые
выступают своего рода усилителями,
ускорителями и преобразователями его
функций. Как субъект теоретической
деятельности человек в такой же мере
характеризуется знаниями и умениями,
связанными с оперированием специфическими
знаковыми системами.

Высшей
интеграцией субъектных свойств является
творчество, а наиболее обоб-

щенными
эффектами (а вместе с тем потенциалами)
— способности и талант.

Основными
формами развития субъектных свойств
человека являются подготов-

ка,
старт, кульминация и финиш, в общем
история производственной деятельности

человека
в обществе.

Разумеется,
разделение человеческих свойств на
индивидные, личностные и

субъектные
относительно, так как они суть
характеристики человека как целого,
яв-

ляющегося
одновременно природным и общественным
существом. Ядро этого цело-

го
— структура личности, в которой
пересекаются (обобщаются) важнейшие
свойства

не
только личности, но также индивида и
субъекта.

Структура
индивидуального развития человека

Коррелятивные
зависимости между органами и функциями
организма со-

ставляют
важную характеристику его целостности.

Типы
корреляций:

1)
геномные взаимосвязи, обусловленные
генами через биохимические процессы,
происходящие в клетках того же самого
материала, в котором реализуются
изменения;

2)
морфологические корреляции между
органами также непосредственно
запрограммированы, но осуществляются
путем передачи вещества или возбуждения
от одной части к другой;

3)
эргонтические взаимозависимости,
которые определяются функционированием
самих членов корреляционной пары,
влияющей на изменение их строения и
способа функционирования.

Этот
корреляционный порядок исключает
возможность чисто локального изменения
одних функций под внешним воздействием
без тех или иных сопутствующих сдвигов
в других функциях.

При
любом типе корреляций изменяется весь
организм, и это изменение влияет на
дальнейший ход онтогенеза в целом.
Совместная активность коррелируемых
функций есть нормальное состояние
человеческого интеллекта, имеющее
значение для жизнедеятельности в целом.

Образование
и умственный труд, постоянная тренируемость
умственных функций составляют главнейший
фактор сохранения жизнестойкости и
жизнеспособности долголетия человека,
если
этот фактор, разумеется, подкрепляется
действием режима жизни, питания и
физической работой. Однако среди этих
факторов
умственный труд, обеспеченный
необходимым
образованием и культурой учения, является
ведущей силой, противостоящей инволюционным
процессам.

Концепции
теории личности.

Пьер
Жане: первым попытался обозреть
психологическую эволюцию личности в
реальном временном протекании, соотнести
возрастные фазы и биографические ступени
жизненного пути, свя-

зать
биологическое, психологическое и
историческое время в единой системе
координат эволюции личности.

Шарлотта
Бюлер: наметила три аспекта изучения
жизненного цикла и генетических связей
между его фазами:

  1. биолого-биографический
    аспект — исследования объективных
    условий жизни, основных событий
    окружающей среды и поведения человека
    в этой среде.

  2. связан
    с изучением истории переживаний,
    становления и изменения ценностей,
    эволюции внутреннего мира человека.

  3. касается
    продуктов деятельности, истории
    творчества индивида в разных случаях
    жизни, в общем, уровня и масштаба
    объективации сознания.

С.Л.Рубинштейн:
исследовал действие как ≪клеточку≫
сознания и деятельности в их единстве
и обосновал принцип структурного анализа
человека как субъекта.

Л.
С. Выготский и А. Н. Леонтьев: разработали
исторический подход к сознанию и
деятельности человека

Жизнь
человека как история личности в конкретную
историческую эпоху и как

история
развития его деятельности в обществе
складывается из многих систем общественных
отношений в определенных обстоятельствах,
из многих поступков и действий самого
человека, превращающихся в новые
обстоятельства, формируются пути

окружающих
и его собственной жизни. Создание и
изменение обстоятельств современной
жизни собственным поведением и трудом,
образование собственной среды развития
посредством общественных связей
(товарищества, дружбы, любви, брака и
семьи, включе-

ния
в разнообразные малые и большие группы
— коллективы) — все это проявления

социальной
активности человека
в его собственной жизни.

Фазы
развития социальной активности:

  1. подготовительная,

  2. старт

  3. кульминация
    (≪пик≫)

  4. финиш.

Каждая
из них есть определенное изменение
субъекта
деятельности,
его структуры и продуктивности.

Общие
вопросы социологической и психологической

теории
личности

Индивид
— единичный, отдельный, фиксированный,
тем или иным способом выделенный
отграниченный предмет, отдельная,
обособленная сущность или существо,
особь, каждый самостоятельно существующий
живой организм, отдельная человеческая
личность в отличие от человеческих
коллективов.

Различения
человека и личности, субстрата и свойства,
весьма важно, причем, как

мы
видели ранее и потому, что этот субстрат
есть носитель многих свойств, не только
личности. Следует считать бесспорным
вопрос о своеобразии социально-психологического
изучения личности. Даже более того,
личность как объект исследования —
общий предмет социологии и социальной
психологии, а определение понятия
≪личность≫
вэтих науках наиболее адекватно. Что
касается определения этого понятия в
психологии (общей и дифференциальной),
то оно всегда крайне аморфно и охватывает
огромный диапазон определений,
отличающихся одним лишь общим признаком
— психо-

логией
личности. Иногда в психологию личности
вводят индивида опосредственно как
единичное проявление общих свойств
нервной системы. Так поступают все
современные исследователи нейродинамической
типологии человека, несомненно обогащающей
психофизиологический фундамент теории
личности, если пользоваться
общеупотребительной терминологией.
овременное научное понимание человека
включает

единство
его природы: и истории; личность человека
есть эффект их конвергенции, характеристика
их постоянной взаимосвязи.

Личность
как общественный индивид всегда выполняет
определенную совокуп-

ность
общественных функций. Каждая из этих
функций осуществляется путем своеобразного
общественного поведения, строится в
виде известных процедур поведения

и
обусловливающих их мотиваций. Эти
процедуры, мотивы и общественные функции

личности
в целом детерминированы нормами морали,
права и другими явлениями об-

щественного
развития. Они ориентированы на определенные
эталоны общественного

поведения,
соответствующие классовому сознанию
или господствующей идеологии. Любая
деятельность человека осуществляется
в системе объектно-субъектных отно-

шений,
т. е. социальных связей и взаимосвязей,
которые образуют человека как обще-

ственное
существо — личность, субъекта и объекта
исторического процесса.

Совпадение
субъекта и личности относительно. Именно
расхождение между ними составляет
главнейшую психологическую форму
человеческой истории. Ранг личности,
ее масштаб и роль в классовом
антагонистическом обществе определяются
множеством факторов (наследование
имущественных прав, сословные, классовые,
расовые и национальные привилегии,
создаваемые этими привилегиями престиж,
репутация и популярность).

Личность
как общественный индивид всегда выполняет
определенную совокупность общественных
функций. Каждая из них осуществляется
путем своеобразного общественного
поведения, строится в виде известных
процедур поведения и обусловивающих
их мотиваций. Эти процедуры, мотивы и
общественные функции личности в целом
детерминированы нормами морали, права
и другими явлениями обще-

ственного
развития. Они ориентированы на определенные
эталоны общественного поведения,
соответствующие классовому сознанию
и господствующей идеологии.

Некоторые
черты психологической структуры личности

Теоретическое
и экспериментальное исследование
структуры личности составляет одну из
новейших областей психологии.

Рассмотрение
статуса, социальных функций и ролей,
целей деятельности и цен-

ностных
ориентации личности позволяет понять
как зависимость ее от конкретных

социальных
структур, так и активность самой личности
в общем процессе функционирования тех
или иных социальных (например,
производственных) образований.

Современная
психология все более глубоко проникает
в связь, существующую между

интериндивидуальной
структурой того
социального целого, к которому принадлежит

личность,
и интериндивидуальной
структурой самой
личности.

Определенный
комплекс коррелируемых
свойств индивида (возрастно-половых,
нейродинамических, конституционно-биохимических)
входит в структуру
личности.

Статус
и социальные функции — роли, мотивация
поведения и ценностные ори-

ентации,
структура и динамика отношений — все
это характеристики личности,

определяющие
ее мировоззрение, жизненную направленность,
общественное поведение, основные
тенденции развития. Совокупность таких
свойств и составляет характер как
систему свойств личности, ее субъективных
отношений
к
обществу, другим людям, деятельности,
самой себе, постоянно реализующихся в
общественном поведении, закрепленных
в образе жизни. Переход
отношений в черты характера —
одна из

основных
закономерностей характерообразования.
Структурной
интеграцией отношений является
именно характер
личности.

Крупнейшим
вкладом в теорию личности и характерологию
является педагоги-

ческое
учение А. С. Макаренко. Педагогический
опыт и учение А. С. Макаренко были своего
рода психологическим открытием, поскольку
раскрывался социогенез
характера,
прослеживался переход внешних
коллективных
взаимосвязей во внутренние
отношения
человека к окружающему миру.

Человек
становится субъектом отношений по
мере того, как он развивается во

множестве
жизненных ситуаций в качестве объекта
отношений со
стороны других

людей,
коллектива и руководителей, людей,
находившихся в различных социальных

позициях
и играющих различные роли в истории его
развития.

Последовательность
в процессе характерообразования:
отношения личности к другим
людям>коммуникативные
черты характера>другие
характерологические свойства.

Структура
личности строится по двум принципам
одновременно:

1)
субординационному,
или
иерархическому,
при
котором более сложные и более общие
социальные свойства личности подчиняют
себе более элементарные и частные
социальные и психофизиологические
свойства;

2)
координационному,
при
котором взаимодействие осуществляется
на паритетных началах, допускающих ряд
степеней свободы для коррелируемых
свойств, т. е. относительную автономию
каждого из них.

Генетические
и структурные взаимосвязи

в
развитии личности

Генетическая
психология личности —
одно из примечательных явлений современ-

ного
исследования так называемой социализации
личности, становления ее отношений,
установок и свойств в ходе общественного
воспитания и обучения, в зависимости
от смены общественных ролей и общностей.

Три
основных генетических подхода к
человеческому развитию:

  1. онтогенетика
    человека, исследующая
    метрические и топологические свойства
    времени индивидуальной жизни человеческого
    организма, процесс ее становления в
    определенной последовательности смены
    состояний или фаз развития (возрастов)

  2. генетический
    подход к эволюции личности как
    общественного индивида. Этот подход
    можно условно обозначить как генетическую
    персоналистику, представляющую
    собой теорию и метод биографического
    исследования жизненного пути человека,
    основных событий, конфликтов, продуктов
    и ценностей, развертывающихся на
    протяжении жизни человека в данных
    общественно-исторических условиях

  3. третий
    генетический подход ориентирован на
    изучение истории развития деятельности
    той или иной конкретной личности,
    продуктов этой деятельности, т. е.
    созидаемых личностью материальных и
    духовных ценностей.

Ступени
общественного воспитания, образования
и обучения, составляющие совокупность
подготовительных фаз жизненного пути,
формирования личности, стали определяющими
характеристиками периодов роста и
созревания индивида.

Влияние
истории становления личности на
онтогенетическую эволюцию индивида

возникает
только на определенной стадии онтогенеза
и постепенно возрастает по мере

накопления
жизненного опыта и социальной активности
личности. Это и понятно,

поскольку
начало
личности наступает
намного позже, чем начало
индивида.

Формирование
ребенка как личности происходит в
зависимости не только от статуса семьи,
который он застает сложившимся, но и от
освоения его родителями новых

для
них семейных ролей. Роль сына или дочери,
содержащиеся в ней общественные функции
ребенок начинает осваивать и осуществлять
позже, и это составляет один из моментов
становления личности.

Лишь
с образованием постоянного комплекса
социальных связей, регулируемых нормами
и правилами, средств общения с их знаковым
аппаратом (прежде всего словарным
составом и грамматическим строем языка),
предметной деятельности с ее социальной
мотивацией, освоением семейных и других
ролей связано формирование начальных
свойств личности.

Подобно
тому как начало индивида — долгий и
многофазный процесс эмбриогенеза, так
и начало
личности — долгий
и многофазный процесс ранней
социализации
индивида,
наиболее
интенсивно протекающий в двух-трехлетнем
возрасте.

Становление
человека как личности связано с
относительно высоким уровнем

нервно-психического
развития, являющимся необходимым
внутренним условием этого становления.
Под влиянием социальной среды и воспитания
складывается определенный тип отражения,
ориентации в окружающей сфере и регуляции
движения у ребенка, сознания,
т.
е. самая общая структура человека как
субъекта
познания.

Наступление
зрелости человека как индивида (
≪физическая≫ зре-

лость),
личности (≪гражданская≫), субъекта
познания (≪умственная≫ зрелость) и
труда (≪трудоспособность≫) во времени
не совпадает, и подобная гетерохронность
зрелости сохраняется во всех формациях.

Парадокс
завершения человеческой жизни
заключается
в том, что во многих случаях те или другие
формы
человеческого существования прекращаются
еще при жизни человека как индивида, т.
е. их умирание наступает раньше, чем
физическое одряхление от старости. Та
или иная степень сохранности, деградации
или полного одряхления является функцией
не только возраста, но и социально-трудовой
активности, т. е. продуктом не только
онтогенетической
эволюции,
но и жизненного пути человека как
личности и субъекта деятельности.

Образование
индивидуальности и обусловленное ею
единое направление развития индивида,
личности и субъекта в общей структуре
человека стабилизируют эту структуру
и являются одними из важных факторов
высокой жизнеспособности и долголетия.

Основные характеристики человека как субъекта деятельности — МегаЛекции


Характеристики человека как индивида

 

Имеются основания для выделения двух основных классов индивидных свойств: 1) возрастно-половых и 2) индивидуаль­но-типических. В первый из них входят возрастные свойства, последовательно развертывающиеся в процессе становления индивида (стадии онтогенетической эволюции) и половой ди­морфизм, интенсивность которого соответствует онтогенети­ческим стадиям. Во второй класс входят конституциональные особенности (телосложение и биохимическая индивидуаль­ность), нейродинамические свойства мозга, особенности фун­кциональной геометрии больших полушарий (симметрии — асимметрии функционирования парных рецепторов и эффекто­ров). Все эти свойства являются первичными и существуют на всех уровнях, включая клеточный и молекулярный (за исклю­чением нейродинамических и билатеральных свойств органно­го и организменного уровней).

Взаимодействие возрастно-половых и индивидуально-типи­ческих свойств определяет динамику психофизиологических функций (сенсорных, мнемических, вербально-логических и т. д.) и структуру органических потребностей.

Эти свойства индивида можно назвать вторичными произ­водными эффектами основных параметров индивида. Есть осно­вания предполагать, что высшая интеграция всех этих свойств представлена в темпераменте, с одной стороны, и задатках — с другой.

Основная форма развития всех этих свойств — онтогенети­ческая эволюция, осуществляющаяся по определенной филоге­нетической программе, но постоянно модифицирующаяся все возрастающими под влиянием социальной истории человече­ства диапазонами возрастной и индивидуальной изменчивости. По мере развертывания самих онтогенетических стадий усили­вается фактор индивидуальной изменчивости, что связано с ак­тивным воздействием социальных свойств личности на струк­турно-динамические особенности индивида, являющиеся их ге­нетическими источниками.

Характеристики человека как личности


 

Исходным моментом структурно-динамических свойств лич­ности является ее статус в обществе (экономические, полити­ческие и правовые, идеологические и т.д. положения в обще­стве), равно как статус общности, в которой складывалась и формировалась данная личность. На основе статуса и в посто­янной взаимосвязи с ним строятся системы: а) общественных функций-ролей и б) целей и ценностных ориентации.

Можно сказать, что статус, роли и ценностные ориентации об­разуют первичный класс личностных свойств, интегрируемых оп­ределенной структурой личности. Эти личностные характерис­тики определяют особенности мотивации поведения, структуру общественного поведения, составляющих как бы второй ряд личностных свойств. Высшим интегрированным эффектом вза­имодействия первичных и вторичных личностных свойств явля­ется характер человека, с одной стороны, склонности — с дру­гой. Основная форма развития личностных свойств человека — жизненный путь человека в обществе, его социальная биогра­фия.

Основные характеристики человека как субъекта деятельности

 

Исходными характеристиками человека в этой сфере разви­тия являются сознание (как отражение объективной деятель­ности) и деятельность (как преобразование действительности). Человек как субъект практической деятельности характеризу­ется не только его собственными свойствами, но и теми техни­ческими средствами труда, которые выступают своего рода уси­лителями, ускорителями и преобразователями его функций. Как субъект теоретической деятельности, человек в такой же мере характеризуется знаниями и умениями, связанными с опериро­ванием специфическими знаковыми системами.

Высшей интеграцией субъектных свойств является творче­ство, а наиболее обобщенными эффектами (а вместе с тем потен­циалами)— способности и талант.

Основными формами развития субъектных свойств челове­ка являются подготовка, старт, кульминация и финиш, в общем, история производственной деятельности человека в обществе.

Разумеется, разделение человеческих свойств на индивид­ные, личностные и субъектные относительно, так как они суть характеристики человека как целого, являющегося одновре­менно природным и общественным существом. Ядро этого це­лого — структура личности, в которой пересекаются (обобща­ются) важнейшие свойства не только личности, но также инди­вида и субъекта. <…>

Личность как общественный индивид всегда выполняет оп­ределенную совокупность общественных функций. Каждая из этих функций осуществляется путем своеобразного обществен­ного поведения, строится в виде известных процедур поведения и обусловливающих их мотиваций. Эти процедуры, мотивы и об­щественные функции личности в целом детерминированы нор­мами морали, права и другими явлениями общественного раз­вития. Они ориентированы на определенные эталоны общест­венного поведения, соответствующие классовому сознанию или господствующей идеологии. Любая деятельность человека осу­ществляется в системе объектно-субъектных отношений, т. е. социальных связей и взаимосвязей, которые образуют челове­ка как общественное существо — личность, субъекта и объекта исторического процесса.

Деятельность (труд, общение и познание, игра и учение, спорт и самодеятельность разных видов) осуществляется лишь в систе­ме этих связей и взаимозависимостей. Поэтому субъект дея­тельности — личность и характеризуется теми или иными пра­вами и обязанностями, которые общество ей присваивает, функ­циями и ролью, которую она играет в малой группе, коллективе и обществе в целом. <…>

Говоря о том, что субъект деятельности — личность, мы долж­ны иметь в виду, что оба эти определения человека взаимосвяза­ны в такой мере, что субъект — общественное образование, а личность образуется и развивается посредством определенных деятельностей в обществе. Именно личность, а не организм чело­века, не природный индивид, рассматриваемый в сфере биологических законов, — носитель свойств человека как субъекта. По­этому для обнаружения этих свойств необходимо исследовать человека как личность в системе общественных отношений. Сложнейшая целостная структура человека как субъекта рас­крывается лишь на социальном уровне развития человека как личности. Уровень активности человека и социальный уровень его существования в общем совпадают. Однако уже из краткой ссылки на противоречия между развитием деятельности и ре­альным положением человека в капиталистическом обществе видно, что совпадение субъекта и личности относительно. Боль­ше того, именно расхождение между ними составляет главней­шую психологическую форму человеческой истории. Ранг лич­ности, ее масштаб и роль в классовом антагонистическом обще­стве определяются множеством факторов, не имеющих никакого отношения к продуктивности основных деятельностей.

К этим факторам относятся наследование имущественных прав, сословные, классовые, расовые и национальные привиле­гии, создаваемые этими привилегиями престиж, репутация и популярность.

Все это конституирует личность, но ни в коей мере не опреде­ляется свойствами человека как субъекта труда и познания. В особом положении находится общение; эта деятельность в со­ответствии с нормами буржуазной морали может сама по себе быть орудием достижения популярности и прибыли. Обществен­ное поведение в форме приспособления к этим нормам может быть источником образования более или менее крупных рангов личности, истинная ценность которых равна нулю, если иметь в виду производство материальных и духовных ценностей обще­ства.

Однако конформизм не только не устраняет одиночества, но, напротив, его усиливает. Оба эти явления одинакового проис­хождения и свидетельствуют о патологии общения. <…>

Субъект, таким образом, всегда личность, а личность — субъект, но субъект не только личность, а личность не только субъект, так как, помимо различия самих характеристик дея­тельности и отношений, существует еще различие в принадлеж­ности этих характеристик к более общим структурам. Дело в том, что личность как общественный индивид не есть отдельная (саморегулирующаяся) система, не есть единичный элемент общества, из совокупности которых строится и с помощью ко­торых функционирует общество. Такой структурной единицей, «элементом» общества является не отдельный человеческий индивид с его отношениями к обществу, а группа, взаимоответ­ственные связи которой внутри нее и между другими группами, к обществу в целом создают коллектив. <…>

Формирование личности путем интериоризации — присвое­ния продуктов общественного опыта и культуры в процессе вос­питания и обучения — есть вместе с тем освоение определен­ных позиций, ролей и функций, совокупность которых характе­ризует ее социальную структуру.

Все сферы мотивации и ценностей детерминированы именно этим общественным становлением личности.

Приведем ряд характеристик личности, ее основных пара­метров. Личность — прежде всего современник определенной эпохи, и это определяет множество ее социально-психологиче­ских свойств. В той или иной эпохе личность занимает опреде­ленное положение в классовой структуре общества. Принад­лежность личности к определенному классу составляет другое основное ее определение, с которым непосредственно связано положение личности в обществе. Отсюда также следуют эконо­мическое состояние и род деятельности, политическое состоя­ние и род деятельности как субъекта общественно-политиче­ской деятельности (как члена организации), правовое строение и структура прав и обязанностей личности как гражданина, нравственное поведение и сознание (структура духовных цен­ностей). К этому следует добавить, что личность всегда опреде­ляется и характеристикой ее движения как сверстника опреде­ленного поколения, семейной структурой и положением ее в этой структуре (как отца или матери, сына или дочери и т. д.). Весьма существенной характеристикой человека как личности является ее национальная принадлежность, а в условиях расо­вой дискриминации капиталистического общества — и принад­лежность к определенной расе (привилегированной или угне­тенной), хотя сама раса не является социальным образованием, а есть феномен исторической природы человека.

 

 

А. Г. Асмолов

 

ДВИЖУЩИЕ СИЛЫ И УСЛОВИЯ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ[2]

 

Данная А. Н. Леонтьевым (1983) характеристика предмета психологии личности представляет собой пример той абстрак­ции, развертывая которую можно создать конкретную картину системной детерминации развития личности. Для того чтобы развернуть эту абстракцию, нужно, во-первых, обозначить со­держащиеся в ней ориентиры, задающие общую логику изуче­ния развития личности: разведение понятий «индивид» и «лич­ность», «личность» и «психические процессы», а также выделе­ние новой схемы детерминации развития личности. Во-вторых, указать конкретные области психологии личности, высвечивае­мые этими ориентирами…

Первый ориентир — это разведение понятий «индивид» и «личность», а также выявление различных качеств «индивида» и «личности», отражающих специфику их развития в природе и обществе.

При выделении понятия «индивид» в психологии личности отвечают прежде всего на вопрос, в чем данный человек подо­бен всем другим людям, т. е. указывают, что объединяет данно­го человека с человеческим видом. Понятие «индивид» не сле­дует смешивать с противоположным по значению понятием «ин­дивидуальность», с помощью которого дается ответ на вопрос, чем данный человек отличается от всех других людей. «Инди­вид» обозначает нечто целостное, неделимое. Этимологическим истоком этого значения понятия «индивид» является латинский термин «individuum» (индивидуум). Характеризуя «личность», также имеют в виду «целостность», но такую «целостность», ко­торая рождается в обществе. Индивид выступает как преимуще­ственно генотипическое образование, а его онтогенез характери­зуется как реализация определенной филогенетической про­граммы вида, достраиваемой в процессе созревания организма. В основе созревания индивида лежат в основном адаптивные приспособительные процессы, в то время как развитие лично­сти не может быть понято исключительно из приспособитель­ных форм поведения. Индивидом рождаются, а личностью ста­новятся (А. Н. Леонтьев, С. Л. Рубинштейн), <…>

Появление человеческого индивида в «мире человека» опо­средствовано всей историей его вида, которая преломилась в на­следственной программе индивида, подготавливающей его к спе­цифическому для данного вида образу жизни. Так, только чело­веку присущи рекордная продолжительность периода детства; возможность пребывать при рождении в состоянии крайней «беспомощности»; размер веса мозга ребенка, составляющий всего лишь около четверти веса мозга взрослого человека…

Образ жизни человечества приводит к коренной перестройке закономерностей историко-эволюционного процесса, но именно к перестройке этого процесса, а не к его полной отмене. Законо­мерности эволюции не просто отмирают, а радикальным обра­зом преобразуются, в корне меняется логика причин и движущих сил эволюционного процесса. Индивидные свойства человека выражают прежде всего тенденцию человека как «элемента» в развивающейся системе общества к сохранению, обеспечивая широкую адаптивность человеческих популяций в биосфере. <…>

Таким образом, при разведении понятий «индивид», «лич­ность» и «индивидуальность» в контексте историко-эволюционного подхода к изучению развития личности в системе обще­ственных отношений не происходит подмены этими понятиями терминов «биологическое» и «социальное». Сама постановка вопроса о животно-биологическом в человеке, навязанная ант-ропоцентристской парадигмой мышления, теряет смысл. Глав­ными вопросами становятся вопросы о преобразовании законо­мерностей биологической эволюции в историческом процессе развития общества и о системной детерминации жизни лично­сти, способом существования и развития которой является со­вместная деятельность в социальном конкретно-историческом образе жизни данной эпохи.

Второй ориентир — схема детерминации развития личности в системе общественных отношений. <…>

Основанием этой схемы является совместная деятельность, в которой осуществляется развитие личности в социально-ис­торической системе координат данной эпохи. «Мы привыкли думать, что человек представляет собой центр, в котором фоку­сируются внешние воздействия и из которого расходятся линии его связей, его интеракций с внешним миром, что этот центр, наделенный сознанием, и есть его «я». Дело, однако, обстоит вовсе не так (…). Многообразные деятельности субъекта пере­секаются между собой и связываются в узлы объективными, об­щественными по своей природе отношениями, в которые он необ­ходимо вступает. Эти узлы, их иерархии и образуют тот таин­ственный «центр личности», который мы называем «я»; иначе говоря, центр этот лежит не в индивиде, не за поверхностью его кожи, а в его бытии»[3].

Социально-исторический образ жизни — источник развития личности в системе общественных отношений. В философской методологии; а также в ряде конкретных общественных наук, прежде всего в социологии, образ жизни характеризуется как совокупность типичных для данного общества, социальной груп­пы или индивида видов жизнедеятельности, которые берутся в единстве с условиями жизни данной общности или индивида.

В психологии в сходном смысле употребляется понятие «соци­альная ситуация развития», которое и было предложено в дис­куссии с исследователями, придерживающимися двухфакторных схем развития личности, в частности в ходе критики представле­ний о «среде» как о «факторе» развития личности. Понятие «со­циальная ситуация развития», введенное Л. С. Выготским, по­лучило затем право гражданства в детской и социальной психо­логии благодаря исследованиям Л. И. Божович и Б. Г. Ананьева. Говоря о «социальной ситуации развития», Л. С. Выготский под­черкивал, что среда не есть «обстановка развития», т. е. некий «фактор», непосредственно детерминирующий поведение лич­ности. Она представляет собой именно условие осуществления деятельности человека и источник развития личности. Но это то условие, без которого, как и без индивидных свойств челове­ка, невозможен сложный процесс строительства личности. Ма­териалом для этого процесса служат те конкретные обществен­ные отношения, которые застает индивид, появляясь на свет. Все эти обстоятельства, выпадающие на долю индивида, сами по себе выступают как «безличные» предпосылки развития лич­ности.

Введение социально-исторического образа жизни как источ­ника развития личности позволяет исследовать развитие лич­ности на пересечении двух осей в одной системе координат — оси исторического времени жизни личности и оси социального пространства ее жизни.

О природе времени и его роли в детерминации развития лич­ности в психологии известно немного. Классические исследо­вания В. И. Вернадского о качественно различных структурах времени в физической, геологической, биосферной и социаль­ной системах затронули психологию по касательной. Точно так же как психология изучала личность в «искусственных мирах», «средах», она долго довольствовалась представлением о време­ни, заимствованном из классической механики. Любые транс­формации времени в истории культуры или сознании человека, его уплотнения или ускорения интерпретировались как иллю­зии, как «кажущиеся» отклонения от физического времени. В отечественной психологии тезис о зависимости времени от тех систем, в которые оно включено — в неорганическую природу, в эволюцию органической природы, в социогенез обще­ства, в историю жизненного пути человека, — был сформули­рован С. Л. Рубинштейном. <…>

Одна ось исторического времени образа жизни личности в данном обществе дает возможность выделить тот объективный социальный режим, который задан личности — исторически обусловленную протяженность детства в этой культуре; объек­тивный режим смены игры — учебой, учебы — трудом; распре­деление временного бюджета на «работу» и на «досуг», харак­терное для этого типичного образа жизни. Без учета историче­ского времени те или иные особенности деятельности человека, вовлечение ребенка в игру или учебу будут казаться исходящи­ми либо из самого ребенка, либо из его непосредственного со­циального окружения. Они могут лишь чуть замедлить или ус­корить исторический ритм образа жизни, но не изменить его в рамках данной эпохи.

Другая ось образа жизни — это социальное пространство, предметная действительность, в которой существуют на данном интервале исторического времени различные «институты социа­лизации» (семья, школа, трудовые коллективы), большие и ма­лые социальные группы, участвующие в процессе приобщения личности через совместную деятельность общественно-истори­ческого опыта. В волшебной сказке М. Метерлинка «Синяя пти­ца» добрая фея дарит детям чудодейственный алмаз. Стоит лишь повернуть этот алмаз, и люди начинают видеть «скрытые души» вещей. Как и в любой настоящей сказке, в этой сказке есть боль­шая правда. Окружающие людей предметы человеческой культу­ры действительно имеют, по выражению К. Маркса, «социальную душу». И «душа» эта не что иное, как поле значений, существую­щих в форме опредмеченных в процессе деятельности в орудиях труда схем действия, в форме ролей, понятий, ритуалов, церемо­ний, различных социальных символов и норм. Только в том слу­чае человек становится личностью, если он с помощью соци­альных групп включится в поток деятельностей (а не поток со­знания) и через их систему усвоит экстериоризованные в человеческом мире «значения». Совместная деятельность и есть тот «алмаз», который, как правило, совершенно этого не осознавая, поворачивает человек, чтобы увидеть «социальные души предметов» и приобрести свою собственную «душу».

Иными словами, в окружающем человека мире объективно существует особое социальное измерение, создаваемое совокуп­ной деятельностью человечества, — поле значений. Это поле зна­чений отдельный индивид находит как вне-его-существующее — им воспринимаемое, усваиваемое, поэтому также, как то, что вхо­дит в его образ мира (А. Н. Леонтьев). Организуя деятельность в соответствии с полем значений, люди тем самым непрерывно под­тверждают реальность его существования. Социальное простран­ство кажется столь естественным, изначально приросшим к на­туральным свойствам объектов природы, что его замечают чаще всего тогда, когда оказываются в рамках совершенно другой куль­туры, другого образа жизни. Тогда-то и открывается различие в образе мира человека разных культур, например различия в эт­ническом самосознании, ценностных ориентациях и т. д.

Социально-исторический образ жизни личности — источник развития личности, который в ходе жизни личности превраща­ется в ее результат. В реальности личность никогда не скована рамками заданных социальных ролей. Она — не пассивный сле­пок культуры, не «ролевой робот», как это порой явно или неяв­но утверждается в ролевых концепциях личности.

Преобразуя деятельность, развертывающуюся по тому или иному социальному «сценарию», выбирая различные социальные позиции в ходе жизненного пути, личность все резче заявляет о себе как об индивидуальности, становится все более активным творцом общественного процесса. Проявления активности лич­ности возникают не в результате какого-либо первотолчка, вы­зываемого теми или иными потребностями. Поиск «двигателя», дающего начало активности личности, необходимо искать в тех рождающихся в процессе деятельности противоречиях, кото­рые и являются движущей силой развития личности. Кульми­национным пунктом в ходе анализа личности в обществе явля­ется рассмотрение продуктивных (творчество, воображение, целеобразование и т. п.) и инструментально-стилевых (способ­ности, интеллект, характер) проявлений индивидуальности личности, т. е. личности, вступающей в отношение к самой себе, преобразующей мир, изменяющей свою собственную при­роду и подчиняющей ее своей власти.

При переходе деятельности личности от режима потребле­ния, усвоения культуры в режим созидания и творчества биоло­гическое и историческое время все более превращается в пси­хологическое время жизни личности, строящей свои планы и воплощающей свою жизненную программу в социальном обра­зе жизни данного общества. По словам Л. Сэва, «время жизни» человека превращается в его «время жить».

Итак, в схеме системной детерминации развития личности выделяют три следующих момента: индивидные свойства чело­века как предпосылки развития личности, социально-истори­ческий образ жизни как источник развития личности и совмест­ная деятельность как основание осуществления жизни личности в системе общественных отношений. За каждым из этих момен­тов стоят различные и пока недостаточно соотнесенные между собой области изучения личности.

Представления об индивидных предпосылках развития лич­ности и их преобразовании в ходе ее развития остаются на уров­не рассуждений, если не обратиться к богатым теоретическим конструкциям и эмпирическим данным, накопленным в диффе­ренциальной психофизиологии, психогенетике, психосоматике и нейропсихологии. Вместе с тем исследования по дифференци­альной психофизиологии, психогенетике и другим областям бу­дут напоминать, если выразиться образно, «кошку, которая гу­ляет сама по себе», если не рассмотреть их предмет как органи­ческие предпосылки развития личности и тем самым включить его в контекст целостной системы знаний о психологии лично­сти.

При изучении общества как источника развития личности неизменно встают вопросы о ее социотипических проявлениях, ее социальной позиции в обществе, механизмах социализации и регуляции ее социального поведения, развития в социогенезе. Решение данных вопросов немыслимо без обращения к социаль­ной, исторической, возрастной, педагогической, экологической психологии и этнопсихологии. В свою очередь, каждая из этих дисциплин рискует «не увидеть за деревьями леса» и свести, например, «личность» к «роли» или смешать «социальный ха­рактер» с «индивидуальным характером», принять периодиза­цию развития психики за периодизацию развития личности в том случае, если другие детерминанты не будут находиться хотя бы на периферии исследования этих областей психологической науки. Разработка представлений о социально-историческом образе жизни как источнике развития личности помогает ре­шить вопросы, что присваивается, приобщается личностью в процессе ее движения в системе общественных отношений, ка­ковы возможности выбора, перехода от одного вида деятельно­сти к другому, каково содержание приобретенных в этой систе­ме черт и установок личности.

И при анализе индивидных предпосылок, и при исследова­нии социально-исторического образа жизни как источника раз­вития личности постоянно следует учитывать, что речь идет не о параллельных линиях биогенетических и социогенетических программ жизни личности в обществе. С самого момента дви­жения человека в обществе эти предпосылки начинают активно участвовать в жизни той или иной эволюционирующей систе­мы, влиять на ее развитие, трансформироваться из предпосы­лок в результате ее развития, использоваться личностью как средства достижения ее целей.

Особенно остро эта проблема встает при изучении индиви­дуальности личности как субъекта деятельности. Наиболее выраженно индивидуальность личности, ее творчество, характер, способности, поступки и деяния проявляются в проблемно-кон­фликтных ситуациях, увеличивая потенциальные возможности развития культуры. При изучении индивидуальности личности в центре оказываются вопросы о том, ради чего живет человек, какова мотивация его развития, каким закономерностям подчи­няется его жизненный путь. Над решением этих вопросов рабо­тают помимо общих психологов представители возрастной, педа­гогической, социальной, инженерной психологии, психологии труда и медицинской психологии, т. е. тех отраслей психологии, перед которыми стоит задача воспитания личности и коррекции ее поведения. При исследовании индивидуальности личности как субъекта деятельности представители общей и дифференциальной возрастной, социальной, исторической, клинической и инженерной психологии поднимают проблемы личностного выбора, самоопределения, саморегуляции личности, механиз­мов, обеспечивающих продуктивность деятельности личности, общих и специальных способностей как характеристик успеш­ности выполнения деятельности. Они также ставят вопросы об изучении индивидуального стиля деятельности и характера как форм выражения личности в деятельности.

Комплексное решение названных проблем требует от специ­алистов-психологов, разрабатывающих психологию личности, создания по всей стране разветвленной сети психологических служб.

Выделенные ориентиры рассмотрения психологии личности выступают как основа для изучения сложной сети взаимоотно­шений между природой, обществом и личностью. Они также позволяют обозначить точки приложения усилий разных отрас­лей психологии, занимающихся изучением многообразных про­явлений личности. Главное же значение этих ориентиров за­ключается в том, что они дают возможность представить раз­розненные факты, методы и закономерности в едином контексте общей психологии личности.

Методология марксистской философии, общенаучные прин­ципы системного анализа, деятельностный подход к изучению психических явлений позволяют выделить междисциплинарные связи в человекознании и наметить пути к пониманию механиз­мов развития и функционирования личности в природе и обще­стве.

 

Л. И. Анцыферова

ПСИХОЛОГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ[4]

 

Развитие личности — это прежде всего ее социальное раз­витие. Социальное развитие ведет за собой психическое разви­тие. Но это последнее оказывает сильнейшее влияние на соци­альное развитие психики, подготавливает и предвосхищает будущее общественное развитие личности, определяет его полно­ценность.

Единство социального и психического развития личности при ведущем значении социального развития отчетливо выяв­ляется при попытках психологов выделить критерии психоло­гической зрелости личности: психологические характеристики оказываются наполненными социальным и общественно-исто­рическим содержанием. <…>

При исследовании развития личности для психологии исход­ным является положение о том, что личность развивается через включение в системы общественных отношений. Так называе­мые средовые факторы, детерминирующие социально-психоло­гическое развитие личности, начинают все более системно ос­мысливаться. Дифференцируются различные социальные общ­ности, которые неоднозначным путем опосредствуют влияние на личность господствующих в обществе форм общественного сознания и поведения.

Нельзя не отметить, что в психологических исследованиях формирования и развития личности в разных социальных сис­темах наметилась нежелательная тенденция: в работах не рас­крывается, как темп и качество развития личности в одной об­ласти социальной действительности (например, в труде) связа­ны с характеристиками развития человека в других сферах ее общественного бытия (в семье, в общении с друзьями и т. п.). Движение исследований при этом совершается по направлению к системам со все менее жесткими ролевыми предписаниями, в которых отчетливее выступают эмоционально-интуитивные уровни внутреннего мира личности и перегламентированные формы ее поведения. Таковы любительские объединения, сис­темы сходства и т, п. Все более дифференцированее начинает изучаться влияние природного, физического окружения. Рас­крывается, какие свойства личности формируются в разных гео­графических условиях, каково воздействие на личности различ­ного типа социофизического окружения: застроек, сооружений, зданий. Развивается экологическая психология, психология среды, психология архитектуры.

Весь этот размах изучения факторов и условий, детермини­рующих развитие личности, несоизмерим, однако, с исследованием того, как сама личность активно преломляет через свой внутренний мир эту системную детерминацию. В психологии вообще нет понятия внутреннего мира. Не разработано это по­нятие и в философии. Основные категории психологии, отно­сящиеся к личности, охватывают направленность, характер (включающий волю), способности. Иногда сюда относят и тем­перамент. В то же время в психологии делались попытки кон­цептуально охватить некоторые аспекты внутреннего, субъек­тивного мира личности через учение о психологических отно­шениях личности к миру, через понятия «смысл», «образ я», «когнитивные карты», через понятие внутренней картины бо­лезни (в клинических исследованиях) и т. п. Непопулярность термина «внутренний мир» в психологии в значительной мере объясняется ориентацией этой дисциплины на методологию ес­тественных наук, приводящей к игнорированию точки зрения самого субъекта, самой личности на окружающие события, на свое поведение. Не реализованы еще требования системного подхода, который позволяет в единой системе понятий охватить характеристики индивида и личности.

С позиций отражательной природы психики внутренний мир — это индивидуально интерпретированный, насыщенный модальностями личностных эмоций, осмысленный в диалогах с реальными и идеальными собеседниками внешний мир, в кото­ром отдифференцированы функциональные области с разными уровнями значимости. Этот мир содержит как намеченные пла­ны, так и нереализованные замыслы, он движется между полю­сами отвергаемого и притягательного, соответственно сближа­ющими или отодвигающими друг от друга в психологическом пространстве те или иные события, те или иные социальные группы, сферы социальной деятельности личности и т.д. Диа­лектика реального взаимодействия личности и окружающего мира в порождении мира внутреннего заключается в следую­щем: чем выше уровень пристрастности, эмоциональности, кре­ативности взаимодействия личности с окружающим предмет­ным и социальным миром, чем полнее личность вкладывает себя в окружающий мир, тем богаче и многоцветнее ее внутренний мир и тем более сокращается психологическое, переживаемое личностью расстояние между нею и окружающим миром. В зрелом обществе в значительной степени преодолены социальные условия отчуждения человека от продуктов своего труда, от сво­ей деятельности, от жизни общества. Но существуют психоло­гические предпосылки переживания человеком чуждости окру­жающего мира, обедняющего внутренний мир личности.

К таким психологическим предпосылкам, порождаемым не­достатками воспитательного и формирующего процесса, отно­сятся неумение человека включаться в новые для него соци­альные группы, строить межличностные отношения, неразви­тость процессов рефлексии, несформированность способности к адекватной оценке социальных ситуаций, генерализация за­щитных форм поведения, искажения в системе ценностно-смыс­ловых отношений к миру и т. п.

Внутренний мир личности — это также сложная система способов субъективной переработки личностью тех ситуаций, в которые она попадает или которые намеренно ищет, тех собы­тий, участницей которых она становится, тех влияний, объек­том которых оказывается. Все эти социальные воздействия мно­гозначны и многомерны, и качество активного включения лич­ности в ту или иную социальную ситуацию зависит от того, как субъект ее опознает, проблематизирует, интерпретирует. За каждым из этих понятий стоят системы психологических уме­ний, нераспознанность которых может привести к ошибочным суждениям личности. Так, человек, имеющий достаточно опре­деленные моральные, политические, философские убеждения, совершает поступки этического, политического, идеологическо­го характера, расходящиеся с этими убеждениями. Подобное поведение, однако, не может служить доказательством лицеме­рия, неискренности или слабоволия человека. Одной из важных причин рассогласования слова и дела, сознания и поведения может быть неадекватное опознание конкретных социальных ситуаций. Парадоксально, что в области психофизики, в теории обнаружения сигналов выделено больше способов приема и пе­реработки информации, чем в психологии личности — способов и этапов субъективной, психологической переработки субъектом социальных ситуаций. Между тем влияние на поведение чело­века экологических, социальных, политических и других обще­ственных отношений, предписаний и норм всегда личностно-психологически опосредствованно, обусловлено внутренней позицией человека как субъекта реализации этих отношений.

Личность — многоплановое, многоуровневое, многокачественное образование. Часть ее психической жизни протекает на неосознанном уровне, на уровне свободного течения ассо­циаций, стихийно сложившихся побуждений, непроизвольных «движений души» и т. п. Но по мере того как личность, развива­ясь, овладевает все более совершенными способами преобразо­вания окружающего мира, она все более выступает как субъект не только своего поведения, но и своего внутреннего мира, сво­ей психической жизни. Основная характеристика субъекта — переживание человеком себя как суверенного источника актив­ности, способного в определенных границах намеренно осуще­ствлять изменения окружающего мира и самого себя.

Общество на каждой ступени своего развития задает разви­вающейся личности некоторые общие принципы восприятия и интерпретации мира, определяет значение тех или иных аспек­тов жизни, формирует направленность на определенные ценно­сти. Оно также дает знать, какие эмоции, в каких ситуациях и на каких уровнях напряжения ценятся или не одобряются, предъявляет систему общественных норм и образцов.



Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Человек, как индивид, индив-сть, личность. — Студопедия

Человек – высшая ступень развития живых организмов изученной людьми природе; биосоциальное разумное существо, обладающее абстрактным мышлением и речью, самосознанием.
Личность — это социодуховная характеристика человека, содержание которой раскрывается через ее свойства: воля, целеустремленность, свобода,действие, ответсвенность, достоинство. Можно говорить, что каждый человек является личностью. В личности представлены особые качества, благодаря которым данный человек отличается от всех остальных людей. Человек личностью не рождается, но становится. Личность формируется в определенных социальных условиях. Начиная с детства, каждый индивид включается в исторически сложившуюся систему общественных отношений.

Индивид — это представитель человеческого рода, который является носителем типичных свойств социальной группы, к кот. он принадлежит. Как индивиды люди отличаются друг от друга не только морфологическими особенностями (рост, телесная конституция и цвет глаз), но и психологическими свойствами (способностями, темпераментом, эмоциональностью).
Индивидуальность — это единство неповторимых личностных свойств конкретного человека. Это своеобразие его психофизиологической структуры (тип темперамента, физические и психические особенности, интеллект, мировоззрение, жизненный опыт). Понятие «индивидуальность» в первую очередь обозначает психологические качества человека.
Становление индивидуальности происходит в процессе индивидуализации объекта.
Индивидуализация— это процесс самоопределения и обособления личности, ее выделенность из сообщества, оформление ее отдельности, уникальности и неповторимости. понятиях «личность» и «индивидуальность» зафиксированы различные стороны психологической сущности человека. Со словом «личность» обычно употребляются такие слова, как «сильная», «энергичная», «независимая». Характеризуя «индивидуальность», мы чаще говорим: «яркая», «неповторимая», «творческая», имея в виду качества самостоятельной сущности. Важнейшей характеристикой любого человека является самосознание. Оно имеет форму, связ. с Я-образом. Я-образ – предтавление человека о самом себе, представление других людей о себе, нов своей интерпретации.



 

Понятие личности и ее структура.

Личность — это социодуховная характеристика человека, содержание которой раскрывается через ее свойства: воля, целеустремленность, свобода,действие, ответсвенность, достоинство. Можно говорить, что каждый человек является личностью. В личности представлены особые качества, благодаря которым данный человек отличается от всех остальных людей. Человек личностью не рождается, но становится. Личность формируется в определенных социальных условиях. Начиная с детства, каждый индивид включается в исторически сложившуюся систему общественных отношений.


Одним из первых описал структуру личности Зигмунд Фрейд, выделив в этой структуре 3 уровня:

 1) Уровень Эго, сознательного Я. Эго ориентирует человека на реальность, на адекватное приспособление к ней, поведение. Эго контролирует наше поведение (наш здравый смысл).

2) Ид (оно) – боссознательное в человеке. Оно ориентирует получить удовольствие, реализовать предназначение.

3) Суперэго(Сверх-Я) – усвоенные индивидом различные социальные нормы ценностей и идеалы. Особое значение принадлежит запретам. Общество, даже когда человек один, контролирует его через совесть и чувство вины. Эго сдерживает наши животные желания Ид при помощи Суперэго. Таким образом, в теории Фрейда между Ид и Суперэго постоянно происходит борьба. Эту борьбу постоянно пытается примерить Эго, чтобы мы были удовлетворены и при этом не нарушали социальных норм. Для избавления от внутреннего конфликта Эго использует всевозможные формы психологической защиты: отрицание, вытеснение, проекция, идентификация, рационализация, замещение, отчуждение.

Можно выделить подструктуры личности:

1) Биологическая (тело, нервная система, мозг)

2) Психологическая (свойства индивида – характер, темперамент)

3) Эмоционально-волевая (эмоции, чувства, воля – способность структур-ть время…)

 4) Коньективно-интеллектуальная (интеллект, память, воображение)

5) Ценностно-смысловая Все эти подструктуры взаимодействуют между собой, а на выходе посучается индивидуальность.

 

Человек как индивид и личность. Для описания человека используют понятия «индивид», «личность», «индивидуальность»

Для описания человека используют понятия «индивид», «личность», «индивидуальность».

Термин «индивид» подчеркивает и обозначает типичные признаки. «Индивид» рассматривается как представитель чело­веческого рода, обладающий биологическими родовыми при­знаками («один из рода человеческого, выделившегося из при­роды»).

Индивид— это единичный, конкретный человек как целост­ный представитель рода с его психофизиологическими свойст­вами, выступающими в качестве предпосылки развития лично­сти и индивидуальности.

Индивид, с одной стороны, лишен конкретных содержа­тельных характеристик. Индивид — это любой человек.С дру­гой стороны, человек постоянно развивает свое мышление, ин­дивидуальный характер, знание об окружающей среде посредст­вом общения с другими людьми. Без влияния других людей ин­дивид остается на уровне животного, не может стать полноправ­ным членом человеческого общества. Следовательно, человек может также рассматриваться как существо общественное, кото­рое формируется через нахождение в человеческом обществе, через связи с другими индивидами.

В результате социального становления индивида путем пре­одоления трудностей и накопления жизненного опыта формиру­ется личность.Слово «личность» употребляется по отношению к человеку начиная лишь с некоторого этапа его развития. Лич­ностью не рождаются, личностью становятся. Нет точного возраста «превращения» человека в личность. Понятие «личность» неразрывно связано с общественными свойствами человека. Вне общества индивид не может стать индивидуальностью, а тем более личностью.



Понятие «личность» подразумевает наличие у индивида особых качеств, которые он может сформировать только в об­щении с другими людьми.

Личность подразумевает способность человека «быть гос­подином самому себе» благодаря добровольно выбранным твер­дым принципам, сложившемуся мировоззрению.

В личности ценится самостоятельность, что обнаруживает себя через инициативность, ответственность, предприимчивость, способность строго контролировать свое поведение и подчинять его единой жизненной позиции. Стать личностью можно только в том случае, если развивать в себе нравственное сознание. Та­ким образом, личность— это человеческий индивид, являющий­ся субъектом социальной деятельности, обладающий совокуп­ностью социально значимых черт, свойств и качеств, которые он реализует в общественной жизни.


Следует различать понятия «личность» и «индивидуаль­ность». Разнообразие биологических компонентов формирует неповторимость каждого человека как индивида. Целостная ха­рактеристика определенного человека через его темперамент, характер, интересы, интеллект, потребности и способности оп­ределяется как индивидуальность.

Понятие «индивидуальность»дает возможность характе­ризовать отличия человека от других людей, подразумевая не только внешний облик, но и всю совокупность социально зна­чимых качеств. Индивидуален каждый человек, степень этой самобытности может быть различной.

Таким образом, индивидуальность— это совокупность спе­цифических свойств личности, отличающих ее уникальность (неповторимость).

Человек, индивид, личность — Студопедия

Роль общества в жизни человека. Прежде чем говорить о роли и мес­те человека в обществе и роли общества в жизни человека, нужно выяснить, что же такое человек?

Историческая эпоха Человек — это
Древний мир: человек мыслился как часть космоса, не­коего единого сверхвременного порядка и строя бытия, как «малый мир»,. Человек со­держит в себе все элементы «стихии космоса».
«микрокосм»

Душа + тело Душа есть проявление идеи. Человек состоит из тела и души как двух разнородных субстанций — душа и тело (Платон) Душа — это форма человека Человек состоит из тела и души как двух аспектов единой реальности (Аристотель)

В индийской философии, в учении о переселении душ граница между человеком, животным и даже растениями рассматривается подвижной, размытой.

Средние века человек как образ и подобие бога раз­двоен на природное и божественное — тело и душу.
Духовность + душа + тело; духовность есть связь человека с Богом посредством веры, любви, надежды, совести
Возрождение: проводится мысль об автономности человека, его безграничных творческих возможностях (Пико делла Мирандола).
Новое время: Декарт видит главным в человеке — мышление («мыслю— значит, существую»).
У Канта вопрос о человеке — основной вопрос философии. Человек принадлежит двум различным мирам природной необходимости и нравственной свободе. Он разделяет антрополо­гию и физиологию человека.
Марксистская философия в основу трактовки человека кладет его социальную сущность в ее конкретно-историческом проявлении
Существо волевое и страстное (Ницше)
XX век Существо, осваивающее мир в соответствии с феноменологической работой сознания (Гуссерль и другие феноменологи) Существо, бытийствующее в мире и стремящееся к его пониманию посредством языка и переживаний (заботы, страха, надежды на будущее) (Хайдеггер и другие герменевтики) Существо, границей которого, его подлинной природой является язык (Витгенштейн, Остин и другие философы-аналитики) Существо, всегда отличающее себя от принятых в обществе норм, бунтующее против однообразного (Деррида, Фуко, Лиотар и другие постмодернисты) Существо, в котором бессознательное господствует над сознательным (Фрейд и его последователи)
Современное научное понимание человека: человек — это высшая ступень развития живых организмов на Земле, субъект общественно-исторической деятельности и творец культуры. Это единство физиологического и духовно­го. Человек смертен — бессмертны его дела. Из приведенных выше позиций о человеке в том или ином варианте следует, что человек существо мысля­щее. Способность к мышлению принципиально отличает человека от всех живых организмов на Земле. И именно эта способность объективно и субъек­тивно позволяет одному из героев пьесы М. Горького «На дне» — Сатину заявить: Человек — это звучит гордо!. Вместе с тем, человек — это не только существо мыслящее, — это существо общественное.
 

Люди объединились и создали общество для обеспечения производства материальных благ и духовных ценностей, для обеспечения своей безопасно­сти и социальной справедливости. Пусть это часто нарушается, но создано общество именно с этими целями, стремясь к ним люди многие столетия стремятся усовершенствовать общество. Общество, естественно, не может существовать без людей, но и люди не могут существовать без общества.





1. Человек как индивид есть биологическое существо имеющее определенную телесную организацию. Характеристики человека, как индивида, определяются:

А) прежде всего, его генотипом, т.е. набором генов, полученным от родителей. Эти характеристики охватывают анатомо-физиологические данные человека, т.е. индивидуальные особенности его телесности (группу и резус крови, цвет глаз, кожный узор на пальцах рук и т.п.), а также данные психические (индивидуальные психологические задатки в виде памяти, воли, темперамента и т.п.). Но проблема человека как индивида не исчерпывается его генотипом.

Б) Она требует также учета и фенотипа, т.е. совокупности признаков, свойств, задатков человеческого организма, формируемых в онтогенезе, т.е. в процессе индивидуального развития. Это развитие протекает в социальной среде. И каждый человек, начиная с раннего возраста, вырастает, формируется не просто как биологическое существо, но как существо биосоциальное.

Индивид — это всегда один из многих, и он всегда безличен. В этом смысле понятия «индивид» и «личность» противоположны как по объему, так и по содержанию. В понятии индивида не фиксируются какие-либо особенные или единичные свойства человека, поэтому по содержанию оно является очень бедным, зато по объему в такой же степени богато, ибо каждый человек — индивид. В понятии индивида не фиксируются ни биологические, ни социальные качества человека, хотя они, конечно, подразумеваются.

Социальная сущность человека выражается понятием личности. Человек как личность есть результат социализации индивида в процессе онтогенеза. Другими словами, человек не рождается личностью; он ею становится в ходе своего индивидуального развития, происходящего в обществе. Поэтому новорожденный ребенок – это еще не личность. По словам известного ученого-психолога А.Н.Леонтьева, «ребенок в момент рождения лишь кандидат в человека, но он не может им стать в изоляции: ему нужно научиться быть человеком в общении с людьми».[5]Человека делает личностью его социальная индивидуальность, т.е. совокупность характерных для человека социальных качеств, его социальная самобытность.

NB: В понятие личности обычно не включают природно-индивидуальные характеристики индивида. И это, видимо, правильно, потому что сущность человека, как мы уже говорили, социальная. Но при этом следует иметь в виду, что природная индивидуальность оказывает свое влияние на развитие личности и ее восприятие в той мере, в какой биологическое вообще влияет на социальное в человеке.

Таким образом, вне социальных условий одна только биологическая основа еще не делает человека личностью. Человек обретает личностные качества, приобщаясь к социальному опыту и ценностным ориентациям общества, в котором он живет. Благодаря развитию системы образования, возможностей коммуникации, интенсивному процессу информатизации общества на базе электронных средств массовой информации человек с детских лет получает в настоящее время гораздо больше разнообразной информации, чем когда-либо в прошлом. А это создает дополнительные возможности для развития его личности.

Социальная индивидуальность человека не возникает, конечно, на пустом месте или только на основе биологических предпосылок. Человек формируется в конкретном историческом времени и социальном пространстве, в процессе практической деятельности и воспитания. Поэтому личность как социальная индивидуальность — это всегда конкретный итог, синтез и взаимодействие очень разнообразных факторов. И личность тем более значительнее, чем в большей степени она аккумулирует социокультурный опыт человека и в свою очередь вносит индивидуальный вклад в его развитие.

Проблема личности в философии — это вопрос о том, в чем сущность человека как личности, каково ее место в мире и в истории.

Только в деятельности индивид выступает и самоутверждается как личность, иначе он остается «вещью в себе». Сам человек может думать о себе что угодно, строить любые иллюзии на свой счет, но то, чем он является в действительности, обнаруживается только в деле.

Другими словами, социально-деятельностная сущность человека прежде всего лежит в основе социализации индивида, в процессе которой и происходит формирование личности.

Социализация индивида в онтогенезе человека — это процесс, начинаю­щийся в младенчестве и не прекращающийся в течение всей жизни. Протека­ет этот процесс как последовательное освоение индивидом основных элемен­тов социальной системы.

Процесс освоения социальности начинается с овладения, во первых, сво­им собственным телом, когда шаг за шагом вырабатываются человеческие поза и осанка, походка и действия руками и пальцами, мимика и жестикуля­ция. Овладение телом может продолжаться всю жизнь в виде занятий физ­культурой и спортом, закаливанием и оздоровительными комплексами, на­конец специальными методами аутотренинга, самовнушения и медитации[6].

Следующей, второй ступенью социализации индивида становится освое­ние вещей. Начинается этот процесс с манипулирования предметами обихода — игрушками, одеждой, посудой, мебелью; продолжается научением пользо­ваться инструментами — иглой и молотком, станком и машиной, на производ­стве и в быту, и далее развивается как овладение многообразными природ­ными и социальными объектами в качестве предметов труда с превращением их в предметы потребления.

Генетически третьей ступенью социализации индивида становится ов­ладение знаками как заместителями, репрезентантами вещей. Причём необ­ходимо подчеркнуть, что освоение знаков обусловлено предметной деятель­ностью, которая предшествует знаковой деятельности по опреде­лению. И может формировать смысловые контек­сты знаковых систем. Освоение знаков происходит в форме овладения язы­ком, разговорной речью, и на этой основе впоследствии будут надстроены другие языки: письменность, формулы и чертежи, разнообразная символика, искусственные и иностранные языки.

Наконец, в-четвёртых, социализация индивида развёртывается как ос­воение им общественных институтов,в которых уже сам человек выполняет знаковые функции, играет ту или иную социальную роль. Вообще любая об­щественная организационная форма — институт, учреждение — может быть определена как относительно замкнутая и автономная совокупность соци­альных ролей, в которых человек выступает как внешним образом зафиксированная мат­рица, стереотип человеческого поведения. В каждой социальной роли человеку надлежит вести себя вполне определённым образом. Освоение институцио­нальной предметности начинается в форме ролевых игр: в маму и детей, в тё­тю врача, в космонавта; продолжается как живое непосредственное участие в реальных социальных формах: сын или дочь в семье, ученик в школе, фор­вард в команде, солист в хоре, студент в университете — и не заканчивается до конца жизни.

Поскольку социализация носит динамический характер, то личность — это всегда процесс, это постоянное становление. Личность, застывшая в своем формировании, в своих устремлениях, — это уже деградирующая личность. Деградация личности происходит и тогда, когда индивид оказывается полностью подчинен чужой воле, а его действия оказываются в деталях запрограммированы, так что не остается места свободе выбора и действия.

Лишение индивида общения и возможности выбора, известной свободы действий также отрицательно сказывается на развитии личности и ее самочувствии. Не случайно изоляция человека от общества и общения всегда считалась одним из самых суровых наказаний, и это вполне объяснимо, ибо постоянная изоляция и одиночество противоречат самой сущности личности. Но еще более отрицательное влияние на личность имеет навязывание ей чужой воли и мыслей.

Существуют два противоположных подхода к человеку как личности: монадный и плеядный

Монадный Плеядный
Монадный подход связан с признанием абсолютной приоритетности личности человека. Данный подход исходит из того, что ценность человеческой личности выше любых ценностей – будь то ценности нации, класса, любой социальной группы. С этой точки зрения государство, общество обязано гарантировать соблюдение прав человека как личности. плеядный («плеяда» — сообщество) подход исходит из игнорирования или принижения прав личности, подчинения ее интересам социальной общности. Эта точка зрения приводит к подавлению прав человека, к признанию его элементом социальной системы. В фашистской Германии, например, интересы личности были полностью подчинены интересам нации. В СССР человек рассматривался как «винтик» государственной машины. Приоритет отдавался коллективу, «массам». Личный интерес, как считалось, всегда должен быть подчинен интересам коллектива.[7]

Человек, полностью подчиненный чужой воле и лишенный (посредством внушения, идеологического оболванивания, пропаганды и т. д.) собственного мировоззрения, собственных мыслей и взглядов, — это уже не личность. Так же, как трудно назвать личностью индивида, лишенного разума и рассудка по каким-то другим причинам. Такие люди, у которых отсутствуют свобода действий, воля или разум, не могут быть ответственными (без свободы нет ответственности) и не должны отвечать за содеянное, ибо это не ими обусловленные и потому, по существу, не их поступки. Вот почему их нельзя судить или осуждать.

4. Свобода и ответственность личности

Действительно ли мы свободны и несем ответственность за свои действия? Или все, что связано с нами, определено нашей наследственностью, воспитанием и окружением? Продолжается ли жизнь личности после смерти?

Для личности обладание свободой является главным, непременным условием ее функционирования и развития. В понятием свободы связано понятие ответственности личности. Без свободы нет ответственности. Если человек не свободен, если он постоянно детерминирован в своих действиях, то он не отвечает за них.
Экзистенциалисты. Пограничные ситуации ставят человека перед необходимостью выбора. Сама ситуация выбора потрясает душу человека своей неизбежностью, ибо она ущемляет свободу. Неизбежность выбора несет трагедию, психическое переживание.
Человек — свобода, он способен творить себя и других людей. Человек свободен совершенно, независимо от его целей и возможностей. Т.о. Свобода — это свобода выбора духовно-нравстенной позиции, свобода сознания. Т.е. деятельность людей направляется не внешними обстоятельствами, а внутренними побуждениями. Люди свободны и в выборе средств для достижения своих целей.
Со свободой связана и ответственность человека. без свободы нет ответственности. Если человек не свободен он не отвечает за свои действия.
Э. выступает против того, что человека можно изучить подобно машине. Э. говорит что такой подход граничит с опасными попытками обращаться с людьми также как и с вещами.
Спиноза показал, что свобода связана с познанием необходимости. Он утверждал, что человек не признающий необходимости, становится рабом своих страстей и влечений.
Познание необходимости — первое условие свободной деятельности человека.

С точки зрения современной философии понятие свободы включает в себя: познание законов природы, общества и человеческого мышления, принятие решений, выявление способов и средств, способствующих достижению поставленных целей, наличие желания и способностей необходимых для претворения в жизнь принятых решений.

Свобода человека сопряжена с ответственностью, т.к. любое действие человека, как правило затрагивает интересы других людей. Проблема ответственности разработана в экзистенциализме. В этой философии воля человека свободна и так же свободно человек определяет свою сущность, судьбу и выбор — Ч. ответственен за все происходящее в мире. Человек не имеет права уклоняться от личной ответственности за зло, которое совершается в этом мире.
Ответственность предполагает наличие у человека чувства долга и совести, умение осуществить самоконтроль и самоуправление.

Что оказывает сущностное влияние на формирование личности? Среда или генетическая предрасположенность индивида? Безусловно, социальная среда оказывает существенное влияние на формирование и поведение личности. Но не в меньшей степени личностные ориентации и поведение обусловлены и внутренним, духовным миром человека. Не случайно говорят, что каждый — сам кузнец своей судьбы и счастья.

Поступки человека, являющиеся важнейшим фактором, характеризующим личность, — это не слова, а дела, и, видимо, не случайно даже в библейском писании говорится о воздаянии «каждому по делам его». И именно тогда, когда дело доходит до реальных поступков, обнаруживается, как это трудно и тяжко быть личностью, быть свободным, быть честным, принципиальным и т.д.

Потому что если индивид действительно считает себя личностью или стремится быть ею, он должен быть ответственным, и не только в своих мыслях, но прежде всего в своих поступках, а это всегда тяжелое бремя. Таким образом, характеристика личности со стороны свободы, о необходимости которой пишут многие авторы, безусловно, необходима, свобода — это атрибут личности. Но свобода без ответственности — это произвол. Поэтому ответственность является не в меньшей, а в большей степени атрибутом личности, ибо быть ответственным труднее, чем быть свободным.

Все в природе взаимосвязано. Мысль эта совсем не новая. С самых древних времен люди заметили, что все и вокруг них, и внутри, переплетено тысячами невидимых таинственных нитей. Поэтому у каждого действия может быть множество самых разных последствий. Сейчас мы называем эти таинственные нити «системными связями». Древние не пользовались сложной терминологией, но они тщательно следили, чтобы их волос или ноготь не попал в руки чужака. Ведь всякому известно, что, воздействуя на часть, можно влиять на целое. Поэтому любой злонамеренный колдун, манипулируя частицей твоего тела, может причинить тебе много непрятностей.

3)Общее представление о человеке как индивиде

  При
исследовании природы человека одной
из актуальных проблем является
социально­биологическая проблема.
Говоря о человеке, мы имеем в виду три
значения этого слова: человек как
биологический вид Homo sapiens, человек как
индивид, и человек как социально
организованное человечество. Поскольку
предметом наших рассуждений является
личность, для нас важен аспект понимания
человека как индивида с точки зрения
социально-биологических отношений.
Проблема соотношения личности и индивида
является одной из важных и интересных
в психологии личности. Что такое индивид?
Как соотносятся понятия «индивид» и
«личность»? Попытаемся рассмотреть
данные вопросы.
  Понятие человека
выражает общие родовые черты, присущие
человеческому индивиду, указывает на
его принадлежность к человеческому
роду. В понятии «человек» фиксируются
общие, родовые признаки — биологическая
организация сознания, язык, труд. Оно,
таким образом, дает самую общую и поэтому
абстрактную характеристику индивида,
лишенную объемного образа, и поэтому
нуждается в дополнении со стороны других
вышеуказанных понятий.
  Понятие
индивида обозначает человека как
единичного представителя человеческого
рода, принадлежащего одновременно и
природе и обществу, что фиксируется
соответственно понятиями «организм»
и «личность». Если первое из них выражает
совокупность биологических свойств
человека, то второе характеризует его
социальный облик.
  Б.Г.Ананьев
в своей концепции личности для
теоретического описания человеческого
индивида выдвинул следующую систему
понятий:
  — индивид — личность
(человек как субъект деятельности и
познания) — индивидуальность.
  «Индивид
— совокупность в основном биологических
свойств человека; личность — социальная
и психологическая характеристика
человека: человек как субъект деятельности
и познания — совокупность её познавательных
и праксеологических особенностей;
  —
индивидуальность — синтез всех сторон
индивида»
  Ананьев для целостного
описания понятия индивида стремится
отразить единство социальной и
биологической природы человека.
  Индивид
есть обозначение отдельного человека,
независимо от того желаем ли мы иметь
в виду его как биологическое или как
социальное существо. Для обозначения
его биологической природы используется
понятие «организм», которое должно
охватить системное единство признаков,
характеризующих человека как биологическое
существо.
  Согласно существующим
определениям «Индивид — единичный
отдельно фиксированный, тем или иным
способом выделенный ограниченный
предмет, отдельная обособленная сущность
или существо, особь, каждый самостоятельно
существующий живой организм, отдельная
человеческая личность в отличие от
человеческих коллективов».
  Понятие
«человеческий индивид обозначает лишь
принадлежность к человеческому роду и
не включает конкретных социальных или
психологических характеристик». Понятие
индивида обозначает человека как
единичного представителя человеческого
рода, принадлежащего природе, как некая
совокупность биологических свойств
человека. на уровне единичности мы имеем
дело с понятием индивида, которое
характеризует вещи как экземпляры рода.
Индивиды — это просто «единицы» некоторой
общности. В этом значении понятие
индивида употребляется в различных
науках. Так, говорят о «социальном
индивиде», «биологическом индивиде»
как о некоторых единицах реальности.
Это понятие является абстрактным и не
показывает, каким образом существуют
конкретные индивиды. Безличность — это
характеристика индивида, безразличного
для других людей, человека, чье присутствие
или отсутствие ничего не меняет в их
жизни, не преобразует их поведение, не
обогащает и не обездоливает их, и тем
самым лишает его самого личности.
  Но,
человек появляется на свет полноправным
членом человеческого общежития. И этого
момента он, в отличие от животного,
которое именуется особь, приобретает
наименование индивида, т.е. единичного
природного существа, представителя
рода Homo sapiens (человек разумный), продукта
длительного развития, носителя
индивидуально-своеобразных черт. Сказать
о конкретном человеке индивид, — явно
недостаточно. По существу, это говорит
лишь о том, что он потенциально
человек.
  Понятие «индивид»
выражает неделимость, целостность и
особенности конкретного субъекта,
возникающие уже на ранних ступенях
развития жизни. Формирование индивида
берет начало в филогенезе. Индивид как
целостность — это продукт биологической
эволюции вида, в ходе которой происходит
не только процесс дифференциации органов
и функций, но также процесс их интеграции.
Индивид — это, прежде всего, генотипическое
(наследственное) образование, продукт
филогенеза. но индивид является не
только образованием генотипическим;
его формирование продолжается, как
известно, и в онтогенезе, прижизненно.
Поэтому в характеристику индивида
входят также свойства и их интеграции,
складывающиеся онтогенетически.
  Онтогенез
— процесс развития индивидуального
организма; весь цикл индивидуального
развития человека от рождения до смерти.
Онтогенез — формирование основных
структур психики индивида в течение
его индивидуального развития.
  Филогенез
— 1) процесс возникновения, исторического
развития и эволюции психики и поведения
животных и человека; 2) процесс возникновения
эволюции форм сознания в ходе истории
человечества.
  Но вместе с
биологической сущностью, индивид есть
и общественное существо. Как общественное
существо, с одной стороны, он представляет
скрещивание многообразных социальных
компонентов, а с другой стороны — бытие
своеобразного, уникального существа
человеческой организации.
  Таким
образом, понятие «индивид» выражает
неделимость, целостность и особенность
отдельного субъекта, единичного
природного существа, продукта длительного
развития, носителя индивидуально-своеобразных
черт. Индивид представляет собой как
биологическую, так и социальную сущность
человека. В своем развитии он проходит
филогенетический, онтогенетический и
социальный этапы развития. Социальная
программа развития индивида характеризует
его как общественное существо и составляет
личностный компонент развития индивида.

Critical Concepts: Character, Characterization

Critical Concepts: Character, Characterization

Критическое
Концепты

Знак

и

Характеристика

Далее следует довольно плотное обсуждение. я
не опубликовал бы его, если бы не верил,
в конечном итоге служит делу ясности.Однако по крайней мере
для начала вы можете извлечь выгоду из более простого
обработка этих условий.

«Персонаж»:
распутывание различных смыслов.

Слово «характер» происходит от греческого глагола charassein ,
означает пометить срезом или бороздой. Это стало
используется для письма стилусом по мокрой глине (как в клиформе
сценарий) или гравировка на каменной поверхности. Следовательно, греческий
термин charakter для нанесенного таким образом отличительного знака — a
смысл все еще с нами в идее «персонажа» как
буква, повторяющаяся фигура, узнаваемая как таковая.Из
Отсюда идея «персонажа» как «стабильного
природа «или» тип «, понятие, из которого
другие дифференцировались.

В обычном дискурсе термин «персонаж» может принимать
на любое из множества значений, в зависимости от контекста в
который он используется. Учитывайте разницу
между выражениями «он настоящий персонаж» и
«у него настоящий характер». Оба указывают на
что-то примечательное в этом человеке. Но
внимание выступающего привлекло
разные.

  • Вторая направляет наше внимание на этические нормы человека.
    качества и объявляет их добродетелями, т. е. достойными
    восхищения: человек, описанный так,
    стойкий и надежный. Фактически, это производное
    из третьего смысла, распространенного в нынешней речи, в
    который «характер» означает «этически
    соответствующие черты «то есть, совокупность
    добродетели и пороки.
  • Первое говорит о том, что у человека совершенно особый образ жизни.
    делать что-то, возможно, даже до точки
    эксцентриситет.Нас могут пригласить посмотреть
    человек с чем угодно, от удивления до
    испуг или подозрение. В зависимости от
    конкретные факты дела «он
    персонаж «может означать» он забавный парень »
    или «простой случай» или «странный
    птица »или« сомнительный вид ».
    это то, что на немецком языке можно было бы сказать «Er
    ist ein Typ «
    и который иногда, но не всегда
    прописано более подробно: Er ist
    ein komischer Typ
    или ein beknackter Typ или ein
    merkwrdiger Typ
    или ein fragwrdiger Typ .французский язык
    и испанцы тоже предпочитают типа и типо ,
    соответственно, для этого просторного чувства
    «персонаж» на английском языке.

Ни одно из этих значений слова «характер»
точно соответствует паре терминов , поэтому
часто встречается в технических разговорах о работах
литература.

Здесь фраза «персонаж» относится к
первый экземпляр вымышленный человек в пределах
большая воображаемая ситуация
.В театре, чтобы
быть персонажем в этом смысле слова значит быть среди драматических
персоны
(латинское для «ролей в
играть «). Этот смысл работает в комментариях
например: «Какие персонажи есть у Пола
Ньюман играл в ходе своего
карьеру? »« Иногда трудно удержать
след всех персонажей романов, таких огромных, как Толстой
Война и мир . «» Диккенс
подарил миру множество запоминающихся персонажей.»
Для удобства назовем это « the
термин «персонаж» в буквальном смысле 1
. «

Обычно персонажи в художественных произведениях наделены
с отличительными личностями, и этот факт (вместе с
давно установившееся чувство «характера» вещи
как его «отличительный характер») породила
дополнительный смысл термина «характер» частый
в литературно-критическом разговоре. В ходе
длинная история, мы встретимся с несколькими персонажами
(идентифицируемые вымышленные личности), но то, что делает каждого
из них можно опознать
помимо имени собственного («Иван
Степановича «) или какой-нибудь описательный тег (» старший
официант «) — их отличительный образ поведения, » позади »
которые мы постулируем (как их разрешающее условие) некоторые
стойкая личность, или «характер».«
ср.
тогда термин «персонаж » имеет отдельный смысл: и
выраженное гипотетическое «я» или «природа»
действиями данного человека.
Это
понятие «характер» было импортировано обратно в
повседневная жизнь. (Сегодня предпочтение кажется
говорить о «личности» людей, хотя это
все еще принято говорить о характере человека
черты. «) Оба повседневных чувства уже
обсуждалось выше («он настоящий персонаж» и
«у него настоящий характер») далее
специализации, вытекающие из концепции человека
«персонаж» как более-менее устойчивый комплекс
черт характера — настроения, отношения, мнения, ценности

обсуждения литературы, однако, это, пожалуй, самый
важное значение этого термина
«персонаж.» Если это правда, что Диккенс
подарил миру галерею запоминающихся персонажей, какие
делает их незабываемыми, это их наделение яркими
«персонажей» в , это смысл
срок. Для удобства мы можем называть это «» термином «персонаж» в букв-крит.
смысл 2
. «


«Персонаж
черты характера «
(и черты характера, не
черты)

Важное напоминание: хотя термин
«черта» может относиться к любому атрибуту человека или
вещи, но не все черты, которые составляют или изображают
характер (буквальный смысл 1) обязательно являются частью этого
«характер» персонажа в буквальном смысле 2.
Последнее, как мы сказали, является гипотетическим «я» или
«природа», выраженная в действиях данного человека, и
состоит из более или менее устойчивого комплекса признаков —
диспозиции, отношения, мнения, ценности. Обратите внимание, что эти
являются чертами характера, имеющими психологическое или этическое
релевантность — т. е. те, которые имеют отношение к нашему представлению о человеке
личность. Отметим некоторые важные виды
черты характера, присущие людям, которые относятся к , а не
эта категория. Важно отметить, что физических характеристик
сами по себе не составляют того, что мы называем характером
черты.Таким образом, является ли человек

  • высокий или низкий
  • слепой, близорукий, дальнозоркий или одержимый
    20/20 видение
  • здоров или болен
  • прыщи или гладкая кожа
  • тонконогий или толстый
  • женский или мужской
  • 16 или 60 лет

не имеет ничего общего в принципе с этим человеком
«персонаж.»

Конечно, когда мы встречаемся с ними в художественной литературе, они май
быть задействованным для косвенного указания или для
с учетом характера в нашем смысле.То есть
автор может вставить факт, что данный
персонаж (l-c1) «тонконогий» в комбинезоне
контекст дополнительных деталей (X имеет много денег, но покупает
его одежда из Армии Спасения, экономия на еде и т. д.)
предположить, что рассматриваемый человек «скупердяй»
(«имеет скупой характер» в l-c2
смысл). В том же или другом рассказе автор мог
заполнить общее изображение персонажа, который
«толстый» как «потакающий себе» (не склонный к
отказаться от еды) — или, наоборот, как кто-то
«упрямый» (трудно сдвинуться с места).

Обратите внимание, что в одном случае полнота функционирует как
симптом склонности поддаваться
аппетиты; в другом он служит символом
«трудно сдвинуться с места» (предположительно, человек
не располнел, потому что отказывался сдвинуться с места, а просто
так случается, что, соответственно, потенциально трудно сдвинуться с места
физически, поскольку его трудно убедить изменить свой образ жизни,
что бы это ни было). То есть: в первом
случай, который мы вообразили, быть толстым — это показатель
потакание своим слабостям, потому что это воспринимается как симптом,
я.э., выразительное действие этой черты характера.
Но во втором же полнота была бы просто
удобный знак его упрямства (или, по-другому,
случай, его решительность) — никакого эффекта от этого, а только
эмблема этого.

Но — и вот ключевой момент — (1) ни в одном из
в этих случаях физическая черта характера характер
черта. Причем (2) там
нет необходимого подключения , фактически (т.э., мир
в котором создаются и читаются художественные произведения), между
быть тонконогим и скупым, или между тем, чтобы быть
упитанный и прожорливый, или его трудно уговорить.
В художественной литературе, как и в реальной жизни, мы можем столкнуться с
тонконогий человек, отзывчивый и щедрый (или
марафонец на тренировке). И мы не должны быть
удивлен, встретив толстого человека, который к тому же
очень твердо настроен подчиняться своим аппетитам, или кто
чрезвычайно податлив, даже невзрачен, готов быть убежденным
в одну минуту одно, а в другую — наоборот.
Если мы не станем жертвой глупых стереотипов, мы не будем
склонен автоматически предполагать, что слепой человек
(интеллектуально или морально) «слепой» или доверяющий
чье-то суждение только потому, что он достоверно 20/20
видение. Наконец, (3)
когда действительно оказывается симптоматическое или символическое
связь между физической чертой и чертой характера,
это будет доступно для оценки, потому что
рассматриваемая характеристика характера независимо
засвидетельствовано дополнительными доказательствами. Если, в реальном
жизни, человек, страдающий гангреной, оказывается
«морально гнилой» не будет, потому что гангрена
является выражением морального разложения (что бы это ни было в
конкретный экземпляр), но поскольку у нас есть хорошие (т. е.
соответствующие) доказательства того, что человек морально гнил в некоторых
определенный способ. Аналогично в художественной литературе: ли
данная история дает нам право принять тот факт, что персонаж
страдает гангреной, что является символом характерологического
коррупция будет зависеть от целого комплекса деталей
история дает нам относительно поведения этого персонажа.
Мы никогда не сможем автоматически взять персонажа
грязные руки как знак того, что «у него грязные руки»
(отвечает за что-то злое). В художественной литературе, как в
жизни, может он просто добросовестный автомеханик или
воскресный садовник, получающий заслуженное вознаграждение за отдых
от стрессов, связанных с его работой продавцом! Нам следует
будьте внимательны к возможности того, что в художественной литературе, в отличие от
жизни вне ее, детали часто развертываются в этих
дополнительные способы обозначения.Но мы всегда должны быть
учитывая тот факт, что или в данном случае,
они действительно функционируют таким образом, зависит от
последствия других деталей в истории как
все. Наконец, (4)
мы также должны помнить о том, что авторы могут использовать
детали иронично — вопреки общепринятому
стереотипы. Слепой персонаж может оказаться
быть глубоко «проницательным», как человек,
«ястребиный взгляд» по отношению к своим бизнес-интересам
может оказаться слепым по отношению к своему
семейная жизнь — или наоборот!

Есть другой способ (отличный от симптоматического
или символически), в котором физические черты могут быть
относится к чертам характера.Вместо того, чтобы
либо эмблема, либо эффект какого-либо аспекта
личность, физическая характеристика мог
(но не обязательно) действовать как причина или условие
психологическая предрасположенность или этические
наклон. Например, человек, который хромает в
Может оказаться, что перенесенный в детстве эпизод полиомиелита
быть затронутым — «в более глубоком смысле»
мы говорим — этим обстоятельством.Это может для
например, быть невзгодами, против которых человек
успешно борется — попутно развивается,
говорят, решимость и отвага, понимание путей
в котором стереотипы влияют на поведение людей, умный
воображение в обход препятствий, которые эти
позы позируют. Это может быть противостояние
которого борьба человека безуспешна, и это
результат, в свою очередь, может повлиять на
персонаж.(Что это может быть?
представить себе совершенно разные результаты
«безуспешная борьба»? Делать это
потребует от вас конкретного представления о том, что
именно эта «борьба» состояла бы
дюймов)

Однако обратите внимание, что тщательный анализ этих вопросов
мотивации (что может иметь важное значение для
развитие сюжета) требует от нас в первую очередь не
путают физические черты с чертами характера.
Прежде чем мы сможем оценить, как физическая черта может
способствовать формированию черты характера, которую мы бы
сначала нужно иметь в виду их в отличие от
друг друга!

Аналогичный ряд замечаний можно сказать о концептуальном
различие между социальными чертами и характером
черты. Ни один из следующих сам по себе не падает.
в категорию «черты характера»:

  • тот факт, что человек — сирота, или тот
    родители разведены, или что отец умер, когда один
    было 10 лет, или что бабушка
    миллионер, или тот самый старший из трех братьев и сестер.
  • факт того, что человек состоит в браке, или разведен, или овдовел, или
    не замужем.
  • факт, что человек не окончил начальную школу или имеет
    РС. в области органической химии, или посещает богословские
    семинарии, или тот, кто является самоучкой в ​​области
    администрирование компьютерных систем.
  • факт, что человек родился в Китае или иммигрировал в
    Германия из Турции, или живет в лачуге на ферме, или
    проводит лето в кондоминиуме на Бермудских островах.
  • тот факт, что кто-то юрист или рабочий на фабрике
    изготовление пластиковой трубы, или врач, или садовник, или
    владелец магазина или продавец по профессии.
  • то, что способствует местному пресвитерианскому
    Церковь, или посещает мечеть каждую пятницу, или чтобы его видели
    на исповеди.

Любой из этих атрибутов может или не может (например,
различные физические черты) быть важным элементом данного
«личность» человека для себя,
или для других.Но они с точки зрения своего
«персонаж» (букв-крит смысл 2), они (как
физические черты) «внешний». Это означает, что мы
следует держать понятие личности отличным от
понятие «характер». Очевидно, это будет
связаны друг с другом важными способами. Но это они могут
делать только в силу того, что они не идентичны
друг друга. Это одна из тех ситуаций, когда
часть технической лексики, о которой мы должны позаботиться о том, чтобы
пусть язык, унаследованный от нашего языкового сообщества, вводит в заблуждение
нас! Оказывается, не все черты, присущие
персонаж (вымышленный персонаж) квалифицируется как то, что мы называем
«Черты характера.»(Еще более кратко:
некоторые «черты персонажа » не являются
«черты характера» [этого персонажа].)
черты характера, которые не являются собственно чертами характера, могут,
тем не менее, относиться тем или иным важным косвенным образом к
Черты характера.

Почему эти различия так
важно иметь в виду

Думая о физическом или социальном
атрибут как черта характера заблокирует важные
потенциальные идеи, потому что это делает невозможным
на спросите, как физические или социальные черты
вопрос способствует или отражает (если да)
или эта черта личности.(Действительно, это может препятствовать
мы даже не заметили, что некоторые черты характера
присутствуют и должны быть приняты во внимание — для
Например, в достижении адекватной концепции
общая тема рассказа.)


Центральное место
«персонаж»
в большом повествовании и
драматическая фантастика.

Художественная литература для некоторых писателей представляет собой центральный предмет интереса.
разнообразие и проявление «характера» в том, что мы
отметили «lit-Crit 2»
смысл.Им очень интересно узнать о , почему люди действуют
как они это делают
. Это заставляет их интересоваться
в выяснении различных способов люди могут неправильно понять
поведение друг друга, либо причинно («зачем ему оскорблять
его племянница? «) или с точки зрения значения
(«была ли она права, посчитав то, что он сказал,
оскорбление? »). Такие авторы ожидают от нас
готовы приступить к сложным исследованиям своих
персонажи мотивация и предположения .Oни
также обычно тратит много энергии, пытаясь построить
или изображают своих персонажей (литературный смысл 1) способами
которые наделяют их интересными (убедительными и проницательными
информативный) персонажей (лит-крит смысл 2, центральный
один). Часто это выражение их разделять
интерес их читателей к вопросам, касающимся ответственности агентов за действия
и их последствия.

Этот глубокий интерес к элементу характера — одна из
характерные черты жанра «короткометражка»
рассказ », что является сравнительно недавним литературным явлением
(«всего лишь» пару сотен лет или около того).

Для обсуждения того, что писатели сделали в
приближаясь к задаче характеристика , см.
статьи в нашем Глоссарии критических понятий по

Между тем, следует учитывать, что не все
художественная литература заботится о характере.


Не все заботы художественной литературы
о характере.

Мы должны напоминать себе, что многие авторы достойны
знания мало интересуются изучением сложностей
это измерение жизни.Вся фантастика может включать
персонажей (букв-крит смысл 1), но не вся художественная литература
сосредоточен на персонаже (букв-крит смысл 2).

Некоторые писатели вместо этого интересуются тем, что
можно сделать, играя с сюжетом (скажем, контрапунктом или
совпадение, которое оказывается строго фаталистическим или
провиденциальный) или с формальным аспектом искусства (рамки,
рассказы в рассказах и т. д.). Или они могут предпочесть
исследовать последствия метафизического
«возможность» («что, если время, как и пространство,
можно было лабиринтом, так что были такие вещи, как
расходящиеся, параллельные и сходящиеся
раз? «» каков был бы опыт
если бы кто-то был практически неспособен к абстракциям и был
способны к вполне конкретному восприятию и
память? «) Или они могут быть в основном сосредоточены на
обдумывая, во что может поверить последствия
или ведет себя определенным образом (а не, скажем, в
состояния личности, которые склоняют людей к этим
убеждений или поведения).

Третьи рассматривают все понятие
характер в данном смысле как иллюзия, порожденная
определенные культуры (и особенно западноевропейская культура
примерно с последней половины 18 века или в других
теории, так как святой Августин Гиппопотам [ум. 430], или
поскольку Платон, или Гомер, или, по мнению других, в
некоторые версии индуистской философии). Есть
мыслители, утверждающие, что понятие «характер»
как что-то постулируемое как поведение «позади»
так как его причина не просто мифология, но пагубная
его эффекты.Французский философ-экзистенциалист
Жан-Поль Сартр (ум. 1980) критиковал понятие
характер как устойчивая сущность (определенная природа) за
(и управляющий) существованием (действием, поведением, поведением) как единым целым
главных «мистификаций», которыми люди
убедить себя, что люди не могут поступать иначе, чем
они делают, и должны смириться с разыгрыванием скрытых
Я, которым они были наделены (по рождению, следовательно
в некоторых версиях мифа по своей расе).

С этой точки зрения идея
«характерные» функции, чтобы скрыть фундаментальные
факт этической свободы человека, право выбирать
что бы ни нравилось с этической точки зрения. (Невозможно
выбрать цвет кожи, но это не этично
значимость. Можно выбрать лицом к лицу с фактами, чтобы
лучше умереть, чем рассказать секрет, бросить пить, принять
ответственность за правила, принятые для управления
свое поведение.) Иллюзия, которая отрицает это
факт советует отчаиваться тому, кто опозорил себя
трусливое действие (если я запустил , потому что я был
трус, был — а это ничего
Я могу с этим поделать). Но он также лицензирует
антисемит и расист презирать Другого (кто, нет
каким бы милосердным он ни казался, это »
грязный еврей »или« дикий негр ») и
вести себя бесчеловечно по отношению к другому (если я приму это
перспектива, то неважно, что я делаю, я утра
внутренне благородный в силу моего несмываемого статуса
«истинный француз» или «белый»
Американец »).

Сартр готов разрешить использование
слова «персонаж», но только на
условие, чтобы ему было присвоено логически вполне
различное значение и функция. Оно не может
использоваться для обозначения предполагаемой сущности (стабильной и
«реальный») за существованием (фактическое поведение,
что, однако, просто «видимость»
поскольку это производное от «реального»
производительный фактор, существенный
персонаж).Он может служить только
предварительное эмпирическое обобщение чьего-либо
поведение. С этой точки зрения, мы можем, если мы
настаивайте, называйте кого-нибудь «трусом», но сделайте это
законно только при условии, что мы понимаем
это означать не более того, что до сих пор он
вел себя трусливо, и это как
как только он решит вести себя мужественно,
переходит в « будет а
трус.»Таким образом, это
не обязательно исключать разговоры о
«мотивация» — но только до тех пор, пока один
не понимает «мотивов»
действие «(даже вместе) как
«заставляя» агента «действовать», как он
делает. Для Сартра решающим моментом является
что нельзя не учитывать, наконец,
что именно выбор (свобода человека) делает
любой потенциально мотивирующий фактор в реальный
мотив.Он настаивает, что это не ваши ценности
которые «заставят вас решить» сделать это скорее
чем это. Это выбранная вами преданность
до
тех значений, которые дают им какое-либо преимущество над
ваше поведение в первую очередь. Сартр
иными словами, надоели люди, которые просят быть
освобождены от последствий их конкретных
решения, потому что их искренние убеждения
«не дал им альтернативы».


Символ , тем не менее, является центральным
измерение большой фантастики.

Это правда, что некоторые писатели, увлеченные
размер персонажа в художественной литературе также держат
убежденность в том, что «характер — это судьба». Но
многие другие убеждены в обратном. Фактически,
особый объект восхищения в большой литературе, особенно
начиная с 19 -го века, есть возможность
«изменение характера». Возможно ли, что
люди могут, под давлением определенного опыта, на самом деле
в конечном итоге становятся фундаментально отличными от того, как начинали
быть? Могут ли люди «переформулировать» свои
«личность»? Эти вопросы лежат в основе
одно из величайших изобретений в жанре романа,
так называемый Bildungsroman , или «роман о
образование «, поскольку они находятся в одном из основных направлений
психологии за последние сто лет, теоретизирование и изучение
«развитие личности.»В меньшем масштабе
они являются основой
истории «посвящения», хотя они ни в коем случае
ограничено этим.

Тем не менее, любопытство по поводу
возможность и условия «смены личности»
был чрезвычайно интенсивен в художественной литературе и психологии во время
прошлый век. Говоря о литературе, это привело к тому, что
разработка грубого, но полезного терминологического разграничения
два вида характеристики: «статическая»
и «динамический».


Отображение отношений
среди этих разных значений термина.

Как мы уже отмечали, идея персонажа как связки
черты характера или предрасположенности были импортированы из художественной литературы в
повседневная жизнь. Мы также отметили, что именно из этой общей идеи
что появились более общие концепции
«быть персонажем» (в некотором смысле причудливым),
«имеющий характер» (этически замечательные связки
черты характера) и «характер» (в большей степени
общее этическое чувство проявления добродетелей и / или
пороки). Мы сказали, что все это логически разные
друг от друга — и от двух чувств, которые преобладают
в обсуждениях литературных произведений.

Сказав это, мы должны отметить, что три
повседневное значение термина «характер» часто
актуально в дискуссиях с участием второго (и самого центрального)
смысл, в котором термин функционирует в литературно-критическом дискурсе.

В конце концов, главная причина, по которой рассказчики и читатели
интересуется работой персонажа в смысле
«что заставляет человека тикать», потому что у него есть
моральное любопытство: среди черт, которые обычно
интересоваться художественной литературой, этические
релевантность, в том числе те, которые составляют личную
«характер» в общей морали
смысл.И некоторые стандартные комбинации этих
обладают такой доказанной способностью вызывать наш смех, наши
восхищение, или наше презрение, что они появляются снова и снова
в литературе, часто потому, что авторов вдохновляют подражать
и адаптировать успешные прецеденты из собственных
чтение. Отсюда феномен акций.
символы
. <Быть разработан. Терпение, пожалуйста.>

Вспомните еще раз эти идиомы «он настоящий
характер «и» у него настоящий
персонаж.»Обратите внимание, что ни в одном из эти
фразы «настоящие» в отличие от
«вымышленный». Сила
«настоящий» в первом случае — это, скорее, декларировать
что человек « вполне определенно
поразительный «по-своему. Его эквивалент
было бы что-то вроде
«чрезвычайно». То есть наоборот
«быть настоящим персонажем» — это либо
«ну, вроде как персонаж» или «нет»
быть особенно эксцентричным или особенно
бросается в глаза своим стилем поведения.» И
противоположность «иметь настоящий характер» — это
«плохой характер» или «нет»
характер «. Последнее также не означает
«отсутствие идентифицируемых качеств или даже обязательно
быть непредсказуемым «, поскольку можно (скажем)
ожидается ненадежность в выполнении обещаний или рассказов
правда.

Таким образом, логически возможно (хотя почти
всегда стилистически глупо) сказать что-то вроде
«Фальстаф — персонаж пьесы Шекспира Генрих.
Четвертый, Часть первая
, который, хотя и весьма
характер, в основном лишенный характера, будучи
экземпляр стандартного персонажа, известного как миль
gloriosus
.»Это было бы
слишком милый способ сказать, что Фальстаф — один из
вымышленные персонажи в этой пьесе, изображенные на
условная модель хвастуна солдата, который
очаровательный и забавный, но в конце концов признанный
этически необоснованный.

По той же причине можно сказать о вымышленном
характер, который ему недостает характера (морально слаб)
или не может быть описан как »
характер »- это набор черт с
которыми он наделен автором, не включают
все, что правильно описывается как эксцентричность).


Связанные темы:

Критический
Концепции: характеристика плоских и круглых

Критический
Понятия: «Статический» и «Динамический».
Характеристика

Критический
Концепции: Классификация участков по характеристикам

Критический
Концепции: Ответственность [агентов за действия и
их последствия]


Предложения приветствуются.Присылайте свои комментарии по адресу [email protected] .

Содержание
авторское право 2000, 2001 Lyman A.
Бейкер.

Разрешено для некоммерческого использования в образовательных целях;
все остальные права защищены.

Эта страница последний раз обновлялась (январь /), (.

.Учебное пособие по анализу характеристик

| София Обучение

Когда вы анализируете характеристику , вы анализируете, как персонаж формировался в художественном произведении. Лучше всего сначала проанализировать характеристику каждого персонажа индивидуально. Иногда, проанализировав трех или четырех персонажей, вы начинаете замечать закономерность в том, как автор характеризует персонажей этой истории. Автор может специально использовать диалог для характеристики или действия, но важно изолировать эти концепции и избегать предположений о работе, прежде чем вы внимательно ее изучите.

Анализ характеристик

Помните , что анализ включает в себя разбиение предмета, проведение наблюдений и затем оценку взаимосвязи между частями и целым.

Чтобы проанализировать характеристику, вы разбиваете методы характеристики, которые использует автор, а затем оцениваете, как эти методы соотносятся друг с другом, а также как они относятся к конечному результату: персонажу в целом.

Шаг первый: Выберите своего персонажа.

Шаг второй: Отслеживание, что означает, что вы в значительной степени будете преследовать своего персонажа на протяжении всего художественного произведения.

  • Предполагая, что вы раньше читали художественную литературу, вернитесь и пролистайте рассказ. Просматривая, обратите внимание на…

    • Что говорит ваш персонаж. Как персонаж разговаривает с другими? Что персонаж говорит вслух?
    • Что думает ваш персонаж.Может возникнуть соблазн угадать их мысли, если они не представлены в художественной литературе, но придерживаться того, что есть. Что персонаж думает, но не говорит? Каковы мысли персонажа?
    • Чем занимается ваш персонаж. Как себя ведет персонаж? Что делает персонаж? Как персонаж реагирует на ситуации? Куда они идут и что делают, когда попадают туда?
    • Как ваш персонаж взаимодействует с другими.
    • Как ваш персонаж описывается как рассказчиком, так и другими персонажами книги.

Шаг третий: Теперь, когда вы внимательно изучили все методы, которые автор может использовать для характеристики персонажа, которого вы анализируете, пора приступить к сортировке собранной вами информации.

Шаг второй произвел разбивку методов характеристики; теперь пришло время оценить, как они связаны.

Задайте себе следующие вопросы:

  • Какое твое первое впечатление о персонаже? Что произвело на вас такое впечатление? Изменилось ли ваше впечатление об этом персонаже перед концом? Почему или почему нет? (Вернитесь к описаниям, мыслям и поведению персонажа)
  • Как ваше восприятие этого персонажа соотносится с восприятием рассказчика? Согласны ли вы с тем, как другие персонажи воспринимают вашего персонажа? (Посмотрите на взаимодействия и описания)
  • Как рассказчик хочет, чтобы вы относились к персонажу? Поддержите свой ответ: откуда вы знаете? (Вернитесь к описаниям рассказчика; если это от первого лица, напишите о том, как персонаж воспринимает себя.)
  • Что физические характеристики говорят о персонаже и о том, кто дает описание?
  • Какую роль играет персонаж в истории? Мажор или минор? Главный герой или антагонист? Динамический или статический? Круглый или плоский? Откуда вы знаете? (Обратите внимание на любые изменения в описаниях, взаимодействиях и поведении вашего персонажа)
  • Возможно, вы захотите подумать о том, что побуждает персонажа вести себя так, как он или она.

Пришло время сделать оценочное заявление о том, как части связаны с целым или влияют на него!

Давайте посмотрим на пример!

Эдгар Аллен По «Tell Tale Heart»

Шаг первый : Выберите персонажа: Рассказчик / главный герой (без имени)

  • История ведется от первого лица, и главный герой вспоминает совершенное им убийство.

Шаг второй:

  • Что говорит персонаж : никаких прямых диалогов до самого конца рассказа. В основном рассказчик из вторых рук рассказывает другим о том, что он сказал.

    • Старику через коридор (которого он убивает): Рассказчик говорит, что он «мужественно» разговаривает с человеком через коридор, называет его по имени, использует «душевный тон» и спрашивает, как старик спит в ночь
    • В полицию, расследующую крик, раздавшийся из квартиры старика: рассказчик говорит, что он был спокоен, уверен, ему нечего было скрывать, и он тепло и открыто разговаривал с офицерами, хотя все, что он сказал, было ложью.
    • По мере того как стук сердца в полу усиливается, рассказчик признается, что говорил громче, быстрее и начал яростно бранить полицейских.
    • Прямой диалог: его исповедь к офицерам.
      «Я признаю дело! — рвите доски! — здесь, здесь! — это биение его отвратительного сердца!»
  • Что думает персонаж : большая часть рассказа — это мысли рассказчика.Рассказчик думает, что мы (как читатели) думаем, что он сумасшедший. Он тоже думает…

    • параноидальные мысли о «глазе стервятника» старика
    • полиция поймала его, что они уже знают, что случилось, и просто издеваются над ним
    • он слышит, как сердце старика бьется под досками пола
    • себя как Смерти, определяя, когда кто-то умрет
    • он чрезвычайно умен и здравомыслящий, что сумасшедший не смог бы справиться с убийством своего соседа так же хорошо, как он
  • Что делает персонаж : рассказчик признается, что он проникает в квартиру старика ночью (семь ночей подряд), а затем убивает старика на восьмую ночь.Затем он прячет тело старика под половицами своей квартиры.

    • Он предлагает офицерам заглянуть в квартиру старика, чтобы убедиться, что ничего не потревожено.
    • Он приглашает офицеров отдохнуть в своей квартире
  • Взаимодействия : Персонаж добр к старику, но затем преследует и убивает его. Он спокоен и полезен офицерам, пока не сойдет с ума от ударов сердца, которые, как ему кажется, он слышит.
  • Описание : Рассказчик описывает себя как умного, хитрого, терпеливого и разумного человека. Мы не получаем никаких описаний о нем от других персонажей. Мы, читатели, можем увидеть его только через его собственное восприятие. Не похоже, что этим описаниям можно доверять.

    • Рассказчик дает подробное описание преследования старика, но убийство происходит быстро: кладет кровать на старика.
    • Рассказчик неоднократно описывает старика как «мертвого камня».

Шаг третий

Персонаж сразу кажется сумасшедшим, и его психическое состояние только ухудшается по мере продолжения истории.Рассказчик ненадежен, и все характеристики показаны его глазами. Рассказчик хочет, чтобы читатели согласились с ним и считали, что он не сумасшедший. Произошло гораздо большее, чем то, что представлено в рассказе: всегда ли персонаж / рассказчик был таким, или это была «болезнь», упомянутая в начале? История дает представление о расстроенном мужчине. События, которые приводят к этому состоянию, остаются загадкой. Нам остается проанализировать неточное описание странного поведения и реакцию рассказчика на все это.

Если бы у нас не было доступа к учетной записи от первого лица, нам, возможно, потребовалась бы дополнительная информация, чтобы понять кульминацию истории. Именно характеристика через восприятие от первого лица создает напряженность и паранойю в этом рассказе. Мы можем видеть безумие в мыслях, действиях, взаимодействиях и диалогах рассказчика.

.

определение характеристик по The Free Dictionary

Но это воплощение ее собственной характеристики, основанной на клочьях условностей, населенных фантомами и голосами, враждебными ей, было жалким и ошибочным творением фантазии Тесс — облаком моральных хобгоблинов, которым она ужасалась без причины. художественное изящество и структурные тонкости более развитого литературного периода, мы, конечно, не должны заглядывать в «Беовульфа». Повествование часто бывает скорее драматичным, чем ясным, и здесь не возникает мысли о какой-либо мелкости характеристики.Несколько типичных персонажей четко выделяются, и все они были понятны бурной и не очень внимательной аудитории поэта. Fact.MR объявил о добавлении «Прогноза рынка услуг по характеристике мембранных белков, анализа тенденций и отслеживания конкуренции — Global Market Insights» С 2018 по 2028 год ». Резюме: Fact.MR объявил о добавлении в свое предложение отчета« Прогноз рынка услуг по характеристике мембранных белков, анализ тенденций и отслеживание конкуренции — Global Market Insights с 2018 по 2028 год ».Рафаэль Мадука Ободо из Университета Нигерии рассказал о применении ноночастиц, преимуществах наночастиц при доставке лекарств, новых свойствах частиц, методах характеризации, определении характеристик оптического зондирования изображения, методах определения характеристик электронного зонда, принципе работы СЭМ и просвечивающей электронной микроскопии. Ободо из Университета Нигерии рассказал о применении частиц Ноно, преимуществах наночастиц в доставке лекарств, новых свойствах частиц, методах характеризации, определении характеристик оптического датчика изображения, методах исследования электронного датчика, принципе работы SEM и просвечивающей электронной микроскопии.M2 EQUITYBITES — 22 августа 2018 г. — Spheryx объявляет о предоставлении гранта NSF SBIR для фазы II-B в размере 500 000 долларов США для поддержки разработки Total Holographic Characterization Global Banking News — 22 августа 2018 г. — Spheryx объявляет о предоставлении гранта NSF SBIR для фазы II-B в размере 500 000 долларов США для поддержки разработки общей голографической характеристики НОВОСТИ ВСЕМИРНОЙ КОМПЬЮТЕРНОЙ ПРОДУКЦИИ — 22 августа 2018 — Spheryx объявляет о предоставлении гранта NSF SBIR в размере 500000 долларов США для поддержки разработки полной голографической характеристики Инструменты для анализа характеристик материалов значительно эволюционировали с точки зрения пользовательского интерфейса, что позволяет даже начинающим операторам использовать их.Из 40 статей Восьмой Международной конференции по вычислительным методам и экспериментам в области определения характеристик материалов и контактов, состоявшейся в Таллинне, Эстония, в 2017 году, подробно описаны последние разработки в области определения характеристик материалов и процедур оценки физических и химических свойств материалов с помощью экспериментальные и расчетные методы.
.

критических понятий: «статическое» и «динамическое»
Характеристика

Критические понятия: «статический» и «динамический»
Характеристика

Критические концепции

«Статический» и
«Динамическая» характеристика

Любопытство о
возможность и условия «смены личности»
был чрезвычайно интенсивен в художественной литературе и психологии во время
прошлый век. Говоря о литературе, это привело к тому, что
разработка грубого, но полезного терминологического разграничения
два вида характеристик: «статическая» и
«динамический.»Статический символ , в этом
словарный запас, это тот, который не претерпевает серьезных изменений в
ход истории, оставаясь по существу таким же в конце, как
он или она был в начале. динамический
символ
, напротив, подвергается важному
изменение по ходу рассказа. В частности, изменения, которые мы
относятся к «претерпевшим» здесь нет изменений в
обстоятельства, но в некотором смысле меняются внутри персонажа в
вопрос — изменения в понимании или понимании ( из обстоятельств,
например), или изменения в обязательствах, в ценностях.Изменение (или отсутствие
change) на карту поставлено изменение «в» персонаже
(характер) персонажа (вымышленная фигура).

Если персонаж унаследовал миллион долларов от
богатая тетя в ходе рассказа, это может или не может привести к сорту
изменения его личности или ценностей или его общего взгляда на жизнь, которые
сделал бы его примером динамичного персонажа в этом особенном
смысл. (То же самое, если его внушительный портфель акций растет в
дым на медвежьем рынке.) Он мог остаться таким же веселым, скромным,
легкомысленным, общительным парнем он был до этого удачного поворота
События. Или он может оставаться таким же ожесточенным, циничным, обиженным,
подозрительным, эгоистичным человеком он всегда был. Или он мог бы продолжить
будь тем же самодовольным, высокомерным снобом, которым он уже выставил себя. В
в любом из этих случаев у нас будет экземпляр статических
персонаж
. Конечно, такая резкая перемена в
обстоятельства (будь то удача или неудача) могут мотивировать изменение своего
взгляд на жизнь.И если — но только если — это приведет к
своего рода изменения, мы сталкиваемся с динамикой
персонаж
.

Это означает, что, хотя мы, безусловно, , делаем
хочу принять во внимание то, что эта история подразумевает, как мотивацию этого
«изменение характера», мы не хотим включать эти причинные или
условные факторы как часть нашего описания того, что изменение характера
состоит в. («Фактор» не является «элементом».)
Мы хотим избежать соблазна заменить внешние (которые часто
явный и очевидный) для внутренних (которые часто неявны и требуют некоторых
работать, чтобы получить четкое представление).Верно то, что Иван Ильич в
Повесть Толстого Смерть Ивана Ильича сильно изменилась в
ход его смерти. Но мы не будем справедливо относиться к себе, если будем
довольствуясь простым вспоминанием подробностей его ухудшающегося физического состояния,
и никогда не задумываясь о , а что такое , точные изменения в
предположения и чувства, которые он испытывает между осознанием того, что он не
(физически) хорошо и в момент его смерти. Помимо прочего, мы
упустить центральный парадокс истории: пока он «делал
ну «он был духовно тяжело болен, и постепенно подводя итоги
этого и столкнувшись с некоторыми новыми проблемами, он в конце концов
достигает более глубокого душевного равновесия, чем то, что он оставил позади
с детством.(Даже приведенная формулировка слишком общая, чтобы
отдавать должное тому, что мы должны оценивать на уровне деталей, в
о смене характера, с которой нас хочет познакомить Толстой.)

Отметьте, кстати, что то, что происходит
«внутри тела» считается «внешними обстоятельствами» из
точка зрения, которую мы здесь принимаем. Это не «изменение»
внутреннее по отношению к персонажу «в том смысле, в котором мы используем термины
«внутренний» и «характерный» на данный момент!


Несколько советов по использованию
эти концепции ясно и тактично

Прежде всего, мы не хотим путать различие между
статическая и динамическая характеристика с различием между плоскими
и круглую характеристику.

Во-вторых, есть еще несколько важных смыслов
фраза «динамический персонаж» в обиходе, не имеющая ничего общего
с термином динамический символ в
особый смысл, который нас здесь интересует. Они прекрасно
хороши на их месте, но мы должны позаботиться о том, чтобы не перепутать их с тем,
мы говорили о.

Если мы говорим о ком-то, с кем мы встречались, что «она динамичная
персонаж, «мы можем использовать это, чтобы обозначить, что она» имеет динамический
личность.«Мы хотим сказать, что она» полна
энергии «возможно, и что у нее» аппетит к действию «,
для «выполнения дел». В качестве альтернативы мы могли бы иметь в виду, что
она «отличный мотиватор», способная вдохновить других на
действие. (Мы, конечно, можем иметь в виду и то, и другое. Но они
отчетливо: человек может быть весьма полон энергии и гореть желанием получить
дела сделаны, но настоящая задержка для организатора, жалкий мотиватор
др.)

Конечно, мы можем встретить такого персонажа в литературном
работать, но когда мы это сделаем, нам будет полезно использовать термин
«динамичная личность» или «динамичный человек», а не
«динамичный характер», потому что последний уже
«опережает» в разговорах о литературе.(Если бы мы были
говоря компьютерный разговор, мы бы сказали, что в этой программе этот термин
«зарезервировано».) В литературе термин
«динамичный персонаж» означает просто персонаж, который
важное изменение по ходу истории.

Таким образом, персонаж, изображаемый как «движущийся и
шейкер «, и так на протяжении всей истории, это статический
персонаж
, в литературно-критическом смысле этого слова. А
вымышленный персонаж с «вдохновляющей личностью»
квалифицируется как динамический символ , в
литературно-критический смысл этого слова, только если она стала такой — или
перестал быть таким! — по ходу рассказа.

Кроме того, в пределах литературно-критических
дискурса, эти термины предназначены для чисто
описательный, а не оценочный. То есть,
«динамические» персонажи не обязательно лучше, в
повествовательное искусство, чем «статичное».

г.
вопрос, с эстетической точки зрения , является ли
изображение — это то, что требуется в свете работы как
целиком, независимо от того, сделано ли это умело или неумело,
интересно или скучно.(Действительно, даже упорный зануда можно изобразить в интересном — например, довольно
юмористический — мода.) Даже работами увлекаюсь.
способ, которым личность может переформулировать себя,
подчиненные персонажи, скорее всего, будут «статичными»,
если по какой-либо другой причине поступить иначе означало бы
отвлечь читателя от того, что рассказ предназначен для нас
уведомлять. В этом особом литературно-критическом использовании
термины, «статический» не является, например, синонимом «стерильный» или «зависший» или
«глупый.»(Когда автор» развивается
символ «как» статический «, что не означает,
по крайней мере, не обязательно, что мы сталкиваемся со случаем
«задержка развития»).
«динамический» в этом использовании ничего не говорит о том,
персонаж — это то, что обычно называют
«динамическая личность» — т.е. индивидуум
с силой впечатлять других, побуждая их к действию
или вызывая восхищение. (Такой человек
появление в художественном произведении, на самом деле, вполне могло бы обеспечить
экземпляр «статического» персонажа в том смысле, в котором мы
используя термин здесь.)

и из этических
точки зрения
, также важно не предполагать, что
«динамические» персонажи превосходят
«статические». Будь то изменение — в
личность или характер, как в обществе, так и в медицине
состояние — хорошее или плохое, зависит от двух различных
виды факторов: рамки ценностей, в которых
мы оцениваем состояние дел и то, что
исходное положение дел. Это означает, что изменение
личность может быть к лучшему —
но точно так же может быть для
хуже.То же самое и с отказом от изменений:
этот может обозначать интеллектуальный или моральный
отказ, но это может быть как раз то, что называется
для. В конце концов, если мы столкнемся с искушением,
надеюсь, что мы сможем собрать ресурсы для понимания и
решимость не поддаваться этому. Если вымышленный
персонаж делает это, он или она «статичный»
характер, и этот «застой» характера в
лицо обстоятельств — добродетель.

На самом деле это именно
потому что изменение личности может быть хорошим или плохим, в зависимости от
обстоятельства и в рамках оценки, что это
часто бывает полезно классифицировать сюжет с точки зрения характеристики.

Точка различия

Заметив, к какому полюсу он может быть направлен,
автор решил руководствоваться характеристикой данного персонажа
полезно — но только если мы готовы использовать то, что мы замечаем, в качестве отправной
точка для этих новых диковинок.

(1) Что , точно,
— это изменение, которое мы должны учитывать как произошедшее?

  • Насколько точно мы должны понимать мотивацию
    этого изменения?

  • Чем отличается от того, что само изменение ( в
    характер) состоит в?

  • Каков размер этого изменения? (Который
    есть: то, что мы замечаем в первую очередь, может быть лишь частью или аспектом
    более полные изменения приглашаются к сведению.

(2) Как это
решение автора относиться к этому персонажу как к соответствующему
один, учитывая то, что требуется с точки зрения направленности и цели
рассказ в целом?

(3) Или поставить
наоборот: предположим, что автор решил правильно,
на что мы можем сделать вывод, что должна быть общая цель истории? Какие
проблемы, которые он призван поднимать, и почему они заслуживают нашего внимания (если они
являются)?

(4) Если мы
считают временно решение автора неэффективным, тогда оно должно
мы чувствуем, что история «разрывается между» альтернативными направлениями в
что могло бы пойти на пользу более «ясно задуманной» истории.

  • Затем мы могли бы попытаться прояснить для себя, что будет
    на кону в решении перестроить историю по той или иной линии
    возможное развитие.

  • Но мы также должны учитывать возможность того, что мы
    еще не поняли, каковы на самом деле общие цели рассказа
    являются.


Связанные обсуждения.

Персонаж
и характеристика

«Квартира»
и «Круглая» характеристика


Вернуться к оглавлению
к Глоссарию критических понятий.


Предложения есть
добро пожаловать. Присылайте свои комментарии на адрес [email protected]
.

Содержание
авторское право 2000 Lyman
Пекарь.

Разрешено для некоммерческого использования в образовательных целях; все остальные
права защищены.

Последнее обновление страницы: 7 марта 2001 г.
.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.